Новая Империя Найтмер Мун или почему нельзя допускать попаданцев до власти

Я ожидал худшего. Что опять придет Селестия и снова начнет на меня бочку катить, но обошлось. Пришлось, конечно, чутка по тосковать в одиночестве, так как местные поняхи не особо горели желанием провести со мной немного свободного времени. Хотя, пони пытались скрасить моё одиночество при помощи каких-то зверей, которые по какой-то непонятной причини вместо того чтобы дарить ласку и тепло, что обычно происходило и что по идее должно было произойти, вместо этого, эти зверюги не стремились мне помочь, даже наоборот — от меня с трудом оторвали кота постоянно шипящего, царапающегося и кусающегося. Хорошо что на мне тогда был гипс или что там поняхи на переломы накладывают, но даже этому материалу здорово досталось, хотя толщина там была, конечно — моё почтение. Но потом появилась ОНА. А именно — Каденс. Пришла, письма принесла. Письма были так себе. Я сначала подумал, что там что-то напутали с адресатом, так как там каждое письмо начиналось со слов «Дорогая Принцесса Селестия…», ну кроме одного. От Дэшки я получил письмо примерно такого содержания: «Да, я уебала тебя и чё? Ты гнида! Падла. И вообще мразь. Прости что уебала не за дело. Можешь считать, что это была месть за то что я из-за тебя оглохла в день солнцестояния, тварь…», там на самом деле всё цензурно и текста больше. Но основной посыл я уяснил. Ну, оно хотя бы было интересное и она определённо писала его самостоятельно, судя по орфографическим ошибкам. Чего не скажешь о других писульках, которые все как под копирку начинаются, да и по содержанию они были подозрительно похожи. Да блядь, там даже почерк во всех письмах был одинаковый. Будто на отъебись сделано. Без души. В отличие от Дэшки. Хмм. Вообще, если Рэйнбоу действительно окажется пацанкой, то возможно мы с нею даже подружимся… Ведь хорошее начало дружбы, как широко известно каждому представителю мужского рода, это хорошая драка! Хотя я в этой драке почти и не участвовал… Или это не так работает? А дальше меня ждал сюрприз от розового аликорна — она пришла помочь мне в борьбе с одиночеством. И после пары дней в больнице, в одиночной палате будешь даже рад тому драному коту, который пытался тебя убить, не то что принцессе. Попиздели мы не долго, так как она собиралась кинуть меня в угоду своих обязанностей свахи, семейного психолога и академика любовных искусств. Я, ясен хрен, постарался с этим хоть что-то сделать. И мне даже удалось её уговорить меня покатать по улице в инвалидной колеснице, что на самом деле было заебенным развитием событий. Что на самом деле достижение — целая принцесса катать по улицам будет! Всё лучше, чем тут лежать и тухнуть.

***

Кантерлот — это город в котором бы мне не хотелось жить. Все такие важные, гордые. А ещё у них у всех просто неебическое самомнение. Нет, серьёзно — они тут бузят на целого, мать их, аликорна! Ну, да — Кейденс не самая узнаваемая принцесса. Но я просто хуел с их наглости. И ЭТА ещё, розовая, совсем какая-то размазня! Всё «Извините-Простите!», фу, бля… Шота тута не то! То гвардейцы-камикадзе, то эти оборзевшие кантерлотцы. Да это ещё ладно, но ведь это мудачьё на меня ТА-А-АК смотрело! У меня даже воображаемые кулаки зачесались. Да на гавно с большим уважением смотрят, чем те взгляды, которыми меня эти уёбки одарили с такой брезгливостью и отвращением! Повезло им, что у меня сил сейчас почти нет, а то я организовал бы местным врачам несколько часов досуга в виде нескольких анатомических наборов из раздела «Собери сам». Максимум на что бы меня хватило, так это на то, чтобы кому-нибудь вилку в жопу воткнуть или ложкой глаз выковырять, только вот потом меня навряд ли даже Каденция отбить смогла бы… Из-за этих переживаний, вызванных местным населением, я как-то и не запомнил о чем там розовый аликорн на заднем плане щебетала. Впрочем, в один момент она резко так остановилась, видимо почуяв своим встроенным любовным радаром влюблённых, которым нужна была её помощь.

***

— Вот, — указала мне Кейденс копытом на пони, сидящих возле столика ресторана под открытым небом, или как там это называется, неважно… — Видишь тех пони. Эта кобылка и этот жеребец — просто идеальная пара! — с каким-то, непонятным для меня, восторгом в голосе говорила Каденция. Жеребец и кобыла в это время сидели и срались между собой. Того глядишь и вовсе накинуться друг на дружку, морды бить. — И как же ты это определила? — с живейшим интересом поинтересовался я. — Это мой дар, помогать влюблённым сойтись вместе раз и навсегда! — всё с такой же странной интонацией говорила розовая крылорожка. — И что, он, то есть, этот твой «ДАР» — никогда не ошибается? — Ох, Найт, ну, как же он может ошибаться? — и посмотрела на меня ещё так, как смотрят на умственно-неполноценных. — Не знаю. Ну, может, на пример, они родные брат и сестра? — высказал я предположение. — Ха! Глупости какие говоришь! — махнула на меня копытом эта «сваха». — А вдруг? — Моё чутьё бы тогда не сработало. — уверенно ответил мне аликорн. — Откуда такая уверенность? — я был настроен несколько скептически. — Потому что моё внутреннее чутьё не может ошибаться! Это мой талант! Судьба! Зов моей кьютимарки! — Кто тебе сказал, что зов кьютимарки не может ошибаться? — Тётушка Селестия! — А она, значит, ошибаться не может? — Это вряд ли! — Вообще-то, прямо перед тобой сейчас находится прямое доказательство того, что Селестия может ошибаться. — Ох, Найтмер, ну почему ты такая упёртая? — А почему ты такая уверенная? В течении полуминуты мы просто молча смотрели друг на друга. Кейденс не собиралась отступать, так же как и я. Но похоже она готова была пойти на компромисс. — Ух, ладно! Давай тогда просто подойдем к ним и спросим, кем они друг другу приходятся? — предложила мне Каденция. Видимо она была уверенна в своем любовном даре на все сто. — Давай! — согласился я.

***

Мы подкатили к парочке. Ну, потому что я на колёсах, а Каденза меня катит, вот и получилось что мы подкатили… Хи-хи. Кейденс спросила у понек, почему они это они так сцепились и, как говориться, ответ убил… После кратких пояснений от ссорящихся понях мировоззрение Каденции затрещало по швам. Это был какой-то пиздец. Это были не просто брат и сестра, это была такая ебота, что ебануться можно! Короче — сестра у брата увела кобылу, но самый пиздец не в том. Когда мы распрощались с этой потенциальной семейкой извращенцев, мне любовный эксперт пояснил картину: этот понь так сильно любил свою сеструху, что нашел поньку почти идеально похожую на неё, что в мире, где мужиков меньше чем баб, вообще не удивительно. А сеструха этого поня тоже очень сильно любила брата, а потому из ревности увела у него кобылу… В общем они пришли выяснять отношения в эту кафешку, а Каденция их при помощи радара запалила. Ну и рожу эта Повелительница Любви скорчила, когда узнала что они брат и сестра, а потом услышала всю их историю. Точнее всю историю ей помогло достроить её это самое «любовное чутьё».

***

Явно травмированная недавним откровением, Каденция везла меня в неизвестность. — Эй, Кейденс! — позвал я принцессу. — Что? — протянула бесцветным голосом Каденция. — Куда мы едем? — Чего? — отвлеклась на меня пони. — Я спрашиваю — куда ты меня везёшь? Каденция остановилась и принялась осматриваться. — Упс! Я, кажется, немножко задумалась. — смущенно призналась розовая пони. — Рада за тебя. Но ты не думаешь, что пора бы нам вернуться? — К ним? — запаниковала принцесса. — К каким «НИМ»? Мне вообще-то в больницу пора! Там меня ждут весёлые процедуры! — Какие? — Каждый раз разные. То кровь сдавать, то в баночку пописать, то в трубочку дыхнуть, то телекинезом гирьку какую-то зачарованную поднять! Уколы, клизмы, мази, массажи! Вкусные и не очень таблеточки, разные там зелья и много всего прочего. Сплошные развлечения! Похоже, Кейденс опять провалилась в свои раздумья. Так как она опять скорчила постную морду и молча катила меня… Куда-то. — Слушай, Найтмер, а ты ведь ни как не причастна, к тому что случилось с этими «влюблёнными»? — с каким-то подозрением спросила меня принцесска. — Каким это образом? — не понял я. — Ну, может быть ты использовала какое-нибудь внушение… Или ещё что-то в этом духе? — голосом не обещающим мне ничего хорошего если вдруг я и правда был как-то причастен к тем поняхам, спросила Кейденс. — Я инвалид, у меня ножка болит! Каким это таким образом я бы их гипнотизировала, в моём-то состоянии?! Делать мне больше нечего… — Но это всё случилось, как раз после того как ты сказала, что я могу ошибаться! — Ну, вот так получилось. — Ты не понимаешь, до этого я ни разу не ошибалась! — Ты уверена? — устало спросил я. — ДА! Уверенна! — И ты не разу не проверяла, что там, да как с теми пони, которым ты так сказать «Помогла»? — Проверяла! И даже на свадьбу приходила! — Всех и каждого? — Нет, но… Аргх, хочешь сказать, что мне каким-то неведомым образом удавалось не натыкаться на родственников? — Ага, так сразу они тебе и признались, что они родственники! Они может и влюблённые дураки, но не идиоты же! После этого Каденция обиделась. По крайней мере это было похоже на то что она обиделась. Просто молча меня довезла до палаты и не попрощавшись бросила меня. Даже не помогла с каталки перебраться на кровать!

***

Всё началось с того, что во время короткого перерыва на отдых к Принцессе Селестии подошла её племянница в самых расстроенных чувствах. Из её рассказа выходило так, что когда Кейденс показывала Найтмер своё ремесло, всё пошло не совсем так, как должно было. Почему-то Мун усомнилась в способностях Принцессы Любви, точнее Найтмер подвергла сомнению, что талант Кейденс работает идеально, без каких-либо оплошностей или сбоев. И по какому-то неведомому стечению обстоятельств всё так и случилось. И Принцесса Каденция хотела бы подвергнуть сомнению всё-то, что наговорила ей Лунная Пони, а этот разовый промах скинуть не невероятное стечение обстоятельств или банальное совпадение, но внезапно у розовой крылато-рогатой пони появились нехорошие мысли, по типу: «А что если это был не единственный случай?». В конце-концов, не могла же принцесса посетить каждую свадьбу, хоть и действительно старалась… И вообще, не каждый же случай заканчивался свадьбой! Иногда Кейденс помогала уже женатым пони. Слушая об этом занимательном курьёзе, Селестия всё никак не могла избавиться от странного ощущения… На самом деле, проверить все те случаи, когда Кейденс использовала свою магию любви, было бы той ещё задачкой! Принцесса Любви редко запоминала тех пони, кому она «помогала», потому что часто она делала это исподтишка. Но кое-что на краю сознания Принцессы Селестии неприятно заскреблось, какая-то мыслишка.

***

На следующий день Принцесса Солнца приняла у себя советника по «делам семейным», оказывается был у неё и такой. И он был просто невероятно рад, что его «ПРОБЛЕМЕ» наконец-то уделили внимание. — Вот, видите, Принцесса Селестия, по какой-то неизвестной причине, около десятка лет назад, количество близкородственных браков резко увеличилось, — сказал единорог, показывая деревянной указкой на какой-то график. — И это ведь только те случаи, о которых нам известно. Если верить некоторым источникам, то в действительности всё гораздо хуже. — говорил пони, полностью поглощенный своей презентацией, — Но вот что странно — случись этот всплеск где-то в глубинке, то мы бы даже внимания не обратили… Но ведь нет же — это произошло в городах, больших городах, а особенно каким-то неведомым образом на фоне всех остальных выделился Кантерлот! — говорил увлечённо советник, доставая неведомым образом всё новые и новые графики, диаграммы, демонстрируя различные архивные записи и прочие возможные документы. Ну, да! Всё сходилось! Как только появилась Принцесса Кейденс в Эквестрии — так и началась эта, как назвал это советник, «нездоровая тенденция». А что такого? Кейденс ведь действовала так, как велело ей её призвание. Кто же знал, что её особому таланту плевать на то, кем именно приходятся двое пони друг дружке… Они же любят друг друга? Любят! А это, как оказалось, главное. Самое странное, что каким-то невероятным способом удалось до всего этого докопаться только сейчас. Хотя доказательств, что что-то не так в Эквестрийском королевстве накопилось предостаточно. На самом деле ситуация не была какой-то совсем уж катастрофичной. Но за десять лет цифра всё равно набежала не то что бы большая, но и не маленькая. Хотя Селестия розовой крылорожке уж точно не собиралась ничего рассказывать. Или лучше всё-таки было немного приврать? Что же, похоже в кои-то веки странные ситуации, в которых постоянно оказывалась Найтмер Мун, принесли пользу.