Служебный роман

Настя понимала, что машина ехала точно не в городе: кочки и запах сена. Похитителей было как минимум двое, как и предполагали в Фэс. Ей связали ноги шнурком, судя по ощущениям самым простым от кроссовок, руки скотчем самым обычным, на голову - тёмный пакет, по запаху специальный для мусора. Один из похитителей держал её за ноги, второй вёл машину, не переговаривались. Белозёров и Рогозина напряжённо следили за красной точкой. Галина Николаевна была в крайней степени недовольства данной ситуацией. - Сергей, ты хорошо закрепил заколку с жучком? - Закрепил так, что не оторвётся, если её не будут тормошить там, надеюсь. - Серёж, что это за телефон? - Рогозина ткнула в экран. - Сейчас проверю, чёрт.... чёрт! - Сергей? - всполошилась Рогозина, видя как побледнело лицо мужчины. - Серёжа, что случилось? - Сигнал пропал, - тихо прошептал Белозёров, он принялся судорожно бить по клавиатуре, пытаясь зацепиться за любой яркий сигнал. - С неё сорвали жучок? - Нет, тут всё куда хуже, кажется, мы имеем дело с очень серьёзными ребятами. На той территории, куда увезли Майскую, стоят мощнейшие заглушки, - Белозёров вытер пот со лба. - Зовите всех в Фэс, будем разрабатывать новый план. Сигнальная точка замигала и погасла. Рогозина быстро вызвала всех по телефону и снимая халат, быстрым шагом пошла в кабинет. Белозёров за ней. ——— - Так Рита, Костя и остальные оперативные ребята, срочно одна машина прочёсывает последние посты, где засветился жучок, другая находит дорогу и туда, все здания обыскать. Майский в машину с ОМОНом. Таня, Шустов, и вы оба, немедленно в лабораторию, всё об объектах в радиусе где сигнал исчез. Проверяйте ещё раз всех фигурантов! Коля, я в лабораторию, ты за главного на месте. Работаем ребята, если ещё пропадёт сотрудник Федеральной экспертной службы разразиться настоящий скандал, не дай бог что-то в прессу просочиться, я не хочу жертвовать жизнью невинной молодой девушки, за работу! Выйдя из здания, оперативники принялись разделять машины и напарников. Степан сел на пассажирское рядом с водителем, за руль, на задних сиденьях вооруженные Рита и Ника. - Кость, я за руль, - твёрдо сказал Круглов, рядом сел Котов, сзади Соколова и Лисицын, надевавшие бронежилеты. Николай Петрович включил на планшете связь с лабораторией. - Каковы шансы на штурм? - Больше пятидесяти! - ответила Таня. - Значит так, я присылаю моментально как найду все сооружения на периметре. Они выехали первыми, за ними машина с Даниловым за рулём и спецназ. - Николай Петрович, когда подъедете к месту возможно связь прервётся, поэтому записывайте на диктофон, я буду говорить быстро, чтоб вы всё знали. - Я включил диктофон, Тань, - Котов положил аппарат рядом с планшетом и принялся выстраивать путь по навигатору. - Рядом с точкой, где исчез сигнал есть несколько крупных объектов, где есть возможность спрятать большую машину и держать заложников. Во-первых заброшенный табачный завод он находится в небольшом лесочке, принадлежит некоему Виталию Смирненко, он уже как шестой год мёртв, наследников нету, во-вторых склад который уже третий год сдаётся в аренду мимо кассы, имя арендатора выясняем. И третий объект — бывший зерновой завод, раньше им владела Татьяна Мерина, после её смерти всё унаследовал сын, распустил всех, сейчас безработный, живёт на наследство матери. Проверяем телефоны. Рита Власова быстро читала присланные Таней файлы. Ника перелезла на сиденье рядом со Стёпой, тот был на нервяке. - Стёп, - Ника положила руку на плечо, Данилов убрал одну с руля, положил на Никину и сжал. - Данилов, не пугай... - Вероника, держи меня за руку я щас сорвусь, - прохрипел он. - Там девушки были совсем молоденькими. Если их эти гады...убью всех, ты понимаешь, ведь понимаешь? Вероника понимала, она сама бы с удовольствием всех тех, кто насилует, держит на цепи бы убивала. Она посмотрела в зеркало заднего вида и увидела Риту, которая читала, а по щеке течёт одинокая слеза, судя по всему это дело будет одним из самых бесчеловечным.

***

Машина остановилась, похитители выскочили из машины и вытащили её как мешок с картошкой, Настя внимательно прислушивалась ко всему. Один из похитителей был явно выше среднего роста, с широко развитым плечевым поясом. Когда они были на улице, в воздухе вкусно пахло пшеницей, было ветрено и шумело что-то, что Настя не могла распознать. Её куда-то принесли, хлопнуло что-то железное, стало холоднее и запахло землёй. В голове почему-то вспомнился Гоголь и его захоронении заживо. Она не знала, что там с жучком, заколка почти не ощущалась в волосах, но наушник всё ещё был на месте. Её кинули вниз, на удивление, сухой жёсткий матрас, хлопнула дверь и кто-то присел рядом. Мешок на голове и руки, замотанные скотчем были на месте, но похититель принялся развязывать её ноги. У Насти из оружия был только служебный нож, который Белая спрятала рядом с ребром, но руки дотянуться до него быстро не могли, человек точно бы заметил. С неё стянули мешок, в нос ударил запах пыли и плесени, всё было размыто. Человек в балаклаве разливался чёрным пятном, он молча смотрел на неё, но ничего не делал. И Насте честно не хотелось, чтобы он что-то делал. Где-то рядом кто-то всхлипывал нежным почти детским голосом. Настя дёрнулась в ту сторону, и в ту же минуту в её живот прилетел удар ногой, изо рта вырвался стон боли, но зубы тут же сжались, замолкая. Человек встал, смотрел на неё долгим взглядом, присел перед ней на корточки, наклонился к лицу, погладил по волосам, Настя машинально дёрнулась, человек сильно ударил по лицу. Он резко схватил её за волосы и злобно прошипел «закрой пасть», встал, Настя инстинктивно сжалась, прикрывая ногами живот и не зря. Мужчина начал бить её ногами, стараясь не задеть лицо. Бил сильно, его обувью были армейские ботинки, было больно, мужик бил нечётко, вразнобой, Настя старалась молчать, она закусила внутреннюю часть щеки до крови. Избиение длилось недолго, мучитель снова опустился перед ней на колени, погладил по щеке и волосам, трогая светлые пряди нежно несмотря на дрожь в руках похитителя. Настя подумала, раз где-то тут кто-то плачет, то тут есть живые заложники, как минимум один, это радовало, возможно все пропавшие девушки живы, как говорила Юля Соколова. Щёлкнула пряжка ремня. Чужие руки сняли её обувь и принялись снимать с неё штаны, Настю всю прошибло током ужаса, она задолжала, ледяной пот катился градом, хотелось провалиться под землю, она зажмурилась, стараясь переключиться в сугубо рабочую область. У неё получалось распознать, что в помещении где её насилуют есть как минимум двое человек женского пола, один голос был совсем юным, скорее всего это была шестнадцатилетняя Кристина Мамонтова, второй голос скорее всего принадлежал пропавшей перед Кристиной, Яне Королёве, отцу которой она обещала вернуть ему его дочку, при имени которой он вздрагивал от боли и прижимал платок к глазам. Между ног словно вспыхнул огонь, было так больно, что хотелось выть, чужие ногти впивались в кожу бёдер, ноги замёрзли и болели от избиения. Ей было душно, к горлу подступила тошнота, она отвернулась от насильника и её вырвало. Было мерзко, по ногам скатилась липкая мерзкая сперма, одно из самых страшных её опасений, что насильник кончит в неё, прошло и стало как-то по спокойней. Её погладили по волосам, послышались звуки одевания, хлопнула дверь и всё стихло. Настя сразу же подорвалась с места, размотала руки, натянула штаны и обувь, повернулась назад. И чуть не заплакала от радости: истощенные, в мешковатой серой одежде, с наручниками по рукам и ногам, прицепленные к трубам, но живые, сидели четыре молодые девушки с блестящими чистыми золотыми волосами. Настя медленно подползла к самой младшей и ласково улыбнулась. - Как тебя зовут? Меня Настей, у тебя что-нибудь болит, ты так бок прикрываешь. Тебя зовут Кристина? - Болит, - тихо произнесла девушка. - Откуда ты меня знаешь? - Девушки, послушайте, понимаю, что вам страшно, но пожалуйста, можете ответить на мой вопрос, - Насте удалось успокоится. - Как вас всех зовут? Девушки молчали и тихо плакали. Настю не учитили успокаивать людей, и она боялась сделать что-то не так. Она полезла в карман и достала пачку леденцов со вкусом клубники. Кристина взяла и на её лице мелькнула улыбка. Она обняла Настю, плача в её плечо.

***

- Галина Николаевна, - позвала Таня. Рогозина наклонилась к компьютеру. - Смотрите, я изучила всех бывших и нынешних владельцев тех заводов и я нашла нечто очень занимательное. Тот зерновой завод, принадлежащий Мериной, так вот: Мерина была властной суровой женщиной, постоянно была недовольна своим сыном Колей, есть показания участкового, который снимал побои Николая в четырнадцать. Также Николай состоял какое-то время на учёте психиатра, есть приводы в полицию, он отсидел четыре года за изнасилование студентки Карины Ивановой. Вернулся Белозёров, выпивший очень много кофе, чтобы не уснуть на месте. - Да они же одинаковые! - воскликнул он. - Сергей, что ты имеешь ввиду? - Галина Николаевна, Тань, Мерина и Иванова, у них один типаж - блондинка с худощавым телосложением! Готов поспорить, что под гнётом жестокой мамаши у сынка поехала крыша. И после её смерти он стал похищать похожих на неё девушек и садистически издевался над ними, видя в них свою мать. - Значит так, надо как можно быстрее обыскивать этот заброшенный завод, - Рогозина быстро позвонила оперативникам и передала приказ. - Серёж, наушник на Майской работает? - Нет, Галина Николаевна, никакой связи, нашим надо успеть, возможно Николай Мерин всё ещё на месте!

***

Машины с оперативниками встретились и теперь ехали как можно быстрее к заводу. - Коля, слышишь? Сергей нашёл возможного сообщника Мерина. - Николай Петрович, рядом с квартирой Мерина часто биллинговался номер некоего Чистякова Вячеслава Львовича, они с Николаем дружили в институте, пока последний туда ещё ходил. Имеет приводы в полицию: один за изнасилование, два за избиение проституток. Ни на того, ни на другого не зарегистрировано оружия, но дядя Чистякова заядлый охотник, так что есть возможность того, что вам окажут сопротивление. - Спасибо, Серёг, - Круглов отключился, он посмотрел на Котова и усмехнулся. - Ты не волнуйся, Кость, вытащим мы всех. Они доехали до завода, первой поехала машина с Майским и спецназом. У завода стояла большая чёрная машина, из которой четыре Омоновца выволокли тучного высокого лысого мужчину с бородой, Николая Мерина, и смуглого среднего роста черноволосого чернобрового, Вячеслава Чистякова. Девушки в заводе услышав шум на улице задрожали и забились в угол, Настя обняла Кристину, ласково поглаживая её по голове. - Всё хорошо, девочки, всё хорошо, - зашептала Настя. - Это помощь, всё будет хорошо, вы скоро будете дома, слышите? Одна из девочек громко расплакалась и побежала к выходу, её нервы сдали, она кричала и плакала, один из омоновцев успел подхватить её на руки, когда она упала без сознания. Настя встала, взяла Кристину за руку, остальных повела за собой. Она обратилась к одному из спецназовцев, чтобы он не пугал девушек. Приехали две машины скорой помощи, пострадавших уложили и увезли. К Насте подбежал Майский, обнял её. - Живая, клуша ты моя! Меня твоя мать убьет, если узнает, пошли уже, нагеройствовалась! - Дядь, не дай бог мама узнает, убьёт, лучше иди, посмотри, может что-нибудь интересное найдёшь. Настя подтолкнула дядю ближе к заводу, а сама побежала к машине, оттуда выскочили Котов и Юля, последняя обняла её, Котов снял куртку, укутал в неё и посадил в машину к Рите, Стёпе и Нике. - Майская, - Котов сел рядом с ней и налил из термоса чай. - Ну как тебе, понравилось спасать людей? К несчастью, интересное было, на задней стороны завода обнаружилось кладбище. Как только это увидела Юля, ей стало так плохо, что она присела на колени. - Юль, - Лисицын сел рядом. - Юлечка, тихо, тихо милая моя. Он поднял её с колен, поднял на руки и унёс в машину. - Костя, дай термос. - Соколова, ты вся белая, что случилось? Юля была даже не бледная, а серая, её губы были белыми, она дрожала. - Там... кладбище, - тихо проговорила она и прикрыла глаза. К ним подошли Рита и Ника, обе бледные как и Юля. Пришёл Стёпа, у которого на лбу была кровь, он не говорил, но Ника видела, как одного из задержанных он ударил так сильно, что разбил ему лицо. Стёпа подошёл к ней и обнял так сильно, как только мог. Ника увела его в машину. Настя подумала о том, что если бы они не успели, то остальные бы умерли. - Сколько их? - спросил Котов. - Четверо, - Власова хрустнула пальцами и ушла. - Все скелетированные. У нас внешность восстановят.

***

В Фэс приехали родители всех пострадавших. Они плакали, обнимали друг друга, теряли сознание. В допросной Рогозина была сдержанна. Круглов ждал её при выходе. - Галь, - позвал он. - Не отторгай меня, пожалуйста, я же вижу, что тебе плохо. Рогозина дала ему свою руку и потёрла лоб. - Их посадят на пожизненное, всех жертв опознали. Рита зашла в лабораторию, где сидел Игорь за компьютером. Рита села рядом. - Чего ты тут копаешься? - Пытаюсь установить личность последней жертвы, самой старой, а ты хочешь что-то? Рита положила голову ему на плечо и усмехнулась когда Игорь сказал: - Капитан Власова, вы мне мешаете, - он улыбнулся, смотря на неё краем глаза. - Чёрт, - Рита выругалась, показывая на экран. - Это же Татьяна Мерина! - Мать нашего маньяка? - Игорь вгляделся в изображение. - Чёрт... точно. - Чего вы чёрта упоминаете? - пошутила зашедшая Таня. - Ого, это же мать Мерина? - Да, значит он и её убил, - Игорь вскочил. - Рит, ты меня тут подожди, я к Рогозиной!

***

Валя сняла перчатки и посмотрела на Настю, сидящую на кушетке. - Тест на СПИД мы сделали, нежелательной беременности нет, - Валя присела рядом и положила руку на плечо. Настя молча посмотрела на неё пустым взглядом, а потом расплакалась и обняла Валю, почти рыдая. - Всё будет хорошо, - сказала Валя, поглаживая девушку по спине. - Ты такая молодец, ты нам так помогла. Всё будет хорошо, я тебе обещаю! В морг зашёл Майский, Настя тут же вырвалась из объятий и выскочила из помещения. - Валюш, всё хорошо? Валя встала, подошла к нему и обняла его так крепко как только могла. Серёжа обнял её в ответ своими большими руками, закрывая от всего мира. Валя потянулась к нему и поцеловала в губы. - Серёж, теперь всё будет хорошо, я тебе обещаю, - прошептала Валя, вытирая слёзы. - Я сделаю тебя и Настю счастливыми. Обязательно сделаю.

***

- Майская, - окликнул её Котов. Настя остановилась и посмотрела на него такими несчастными заплаканными глазами, что Косте стало её так жаль, что он обнял её одной рукой, прижимая к себе и поцеловал в макушку. - Не плачь, Майская, не плачь, он на зоне заживо сгниёт.