Прекрати это, Синклер

Уэнсдей выбралась из черной машины своей семьи быстрее, чем когда-либо. Ларч открыл багажник, чтобы достать ее вещи, пока она прощалась со своей семьей. Черноволосая девушка промчалась по коридорам школы, что было для нее необычно, и вскоре она оказалась перед дверью своей комнаты. Она вздохнула, медленно открывая дверь, и вскоре знакомый голос заполнил комнату. — Венс! — Громко сказала Инид с огромной улыбкой на лице, бросаясь обнимать свою соседку. — Привет, Синклер, — просто сказала Уэнсдей, слегка обнимая ее в ответ. — О, я так по тебе скучала! — Мы виделись две недели назад, Инид. — Я знаю… Но я скучала по тебе. Уэнсдей посмотрела ей в глаза. — Я тоже, — тихо призналась она, заставив свою подружку улыбнуться еще шире. Ларч прервал этот момент, войдя в комнату и оставив одну сумку и футляр для виолончели Уэнсдей на полу, снова ушел, чтобы забрать две другие сумки. — Ты уже познакомилась с нашим новым директором? Я еще не видела ее… или его… или их, не знаю. — Я не видела. Я пришла к тебе, — сказала она, сожалея, что проявила слишком много эмоций. — Да ну? — Глаза Инид загорелись, когда Уэнсдей кивнула. Аддамс медленно подошла к своей половине комнаты, открыла свою сумку и что-то достала из нее. Инид смотрела на нее, пока та шла обратно. — С днем рождения, Синклер, — сказала Уэнсдей, вручая своей девушке посылку. — Ты помнишь! — Конечно, я помню, Инид. Ты моя девушка. Кроме того, ты уже несколько недель говоришь о своем дне рождения, так что ты сделала невозможным для меня забыть об этом. Светловолосая девушка медленно открыла пакет, обнажив маленькую темно-синюю записную книжку с ее именем, вырезанным на кожаной обложке. — Открой, она не пустая. — Сказала Уэнсдей. Ее девушка сделала, как она сказала; тетрадь была полна стихов, написанных черноволосой девушкой всякий раз, когда она думала об Инид во время летних каникул. — Разве я… — начала Синклер, на самом деле не зная, что сказать. Она посмотрела на Уэнсдей, а затем начала целовать ее лицо. — Инид. — Произнесла Уэнсдей. — Прекрати. — Продолжила она, на самом деле не делая ничего, чтобы оттолкнуть ее. — Синклер. — Повторила она, увидев, что та не собирается останавливаться. — Инид. Пока Инид продолжала покрывать поцелуями все ее лицо, Уэнсдей обхватила ее щеки обеими своими холодными руками и быстро чмокнула. — Я сказала, прекрати. Инид снова заставила их губы встретиться, ее улыбка была такой же широкой, как всегда, что заставило Уэнсдей тоже улыбнуться. — Ты улыбнулась! — Воскликнула она, заставив Аддамс закатить глаза, и на ее лице появилась еще одна маленькая улыбка. — Ты снова улыбнулась! — Она указала пальцем. — Скажи это снова, и следующее, что я напишу для тебя, будет похоронной песней.