Женская дружба....существует?

«Я ненавижу тебя!» — эта фраза была последней, что я слышала от своей некогда подруги. И она была хуже любой пощечины. Я помню, как Марина с громким стуком закрыла дверь моей квартиры. Я вздрогнула, но идти за ней не стала. Думала все образуется, не образовалось… Да, это горе и мне самой очень больно, ведь я была хорошо знакома с Лизой. Но моей вины здесь нет! Это был несчастный случай, но Марина так не думает. Она винит во всем меня и я не могу доказать ей обратное. Сейчас же я сижу на кухне и прожигаю взглядом кружку ромашкового чая. — Клав, вот я принес все необходимое. — на кухню зашел Егор. Увидев, что чай так мной и не выпит, он поставил пакеты с продуктами на стол и сложил руки на груди, выжидающе смотря на меня. — Ровно 32 минуты назад я сказал тебе выпить его — кивнул на чай — Но, кажется, ты меня не слушала. — он сел напротив меня и заглянул в глаза. — Я знаю, что ты не любишь ромашковый чай, но он успокаивает. — Егор… сегодня 40 дней. — полушепотом проговорила я. — Я знаю. Мари пригласила меня. По сих пор не могу поверить. — парень посмотрел в окно, а потом и на меня. — Честно говоря, я не согласен с Мариной. Я должен быть на ее стороне, ведь я ее друг, но я на стороне правды. Лиза ехала с наушником в ухе, когда ты позвонила ей. Она даже не держала телефон в руках. То есть ты ей никак не мешала и не отвлекала. Ты не виновата, что этот пьяный придурок вылетел на встречку. — Знаешь, со временем меня начинает сжирать чувство вины. Хоть разумом я и понимаю, что не виновата, но сердце,... оно говорит совершенно другое. Я бы все отдала, чтобы она мне поверила. Я пыталась, я хотела сохранить нашу дружбу. Не смогла… — я завела пальцы в волосы, сжимая их у корней. Увидев это, Егор дотронулся до моей руки. — Успокойся, не вини себя. Я уверен, когда нибудь Марина поймет, что не права. Вы дружили почти 7 лет, она с тобой со «сцены». Марина поддерживала тебя, когда ты переживала выходить на выступление. Она успокаивала тебя, когда ты плакала. Она смеялась с тобой. Она всегда была рядом с тобой в трудные моменты. Ей просто нужно время. Просто нужно прийти в себя, ей сложно сейчас… — Да, наверное ты прав. Прошло уже 2,5 месяца. Я потихоньку начала приходить в себя. Работа знатно отвлекает от дурных мыслей. Переезды, перелеты, концерты, общение с фанатами. Иногда это дико уматывает, а иногда это в кайф. Одно осталось неизменным: Марина по прежнему не хотела меня видеть, слышать и даже знать. Егор метался между нами обеими. Он пытался разговаривать с ней на эту тему, доказывал что моей вины здесь нет, но Мари не слушала и его. Я говорила ему тысячу раз, что не нужно лезть в это дело, что если она так решила, то ничего уже не поделать. Но Егор слишком упрямый человек, чтобы останавливаться. — Я сегодня жутко устала, хочу смотаться в клуб. Там где меня никто не узнает. Хочу просто отдохнуть. — сообщила я Диме, который позвонил дабы узнать как мои дела, держа телефон плечом и закидывая в сумку самое необходимое. По прибытии в клуб я была рада, что к двум часам ночи люди были на «веселе» и никому в голову не пришло всматриваться в толпу. Накинув капюшон черного худи себе на голову, я пошла в сторону барной стойки. Желание «напиться и забыться» было велико, но отбросив его подальше от себя, я стала пробиваться сквозь толпу нетрезвых людей. Чем ближе я подходила, тем тревожнее мне становилось. Живот резко скрутило, как когда я впервые выходила на большую сцену, в горле появился липкий, неприятный ком. Я пыталась всмотреться, но из-за огромного количества людей это было невыполнимой задачей. Когда я была буквально в метре от стойки я поняла причину своей необъяснимой тревоги. На барном стуле сидела Мари, подпирая одной рукой щеку, а другой помешивая трубочкой коктейль. Она была не в настроении, это было заметно сразу. Я встала как вкопанная на том же месте, где и остановилась. В голове метались два варианта. Уйти или подойти и поговорить. Второй мне нравился больше, но я боялась снова столкнуться с ледяной стеной моей подруги. Не осознанно я сжала кулаки до такой степени, что костяшки побелели, а на ладонях остался след от ногтей. Я закрыла глаза, глубоко вдохнула — выдохнула и уверенно направилась к барной стойке...