О символе Нового года

Резкий звук заставил Ирину вздрогнуть, выронить ручку и подскочить на месте. Анатолий, сидящий в углу дивана, поспешно убавил громкость телефона. — Что это? — Реклама на сайте, — непринужденно сообщил и закинул ногу на ногу, не поднимая глаз от устройства. — М… — Протянула Ирина, выдохнула и склонилась над документом. Ощущение неловкости, летавшее в воздухе с момента появления Анатолия в кабинете, только усилилось. Причиной внеплановой «проверки из министерства» было тридцать первое декабря на календаре. Точнее то, что Ирина уже никак не могла поменяться — мало кто из её подчиненных был бы рад появлению внезапного дежурства на Новый год. Даже Геннадий, и тот успел поменяться с Константином Лазаревым, чтобы провести праздник не в стенах Склифа. — Как-то тут у тебя не празднично, — протянул Анатолий, окидывая кабинет тоскливым взглядом. — Ещё бы у меня тут было празднично, — пожала плечами Ирина, — знаешь ли, далеко не все рвутся в Склиф тридцать первого декабря, чтобы я здесь какую-то красоту наводила. — А самой, не? — Кашлянул и закинул ногу на ногу, понимая, что сидеть тут ещё долго. — Не хочешь себе настроение поднять? А то как-то совсем грустно… — Ну, почему? — Ирина пробежалась взглядом по кабинету и кивнула на висящую на одном из шкафов мишуру. — Вполне празднично. — Ага, — хмыкнул Анатолий и поднялся, — прямо-таки не хватает стула. — Чего? — Ну… — Посмотрел на неё, — чтобы раз, — затянул у себя на шее воображаемую петлю, — и всё. Она усмехнулась и снова вернулась к своим отчётам. Он наклонил голову вправо, ожидая, когда на него опять обратят внимание. Понял, что это бесполезно, и отошёл к другому шкафу. Поскольку решить проблему с дежурством Ирины не удалось, Анатолий принял решение провести новогоднюю ночь с ней в Склифе. Если повезёт (на что он очень надеялся), то в её кабинете. И рассчитывал на то, что раз канун Нового года это - волшебное время, значит, не будет тяжелых пациентов, которым понадобится помощь сосудистого хирурга. — Что ты там ищешь? — С подозрением проговорила Ирина, не отвлекаясь от бумаг. — Если кальвадос, то он в прошлый раз всё-таки закончился. Анатолий усмехнулся и закрыл створку. — Да нет… Я вот думаю, как же это так — Новый год и без ёлки? Ирина нервно кашлянула. — Толь, мы в Склифе, какая ёлка? Он обернулся и внимательно посмотрел на неё. — Ирина Алексеевна, — несмотря на то, что они перешли на «ты» и успели это несколько раз закрепить поцелуями и не только, ему доставляло особое удовольствие звать её так, — Я пока сюда шёл, видел, что у этой вашей… — Сделал жест рукой, пытаясь вспомнить имя регистратора. — Нины. — Да, вот, стоит в углу небольшая ёлка. — Ну, стоит и стоит, — улыбнулась, — пациентов радует. — Да уж, меня бы как пациента не обрадовало. Ирина пожала плечами, затем закрыла очередную папку и поднялась. Подошла к Анатолию и посмотрела в его глаза. — Ну, у тебя как у чиновника Министерства были бы особые привилегии на этот счёт… — Её глаза светились счастьем. Потому что сейчас было невероятно легко и спокойно. Анатолий аккуратно взял её за руку, повернул к себе спиной и обнял, скрестив ладони на животе. — Да что вы говорите? — Зарылся носом в светлые распущенные волосы. — Это же какие? — Ну-у, — протянула Ирина, расплываясь в довольной улыбке, ощущая, что его прикосновения действуют на неё сродни успокоительному, — боюсь, для этого вам придётся сначала заболеть. — А что, — аккуратно отвёл пряди волос от её шеи и коснулся губами нежной кожи, — по-другому совсем-совсем никак? Может быть, в рамках ложной тревоги, — повёл ладонью выше по её телу, добираясь до пуговиц на строгой рубашке. Ирина млела от его прикосновений, и ей очень не хотелось думать над тем, что ответить. — Не знаю, не знаю… — Уложила свою ладонь на его, не позволив начать наступательные действия, развернулась в его руках, — как это будет фиксироваться в вашем отчёте? — Я же говорю, — внимательно посмотрел в её глаза, приобнял, — так и напишем… Тестирование способностей руководителя отделения действовать быстро в критической ситуации. Она прикусила губу, затем рассмеялась, осознавая, насколько серьёзно он говорит сейчас подобную чушь. Анатолий тоже улыбнулся, наблюдая за ней. Её улыбка, её смех, её нервный смех, периодически прикушенная губа — это всё, что он успел отметить для себя за неделю их отношений. Но видеть её такой счастливой нравилось больше всего. — И с чего мы начнём? — Её холодные пальцы коснулись его шеи и поправили галстук. — Ну, — протянул, погладив по спине, — Для начала, — взял её за подбородок и наклонился за поцелуем, — я, — коснулся губ. Ирина мягко ответила, обняв его за шею. Сейчас её не волновало ничего — ни то, что она на работе, ни то, что в любой момент может кто-то зайти, ничего. Хотелось хотя бы последние часы уходящего года прожить спокойно и счастливо. — Что "ты"? — Прошептала в его губы и подняла на него взгляд. — Съезжу за ёлкой, — решительно сказал Анатолий и отпустил её, — а то у тебя мишура есть, стеклянный шар в шкафу стоит, а главного символа года нет. Вновь открыл шкаф, чтобы достать оттуда своё пальто. Ирина наблюдала за его действиями, хлопая ресницами. — Чего? — Мотнула головой, думая, что ей это сейчас показалось. Как оказалось — не показалось. — А чего? — Анатолий накинул предмет верхней одежды и развернулся к ней. — Смотаюсь быстренько за пушистой красавицей… Ты даже соскучиться не успеешь. — Нет, подожди, — посмотрела на часы, — сколько сейчас времени? Где и что ты уже купишь? — Ир, — обмотал шарф вокруг шеи, — не волнуйся. Одна нога здесь, другая там. Она нервно хихикнула. — Вот это ты сейчас хорошо сказал… Там такой гололёд, правда хочешь, чтобы тебя сюда привезли? Чтобы твой сын тебя и оперировал? Анатолий бросил на неё снисходительный взгляд. — Вот так и делай тебе сюрпризы, — буркнул он, поправил пальто, посмотрев в зеркало и направился к выходу, но быстро затормозил, — а где он, кстати? О том, что его отец тоже будет в Новый год в Склифосовском, Анатолию Аленикову-младшему знать не следовало. Во-первых, чтобы он не решил, что тот контролирует каждый его шаг, во-вторых, Ирина не хотела лишний раз себя компрометировать. — Оперирует с Лазаревым, плановая там, — пробормотала она, всё ещё пребывая в шоке. — Ну, вот и прекрасно, — заявил Анатолий и ретировался. Ирина, проводив его взглядом, сделала глубокий вдох, не поддалась соблазну покрутить у виска и вернулась за стол. Откинулась на кресле и сложила руки в замочек. Разрывалась между догадками: он украдёт ёлку у Нины или купит топор и пойдёт в ближайший палисадник?  

***

Выйдя из Склифа, Анатолий понял, что энтузиазм стремительно исчезает. Крайне не хотелось находиться на улице в сильный снегопад, идти по гололёду до ближайшего магазина… Звонить и беспокоить Константина, который сейчас, наверное, увлечен просмотром «Иронии судьбы» вместе со своей супругой, тоже не хотелось. Но и давать заднюю совершенно не хотелось, поэтому пришлось аккуратно спуститься с обледеневших ступенек, отметить это в голове как претензию к Ирине и направиться в сторону выхода с территории больницы. Холодный ветер забирался под полы расстёгнутого пальто, где-то вдалеке периодически слышались салюты, снегопад лишь усилился. Выйдя за ворота больницы, Анатолий выдохнул, остановился и посмотрел на циферблат наручных часов. Времени до полуночи оставалось ещё много, но лучше будет, если он проведёт эти часы с Ириной, а не с попытками найти символ Нового года. — Точно кодироваться надо, — пробубнил он себе под нос, когда через полчаса оказался в симпатичном магазине, где продавались различные безделушки. Несмотря на то, что до Нового года оставалось несколько часов, небольшое помещение оказалось забито людьми. Анатолий, который не выносил таких скоплений, почувствовал острое желание выпить. Ёлку он выбирал с чувством, с толком, с расстановкой. Не хотел покупать большую, потому что не видел в этом смысла (и сомневался, что притащит её в больницу в целости и сохранности), живую в горшке тоже отмёл — что-то ему подсказывало, что Ирина не обрадуется подобном подарку. Анатолию крупно повезло, и в наличии действительно осталась искусственная красавица подходящего размера. Пока Анатолий стоял в очереди, успел обзавестись небольшой гирляндой, симпатичной статуэткой в виде символа сегодняшнего праздника, обозлиться на то, как медленно работает кассир, и невольно подслушать чужие разговоры. А ещё задуматься. Задуматься о том, что в последний раз он вот так срывался за новогодними игрушками очень давно. Когда его сын был подростком, а Елена… Была живой и здоровой. После трагедии, унесшей её жизнь, они с Толиком как-то абстрагировались от Нового года. И Анатолия совершенно не удивило заявление сына о том, что он решил заступить на дежурство в эту ночь. Увы, из их жизни ушли не только новогодние традиции, но и нормальные взаимоотношения. И сейчас Анатолий осознал, что, не задумываясь, решил сделать Ирине своеобразный подарок. Просто для того, чтобы она снова очаровательно улыбнулась и немного поворчала (что тоже для него было очаровательно). Он и Новый год-то захотел праздновать исключительно из-за перспективы встретить его с ней. От этого осознания на душе потеплело. — Мужчина, — уставший голос девушки донёсся до его слуха, — ну, вы будете оплачивать, нет? — А… Да, — Анатолий мотнул головой, полез за банковской картой. Умозаключения, к которым он пришёл так неожиданно и быстро, с одной стороны пугали, с другой… С другой давали понять, что стагнация в его жизни закончилась. И теперь важно сохранить намеченную тропинку в будущее.

***

Когда дверь кабинета открылась, Ирина вздрогнула и благополучно выронила органайзер, в котором наводила порядок. Погрузившись в глубокие размышления относительно отношений с Анатолием, совершенно забыла, где находится. — Чего ты нервная такая? — Поинтересовался Анатолий, положил слегка промокшую под снегом плоскую коробку на стол и присел, чтобы собрать ручки. — Да задумалась просто… — Она тоже оказалась рядом. — Как-то тихо в этот раз… И, надеюсь, ты не украл ничего у Нины? А ещё хочется верить, — тон стал притворно серьёзным, — что за тобой не гналась полиция за то, что ты вырубил ёлку в каком-нибудь дворе. Анатолий хмыкнул, потянулся за простым карандашом, и их с Ириной ладони соприкоснулись. Подобрав остатки канцелярии второй рукой, он убрал их в органайзер, поставил тот на стол, поднялся и помог ей подняться. — Плохо ты обо мне думаешь, — принялся распаковывать коробку, — вот кстати, — кивнул на ещё две, но уже поменьше, — для настроения. Ирина стояла в растерянности. Анатолий за прошедшую неделю их отношений удивил её несколько раз, но… Чтобы вот так, чиновник, привыкший ездить куда-либо исключительно с водителем, решил пройтись под снегопадом по такому пустяковому поводу? Сердце начала затапливать нежность — ведь он это сделал исключительно ради неё. — Помочь? — Прикусила губу и слегка присела на стол, скосив взгляд в сторону уже открытой коробки, наполненный искусственными ёлочными «лапами». — Гирлянду лучше распутай, — проговорил Анатолий, шустро сооружая конструкцию, — я тебе её над диваном повешу, красота будет. Она усмехнулась, но не стала ничего делать. Наблюдала за его действиями, постукивая подушечками пальцев по столу. Он, почувствовав её взгляд, покосился на неё. — Чего ты на меня так смотришь? Что? Ну, посмотри, — кивнул на уже принявшую очертания ёлку, — тебе вполне подходит по размеру. Очень симпатично вот так, — отодвинул на угол стола, стараясь не потревожить лежащие на нём бумаги, — будет стоять. Радовать тебя. Праздник всё-таки. — Слушай, да ты прямо мастер на все руки, — прищурившись, проговорила Ирина и усмехнулась, — у меня дома кран капает. Может, посмотришь? — Коснулась ладонью его плеча. — Краном пускай занимаются сантехники, — Анатолий разгибал нижние ветки, — ты скажи, на какой день, я вызову. Закончив с ёлкой, подвинулся ближе к Ирине и посмотрел в её глаза. Устроил ладони на столешнице позади неё. Расстояние между их лицами было минимальное. — Пошутила я, — спокойно проговорила она, ощущая прилив тепла, — насчёт крана. Сколько там до Нового года осталось? Анатолий не смог оторваться от её глаз. Отметил их про себя ещё в первую встречу, и с каждым днём они затягивали его всё глубже и глубже. — Не знаю, — поцеловал её в лоб, — а это важно? Ирина смотрела на него несколько мгновений, потом поцеловала. Нет, это было не важно. Важно было принимать тот факт, что есть человек, который сделает для неё абсолютно ерундовое дело, только чтобы поднять настроение. Соприкосновение губ было достаточно нежным, аккуратным, погружающим их обоих в атмосферу романтики. — Мы там насчёт врачебного осмотра не договорили, — прошептал Анатолий ей на ухо, обняв Ирину за талию. — М… Давай дома? — Ответила та, уложив ладонь ему на грудь. — А отчего же? — Перехватил её и погладил подушечкой большого пальца тыльную сторону. Ирина смотрела на него искрящимся взглядом. Как же ей это всё нравилось. Хотелось оставаться вот так рядом с ним как можно дольше. Не хотелось на кого-то или на что-то отвлекаться. Она и сама страстно желала, чтобы в эту ночь не было никаких операций, чтобы не покидать кабинет… И надеялась, что новый год действительно будет другим… Поменяет в корне её жизнь. Хотя если бы кто-то ей сказал пять дней назад, что в её голове появятся такие мысли, не поверила бы. — Зайдёт кто-нибудь… Анатолий отмахнулся, придвинулся ближе к ней, желая ощущать тепло её тела. Ладони скользнули под светлый халат, оказываясь на талии, обтянутой рубашкой. — Ой, да кто… Ты проводишь, — снова коснулся её губ, — совещание… Она хихикнула, но ответила. Атмосфера уединенности позволяла забыть обо всём и погрузиться в чувства, навеянные очевидной и обоюдной влюбленностью. Дверь кабинета открылась настолько неожиданно, что они оба не успели среагировать. — Ирина Алексеевна, — раздавшийся голос сына вынудил Анатолия резко развернуться. Ирина дёрнулась, прикрыла губы ладонью и отвернулась, ощущая, как щёки предательски краснеют. Немая сцена дала понять — предстоящий год обещает быть очень интересным.