Бродим мы среди руин

      — Обожаю нашу пиццу — проговорил я, откусывая очередной кусок. Дойдя до дома, мы тут же, только помыв руки, принялись наслаждаться пиццей, пока она была ещё горячая. То бишь в лучшем её состоянии, когда она тянется. Расположились мы в зале, сидя вокруг небольшого журнального столика, на котором стояла коробка и напитки.       О блокноте мы на некоторое время забыли, наслаждаясь едой, атмосферой и каким-то очень глупым фильмом на телеке. Просто комментировали смешные моменты и смеялись над ним. В определённый момент, во время смеха, Ирина попыталась выпить колы, но кто-то из нас сказал что-то очень смешное, и у неё этот самый напиток пошёл носом.       После этого мы ещё долго не могли отсмеяться. Громче всех это делала, как ни странно, сама Сова. Когда же фильм был досмотрен, а пицца съедена (пришлось разнимать Ника и Лиса, которые, было, чуть не подрались из-за последнего куска сей божественной еды, амброзии, я бы даже сказал), то мы направились в мою комнату.       Там же, расположившись кто где: Ирина и я сидели на кровати, Ник крутился в кресле перед компом, а Ника и Лис разделяли кресло-подушку. В общем, идиллия. И на том же журнальном столике, который мы перенесли сюда, сейчас покоился лишь один предмет — найденный на заброшенной ж/д станции блокнот, о содержимом которого оставалось только догадываться.       Разумеется, открыла его Ирина, тут же принявшая вслух читать то, что там написано. Было это связано с тем, что темой её курсача были советские газеты, так что полустёртые надписи она читала лучше нас всех вместе взятых. И, к моему собственному удивлению, она отлично разбирала кривые почерки. В том числе и мой, ха-ха. Нет, серьёзно, у меня просто отвратительный почерк.       Но сейчас не об этом. Блокнот этот оказался простым дневником работающего на этой станции ответственного. Судя по его словам, он был единственным работником на ней, если не считать редко приходящей уборщицы. Особенно ему не нравились ночные смены.       «Вот честно, не люблю работать в ночь. Постоянно со стороны леса какие-то звуки. Да ещё и на этом «депо» что-то постоянно происходит. Ну и с электричеством перебои в последнее время всё чаще становятся».       То депо, которое он упоминал, это нынешний дом для поездов метро. Что же там было, когда он об этом писал, я не знаю. Судя по состоянию бумаги, да и в некоторых местах стоящих дат, этот блокнот был конца восьмидесятых. Почти так же, как и дневник отшельника из леса. Забавно…       Депо-то наше открылось вместе с метро, в 1991 году. Возможно, автор видел, как оно строилось. Хотя, судя по его словам, оно тут стояло чуть ли не с 70-х. И это как раз и было странным. Значит, если, конечно, автор (имя которого, кстати, неизвестно) не врёт, то оно использовалось изначально не для метро. Так как подземку у нас начали строить только в 1980-м году. Кроме того…       «В мои обязанности, кроме всего прочего, входит и слежка за тем, чтобы поезда не сталкивались на моём участке. Для этого у меня есть полное расписание всех поездов, как пассажирских, так и грузовых. Я это начал замечать ещё пару месяцев назад. Но периодически, раз в месяц, ночью проезжают грузовые составы, которых в плане нет. Я подходил с этим вопросом к начальству, но мне пригрозили увольнением».       — Что-то прогнило в Датском королевстве… — когда эту запись прочитала Ирина, сказала Ника.       — Это точно — кивнул Ник — Может, это что-то, связанное с каким-то военным производством? Или что-то подобное?       — Ну, теория хорошая, только вот мне кажется крайне сомнительным то, что подобные грузы провозили бы по линии, которая проходит прямо через город — потирая затылок, ответил я.       — Чёрный рынок? Ну или другая незаконная деятельность, характерная для конца Союза? — пожала плечами Сова. Правда, ей говорить было о таком явно неприятно, ведь она была фанаткой СССР.       — Вот это вероятнее. А начальство автора было в доле. Но вопрос провоза через город остаётся — сказал я.       — Продолжу читать — кивнула Ирина.       «Так. Сегодня ночью было нечто странное. Один из подобных неотмеченных поездов остановился. Из него вышли какие-то люди в военной форме и направились в «депо». Спустя пятнадцать минут вернулись с несколькими большими ящиками, погрузились и тут же уехали. Причём форма у них была не обычная солдатская, а форма рядовых КГБ. Благо они не заметили меня, а на станции из-за очередного отключения электричества не было».       — Так, а вот это уже интересно — тихо сказал я, будто опасаясь, что нас могут подслушивать. Да, глупая паранойя, но всё же. Судя по лицам моих друзей, они, похоже, думали также.       — Похоже, теория с какими-то секретными грузами подтвердилась — также тихо сказал Лис.       — Все такие поезда, как я понимаю, шли на север, из города? — спросила Вероника и, увидев кивок Ирины, продолжила — Ник, можешь посмотреть по картам, куда он ведёт?       Мой лучший друг быстро врубил комп и открыл карту. Приблизил нужный участок карты. Тонкая линия, которая угадывалась со спутника только просека в лесу и насыпь, шла наверх, проходя через коттеджный посёлок и подходя к ЕКАДу, уходя куда-то дальше. Не знаю почему, но мне казалось, что место назначения этих поездов находятся всё-таки в черте города.       О чём я и решил поделиться с друзьями. На справедливый вопрос, почему я так думаю, я мог лишь поднять плечами. После чего нагло спихнул Ника со своего кресла и сам устроился перед компом. Сразу за мной встала Ирина, выглядывая через моё плечо. Приблизив карту ещё сильнее, я внимательно всматривался в карту.       И вскоре заметил нечто интересное. Некий квадратный участок, 300 на 300 метров (как подсказала линейка на карте), который сильно отличался от окружающих садовых участков. Как минимум размером. Плюс сам этот кусок земли выглядел… Ну, там были дорожки между несколькими участками с растениями. Ну и несколько зданий.             Самым интересным в них было то, что у некоторых зданий были дыры в крышах. А это значит, что они явно заброшены. Мозг тут же выявил определённую связь между этим комплексом и заброшенной станцией. И было понятно, что необходимо посетить этот участок. Разумеется, если там нет охраны.       Поделился своими выводами с друзьями. Они некоторое время молчали, явно обдумывая мою идею. Спустя минуту начал Ник, смотря в окно.       — Ну, сходить туда я не против, разумеется. Но вот твои идеи о связи… Мне, честно, это кажется маловероятным. Но проверить, думаю, стоит.       С выводом моего лучшего согласились Лис и Ника, на моей же стороне была Ирина, как и всегда. Тем не менее план сходить туда мы согласовали и порешили на следующей неделе. Разобравшись с этим, было решено расширить Доску Одержимости, добавив из неё новые сведения из дневника. Понятное дело, что связать их с историей отшельника было не связать, но всё же.       На бумажках были отмечены и сам автор с его работой, и его теории о депо. «Депо» (именно так, в кавычках) было же соединено жёлтой лентой с таинственными ночными грузами и КГБ. Ну и была длинная красная нитка, ведущая к заметке о заброшенном участке в северной части лесопарка, и знак вопроса.       Закончив с этим и проверив, что всё упомянули, мы на всякий случай несколько раз сфотографировали Доску и некоторые её элементы, после чего скинули в свой чат в телеге. Лис в шутку переименовал его в «масонов» и поставил всевидящее око на аватарку. Разумеется, это вызвало общий смех.       Дамы нашей компании вызвались приготовить ужин, в то время как мы, парни, направились снова в зал. Ник врубил телевизор, листая каналы и пытаясь найти хоть что-нибудь интересное. Я же с Лисом тут же врубили компы и вместе зарубились в любимый нами второй портал.       К моменту, когда девушки позвали нас на кухню, мы успели пройти одну главу. Расположившись за столом, мы обнаружили тарелки с пастой карбонарой и тут же принялись с аппетитом её уплетать. Я же перед этим чмокнул Сову в щеку, благодаря её за еду.       С ужином мы расправились очень быстро. Я взялся мыть посуду, а все остальные пошли в зал. Когда я к ним присоединился, то обнаружил, что они уже разложили монополию. Ну а кто я такой, чтобы отказываться?       Объединившись с Ириной, мы достаточно быстро смогли обанкротить Ника. И начали настоящую войну корпораций с Вероникой и Лёхой. Собственность переходила от нас к ним и обратно. Я же чуть было не проиграл, дважды попав в тюрьму. Однако множество отелей смогли спасти меня, и в итоге, через несколько часов, чуть не рассорившись и несколько раз «избив» Ника, который был банкиром и явно мухлевал, мы всё-таки смогли победить.       Насладившись победой и нагло поцеловавшись на глазах у всех, мы решили, что время уже позднее (3 часа ночи, как-никак) и пора спать. Некоторое время были вопросы о том, как нам всем расположиться. В итоге Ник и Лис спали в моей комнате, Ника на диване, а я и Ирина в её комнате. Меня такой расклад хоть и смутил, но очень обрадовал.       Пожелав всем спокойной ночи, мы оказались одни в комнате. Отвернувшись друг от друга и переодевшись в ночную одежду — для меня это была старая футболка и шорты, а у моей девушки милая пижама, — мы легли в кровать. Прекрасно понимая, что если мы что-то попытаемся сделать, нас услышат, да и не испытывая определённого желания, мы просто обнялись, поцеловались и достаточно быстро заснули, слушая тихое дыхание друг друга.

      Продолжение следует…