Нарисуй для меня выход (Write my way out)

Либо Уэнсдей начала проявлять больше эмоций, либо Ксавье стал лучше в них разбираться. Прямо сейчас она слушала Энид, увлеченно говорящую о чем-то, пока они ели во дворе, и пыталась не выглядеть так, будто ей хочется пырнуть себя вилкой. Нельзя сказать, что у нее получалось, но Энид либо не замечала, либо ей было все равно. Ксавье рисовал всю сцену, удобно спрятавшись в мезонине второго этажа, смотря на двор сверху. Он не мог перестать рисовать ее раз за разом. Может быть, если он нарисует достаточно, то сможет наконец понять ее. Их отношения стали лучше с момента, когда они вернулись в школу. Они иногда переписывались в течение каникул, и она даже была близка к тому, чтобы извиниться за его арест. Хотя у него было ощущение, что злилась она скорее из-за того, что была не права, нежели из-за того, что ранила его чувства. И хотя его до сих пор злило, что она поверила в то, что он мог быть монстром, оглядываясь назад, он не мог не восхищаться ее принципиальностью и готовностью следовать за своими инстинктами, не задумываясь о том, куда они ее приведут и какими будут последствия. Так что, пока они были друзьями, и Ксавье смирился с тем, что его чувства к ней были глубокими и сложными и не собирались исчезать. Теперь она сжимала свою вилку крепко и наконец сказала что-то, что заставило Энид закатить глаза, прежде чем продолжить. Ксавье улыбнулся, думая о том, какое именно колкое замечание вылетело изо рта Уэнсдей и попытался передать форму ее губ, выражавшую особое презрение ко всему человечеству. Телефон в его кармане завибрировал. Он вытащил его и разблокировал. Это было сообщение от нее. Ты опять рисуешь меня Он опустил взгляд вниз. Она смотрела прямо на него. Как она могла писать, оставаясь незамеченной было загадкой. Независимо от того, насколько хорош, по мнению Ксавье, он стал в понимании ее, прямо сейчас он не мог сказать, хотела ли она его убить или просто забавлялась. Или, может, ее забавляла идея убить его. Он пожал плечами, и она кивнула, прежде чем собрать свои вещи и направиться к ближайшей лестнице. Теперь Ксавье оставалось только ждать своей участи. Дрожь возбуждения пробежала по его телу, как каждый раз, когда у него появлялась возможность провести время с ней. Она появилась в дверном проеме и направилась к нему своей уверенной походкой. Для человека такого небольшого роста, ее присутствие заполняло комнату так, как не заполняло присутствие ни одного из тех, кого он знал. Она остановилась в двух шагах от него. "Твоя привычка превращается в зависимость" "Разве тебя это волнует?" Она помолчала, прежде чем ответить. "Нет, меня это не волнует. Но я не понимаю твоих мотивов" Он усмехнулся; Ксавье тоже не особо понимал их. Он снова пожал плечами, потому что на это ему было нечего ответить. "Могу я взглянуть?" Он протянул ей свой блокнот. Она взяла его и осмотрела набросок. Ее выражение лица не изменилось, и он почувствовал, что его сердцебиение участилось. Она перевернула страницу, открывая другое изображение себя, на этот раз сидящей в аудитории и слушающей незапоминающуюся речь нового директора. Она тщательно изучала все рисунки, пока Ксавье стоял рядом, покрытый мурашками с ног до головы. Она переворачивала страницу за страницей, видя свое лицо на каждой, что, на самом деле, не делало ничего, чтобы опровергнуть ее теорию о его зависимости. И все же он не был смущён этим. На самом деле ему нравилось то, что она видела все это. Наконец, она долистала до конца и протянула блокнот обратно. "Все ещё не волнует?" "Ты делаешь успехи" Тепло разлилось по его телу после неожиданного комплимента. "Спасибо" "Ты бы хотел, что я попозировала для тебя?" Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, о чем она спрашивает, и он почувствовал как вспыхивает от одной только мысли о ней, позирующей для него... "Ты... Ты бы хотела сделать это?" "Да, это звучит мучительно некомфортно" Он все ещё не функционировал в полную мощность. Эта девушка лишала его возможности трезво мыслить находясь рядом с ней. "Ну так?" "Что?" "Хочешь?" "Да!" Она на секунду расслабилась, или это его воображение взяло над ним верх. Ему стало интересно, могла ли она нервничать, задавая этот вопрос. Это казалось очень маловероятным. Она кивнула, прежде чем развернуться и уйти, оставив его в полном замешательстве, смешанным с восторгом. Он не видел ее все оставшуюся часть дня и лежа в кровати той ночью, не был уверен в том, что не выдумал все произошедшее. Телефон на прикроватном столике завибрировал. Волна предвкушения пробежала по его телу. Как насчет этой субботы? Значит, все это ему не привиделось. Уже что-то. Да, отлично Куда мы пойдем? В мою мастерскую. Там нас не побеспокоят В какой позе ты бы хотел видеть меня? Она буквально пыталась убить его. Это определенно было психологической пыткой, которая не сойдет ей с рук. И он был удивлен тем, что она спрашивала его совета. Обычно она с неохотой следовала чьим-то указаниям. Ты кажешься слишком заинтересованной в моем мнении У тебя взгляд художника. Я здесь для того, чтобы подчиняться ему В пределах разумного Он все еще не был уверен. Уэнсдей Аддамс ничего не делала без задней мысли. Пока он пытался привести свои мысли в порядок, один образ предстал перед ним с поразительной ясностью. Единственный момент, который отпечатался в его памяти, но не был передан на бумагу, сколько бы раз Ксавье ни пытался это сделать. У тебя осталось то платье, в которым ты была на Вороньем балу? Да. Вещь смог вывести фальшивую кровь, хотя, по-моему, она только украшала платье Ты хочешь, чтобы я надела его? Он попытался успокоить свое дыхание, представив ее, одетую в то платье, в своей мастерской. Эта сцена отпечаталась в его сознании. Да Возможно, у тебя есть нож? Конечно. И не один Есть любимый? Да Могу ли я нарисовать тебя с ним? Она ответила не сразу, и он затаил дыхание. Твой взгляд художника, возможно, чего-то стоит Он не смог сдержать улыбку, расплывшуюся по его лицу, несмотря на неоднозначность этого комплимента.

***

Ксавье очень нервничал. Уэнсдей должна была прийти с минуты на минуту. Он пришел раньше, чтобы подготовить все, включая зеркало, которое он собирался использовать. И сейчас он метался по мастерской, пытаясь убраться в очень грязном месте. Хотя, она ведь уже была здесь. Черт, его арестовали прямо в этом месте. Тем не менее, он не мог сидеть на месте, пока ждал. Он услышал шаги снаружи и мгновенно напрягся. Дверь открылась и Уэнсдей вошла в комнату. Время замерло. На ней была толстовка поверх платья, а ее волосы были собраны так же, как на балу. "Здравствуй, Ксавье" "Привет, Уэнсдей" Она прошла вглубь и сняла толстовку. Это не помогло ему перевести дух. Вот и она, похожая на приведение, но в нужной атмосфере, в отличие от искусственной белизны Вороньего бала. Здесь она среди тьмы и теней. "Все так, как ты задумывал?" Ксавье кивнул, на секунду потеряв дар речи. Он прочистил горло. "Ты взяла нож?" Она многозначительно посмотрела на него, прежде чем поставить ногу на ближайший стул, обнажив черный ботинок на каблуке. Она засунула руку в ботинок и достала оттуда что-то похожее на 12-дюймовый средневековый кинжал. Он был почти уверен, что это его обычное место, и она не положила его туда специально для него. "Что нужно делать дальше?", спросила она своим обычным нечитаемым тоном. Он собрался с мыслями и подошел к ней. "Вставай сюда", он указал на место в паре шагов от напольного зеркала, которое он позаимствовал у кого-то из общежития. Она последовала его указанию. "Хорошо, поворачивайся лицом ко мне", он показал на свой стул, "и чуть дальше от зеркала". "Нож будешь держать за спиной так, чтобы его было видно в зеркале". Она посмотрела на зеркало, затем на кресло, рисуя сцену в своей голове. Наконец, она повернулась к нему, и уголки ее губ чуть приподнялись, что он воспринял как одобрение. Она встала на место и искоса взглянула на него. Он сел на стул и окинул сцену взглядом. Она выглядела убийственно великолепно, но в зеркале не было видно кинжала. "Можешь немного развернуться налево?" Она поворачивалась медленно и элегантно. Он внимательно следил за зеркалом, пока не увидел кинжал там, где хотел. "Отлично" Она мгновенно остановилась и замерла. "Да, выглядит отлично. Я сделаю эскиз, чтобы потом нарисовать по нему рисунок. Ты точно сможешь не шевелиться?" "Да" "Скажи, если станет слишком некомфортно" "Я способна выдержать огромное количество боли" "Ладно. Хорошо" Он взял свой скетчбук, не тот, который обычно носил с собой. Этот был больше, он использовал его для более крупных работ. Он начал ставить точки, чтобы правильно прорисовать пропорции. "Предпочитаешь работать в тишине?" Он оторвал взгляд от бумаги. На самом деле, до этого у него никогда не было моделей, поэтому он не мог выразить своих предпочтений. Хотя он не знал, что будет отвлекать больше: Уэнсдей, молчаливо наблюдающая за его работой или то, о чем она хотела поговорить. В конце концов, любопытство взяло над ним верх. "Нет, можешь говорить. Просто не меняй позы" Он не видел в этом проблемы, до сих пор она не сдвинулась ни на сантиметр. Он продолжал прорабатывать набросок, его взгляд метался от нее к бумаге и обратно. Она молчала, и когда он вошел в удобный ритм, то почти забыл о том, что нужно нервничать. Он начал рисовать черты ее лица и был поражен прямотой ее темных глаз, прекрасными, но неприступными губами и бледностью ее кожи. Он удержал ее взгляд и потерялся. Он все еще не имел понятия, почему она была здесь и делала это для него. Он ясно давал понять, что она нравится ему, и она ясно давала понять, что это невзаимно. И тем не менее, она была здесь. Красивее, чем когда либо, и такая же загадочная как всегда. Ему было интересно, что она видела, наблюдая за ним: влюбленного идиота, с которым можно поиграть или кого-то, к кому ее тянуло наперекор самой себе. "Ты так и не ответил мне" Ее вопрос вырвал его из мыслей, и он снова сосредоточился на картине. "На какой вопрос?" "Непостижимая причина, по которой я тебе нравлюсь" Он вспомнил ту сцену в тайной библиотеке. "Это было больше похоже на обвинение, чем на вопрос" "Как бы то ни было, мне бы хотелось узнать ответ" Не то чтобы Ксавье постоянно задавал себе этот вопрос, и он не давал ему спать по ночам. На секунду он подумал о том, чтобы сказать, что это ушло, в связи с тем, что произошло. Но было около дюжины увиденных ее рисунков, которые не позволяли ему осуществить эту идею. "Почему ты хочешь знать?" "Потому что я не понимаю причин и мне это не нравится. Ты не ошибся, когда сказал, что я токсична, но я все еще нравлюсь тебе, и это сбивает с толку. Он вспомнил, как сидел в той камере и ненавидел ее. Он был доволен тем, что смог задеть ее своими словами, впрочем, эта радость продолжалась всего несколько часов, прежде чем он начал ненавидеть себя за сказанное. Должно быть, это сводило ее с ума — не понимать чего-то подобного. Возможно, это даже было причиной, почему она решила застрять здесь на несколько часов наедине с ним. Она нашла способ держать его в плену, чтобы допрашивать до того, как удовлетворит свое любопытство. И ей было интересно, почему она нравилась ему. "Я уже говорил тебе, что наговорил тогда всякого" "Но ты действительно хотел сказать это" "Уэнсдей, я был осужден за убийства, которых не совершал. Да, я хотел сказать это в тот момент. Я..." Он сделал паузу, подыскивая правильные слова. Он не был уверен в том, что знал, что хотел сказать тогда и что хочет сказать сейчас. "Я думаю, что ты слишком сфокусирована на поиске правды и не понимаешь важности того, кто рядом с тобой. И ты действительно ставишь себя выше других. Ты не доверяешь людям, даже если они не сделали ничего, чтобы заслужить твое недоверие. И да, дружбе с тобой действительно нужно иметь предупреждающий знак. Но ты также всегда честно говоришь об этом. И ты классная. И остроумная. И тебе не все равно, хотя ты и пытаешься сделать вид, что это не так. Так что да, думаю, что я питаю слабость к красивым волевым девушкам, которые могли бы убить меня, если бы захотели это сделать" Наконец, он остановился. Она смотрела на него так, словно хотела вытащить ответы из его черепа. И она все еще сжимала в руке нож, так что это представлялось вполне возможным. Он воспользовался ее молчанием. "Могу я задать тебе вопрос?" "Задавай" "Почему ты предложила попозировать для меня?" Он вернулся к работе, пытаясь снизить тревожность от ожидания ответа. Будет действительно обидно, если она скажет, что только для того, чтобы расспросить его. "Ты видишь ту версию меня, которую я не узнаю" "Версию, которая тебе не нравится?" "Я этого не говорила" Ее тон стал обороняющимся, и Ксавье решил дать ей время, если оно было ей нужно. "После прибытия в Невермор мне пришлось пересмотреть свои взгляды на некоторые вещи. Мне успели неоднократно доказать, что я во многом ошибалась" Он почувствовал, что ей многого стоило признать это. "Ты была ближе всех, Уэнсдей. Ты узнала о заговоре раньше всех и смогла положить этому конец" "Я не должна была быть так обманута" Он подозревал, что был только один человек, который ее беспокоил. Как бы сильно он ненавидел думать о нем, она, должно быть, чувствовала себя еще более преданной, ведь он нравился ей. "Ты не могла знать о Тайлере" "Ты предупреждал меня о нем" "Честно говоря, я не думал, что он монстр. Он просто не нравился мне и...", если она могла быть уязвимой перед ним, то мог и он. "Я завидовал. Ты не доверяла мне с самого начала, но у тебя не было никаких проблем с ним" "На самом деле, в начале я просто использовала его, чтобы сбежать из города" Только Уэнсдей могла использовать как аргумент, что использование людей — это хорошо. "А после?" Она глубоко вздохнула, и ее хватка на кинжале на мгновение усилилась. "Мне не привычно такого рода внимание со стороны людей противоположного пола. Я признаю, что запуталась и не справилась с этой ситуацией самым рациональным образом" Чем больше она была не уверена в себе, тем длиннее становились ее предложения. Это было очень мило, но он бы скорее умер, чем сказал ей это. Потому что он бы все равно умер, скажи ей. "Ну а что "такого рода внимание со стороны людей противоположного пола" заставляет тебя чувствовать, помимо растерянности?", спросил он, пытаясь сдержать усмешку, понимая, что рискует своей жизнью. "Я не совсем уверена" "Это одна их тех вещей, которые тебе стоит пересмотреть?" "Возможно" В момент храбрости или полного безрассудства, он спросил, прежде чем подумать. "Ты пересмотрела свое мнение насчет меня?" "Я готова признать, что ты не оставляешь меня равнодушной" Он на секунду забыл как дышать. "И что же между нами сейчас?" Он видел, что она не может ответить на этот вопрос. После еще одной долгой паузы он вернулся к рисунку. Не поднимая глаз, он продолжил: "Пойдешь со мной на свидание?", его голос предательски дрогнул на последнем слове. "Последнее свидание, на которое я ходила прошло не особо хорошо" "Что, если бы я пообещал, что не участвую ни в каком заговоре с целью твоего убийства?" "Я все равно бы тебе не поверила" Он был почти уверен, что это была шутка, хоть в ней и была доля правды. Прежде, чем он успел ответить, она заговорила снова. "Что представляет собой свидание?" Ему пришлось задуматься над ответом. "Наверное, совместное времяпрепровождение в романтической обстановке" "Как бы ты описал романтику?" У него снова не было ответа. "Я не знаю. А как бы ты описала ее?" "Я спрашивала у Энид и пыталась разобраться в том, что люди обычно подразумевают под романтикой, но ничего из того, что я узнала не показалось мне интересным" Он многое бы отдал, чтобы посмотреть, что именно она изучала для своего исследования. И он торжествовал от того, что она вообще решила заняться этим вопросом. "Окей. Ну... Проводить время вместе. Делать то, что нравится обоим?", почувствовав уже готовый сорваться с языка Уэнсдей упрек, он поспешно добавил: "Ну, хотя бы одному" "Тогда позировать для рисунка тоже считается?" Он сглотнул. "Тебе нравится это?" "Физический дискомфорт приятен. Компания тоже...сносна" Он глупо улыбнулся. "Просто чтобы ты знала, я воспринимаю это как «да»" "Ну а тебе? Нравится?" Он почувствовал прилив любви к ней. "Да, Уэнсдей. Мне нравится проводить время с тобой. Мне также нравится рисовать тебя, но то, что мне нравится больше всего — это разговаривать с тобой. По настоящему разговаривать. Когда никто никого ни в чем не обвиняет" "Еще не вечер" Он засмеялся и мог поклясться, что уголки ее губ приподнялись. "Ну так что?" "Что?" "Это. Это свидание?" "Ты бы хотела, чтобы оно было им?" "Ты знаешь, что у тебя есть привычка отвечать вопросом на вопрос?" Он знал это. "Тебе это нравится?" Он ухмыльнулся, она нахмурилась. Все шло намного лучше, чем он себе представлял, поэтому, не желая переступать черту, он отступил" "Я хочу встречаться с тобой, Уэнсдей. Так что, если ты хочешь, чтобы это было свиданием, это будет свиданием" Она едва заметно кивнула, и они на время закрыли эту тему. Некоторое время он работал в тишине, наслаждаясь процессом намного больше теперь, когда знал, что она была здесь, потому что хотела этого. Он с наслаждением прорисовывал изгибы ее плеч и шеи. Ее очертания горели в каждой частичке его тела, и он думал, сможет ли видеть ее, стоящую перед ним, каждый раз закрывая глаза. Он был бы не против. Она была великолепна, и негласно разрешила ему смотреть. Он нанес последние штрихи и решил, что на сегодня достаточно. Он встал и потянулся, спина ныла после долгого пребывания в одном и том же положении. "На сегодня все. Можешь шевелиться" Она кивнула и расслабилась. Она стояла неподвижно столько времени, но была все также грациозна, будто ее тело нисколько не устало от приложенных усилий. Она положила кинжал обратно в ботинок и встала перед ним. "Могу я взглянуть?" Теперь была его очередь кивать и снова протягивать ей скетчбук. Этот рисунок был гораздо более детализированным, чем все, которые она видела до этого. Он также добавил крупные планы ее глаз, губ и рук. Она провела пальцем по линиям платья, и он почувствовал, как по спине пробежали мурашки. "Что думаешь?", спросил он шепотом. "Как я и сказала, другая версия меня", она подняла на него взгляд. "Мне нравится" В очередной момент храбрости, он взял ее руку, державшую бумагу, и зависнув чуть выше нее, сконцентрировался. Девушка на рисунке расслабилась и начала танцевать, с застывшим выражением лица. Он по памяти повторил движения, увиденные им на танцполе на Вороньем балу, не до конца передавая их магию. Ее рука развернулась так, что теперь они держались за руки. Девушка на рисунке вновь застыла. Настоящая Уэнсдей положила скетчбук на стол, не отходя от него. Они стояли очень близко друг к другу. Он чувствовал ее близость каждым атомом своего тела. "Это неравнодушие, которое ты испытываешь ко мне. Оно включает в себя симпатию?" Она не ответила. Ее рука легла на его грудь, сжимая рубашку и заставляя его наклониться. Он охотно приблизился и нежно поцеловал ее, запуская руку в ее волосы. Ее губы были на удивление теплыми, он был почти уверен, что они будут холодными. Она нерешительно ответила, перед тем как отстраниться. "Все нормально?" "Жду, когда придет видение, где ты убиваешь кого-то" Он попытался не принимать это на свой счет, зная, что произошло в последний раз, когда она целовала кого-то. "Ну что?" "Пока ничего" "Продолжим?" Она на секунду задумалась, прежде чем кивнуть. Он улыбнулся и поцеловал ее еще раз. Она больше не сомневалась. Прижавшись к нему, она поместила их все еще переплетенные пальцы между ними. Все развивалось слишком быстро, и он почувствовал, что надо остановиться, пока он не потерял контроль над собой. Он замедлился и мягко поцеловал ее, прежде чем отстраниться, все еще сжимая ее руку. Она раскраснелась и выглядела ошеломленной, и он понял, что сделал правильный выбор, остановившись. Он не хотел, чтобы то, что они делали было всего лишь минутным порывом или тем, о чем она пожалеет позже. Уэнсдей любила принимать рациональные решения, и он даст ей время, чтобы решить, что она хочет с этим делать. "Так что, ты пришла к каким-нибудь выводам?" Медленно, ее лицо возвращалось к тому расчетливому выражению, которое он так любил. "Да" Он ждал, затаив дыхание. "Это было свидание. И нам нужно провести еще" Он улыбнулся, и уголки ее губ определенно приподнялись.