Тепло

— Кэйа, не зли меня! — подростки, ничего удивительного. Такие разные, а всё равно вместе. Рагнвиндр злобно топнул ногой.  — Я не люблю когда мне врут! Признавайся, ты из папиного подвала вино стащил? — Дилюк сложил руки на груди и нахмурился. Сильно нахмурился. — Да не я! — ушки снежинки тут же покраснели пуще прежнего. Врёт. Дилюк продолжал жечь огненным взглядом дыру в Кэйе, который за пятнадцать, мать его, минут в глаза так и не посмотрел. — Ладно, я... Чёрт, Люк, да что это за допрос вообще? — Допрос? Кэйа, ты серьезно? — огненный взгляд становился мягче из-за того, что ему сейчас начали выдавать правду. — А где оно? — Кэйа опять замолчал и устремил взгляд в пол. «Пират» будто ещё сильнее ссутулился. Стыдно стало. Но снежинка не отчаивался, он расправил плечи и вновь поднял взгляд на собеседника. — Ну... — пауза... и-и-и... барабанная дробь... — У меня его украли! — Кэйа отвернулся и подавил рвущуюся наружу улыбку, хоть и нервную  Самому смешно стало от такой неумелой лжи. — Кэйа... — а Дилюк аж растерялся. Он ожидал любого ответа, но явно не этого. — Ты... мне сказать даже нечего... — Дилюк почти сразу понял, что вино давно было выпито Кэйей, но хотелось услышать правду из уст этого парня. — Ладно, я его выпил, признаю. — снежинка всё же сдался и сказал правду. А что делать-то ещё? — Только папе не говори! Пожалуйста! — Кэйа начал размахивать руками и складывать их в умоляющем жесте и мягко хватать Дилюка за плечо. — Я не люблю врать. — Дилюк скрестил руки на груди и сильно-сильно нахмурился. — И что вообще сказать?! Ой, пап, тут две бутылки вина исчезли, ничего? Куда делись? Да сам не знаю... наверное, их украл маг бездны! — Рагнвиндр внезапно всплеснул руками посмотрел на брата, второго аж передёрнуло от таких резких жестов. — Ты мне так предлагаешь сказать? — Точно, точно! Так и скажи, маг бездны! — за это Кэйа получил нехилый такой подзатыльник. * — Ха.. — Кэйа выдавил из себя максимально нервный смешок и увёл взгляд вниз. — Ложь? О чём ты? — Кэйа. — Дилюк посмотрел строже прежнего. Сердце было готово остановиться совсем, что у одного, что у другого. — Ты пить только больше стал, ничего, да? Я тебя у Дионы видел раз шесть точно за неделю. Ты издеваешься опять надо мной? — уши снежинки покраснели, а глаза округлились. Да, наврал. Сильно. — Д... То есть нет, не издеваюсь! Дилюк... — Кэйа шлепнул себя ладошкой по лбу и отвернулся. «Я дурак.» Руки винодела постепенно сжимались в кулаки, взгляд темнел, что заставляло снежинку проглотить ком вставший поперек горла. — Кэйа, ты хоть думай сначала, а потом уже пытайся мне солгать. Господи... ты не меняешься. Всё те же красные уши, испуганный взгляд... Чёрт! — Дилюк лопнул. Воспоминания из детства так и били по красной голове. Он в ярости и он намерен скрыться, уйти куда-то подальше, лишь бы никому не нагрубить. А что хуже - навредить. Лавочка, на которой они всё это время сидели уже чуть ли не горела ярким пламенем. Дилюк перевёл взгляд на Кэйю. А второму стало страшно. Этот взгляд пробирал до самых костей, внутри что-то похолодело, а вдоль позвоночника пробежала стая мурашек. Рядом друг с другом они не могли держать себя в руках. Никогда. Эмоции сильнейшим потоком лились через край. Невозможно их было контролировать, просто не получалось. Разные, но так тянет друг к другу. Ужасные ощущения. Дилюк подлетел со скамейки и быстрыми шагами направился куда-то вдаль. Нужно успокоиться. А Кэйа тут же ринулся за ним. Он сам не понимает что именно им двигало и двигает в такие моменты, но он продолжал идти за причиной этих эмоций. Как верный пёс. Отвратительные чувства. Ветер, будто чувствуя напряжённую атмосферу между двумя, подул сильнее, не так нежно как обычно. — Кэйа, зачем ты идёшь за мной, зачем?! — ещё чуть-чуть и Мондштат начнёт гореть ярчайшим пламенем. При виде огненного взгляда начинали подрагивать руки, дышать становилось труднее. Но капитан упрямо шёл. Зачем? Да сам не понимает. Просто идёт. — Люк, я... — дрожащим голосом пытался оправдать себя Кэйа. Да сказать нечего. И тут же до него начало доходить как он назвал Дилюка, лишь усугубив ситуацию. Он сейчас взорвётся. — Не смей меня называть так! — после этого Кэйа начинал терять связь с миром — Уйди, иначе я сейчас подпалю твой хвостик! — и даже милое «хвостик» ситуацию не спасало совсем. Дилюк развернулся на 180 и бросил на снежинку взгляд, пропитанный яростью и даже некоторой обидой. Освещения было вполне достаточно, но его глаза горели ярче. Кэйа сдался и всё же остановился. Участился пульс. В голове пусто. Слова Рагнвиндра проникли под кожу, прошлись ядом по венам. Стало больновато. — Ладно. — просто согласился снежинка и тут же скрылся в другом направлении, что заставило Дилюка поморщиться и ещё больше завестись от загадочности и странности этого человека. Чувство недосказанности давило на грудную клетку, голову. От злости трясло. С благими же целями шёл. На голову обрушилась целая гора мыслей и там мало радости. Волнение росло, легче не становилось. Осознание всей глупости ситуации резало без ножа. Дилюк всё также стоял на месте, полностью утонув в своих мыслях. Среди счастливых жителей города он чувствовал себя сейчас лишним. Опять сорвался. Опять не сдержал порыв агрессии. Опять налажал. Ярость. Чёрт! Дилюк рванул в сторону, которую ушёл Кэйа, но там его не было. Завернул за угол, за второй... его нигде не было. Исчез? Не мог. Прошло не так много времени с его ухода. В голове винодела крутились самые ужасные картины. Он так и бродил аж до вечера по Мондштату в поисках снежинки. Пробовал даже позвать, спросить кого-то о нём, но все лишь пожимали плечами и сочувственно смотрели вслед. Кто-то даже подсказал примерное местонахождение Кэйи, но и там его не было. Все попытки найти его успехом не увенчались. Это ужасно напрягало. И расстраивало. И злило. Мысли сильно путались, мешались в одну непонятную кашу. Дилюк с размаху ударил по огромному каменному забору кулаком. И боль в руке отдавалась лишь эхом где-то в затуманенных потоках сознания. Даже кровь проступившая на костяшках кистей из-за сильного удара не вызвала должных эмоций. Злость медленно отпускала, лишь вспышками возвращаясь к виноделу, но она так же быстро утихала. Ветер немного отрезвлял, приводил в чувство. Резко весь бесконечный и спутанный комок мыслей оборвался, но легче не стало. Даже наоборот - тяжелее. В голове пусто. Будто кто-то залез в черепную коробку, достал оттуда абсолютно всё. Боль в руке начала подступать, двигать той стало труднее. Холодноватый ветер стал неприятно обжигать кожу, оно и понятно, вечер ведь. Но этот самый ветер был странным, неприсущим Мондштату. Он будто укалывал открытые участки тела. Пора вернуться на винокурню. Пора привести себя в порядок.