Зелёное и Красное

      Эриа упала на колени недалеко от стен города. Ноги болели, голова раскалывалась, глаза еле открывались, живот урчал. «Я не хочу идти, не хочу, нет…» Эриа закрыла лицо руками. «Где люди, которые поддержали бы меня? Где люди, которых я любила?» Девушка упала на землю ничком и вновь тихо заплакала. «Которых я люблю…» Она свернулась в беззащитный комочек и пролепетала: «Теперь они… Они даже не земля и трава, не небо… Они… гнилая плоть! Их настоящих нет! Их вообще никаких нет! Они…» Эриа резко перестала рыдать и лишь спокойно всхлипывала: «Они… моя цель… Они создали цель моей жизни. Я… не могу её не исполнить. Не могу.» Эриа осмотрелась, вытерла слёзы, покачнувшись, поднялась и тяжело вздохнула. «Нельзя сидеть сложа руки. Они ведут меня».

***

      В забытие, лепеча под нос: «Моя цель, мой мотив», Эриа шла на пение. В Лэкусе проходил концерт, посвящённый дню ремёсел. Играла весёлая музыка, на постаменте танцевали коллективы, люди плясали на площади, подражая их движениям. Смех, улыбки, радостные лица. Но отрада пропадала, когда рядом появлялась Эриа. Люди бросали на девушку настороженные взгляды. Она была не похожа на обычную пьяницу, на беспечную бродягу, на изгоя. От неё несло смертью, исходили зловонья отчаяния и скорби, но всех сильнее ощущался аромат страха. Эриа решительно направлялась на постамент. Стражники лишь молча смотрели на неё, не в силах двинуться с места и остановить чужеземку. Эриа сорвала выступление: взобравшись на постамент, она отстранила удивлённо воззрившихся на неё танцоров и, не произнося ни слова, сделала руками неопределённый жест. Растаяли обрывки людских голосов, народ только боязливо озирался по сторонам, на ворота, откуда пришла девушка, пропахнувшая скорбью. Чужеземка заговорила хриплым голосом: «Я Эриа из Агреди… Я принесла вам весть об опасности». Люди жались друг к другу и в растерянности искали глазами родных. «С юга на нас идут войной люди, называющие себя имманитами. Они не оставляют никого в живых: ни мужчин, ни женщин, ни стариков, ни детей, уничтожают птиц-письменосцев, способных разнести весть об угрозе по всей стране», — Эриа умолкла, пытаясь подобрать слова для дальнейшей речи. Люди притихли, не в силах произнести ни звука, как имманиты. Но в любой толпе найдётся смелый. Мужчина из середины площади громко и недоверчиво выкрикнул, привлекая на себя людские взгляды: «Каковы твои доказательства?!» Эриа слегка отступила и дрожащим голосом ответила: «Я видела их своими глазами! Мои родные умерли от рук имманитов прямо передо мной!» Мысли о дальнейшей речи ушли, и девушка тупо стояла на площади, ища поддержки и не понимая, что ей делать дальше. «Это может быть просто пустым бредом!» — воскликнул дрогнувшим голосом старик, стоящий недалеко от постамента. По площади, наконец, прошли первые шепотки. Кто-то громко произносил: «Бред!», «Ложь!», «Сгоните её со сцены!» Но девушка ухватилась за реплики, как за спасение: «Подождите!» Эриа достала из рюкзака письмо и магический шар. «У меня есть письмо матери. Она говорит о видении в её магическом шаре!» Тут площадь оживилась! Люди заголосили, заорали: «Дочь преступницы!», «Мантика запрещена!» Охрана очнулась. Двое мужчин в доспехах поднялись на постамент к девушке. Один выхватил у Эриа шар и письмо, а второй грубо сжал её плечо и повёл прочь от площади.

***

      В просторной комнате на кресле сидел крепкий мужчина в доспехах. Неотступный взгляд чёрных глаз, погрубевшая кожа лица выдавали в нём видавшего виды воина, уже ничего не страшащегося в этой жизни. Он положил руки на стол и опустил голову. Напротив кресла, на стуле пристроился парень, по общему телосложению похожий на мужчину в доспехах. —Глупцы! — воскликнул юноша, за что словил яростный взгляд мужчины. — Прости… Просто, может, она права?! Они сразу цепляются к мантике! Толпа — она и есть толпа! Так, может, если бы не мантика… —Файдэс! У нас самые добропорядочные жители в сравнении с другими селениями. Так что это нормально и даже отлично, что они так реагируют. Тебе давно пора это понять как кандидату на пост начальника стражи Лэкуса. —Отец, на самом деле, есть уже доказательство. Я проверил наших птиц-письменосцев. Отец, они больны! Вдруг мятежники прокрались в наш город и заразили птиц? Мужчина угрожающе поднял голову и свёл брови, но произнести ничего не успел. В комнату вошла стража, усадив Эриа на стул и положив перед мужчиной письмо и шар. —Вот и наша «преступница»! — ухмыльнулся мужчина. Эриа вскинула брови, но тут же поборола себя, и выражение её лица приняло равнодушный вид. — Бумагу прочитаю позже. Лучше расскажи подробнее, что ты видела? —Много убийц всех возрастов вырезают жертв… всех возрастов… — начала девушка спокойно и размеренно. — И… всё зелёное вокруг. В воздухе будто зелёный дым… и запах… кофе и мяты. Мужчина в доспехах вдруг с силой сжал руки в кулаки.       "Будь здесь. Спасибо за сведения", — проговорил он, резко встал и вышел, прихватив с собой письмо.       Парень нахмурился. Покачивая головой и сомкнув губы в одну линию, он сел на кресло отца. Молодой человек молча начал разглядывать картины на стене позади Эриа, а девушка во все глаза смотрела на его лицо: очень красивое со слегка пухлыми щеками, узкой, но изящной линией губ, аккуратным носом, карими глазами, гладко выбритым подбородком и с огромным шрамом на правой щеке. Девушка задышала быстрее, сцепила резко вспотевшие руки под столом и заёрзала ногами.       Парень вдруг перевёл взгляд на Эриа, отчего у той спёрло дыхание, и недовольно спросил: "Что ты так на меня смотришь?!"       Эриа не смогла ничего ответить. Она лишь слегка мотнула головой и нервно сглотнула. —Ладно, — сжал губы юноша. — Можешь не отвечать. —Спасибо, — как-то само собой вырвалось у девушки. —Хм… — парень положил руки на стол и подался вперёд. — А ты симпатичная, — он слегка наклонил голову вбок. — И пахнешь… интересно. —Эм… — Эриа подумала, как она может сейчас выглядеть, и сочла это за сарказм. — Ты тоже. Красивый шрам! — эти слова, произнесённые внешне непринуждённо, вызвали новый взрыв нервного напряжения у Эриа. —Шрамы украшают человека, — ухмыльнулся парень, похоже подумавший, что фраза девушки была комплиментом. —Да… Наверное, — произнесла она, облизнув ссохшиеся губы и протерев глаза руками, затем она глубоко вздохнула и взглянула на дверь, за которую ушёл мужчина. —Меня зовут Файдэс из Лэкуса, — вдруг проговорил парень, протянул руку, очень натянуто улыбаясь. —Я Эриа из Агреди, — девушка недоверчиво посмотрела на руку, перевела взгляд на шрам, протёрла от пота свою ладонь и поздоровалась с молодым человеком. —Ох уж ваше Агреди, — презрительно фыркнул житель более крупного поселения.       Эриа нахмурилась, ей не хотелось говорить, но некая обида кольнула девушку, и та как-то резко и громко, сама от себя не ожидавши, выдала: —Что тебе не нравится?! —Как что?! У вас один Дом знаний, и то отвратительный! Вы только и умеете, что капать землю и убирать за скотом. О каком развитии Ордарии вообще говорит Союз Трёх, когда есть такое поселение как Агреди, когда Тартрус до сих пор не оправился от магических экспериментов?.. —А Лэкус? — робко продолжила Эриа. —Пытаешься защитить своё поселение? Что не так с Лэкусом? —Только что побывала в Монтасе. По сравнению с Монтасом, Лэкус — пустышка. —Это ты ещё Марго не видела! Но у нас с Монтасом разные приоритетные сферы деятельности. Слишком умные слова для тебя?       Эриа хотела возразить, но мотнула головой и отвернулась.