Я нарисую тебе счастье

Сегодня весь лагерь с самого утра стоял на ногах, потому что все готовились к родительскому дню. Выйдя на улицу, я увидела украшенный лагерь: везде ленточки, на входе плакат с надписью "добро пожаловать родители", кругом цветные воздушные шарики. Меня это бесило. Всë слишком яркое. Идя прямой походкой по выложенной кирпичной дорожке, параллельно смотря в одну точку, я не заметила как врезалась в кого-то. Мне очень везëт, люблю врезаться во всë и всех. Это был Валера. Тот остановился передо мной и не давал мне пройти. Я пыталась обойти его со всех сторон, но тот не сдавался. –Может, пропустишь меня? –Нет. –Че значит нет? это был риторический вопрос, пропусти меня, балбесина.– я схватила его двумя руками за плечи и подвинула в сторону. Валера быстрыми движениями достал какой-то флакон, похожий на духи и направил на меня. –Тебе лучше не рыпаться, –полушëпотом сказал очкарик. – в этом флакончике находятся далеко не духи. Так что, если не хочешь знать что находится внутри, то выслушай меня. Но не здесь, нам надо к шалашу. Мне стало тяжело дышать, живот скручивало от боли, глаза мутнели, и всë это из-за того флакона. Ведь Лагунов, в мерах предосторожности пшикнул чуть в сторону, но некоторые маленькие капельки попали на мою кожу рук. Идя через густые, колючие кусты мы пришли к тому месту. Усевшись на плед, меня нахлынуло чувство настольгии. А ведь когда-то я приходила сюда чуть-ли не божий день. Лера решил не медлить, и сразу перешëл к делу. –Кто вас кусает? –настойчиво спросил он. –Ты о чëм? – я решила прикинуться дурочкой. Хотя какой идиот будет в это верить? –Не делай вид что не знаешь! Ты всë прекрасно понимаешь, но почему-то молчишь. Что фты хочешь взамен на информацию о личности стратилата? –Ничего я не хочу, Валер. Тебе всë это кажется, тут никто никого не кусает. В пищеблоке еда и правда странная, раз ты с ума сходишь – я похлопала парня по плечу и встала. – А теперь, возвращайся в лагерь. Тебя там, наверняка ждут. *** Голос Свистухи раздался на весь лагерь: –Прибыли родители! Весь лагерь мигом дропанул к воротам и начали искать своих родителей. Но мне не пришлось париться, ведь мама нашла меня сама. –Мама! – я заключила еë в объятия. Я так скучала по ней. Мне тошно от того, что она не знает что тут творится. –Привет, родная. –Она осмотрела меня. – Ого! ну ничего себе! Ты чего это в пионерской форме? –Порадовать тебя захотела, да и эта форма мне к лицу. – Ложь. –Ну ты и удивила меня. Смотри, я привезла тебе твоих любимых конфет и побольше одежды. –Ну маам, до конца смены осталось всего-ничего. –Не мамкай! Будешь потом ещë благодарить меня. Мы уселись на лавку и принялись болтать. Мама рассказывала мне о своей работе, (к сожалению летом она тоже работает, но только в июне), ну а я ей рассказала про лагерь. Я решила и рассказать ей про Альберта. Тут в мою сторону послышались улюлюканья. Это так радовалась мама. Она начала задавать мне вопросы, но вдалеке я увидела Жанну, сидящую на пледе. Я решила ей поднасрать, и по этому заставила сказать еë при родителях предложение состоящее только из матов. Это пока цветочки, а дальше жëстче будет. Пришло время прощаться с родными. Стоя у причала я обнимала маму, пока та гладила меня по голове. –После лагеря тëтя Марина зовëт нас к себе в деревню. Поедешь? –Конечно, мам! Ещë спрашиваешь. – на пароходе раздался гудок оповещающий о том, что пора бы уже взойти на палубу. –Ну всë, мам, тебе пора. Я люблю тебя, пока! –Пока доча! Пока теплоход медленно отплывал от берега, я уловила краем уха чьи-то крики в домике сторожа. Я решила тихо подойти и спрятаться за него. Через пару секунд, я увидела как из домика тащат Валеру, который брыкается и вырывается из рук Капустина, а за ними идут и Игорь со Свистуновой. Смотреть на эту картину мне было больно. Я нагло предала Лерика. Я самая первая поверила ему, а сейчас сама хожу и пью кровь. Ноги подкосились, я бы упала на песок, если бы не чьи-то руки поймали меня. –Тебе нехорошо? На ногах стоять разучилась? Я повернулась назад, и удивилась. Но решила не подавать вида. Я лишь холодно смотрела на собеседника. –Не прикидывайся что я никто, и что меня не существует. – парень сел рядом со мной на песок. – Раз мы теперь в одной лодке, то нам нельзя ни в коем случае ссориться. Иначе нас выловят поочерëдно, и нам всем не сдобровать, если ты понимаешь, про кого я. Бекля нашëл какую-то палку и стал рисовать что-то на песке. Я стояла молча, скрестив на груди руки и смотря на блондина. Мне было всë ещë стыдно перед ним, что я вот так подло поступила с ним. Я села рядом с парнем, и пододвинувшись ближе, аккуратно обняла его. Вздрогнув, Саша посмотрел на меня и обнял в ответ. –Прости меня, за то, что я сказал тогда. Я очень сильно переживал за тебя. Я не против вас с Альбертом, я тебя понимаю. Теперь нам стоит держаться подальше от Корзухина и Лагунова. Он развëл меня на Зеков, теперь я мщу ему, пытаясь укусить Сергушину, но он всегда кружит рядом с ней. –Твоей вины здесь нет. Я только что видела, как Валеру уносят на руках к Носатову. Он сегодня особо буйный. *** Кружка сегодня не было, по случаю праздника, по этому как всегда мы с Альбертом решили прогуляться. Идя по лесной тропинке, мы держались за руки. Никто из нас не предлагал напрямую встречаться, так что пока мы неизвестно кто друг другу. –Ты знаешь уже, что должно произойти в полнолуние в конце смены? – задал вопрос Альберт. –Знаю. Надеюсь всë будет хорошо. Мы остановились на круглой поляне. Солнце слепило глаза; трава была ярче чем обычно; было слышно вдали пение птиц. Осталась бы тут навечно. Я взглянула на парня. В такой обстановке он был очаровательней чем обычно: его чëрный волосы отдавали блеском, красивые, голубые глаза стали ещë ярче, в них сияла жизнь. Щурясь Стаховский смотрел в небо, его глазки были прищурены, нос чуть сморщен, а губы приоткрыты. Он выглядел таким живым. Мы столкнулись глазами. Улыбаясь, мы смотрели друг на друга, а наши руки были скреплены вместе. Меня вдруг резко обнял Алик и повалил на себя. Мы упали с ним на траву и засмеялись. Мне так хорошо с Альбертом, я чувствую себя живой, моë сердце бьëтся из-за него. Пока парень хохотал над ситуацией, я решила действовать. Я аккуратно взяла лицо Стаховского в свои руки и принялась расцеловывать, решив закончить на губах. Мы слились в крепком, полном чувств любви поцелуем. Художник обнял меня за талию и прижал ближе. Я такая счастливая. *** Присев на корточки, я склонилась надо кроватью Лëли. Хочу отдать должное, кровь Жаннки намного вкуснее, чем у еë подружки. Почувствовав, как мой вампирский голод утолился, я встала и вытерла губы. В коридоре послышались шаги, а затем и скрип двери. Блять, я не успела спрятаться. Но прятаться было незачем, это Валерка пришëл. Посмотрев на меня оценивающим взглядом снизу-вверх, он вдруг заговорил: –А ты чего это не спишь? – прищурившись спросил Валя. –Встречный вопрос, Лерик. Если Наталья Борисовна узнает что ты не спишь, то будет очень плохо. Иди спать, Валер. Утро вечера мудренее. Я легла в кровать и закрыла глаза. Кстати домик я убрала, ибо мне уже не от кого прятаться. Постояв ещë чуть-чуть в проходе, Лагунов, судя по звукам ушëл. Наивный. Хотел убедиться что я вампир? Не волнуйся, скоро ты сам всë узнаешь.