Ты доверяешь мне?

Спустя неделю дружеских отношений, Саша начал понимать, что Костя запал на него окончательно. Но омеге это было на руку. В конце концов он знал Ваню, и точно предугадал, что альфа не захочет вызывать лишних разговоров о их расставании и для вида пригласит его на намечавшуюся тусовку. 3 ноября, рано утром, Александр проснулся от звонка телефона. - Алло? - Привет, - скупо отозвался Иван на том конце провода. - Что такое? - Ты же понимаешь, что никто не подозревает, что мы с тобой порвали отношения? - Я в курсах. Дальше что? - Я хотел бы видеть тебя у себя через 2 дня, - после короткой паузы дрогнувшим голосом сообщил альфа. - И кто еще там будет? – небрежно спросил омега, после перечисления имен сказавший. – Я пойду только с Константином. - Ты серьезно? Что ты в нем нашел? - Какое дело? – ответил вопросом на вопрос Саша. – Это никак не должно тебя беспокоить. - Ты прав. Приходите вдвоем. - Хорошо. Время? После завершения разговора сухим «Пока», омега позвонил Косте и предложил встретиться, на что последний охотно согласился. Александр оделся и вышел из дома, решив прогуляться до торгового центра и подумать о бытие сего, как философ. - Саша! – окликнул его знакомый голос. Он обернулся. Рябушев стоял, держа что-то за спиной. Подойдя к омеге, он протянул Александру нежно-розовый букет, правда, состоящий всего из 5 цветков. - Ой, - омега покраснел до кончиков ушей и приставил ладонь к лицу так, чтобы было видно только глаза, - это мне? - Конечно, - протянул альфа, вкладывая букет в ладонь Саши. - Спасибо, - последний все же оставался смущенным, - право, не стоило… - Еще как стоило, - произнес Костя, улыбаясь до ушей. Смотрящий в его темные глаза Саша отвел взгляд своих голубых, растеряв все мысли. - Пойдем в кафешку, а то все-таки последний месяц осени наступил, холодно, - альфа встал слева от Александра и заботливо придерживал его за плечо, ласково глядя омеге в глаза, которые излучали радость. Дойдя до местного кафе «Соната о любви», они уже внутри заведения выбрали себе самый тихий свободный столик и расположились там. Подошедший официант подал меню и деловито спросил о заказе, держа наготове карандаш и маленький блокнот. Первое слово предоставлялось Саше, и он понял это по уступчивому взгляду со стороны альфы. - Мне латте, пожалуйста. - Мне капучино и 2 круассана. - Ожидайте-с, - на этом он исчез из поля зрения. Они сидели молча: Саша смотрел в окно, а Костя смотрел на Сашу. Через 5 минут заказ был подан. Рябушев пододвинул к омеге тарелочку с выпечкой, говоря: - Бери. Я подумал, что забота о друге – это не есть плохо. - Спасибо, - с застенчивой улыбкой ответил Саша, думая: «А ведь он совсем не такой, как Ваня», - но, быстро сосредоточившись в предстоявшем разговоре, добавил. - Кстати, как насчет вечера следующего понедельника? Ты свободен? - Да. А что ты хотел? - Меня Ваня позвал на вечеринку, и разрешил мне привести еще одного своего друга. Я думаю, ты идеально подходишь, - Александр уставился на альфу. - Конечно, свободен. У меня найдется лишних полчаса, раз уж ты просишь. Щеки омеги зарумянились. Он уставился в окно, продолжая трапезничать. Он уже собирался достать карточку, чтобы расплатиться за свою долю, как вдруг Костя сказал: - Не надо, я сам, - и вышел из-за стола. Саша удивленно вскинул брови и остался сидеть на месте, не поворачивая головы. Взяв букет роз, он вдохнул их аромат. Приятно, однако. - Пойдем? – спросил подошедший Костя у застывшего омеги. - Конечно. Только давай первым делом занесем букет ко мне домой, чтобы не завял. Они вышли из заведения, взявшись за руки. Так они проходили и мимо дома Ивана, и Саша все пытался разглядеть в окне знакомый силуэт, чтобы повысить свою гордость за сотворение мести, но на этот раз ему не повезло: ленивец-Ваня спал, ведь в выходной в 8:51 не каждый встанет с постели и сразу начнет, скажем, бегать по стадиону. - Заходи в подъезд, не стой здесь и не мерзни, - настаивал омега, пытаясь уговорить Костю подождать его не на улице. Наконец последний согласился. Оба поднялись на нужный этаж. Александр позвонил в дверь. Ему открыл папа, который хлопотал дома один, отпустив мужа и сына. - Привет, пап, - произнес Саша, заходя в дом и прикрывая за собой дверь. - Я смотрю, ты себе нового парня нашел? – спросил тот, указывая взглядом на букет. - Можно сказать и так, - похвастался омега. - Что же ты его в дом не позвал? - Потому что, - засмущался Саша. – Поставь их в воду, а то они скоро гербарием станут. - Почему же? – допытывался папа-омега из кухни. - Потому что потому, - ответил Александр. - Чтобы дома у меня был к 12, и ухажера своего близко к дому не подпускай. Отец про него не знает, да и я тоже. Вот познакомишь хотя бы меня с ним, тогда и приводи. И смотри аккуратней, понял? – озабоченно спросил папа. - Есть, шеф, - насмешливо-строго произнес Саша, ставя руку козырьком. - Все бы тебе играться, - сказал на это первый, обнимая сына. - Я побежал, - ответил омега и вышел из квартиры. «Что же я скажу отцу насчет букета?» - спрашивал сам себя омега, гуляя с Костей по парку, шагая с ним под локоть. - Ты чем-то озабочен? Что тревожит тебя? – спросил альфа, наклоняясь и заглядывая омеге в глаза. - Да, есть немного, - признался последний. – Моему отцу ужасно не нравится, когда я знакомлюсь с посторонними альфами. С предыдущим он кое-как, но смирился, но еще никто не дарил мне букетов, - произнес Саша, запнувшись на последнем слове, - и я теперь не знаю, что и сказать ему. - Я тебе скажу прямо – если тебе никто и никогда не дарил ни единого цветка, значит это все были не отношения, а детская хрень. Омега задумался над словами Рябушева и вспомнил о Ване. Он же никогда ему не дарил подарков, но Саша продолжал оставаться рядом с ним. И зачем это надо было, спрашивается? - Но вот насчет того, что ответить, - продолжил альфа, - скажи ему, что сам себе цветов купил в честь расставания с каким-либо альфой. Типа выложишь сегодня пост. - Я так никогда не делал.. - Хм, странно, у меня на памяти многие омеги и беты так делали, чтобы показать, что они «сильные и независимые». А вас, омег, нужно беречь нам, альфам. Вы же милейшие создания, как вас можно не любить? - Костя посмотрел на покрасневшего Сашу. – Ты так мило краснеешь, - он положил свою руку на щеку омеги, отчего глаза последнего забегали, а сердце трепыхалось, как птица. - Мне п… пора, меня уже ждут дома, - поспешно ответил Александр и дернулся от альфы, идя домой весь красный. - Я, кстати, пойду с тобой к Ивану. Скинь потом адрес, - крикнул вдогонку Костя. Но омега его не слышал. Адреналин ударил ему в голову, заставляя переходить на бег. Сердечко готово было выбить грудную клетку и вылететь на свободу, настолько сильно оно колотилось. Рябушев, недоумевая, смотрел на удаляющегося бегом Сашу и только мысленно пожимал плечами, говоря: «Ну какой же ребенок, хоть и 18 лет».