А стоило ли оно того?

Новый день, новые открытия, верно? Ах как бы не так, на неделе состоялся урок у Михаила Юрьевича, Сашенька решил что если будет усердно заниматься, то возможно к нему будут относиться чуть мягче чем в их первую встречу, может так получится, а может и нет. Он просто надеялся на удачу. А была ли она у него? Он чувствовал себя подавленно с того дня, мало ел, спал, не выходил из своих покоев большую часть времени, только на прогулки в саду при дворце когда его звал Петр и другие члены царской семьи. Часто его оставляли одного наедине с мыслями, но отец царь, ему важно держать империю под контролем, а Петербургу себя. Контроль эмоций у Северной столицы был плох, часто погода с солнца сменялась на жестокую грозу или ливень, который мог затянуться на несколько дней подряд, из придворных и царей никто не знал об этой особенности городов. Это даже не ценная информация , поэтому было бы бесполезно рассказывать это кому либо в ожидании поддержки или прочего. Так Петербург грустно проводил неделю, пока не наступило время занятий, Москва по делам и призывам Петра приезжал в будущую столицу, да и в нянечки его именовали, еще и учить маленького Сашеньку надо было. Как Москва это не любил. - Здравствуйте, Михаил Юрьевич! Что сегодня будем учить? - задорно начинал Петербург, чтобы хоть как то поднять себе настроение и своему собеседнику. - Доброе утро, чтож начнем, в мире сейчас у нас продолжается Северная война, вам как новой столице надо будет решать все проблемы и не допускать проигрыша, будут победы и проигрыши, но России нужна победа, так что начинаем изучать наших союзников и их слабые места. - А зачем слабые места, они же наши союзники? - удивленно спросил мальчик - О Боже, тебя Петр совсем ничему не учил? Бог мне в помощь с таким учеником как ты. Последнее сказанное было сильным ударом по Петербургу, но он будет усерднее учиться и во всем потакать своему учителю. Так бы и поступил ребенок, чьи мечты бросили и растоптали? Занятия проходили утомленно, Саша иногда засыпал, чего Москва на свой страх и риск терпел, в городе стояла не лучшая погода, Нева буянила, да и время уже к зиме близилось, может, обычная перемена погоды. Когда он засыпал, то занятие можно было считать оконченным, поэтому Москва просто уходил, либо по делам императорским, либо по своему желанию делал все что вздумается, ведь находиться в этом городе ему предстоит еще как минимум неделю. Тем более город еще находился в стадии строительства все же, год то 1714. В этом году Петр 1 учредил медицинские огороды что выращивали лечебные и полезные травы и раздавали их в лаборатории и больницы, это было довольно хорошим решением царя. Да улочки многие не достроены, Нева иногда выходит с берегов, зато город белых ночей всегда светлый, даже, не важно что грохочат тучи которые предупреждают Московского о скором ливне, это уже уходит на второй план. Идет около Невы, там выстраиваются чудные дома с разными частями статуй, и роскошный вид на реку, плавают лодки со строительными материалами и рабочими, гуляют люди, которые уже переехали в этот город. И гневный Москва, который идет на перекор всей радости граждан, просто с мрачным видом шагает туда, куда глаза глядят. К несчастию Москвы начался слабый дождь, он не искал места где укрыться а просто шел, ведь капает не сильно, а значит быстро пройдет. Как бы не так, он ошибся, буквально через пару мгновений он оказался под небольшой аркой Аптеки Пеля. Открывшаяся в 1710 году была довольно популярным местом, где продавались снадобья, ингридиенты и прочие прелести. Оказывается что Москва идя туда куда не зная, забрел в аптекарский квартал, в котором было промысло алхимии. Михаил не собирался туда заходить, но и мочиться под дождем желания не имелось, пришлось зайти и посмотреть на эту аптеку. В аптеке было не много народу, обычно все приходили за лекарствами для рабочих которые неустанно работали над строительством города. Михаилу не нравилось данное место, как и запах всего этого, недалеко от входа он увидел старую бабушку. Так дань бедным людям, как себе в детстве решил закрыть гештальт и подал милостыню в две златых монеты. - Добрый человек, спасибо вам, пусть Господь бог благословит вас и Ваших близких. - на действие Москвы отреагировала она - Благодарю вас, - уже собирался уходить он как старушка продолжила - Вас вроде, Михалом величают, так я хочу вам сказать одно, не делайте поспешных выводов. Не рвите общения ни с кем, обратите внимание на что-то новое, не теряйте себя в будущем. - она замолчала, Московскому казалось что ему прочитали пророчество, но он не придал этому значению, зачем? Уже не важно, дождь вроде начинал прекращаться, пора было искать карету. Пройдя дальше он увидел конный двор, может ему повезет и там будет свободный Кучер? Да, удача определенно на его стороне, он решил отправиться на финский залив, дорогу только простроили так что можно было посмотреть на еще одно чудо города. Дорога занимала меньше часа, местами не ровная, но на карете самое то, пока ехал наблюдал за лесом и видами. Он не решил отправляться в Петергоф или Ораниенбаум, ибо там, побывать он успеет, ему было больше интересен сам залив, чем то что его окружает, все же, победа первая победа русского флота на мысе Гангут, была хорошей вестью. Почти полноправное владением этим заливом дало бы самый лучший путь в Европу для развития торговли, экономики, промысла в том числе. По приезде в место назначения Московский осмотрелся, залив бушевал, вода была не спокойной, будто ознаменовала что-то грядущее, а что именно даже Михаилу было неизвестно. Вода холодная. Пробирающая до самых костей, работала вместе с ветром, его морозило. С тем что тучи заволокли небо еще сильнее чем было когда он оказался в аптеке Пеля, он принял решение уезжать обратно во дворец, надо наведаться к Петру по государственным делам, а также посмотреть на состояние Александра Романова, все же неизвестное творилось с ним, да и погода, что-то говорит Михаилу. Ехать надо было обратно в Петропавловскую крепость, подле которой находился пока что одноэтажный зимний дворец, что Петр первый решил сделать своим домом на зимние периоды. Долго ехал Московский, но он знал в какую глушь заехал, день был ужасным для прогулок, угораздило же его именно сегодня уйти из дворца чтобы проверить дух свой. До места назначения добрался уже поздним вечером, в домах виднелись свечи поставленные на подоконник. Вокруг места временного проживания стояла Стража, все выглядело непременно, свечей в фонарях не было, темно и холодно. Здание не встретило Михаила должным образом как ему желалось. Но как только его увидела Стража они быстро повели его в неизвестном направлении, видимо в сторону чьих-то покоев. - Эй отпустите меня, что вам от меня надобно? - он растолкал их и стоял на месте крича на них. - Его Величество Петр велел найти вас и вести сразу в покои Александра Петровича. Мы просто выполняли приказ. Простите. - виновато стояла служанка что только подошла, она извинялась и за стражу тоже. - Но вас очень срочно вызыв- - Куда? Ведите уже. - просто ответил гневно Михаил, вся эта ситуация изрядно бесила. Двери распахнулись в комнате никого не было, окна были закрыты фестоновыми шторами. Темно и холодно. Опять это чувство. Странно что Петр звал срочно, а его самого нет. - Где государь? - не заходя в комнату спрашивает слугу он - Я не знаю, мы сейчас же его найдем и постараемся привести. - откланялась она и ушла в Бог знает каком направлении, все же, дворец был не мал. Он решил рассматривать покои Александра, на столе стояли игрушечные солдатики, недалеко от них лежала пара книг, перо, бумага, все что нужно для учебы и развития малой столицы. Комната была по королевски расставлена, бархатные банкетки, чудный ковер, кажется привезенный Петром из Европы, на стенах были красивые картины, несколько из них были посвящены морю, разным зданиям, а самый главный и большой, был портрет царской семьи во главе с Петром его женой Екатериной и их детьми, рядом с которыми стоял Малыш Петербург, видимо картина почти новая. Москва стал рассматривать другую часть комнаты, где находился шкаф, а подле него зеркало во весь рост Михаила, а он был довольно высоким человеком. Рядом же стояла огромная кровать с балдахином, поистине уникальное сочетание красного бархата и белых кисточек, что завязывались вокруг держателей конструкции. Все было таким роскошным и одновременно странным? Комната казалась пустой не смотря на то что вещей в ней было много: начиная от красивых медных и не только канделябров, заканчивая огромнейшей кроватью. - Александр? Вы спите? – возможно это был глупый вопрос для Москвы, но что сделано, то сделано. Саша молчал, может действительно спит? Из-за непогоды на улице складывалось совсем не хорошее ощущение, в комнате было прохладно, и горело лишь две свечи на канделябре находящемся при кроватной тумбе. Странный и может отчаяный шаг совершил Михаил, зачем? Но он решил проверить температуру у Северной столицы. Холодный, даже ледяной. Дышит ли он? Прерывно, тяжело. Погода сказывалась на теле Александра не лучшим образом, он еще совсем мал. Лекаря звать нужды не было, никто не знает о самих городах, о том как их лечить, но город не разрушен, ему просто плохо, время от времени он будет просыпаться, от боли. Михаила это не особо интересовало, он просто знал что это пройдет, но как скоро пока не понятно. Получается что Московскому делать в новой столице абсолютно нечего, если по уважительным причинам, болезни Романова придется отменить занятия, как бы не так, заместо Саши, будет отдуваться как раз таки Москва. - Почему ты не следил о его состоянии?! Почему я узнаю эти вести от слуг, а не от тебя Михаил? – срываясь на крик говорил Петр, вести о своем милом Петербурге его не радовали. Они уже ушли из покоев Александра и находились в кабинете царя. - А что вы мне прикажите делать, Петр? Я с этим ничего не сделаю, ваш Парадиз с самого начала был ужасной идеей, и если он погибнет вся ответственность будет на вас, а не на мне, так почему я должен следить за вашим Чадом? – стоя около книжного шкафа с картами говорил Михаил, напряженная ситуация, они были настроены грозно друг к другу, и одному не было дело до Сашеньки. Не зря еще на первом уроке Москва разъясняла юной столице что такое смерть для города, и почему нельзя так легко сдаваться. Саша не сдавался, учился не покладая рук, так как его еще строили он быстро рос, казалось будто один два года и мальчик уже будет как Москва что по росту, то и по величию. Возможно все так и случится, но данная ситуация у Северной столицы улучшалась, с каждым днем на улице выходило солнце, хоть и не надолго. Когда он просыпался Москву же вызывали, тот проводил ему уроки в его покоях, пока Александр был в прикован к кровати из-за своей слабости, неделя прошла быстро. Что было приятно для Московского, скоро он должен был уезжать, не то чтобы ему не хотелось, но тут он мог отдохнуть от государственных дел, и работ других. Вообщем забылось все в небытие, ему даже немного понравилось учить маленького Сашу, смышленый на разные темы болтает, после случая с ужасной погодой стал мягче, они даже с Михаилом немного поладили, но ссорились из-за нелепицы. Вот на неделе позавчера это было: - А я вам говорю Александр, ваши идеи по строительству разводных мостов не лучшая идея. Вдруг ничего не выйдет, люди погибнут! – восклицал его учитель - Ну Михаил Юрьевич, а что если у меня получится, не попробуешь не узнаешь! Вы мне сами так говорили! И говорили не сдаваться если кто-то вам говорит обратное! Это ваши слова и я их помню! – как-то обиженно, но задорно отвечал ему Петербург рисуя схему разводного моста на своих листах лежащих в прикроватной тумбе. - Эх, какой же вы упрямый, но по крайней мере уроки свои усвоили, но все равно эта идея не лучшая! Я не одобряю – Москва принял поражение? Удивительно это было и для него самого, самовольная капитуляция, в первую ему такое чувствовать. - Победа! Я всегда буду добиваться своего – Петербург счастлив, он может спокойно общаться со своим учителем без всякой ненависти к ученику. Приятный бонус за неделю уроков и учений государственным делам. Он рад, очень. Хоть иногда и были такие моменты что Москва мог ему нагрубить, стать холодным, и хоть такое было частым явлением, Сашенька прощал, знал что тяжело Москве, лучше не мешать. Это была наивыгоднейшая тактика, которая всегда работала, а самое приятное, была каждая победа в ней