Знакомый незнакомец
8 декабря 2022 г., 19:19
Маленький городок Тэгу ничем не отличался от других таких же городов. Совершенно не примечательные однотипные дома и узкие переулки, похожие на лабиринт, созданный архитектором, которому не очень хотелось разнообразия. И, впрочем, здешние жители тоже не рвались что-то изменить. Им, наверное, нравилось жить в тихом и обычном городке. Казалось, что здесь нечасто происходят исключительные происшествия, которые могут попасть в новости местного канала. И в этом городе было всё тихо и мирно. До одного случая.
В обычный весенний день солнце светило ярко и тепло. Большие двухэтажные дома располагались в ряд, окружённые заборами из красного кирпича, запираемые железными воротами. Деревья стояли вдоль дороги, словно солдаты на посту. Их зелёные листья давали тень на тротуар, по которому в быстром темпе бежал парень. Он нёсся со всех сил, чуть ли не спотыкаясь о свои же ноги. Наконец, добравшись до дома, глубоко вдохнул и открыл железную дверь в воротах.
В спешке он начал снимать обувь, не развязывая шнурки. Запыхавшись, вошёл в коридор.
— Тэхён, это ты? — услышав шум у входной двери, в прихожую выглянула молодая женщина. У неё в руках были кухонные щипцы и лопатка. Взглянув на вошедшего, она вернулась на кухню к плите что-то жарить на сковородке.
— Да, мам! Это я пришёл из школы! — ответил её сын. Быстро подошёл к матери и поцеловал её в щёчку.
— Иди мой руки и садись за стол. Будем обедать.
— Хорошо. Я сейчас переоденусь и приду, — спешно ответил Тэхён и быстро поднялся на второй этаж, в свою комнату.
Скинув рюкзак, он взял в руки бинокль, хранящийся на своём месте в подоконнике. Тэ, тяжело дыша из-за бега, медленно начал осматривать соседний дом. Наконец, взгляд его дошёл до одного окна. Тэхён замер, будто кто-то мог его увидеть. «Успел», — подумал с облегчением.
В окне соседнего дома был хорошо виден такой же молодой парень с голым торсом и в спортивных шортах – тело его было стройным и подтянутым, с мускулистыми руками и ногами. Парень некоторое время, стоя перед зеркалом, делал растяжку. Потом он начал движения, похожие на танец, что-то между брейком и балетом, периодически кружился и взмахивал руками, будто птица, парящая в небе. Его движения были в одно и то же время и изящными, и резкими. Слегка отросшая чёлка от этих движений падала на глаза и снова поднималась, открывая широкий лоб, на котором были видны капли пота.
Парень усердно старался, словно танцевал для невидимых зрителей, постоянно бросая взгляды в зеркало. Иногда он закрывал глаза, когда медленно поворачивал запрокинутую голову, а потом резко делал замысловатые движения руками и подпрыгивал. Он словно растворялся в танце, не замечая ничего и никого. Через несколько минут парень остановился, протёр ладонями пот с лица и ушёл в ванную, разминая шею.
Тэхён знал, что на сегодня сосед больше не будет заниматься, поэтому отложил бинокль на место, переоделся в домашнюю одежду и спустился вниз.
Мама уже накрыла стол и наливала ему апельсиновый сок в стакан.
— Спасибо, мам, — Тэ поблагодарил за протянутый стакан, жадно всё выпил и уселся за стол.
— Как дела в школе? — спросила женщина.
— Ммм! Вкусно, как всегда! Мммм! В школе всё как обычно... Ничего нового, — Тэхён откусил котлету и улыбнулся с набитым ртом.
— А когда у тебя экзамены? Ты, надеюсь, не забыл, что тебе нужно исправить оценку за четверть?
— Мама, я уже год как сразу же исправляю свои косяки в учёбе. Не волнуйся за меня. Лучше давай куда-нибудь сходим на этих выходных, — попивая добавленный сок, сказал Тэхён.
— Извини меня... Хорошо, выберемся в центр города и обязательно купим что-нибудь, — задумчиво ответила мать.
Дженни. Так звали тридцатичетырёхлетнюю маму Тэхёна. Она вышла замуж в девятнадцать лет за парня, ухаживающего за ней во время учёбы в институте, который так и не окончила. Дженни потом не раз жалела об этом решении после развода с мужем. Бывший муж и отец Тэхёна, Ким Намджун, бросил её, встретив свою первую школьную любовь. Но из-за чувства вины перед семьёй после развода переписал на бывшую жену дом, платил алименты и оставил в банке приличную сумму денег. Но всё равно сердце Дженни никак не могло его простить, хотя головой она понимала, что в жизни всякое бывает. Самое обидное было для неё – узнать об изменах мужа во время брака в кабинете адвоката.
— Как ты мог... Ты когда-нибудь любил меня? — спросила Дженни, сохраняя спокойствие. Ей не хотелось устраивать сцену перед адвокатами.
— Любил тебя как друга, — без колебаний ответил Намджун. И она, сжав губы, молча подписала все документы. Лишь проклятая слеза потекла по щеке, давая понять смотрящим людям вокруг её боль, которую она так хотела скрыть. Женщина взглянула в последний раз в глаза бывшему мужу и смахнула предательскую слезу.
— Я больше никогда не хочу видеть тебя... Никогда...
Тэхён остался с матерью, успокаивая её, когда та не могла сдержать боль внутри от предательства любимого человека. После развода прошёл год, но Дженни всё равно не могла прийти к новому укладу жизни. Она стала забывчивой и рассеянной. И только единственный сын был рядом, подставляя своё плечо.
Тэхён был хорошим сыном. Он учился хорошо и никогда ничего не скрывал от матери. До этого года. В последние дни у него всё-таки появились секреты, о которых мать не знала.
***
Дженни в льняном цветочном платье лёгкой походкой шагала под руку с сыном. Тэхён радовался, что у неё хорошее настроение в эти выходные. Он всячески старался вызвать улыбку матери, рассказывая смешные истории. И у него это получалось хорошо. Дженни хохотала, прикрывая рот ладошкой. Они побывали в нескольких магазинах, посидели в уютном кафе. Посетили ярмарку и купили продукты на ужин. Уставшие, они вернулись домой после обеда. Тэхён сразу направился в свою комнату, бросив на бегу: — Я в душ! Переодевшись в футболку и короткие шорты чёрного цвета, вышел с полотенцем, накинутым на не до конца высушенную голову. Взгляд его скользнул по подоконнику и остановился на бинокле. «Последний раз посмотрю», — Тэхён закусил губу, подошёл к окну и взял в руки бинокль. Он медленно отодвинул штору и стал осматривать соседний дом. Ему было хорошо видно пустую комнату напротив. «Опять не закрыл окно». Внезапно дыхание спёрло – из двери душевой в доме напротив вышел почти голый сосед. На нём было полотенце, но накинутое лишь на плечи стройной фигуры. От этой неожиданности Тэхён смущённо отстранился от окна, резко задёрнув штору. «Что он творит? Совсем не думает, что кто-то может его увидеть! — Тэхён нервно прошёлся зубами по краю ногтя большого пальца руки. — Хотя... Он не знает, что за ним могут наблюдать... Интересно, он танцует голым?» Любопытство Кима заставило его снова вернуться к окну. Он стянул с головы полотенце, откинул его в сторону. На этот раз Тэхён попробовал тщательнее спрятаться – из-за шторы показался лишь один окуляр бинокля. — Прости, но не могу не смотреть... Ты такой... красивый... — вслух прошептал Тэхён. Чонгук был вторым сыном семьи Чонов. Он был старше Тэхёна на два года. Они не были знакомы лично. Ким сложил о нём впечатление по рассказам соседей и одноклассников, описывающих его как закрытого и скрытного, но спокойного парня – он никогда не лез в драки или потасовки. Никто не говорил о нём в что-то плохое, но и хорошего не могли назвать. Просто у Чонгука не было друзей. «Наверное, это связано с тем, что он недавно переехал в Тэгу. За три месяца трудно найти хороших друзей», — к таким выводам пришёл Ким. Чонгук был для Тэхёна «знакомым незнакомцем». Наблюдая за ним, Тэ знал, когда он ложится спать и во сколько встаёт, когда начинает танцевать свой странный танец. Тэхён за несколько дней определил точное время, когда Чонгук занимается перед зеркалом. Киму было приятно смотреть на него и представлять, что он сидит в зрительском зале большого театра, где для него одного танцует красивый парень, вкладывая свою душу в движения, ожидая его оценку. Тэхён улыбался, хлопал Чонгуку в конце представления и кричал «браво!». А Чон кланялся и посылал ему воздушный поцелуй. «Ты прекрасен! Невероятен!» — в своём воображении Ким кричал в ответ. Но Чонгук не стал танцевать на этот раз. Он просто встал перед зеркалом, руками медленно провёл по мокрым волосам и шее, запрокидывая голову, спустился ладонями на грудь. «Это новое движение в танце?» — подумал Ким, не отводя взгляда. Одна ладонь Чона вернулась к горлу, пальцами прихватив подбородок и оттянув нижнюю губу, сорвала с плеч полотенце. Вторая же ладонь по животу спустилась к паху. Глаза закрылись, опущенная рука начала ритмично двигаться. Тэхён, осознав его действия и не веря своим глазам, открыл рот. — Да он просто дрочит... Но, не переставая наблюдать, Тэхён сглотнул и неосознанно потянулся к шортам, засунул руку под их резинку и медленно стал повторять движения Чонгука. Одной рукой он держал бинокль, стараясь не упустить выражение блаженства на красивом лице соседа. Чон закусил губу, обнажённая и мокрая спина напряглась. Он вздрогнул и тут же расслабился, на зеркало брызнули и растеклись белёсые разводы. Чонгук опустил голову, выдохнул через открытый рот, резко обернулся к открытому окну и посмотрел прямо в глаза Тэхёна. Встретившись со взглядом соседа, Тэ опешил, мгновенно присел на корточки, прячась под подоконником. Взгляд напротив будто пронзил душу. «Он увидел! Вот чёрт! Чонгук узнал!» — Кима охватила паника. Через минут десять, если не больше, Тэхён решился медленно подняться. Осторожно взяв бинокль, он посмотрел на соседский дом. Но там уже ничего не было видно. Окно закрыто и шторы наглухо запахнуты. Увидев это, Тэхён с облегчением вздохнул и улёгся на кровать. «Да блин! Ну и что?! Если спросят, скажу, что случайно! Что в этом такого?!» — мысленно успокаивал он сам себя, засыпая. Белые облака медленно тянулись один за другим по ясному небу. Тело Тэхёна ощущалось лёгким, словно пёрышко, парящее над землёй. Он плавно приземлился на облако, на ощупь похожее на вату. Перед ним медленно стал появляться силуэт стройного человека. Яркие лучи солнца освещали его сзади, словно обводя красивую фигуру, показывая, каким может быть идеальное мужское тело, неспешно приближавшееся к Тэ, словно плывущее в воздухе. Когда незнакомец оказался совсем рядом, Тэхён смог рассмотреть его лицо. Лицо человека, которого он ни с кем бы не перепутал в жизни. — Чонгук? — с удивлением произнёс Тэхён и протянул к нему руку. Чон улыбнулся в ответ и коснулся его подбородка тёплой ладонью. Он смотрел с нежностью в глазах, поглаживая губы Тэхёна большим пальцем. — Можно поцеловать тебя? — Да... — прошептал заворожённый Ким. — Что ж... Надеюсь, тебе понравится целоваться со мной... Чонгук потянулся и коснулся губ Тэхёна своими. Ким почувствовал сладкий вкус, похожий на карамель, и ответил нерешительно на поцелуй. Чувствуя, что вот-вот его сердце выпрыгнет из груди, не выдерживая, Тэхён крепко обхватил руками спину Чона. Внезапно сосед отстранился и взглянул в ему глаза. А следом чуть подался вперёд, прошептав на ушко Киму: — Ты что, извращенец? Я ведь парень... Тэхён резко открыл глаза, подскочил и оглянулся. Вокруг были стены его родной комнаты. Сердце бешено колотилось, а чёлка прилипла к взмокшему лбу. «Это был сон? Да... Это был сон!» Тэхён подхватил валявшееся после душа полотенце, протёр лицо и шею, со вздохом завалился обратно и прижался щекой к подушке. — Во сне ты был похож на ангела... На прекрасного ангела...***
Чонгук спустился вниз, заново приняв душ после незапланированного представления перед соседским мальчишкой. На кухне вся его семья сидела за столом. Глава семейства Чон Давон читал газету с суровым видом. Старший брат Хосок веселил мать и сам громко хохотал. Чонгук сел рядом с братом. — Мам, что такое случилось? Почему вся семья в сборе? Женщина улыбнулась ему. — Да ничего такого. Сегодня у всех выходной. Ваш отец не пошёл на работу. — И почему же? — удивился Чонгук. — Да потому что здесь некого оперировать. Все специалисты заняты, кроме меня, — ответил Давон, положив газету. — Но это же хорошо... Да? — Чонгук посмотрел на брата. — Думаю, не для нашего отца. — Хосок ответил с ухмылкой. — Он же у нас известный кардиохирург. Хотя... Кто его вспомнит в Сеуле? Если бы он не ошибся... Мы бы не торчали здесь. Братишка, тебе нравится здесь? — Чонгук молча посмотрел на него. — Нравится учиться в захолустье? Тебе нравится скукота здешних мест? Серая школа? Друзья появились? Нет? Жаль... Наверное, они не любят чужаков... У меня то же самое в универе... — Не так уж и всё плохо... — ответил Чонгук тихо. — Тебе нравится? Да? Мм... А мне вот не нравится отвозить тебя каждый день в школу, а потом ездить на учёбу на самую окраину Тэгу, где и ничего нового не узнаешь. Но что поделаешь, надо беречь чувства нашего отца и ничего не говорить о наших трудностях. Правда, мама? Тебе тоже нравится здесь? — Хосок посмотрел на омрачённое лицо матери. — Хватит! — Давон отложил газету. — А что я такого сказал? Я просто разговариваю с семьёй. Пока ем мамины вкуснейшие блинчики... Ммм — Хосок притворно улыбнулся отцу. — Хосок, ты переходишь черту, — сурово сказала мать. — Черту? Хм... Простите... Наверное, это из-за дерьмового настроения. Лучше пойду подышу свежим тэгуским воздухом! Хоть что-то здесь прекрасное! Воздух! — Хосок встал из-за стола и выскочил из дома. В кухне стало тихо. Чонгук принялся за еду. Давон вздохнул. — Не хватало только этой проблемы на мою голову. Хосок изменился. Надо быть с ним по строже. — Он просто ещё не привык. Не злись, дорогой, — Женщина налила всем чай, забалтывая их рассказами о знакомстве с новыми соседями.***
