Херолёхи Oneshots

      День начинался хорошо. Уже с неделю Херобрин кошмарил нового поселенца в горных лесах, и он был приятно удивлён, увидев оставленный дом. Пункт в списке дел можно было вычеркнуть, поэтому Херобрин вернулся к наблюдениям за Алекс… которая тоже была нежеланным поселенцем в его горах, но к которой он уже привык.       Как и к её проделкам. Как и к её вредности.       Херобрин не удивился, увидев у неë дома человека, над изгнанием которого он трудился целую неделю — лишь был раздосадован тем, что тот не убрал за собой постройки, раз не торопился.       — Наконец-то у меня появился друг, — хихикнула Алекс, когда Херобрин подошёл к ней за объяснениями вдали от чужих глаз. — Представляешь, с ним какая-то чудь последнее время происходила. Красные факела, страшные таблички, у-у-у… Я подумала, что ему нужна моя помощь.       У друга было имя, и его Херобрин даже не попытался запомнить — он не собирался с ним контактировать.       — Пусть уходит, — сухо приказал он.       — А то что? — Алекс нагло вскинула бровь.       В планах Херобрина пока не было пункта «залить кровью полгоры», и она об этом знала. Впрочем, было много других способов испортить ему… нет, им обоим жизнь.       Те оба отвечали взаимностью, хотя за это был ответственен только один человек. Уже к вечеру Алекс попыталась соблазнить гостя прямо на улице — в качестве демонстрации. Херобрина это не впечатлило, но Алекс получила шишкой с небес прямо по макушке.       Он был невосприимчив к открытым провокациям и вполне спокойно относился к безуспешным попыткам его задеть. Но тогда наглый гость, совершенно не подозревающий о третьем участнике событий, решил подкатить к Алекс в ответ, и та охотно отвечала на его внимание. Гость получил по макушке камешком — маленьким, не больше шишки, но всё же камнем, а не шишкой — и ничего не понял, зато остался довольным тем, что смог развеселить гостеприимную хозяйку.       Так продолжалось ещё несколько дней. Алекс то и дело выдумывала новые способы поддразнить Херобрина, но уже не горела тем энтузиазмом, что раньше. Наверное, она рассчитывала, что Херобрин будет кусать себе локти от ревности; самому Херобрину было даже весело наблюдать за её вознëй с новым другом.       С течением времени приятель Алекс спал всё хуже и хуже, его мучила несусветная паранойя… Бедолаге казалось, что вокруг него водятся монстры: криперы шипят прямо за спиной, зомби хватают за плечи, скелеты натягивают тетиву, чтобы пронзить его голову стрелой. А один раз огонь, который он собирался разжечь в печи, загорелся неестественным синим цветом, который вернулся к обычному, стоило Алекс войти в комнату.       Напряжение между людьми росло, что играло на руку Херобрину. Он собирался постепенно увеличивать градус мистики, творящейся вокруг непрошеного гостя, но сменил планы, когда человеки решили обсудить список дел.       — Нужно больше дерева, — заявил приятель.       — Ага. Я как раз хотела вон тот склон очистить, — Алекс указала на любимый склон Херобрина. Сразу стало ясно, почему этот разговор начался на улице, прямо под его носом. — Можешь его весь вырубить.       — Нет, так не пойдёт, — Херобрин оказался рядом с Алекс, отчего та чуть не упала со скамейки.       Не то чтобы он до беспамятства обожал свой лес и считал вид на этот конкретный склон незаменимым. Это был не вопрос эстетики, а дело принципа — поставить на место букашек, заявивших права на его собственность.       — Чего-о-о?! — непроизвольно выкрикнул гость, резко отшатнувшись. Херобрин не обратил на него никакого внимания; его интересовала только Алекс, очевидно довольная тем, что ей удалось его спровоцировать.       — С каких пор ты решила, что можешь распоряжаться моим склоном? Моим лесом?       — А ты с каких пор решаешь, с кем я дружу? — Алекс не постеснялась перейти к сути. — Может, он мне судьбой предназначен? — она указала пальцем на гостя. — Может, он любовь всей моей жизни?       — Любовь всей жизни? — скептически уточнил Херобрин. Он медленно перевëл взгляд на человека, и тот дëрнулся, будто от ужаса, но не решился пуститься наутёк.       Лицо у него было простое, как у Алекс, руки выглядели работящими; они явно одного сорта люди. Херобрин резко сократил дистанцию между ними.       У него был неопровержимый аргумент в пользу того, что этому человеку Алекс не нужна.       — Она сосала мой член.       На лице человека вместе с ужасом уместилось недоумение. Херобрин услышал яростное шуршание травы за спиной и тут же оказался развëрнут рукой Алекс к ней же.       — А ты лизал мою пизду!       Херобрин резко повернулся обратно к человеку и продолжил его убеждать:       — Она трахалась с варденом.       Алекс не выдержала: злобно рявкнув, она оттолкнула человека и оказалась перед Херобрином.       — Ты дрочил на это!       — А ты… — перепалка начала становиться личной. — Позволила воспользоваться собой эндермену, слизню и… И..!       — И я!!! — Алекс выглядела разъярённой. — Горжусь!!! Этим!!!       Хруст травы где-то сбоку отвлёк их от разговора; Херобрин и Алекс одновременно повернули головы к её приятелю, предпринявшему неудачную попытку смыться.       — Куда пошёл? — процедила Алекс сквозь зубы.       Приятель шумно сглотнул, его глаза бегали от одного лица к другому.       — Я… я… — его рука потянулась к ножнам и схватила меч. — Ух-ходи, нечисть смрадная! Не тр-рожь людей! — он направил дрожащее остриё меча на Херобрина. — Убью!!!       Херобрин позволил себе ухмыльнуться. Он сделал шаг, оставив разочарованную Алекс за своей спиной, и развёл руки в стороны.       — Ну давай, — он склонил голову набок и вверх, приподняв подбородок. — Убивай.       Паренёк не стал тратить времени. Он выпустил меч из рук и попытался удрать, но даже не добежал до забора — Херобрин появился прямо перед ним, отчего несчастный врезался в него и не успел упасть, оказавшись подхваченным за грудки.       По всей видимости, он задержался здесь лишь с одной целью — чтобы Алекс над ним посмеялась. Над ним и заодно над Херобрином. Что ж, у Херобрина тоже есть, над чем посмеяться. Есть, чем отплатить Алекс за то, что она заставила его сплясать под её дудку.       Херобрин позаботился о том, чтоб это выглядело эффектно: развернулся вполоборота к Алекс, чтобы та всё увидела, и прижался губами к губам несчастного. Человек тут же принялся отбиваться, но ничего не мог противопоставить хватке Херобрина, который вдобавок вцепился в волосы на его затылке, чтобы не вертелся.       Херобрин старался не думать об ощущениях, игнорировать их; задумка была столь же интересной в теории, насколько мерзкой на практике. В плотном потоке мыслей Херобрин выделил лишь одну: если бы у него была эрекция, то от этого её бы не стало.       И наконец, оторвавшись от поцелуя, он брезгливо вытер рот и без лишних комментариев одним взмахом запустил нерадивого паренька в небеса.       Проблема решена. Время насладиться последствиями.       Алекс стояла с распахнутым ртом и хлопала глазами, посеревшая от ужаса; даже веснушки поблëкли на её щеках. В её глазах плескалось невообразимое отчаяние — столь глубокое, что можно было сойти с ума в попытках осознать его масштабы.       Её ноги подкосились, словно пламя в жизни в ней угасло, и она упала на колени. Алекс прерывисто выдохнула, сдерживая всхлип, и замерла, уставившись в пустоту. Обычно Херобрин мог прочитать её эмоции, как открытую книгу, но, по всей видимости, в этот раз не существовало слов, способных описать её чувства.       В голове начала проясняться абсурдность ситуации. Херобрин попробовал поставить себя на место Алекс, представить её замешательство… и с его губ сорвался тихий смешок.       Затем ещё. И ещё. Смешки становились громче, так что Херобрин закрыл рот, сдерживаясь, но в ответ всё его тело задрожало, словно лопаясь от давления изнутри. Алекс продолжала сидеть, абсолютно потрясённая нелепостью произошедшего, и он больше не смог терпеть.       Челюсти резко разомкнулись, и кашлеподобный хохот вырвался наружу. Он был настолько интенсивным, что захлестнул сознание, от него свело в груди, от него подкосились ноги, и Херобрин свалился на колени, беспрестанно хохоча. Он уже не мог остановиться, словно смех был важнейшей потребностью тела, и надрывал живот, уткнувшись лбом в траву. Порой он пробовал подняться, но лицо Алекс попадалось ему на глаза, и новая волна нестерпимого хохота захватывала его.       Наконец, наваждение спало. Херобрин медленно поднялся, тыльной стороной ладони утирая, как ему показалось, слезу. От вида Алекс он вновь усмехнулся, но в этот раз сумел сохранить самообладание.       Самое время преподать урок и ей. Херобрин неспешно подошёл к ней, и Алекс, поняв, что дело плохо, резко вскочила на ноги и тоже попыталась убежать. Но Херобрин был быстрее. Плечи Алекс оказались в его руках, она уставилась на него ошалевшими глазами.       — Даже не думай меня целовать этими губами!       Херобрин поднял бровь — он и не собирался её целовать. Но настроение он уловил.       — Тогда ты целуй.       Алекс оскалилась, её лицо вновь исказилось от омерзения. Она попыталась вырваться из его хватки, рыкнула, когда не получилось… и, схватив за ворот футболки, притянула его к себе, яростно целуя, словно в последний раз.       Херобрин ответил. Был рад ответить.