Ты доверяешь мне?

На протяжение нескольких месяцев Рябушев часто бывал в гостях у Саши. Иногда дома были родители омеги, которые быстро уходили в надежде связать их сына с альфой. В один из таких случаев Костя, дождавшись, пока он с Александром останется наедине, взял последнего за руку и повел в комнату. Саша уже не сопротивлялся поцелуям и объятьям. Ему, наоборот, хотелось прижаться к Рябушеву, наполнив легкие тонким ароматом тела, поднять голову и, смотря в глаза, поцеловать Костю. Более для счастья и не нужно было. Они уселись на кровать омеги. Константин, не отпуская руки любимого, наклонился к гибкому Саше, что уклонялся вниз. Косте пришлось нагнать его. Целуясь, они зависли над постелью. Альфа обнял Александра за талию. Тот положил худые руки на плечи Константину и скрестил запястья за шеей. Рябушев разорвал поцелуй и с нежностью посмотрел на омегу. Тот свалился на кровать, не отрывая взгляда от родных глаз. Альфа приподнялся с постели и навис над омегой. Он изучал тело любимого под футболкой сверху вниз, отчего внизу живота разливалось тепло, отдаваясь где-то в штанах. Хотелось сорвать одежду с Саши, кусать шею, играть с набухшими сосками. Одна из шаловливых рук Кости забралась под футболку Александра, задев один из чувствительных бугорков. Александр не спешил сопротивляться, а лишь выгнулся, подавшись корпусом тела вперед, соприкасаясь с телом Рябушева. - К… Костя, - неустанно мямлил омега. – А… Ах, - сосок был зажат между пальцами альфы. Услышав стон, он хищно улыбнулся и потянулся к тонкой шее, оставляя за собой побагровевший засос. Свободная рука альфы стянула рубашку с Саши. Последний жутко покраснел, что завело Константина еще больше. Он спускался все ниже и ниже, оставляя мокрые тропинки теплых поцелуев. Омега прикрыл глаза и, тяжело дыша, положил ладонь на голову Рябушева, перебирая волосы и мягко оттягивая отдельные пряди. Костя был уже совсем близко к джинсам любимого. Он осторожно провел рукой по коже, соприкасавшейся с тканью. Александр застонал и вспыхнул, словно подожжённая спичка. Альфа снял с себя рубашку и навис над Сашей. Последний завороженно посмотрел на видневшиеся кубики пресса. Он поднял руку, чтобы прикоснуться к телу, но резко отдернул ее, спустив взгляд ниже и увидев нехилый стояк Рябушева. Омега быстро отполз на середину кровати и с ужасом глядел на Константина. - Эй, что не так? – огорченно спросил альфа, садясь на кровать и не подвигаясь ближе. Саша отполз к подушке и, схватив ее, намертво прижал к себе, переведя взгляд с лица Кости на его штаны. - Разве… ты еще не готов? – спросил Рябушев, осторожно протягивая руку к запуганному Александру. Тот покраснел еще больше и уткнулся лицом в подушку. Было жутко стыдно за то, что чуть не свершилось, но также было стыдно перед Константином, ведь ему обломали такой кайф. Альфа неслышно вздохнул и, как это он обычно делал, пододвинулся к Саше и обнял его. Последний встрепенулся, еще больше испугавшись. - Не трону, - произнес Костя, прижимая Александра к себе. Вскоре омега смог расслабиться. Но тут чувство стыда и обиды захватили с новой волной. Он взглянул на Рябушева мокрыми глазами, затем уткнулся носом в тело и, всхлипывая и дрожа всем телом, шептал единственное «Прости». Альфа нежно смотрел на него и гладил по голове. *** Наступил май, тот самый заветный месяц года, которого боятся сдающие экзамены и которого ждут остальные ученики. Саша был не рад окончанию весны. Трудно расставаться с цветущими деревьями и быстро бегущими ручьями, и совсем скоро нужно будет собрать все свои знания в кучку и сдать ЕГЭ. Дни становились все длиннее, ночи – все теплее, а сирень и черемуха расцветают во всей своей красе, даря миру нежные цветы. - Но эти цветы принадлежат только тебе, - нежно проговорил Рябушев, подходя с большой охапкой сирени в руках и подавая их Александру. Омега глубоко вдыхает аромат букета и расплывается в довольной улыбке, прикрывая глаза от удовольствия. Они шагают по улице к реке, где прилетели после долгой зимы дикие, но при этом ручные утки. По дороге туда Костя сбегал в магазин и купил хлеб, поэтому, придя на место, оба наслаждались недовольным кряканьем и торопливостью птиц. Они смеялись. Им было хорошо. - Саша, не хочу тебя расстраивать, но… - Александр заметно напрягся, слушая альфу. – Мои родители направили меня на учебу в Вашингтон. Мне придется улететь, чтобы устроиться на новом месте. Прости, но я никак не смогу провести с тобой это лето. Омега совсем сник и опустил голову. - Нет, прошу тебя, милый, не расстраивайся так сильно. Мы каждый день, а то и 3 раза на дню, если ты только пожелаешь, будем созваниваться по видеозвонку. Я буду приезжать каждые каникулы, да хоть каждый праздник! Александр так и не смотрел на альфу. - Прости, я не хотел тебя расстраивать в такой светлый день, но мне все равно пришлось бы это сделать. Рано или поздно я бы сообщил… - Ты обещаешь? – чуть дрожащим голосом спросил Саша, прервав речь Константина. - Что именно? - Обещаешь любить меня даже тогда, когда мы будем на большом расстоянии друг от друга? Обещаешь быть верным и скучать по мне? Лицо Александра было мокрым от слез. Он поднял глаза на Рябушева. Губы застыли в немом, не выговоренном вопросе. Альфа прижал омегу к себе, ответив утвердительно: - Да. Много дней и ночей альфа и омега провели вместе, но час расставания все приближался и приближался. 31 мая, стоя у частного самолета, Костя в последний раз обнял ЕГО, после чего вошел по лестнице внутрь и, сев на свое место, еще долго смотрел на лицо Александра с заплаканными глазами. Омега стоял недвижим. Даже звук улетающего самолета не оторвал его взгляд с мертвой точки, где 10 минут назад стоял ОН. «Он улетел, но обещал вернуться,» - подумал Александр, уходя домой. *** «Ах, эти дурацкие контрольные сборы учеников перед выпускным! Для чего же на этот раз нас собирают?» - бурчал про себя Саша, просыпаясь от дребезжащего звука неуемного будильника. Он поднялся с постели и, совершив свой утренний туалет, сел завтракать вместе с родителями. - Ты уже написал ему? – сурово спросил отец. - Кому? – удивился Александр. - Своему альфе, кому же еще? – возмутился старший. - Милый, мне кажется, что если он заинтересован в поддержке отношений, Константин должен писать, а не наш сын, - аккуратно произнес папа. - Возможно, ты и прав, - ответил альфа, смотря на мужа. После завтрака Саша собрался в школу. Снова. - Не опаздывай к обеду, - крикнул старший омега вслед сыну. Всё утро Александр чувствовал легкий дискомфорт и то возникавшую, то снова уходившую боль в животе. Он пришел на место и, встав среди нескольких, соизволивших прийти, одноклассников, заметил продвигавшегося к нему Вани. - Привет, - альфа улыбнулся. - Привет, - как ни в чем не бывало ответил омега. Низ живота заметно прихватило. «Я что, съел что-то не то?» - подумал Саша, поджимая губы. Вскоре пришел учитель и ... попросил бывших своих учеников сделать генеральную уборку в кабинете, черт побери! Это поистине странное дело. 5 учеников физрук забрала с собой в спортивный зал, а Александра и Ивана послали полить цветы в кабинете и сделать кое-какие дела. В общем, все по мелочи. Саша нехотя поплелся вслед за веселым альфой. Прошло 30 минут. Они почти не разговаривали, обменявшись лишь парой фраз. Вдруг кровь ударила в голову Саше. Вокруг все поплыло. Запах розы начал распространяться по кабинету, а штаны намокли. «Таблетки,» - подумал омега, краснея. Ваня почувствовал слишком знакомый запах, витавший в воздухе, словно туман. Сначала альфа решил не обращать на это ни малейшего внимания. С каждой секундой становилось все труднее дышать. Хотелось открыть окно и вдохнуть глоток чистого кислорода. Иван осторожно повернулся к Саше. Тот расплылся в улыбке и, подойдя ближе к Ване, припер последнего к стенке и начал целовать. Альфа отпрянул от такой неожиданности, почувствовав легкое возбуждение. Губы Александра шептали все громче. - Я хочу тебя, возьми меня… Ване снесло крышу. Он метнулся к двери и, закрыв дверь на замок, подхватил Сашу и усадил его на учительский стол, страстно целуя. Альфа ощущал себя диким зверем, жаждав только секса. Он лихорадочно целовал тело Александра, раздевая последнего. Вещи были разбросаны по всему кабинету. Иван стащил омегу на пол, упираясь стояком в живот Саше, согнувшего колени и раздвинувшего ноги. Он сдёрнул последнее, что осталось на теле Александра – боксеры. Быстрым движением облизнув свои 2 пальца, Ваня приставил их к пульсирующей попке Саши, посмотрев на него снова. Щеки последнего полыхали огнем, глаза закатились в беспамятстве, губы расплылись в улыбке. Альфа решил действовать и одним резким движением вошел в него. Омега выгнулся, как струна, сомкнув плотнее глаза и прикусив нижнюю губу, глубоко дыша. Иван ускорялся, попутно стараясь как можно лучше растянуть партнера. Казалось, дыхание обоих превратилось в что-то целое, неразъединимое. Ваня прекратил свои махинации и, приставив покрасневшую головку изнывающего члена к манящей дырочке омеги, вошел в Сашу. Последний застонал от пронзившей боли, закусил губу до крови, не сдерживая слез. Альфа остановился, делая паузу, длившуюся бесконечно долго для него. Александр открыл глаза и решительно посмотрел на Ваню. Тот прикоснулся большим пальцем руки к щеке омеги, смахнув слезу. Затем Иван взял Сашу за бедра и, слегка приподняв над полом, вошел до середины. Видно, что Александру было уже не так больно, ведь он инстинктивно расслабился, отдав себя альфе. Последний не медлил, а начал медленно, запасаясь терпением, двигаться внутри Саши, который дал знать об ускорении, когда с его губ сорвался тихий, едва слышный стон. Ваня взял в ладонь набухший член омеги и стал активно водить рукой по стволу, иногда касаясь раскрасневшейся головки. Александр извивался под нависшим телом альфы, стонал, как последняя шлюха, громко, пронзительно, не боясь быть услышанным другими. Он совсем забылся, потерялся. Еще мгновенье, и зрачки Саши мгновенно сузились, глаза распахнулись, взгляд заметался, верхняя губа дрогнула, и вот горячая сперма потекла вниз, на пол, по его животу. Иван не заставил себя долго ждать, вовремя успев выйти из омеги. - У нас есть еще время до прихода моих родителей, так что собираемся и валим отсюда. Ваня встает в полный рост, одеваясь. Омега все еще лежит на полу, обессиленный и удовлетворенный случившимся. Альфа насилу поднимает Сашу, одевает его, убирает следы их деятельности и, схватив ключ со стола, открывает дверь. Парни оказываются снаружи, удирая через черных ход. И плевать, что класснуха потом обзвониться в поиске выпускников *** Лето начало сдавать свои права. Теплые ночи уходили в никуда, вода становилась холоднее, листья на деревьях желтели и опадали, а рябина начинала краснеть. Вот так же и краснел Саша, когда его спрашивал папа, почему омега ходит такой нервный. А всему виной был немного выпирающий живот и 2 месяц беременности. И при этом при всем скоро в университет… что может быть лучше?! Ваня волновался за Александра, ничего не зная с того дня о беременности Саши. Первый постоянно спрашивал омегу о его самочувствии, но тот говорил, что все хорошо. Но было все не так: Саша даже отказывался гулять, все время сидя дома. Но настал день, когда сам Александр заявился прямо к альфе домой. Раздался звонок в дверь. Шквалистый ветер поднял занавески в воздух. Иван подошел и прикрыл окно. Затем он подошел к двери и посмотрел в глазок. Увидев знакомую фигуру, Ваня тотчас же открыл дверь. - Привет, - омега без приглашения вошел в дом, как к себе домой. - Привет, - альфа закрыл дверь, натягивая на кисти рук длинный свитер. Александр снял ботинки и прошел в гостиную. Он сел на диван, поставив локти на колени. Саша выглядел нервным, как и всегда. - Вижу в твоем взгляде, что ты что-то хочешь мне сказать, - ласково сказал Иван, подойдя к Александру и сев рядом. - Поцелуй меня. Ваня прикоснулся губами к нежным губам возлюбленного. Последний взял альфу за руку и завел эту руку под футболку. Иван мгновенно отпрянул от губ Саши, почувствовав шарообразность живота, пусть и не такую заметную. - Ты беременный? – вскричал вдруг он, вскочив с дивана. - Да, - без слов грусти ответил омега, улыбаясь. Повисло неловкое молчание. Альфа, схватившись за голову, сел обратно и начал думать. Как? Что это? Неужели то, что находится внутри Александра, это на самом деле маленький ребенок, чье сердечко стучит в такт своего папаши? Неужели младенец от него, от Ивана? Конечно, он знал ответ на вопрос, но никак не предполагал, что промах в тот день (здесь же, на диване) повлечет за собой столько новых приключений на пятую точку. - Ваня, - позвал Александр, заставляя первого вырваться из потока мыслей и взглянуть на зовущего. – Может лучше сделать аборт? - Какой аборт? – глаза альфы округлились. - Просто избавиться от него, - сказал Саша, показывая рукой на живот, - и все тут. - Ни в коем случае, это НАШ ребенок, и я не согласен на такой исход. - Но… как я скажу об ЭТОМ родителям, особенно отцу? Он повесит меня, если не расчленит ночью и по частям не отправит к Косте! На глазах омеги навернулись слезы. Он уткнулся в плечо Ивану, содрогаясь в беззвучных рыданиях и всхлипывая. - Мы справимся, обещаю. Ты только своему Косте напиши о случившемся. Он, надеюсь, поймет и простит. Александр перестал плакать и с надеждой в глазах посмотрел на любимого. Ваня раскинул руки, позволяя потонуть Саше в своих объятьях. Альфа гладил последнего по животу, осторожно, нежно, трепетно, боясь сломать то, что находится внутри. Они несомненно справятся.