После. «Перевал Дятлова.»

«Снова от меня ветер злых перемен тебя уносит, не оставив мне даже тени взамен

И он не спросит: Может быть, хочу улететь я с тобой птицей за синей мечтой...»

      Ночь. Снег летевший хлопьями смешал контуры домов с небом, что затянули темные тучи,не пропускающие лунный свет. Комната, недавно уснувшего журналиста, была подобна самому темному из ночных кошмаров. В глубокой ночной тишине раздался громкий и довольно резкий звук мобильного телефона, оповещающего о входящем звонке. После нескольких попыток абонент сумел дозвониться до журналиста.       —Лили? —Смутился парень, приподнявшись на локтях  и увидев на экране телефона имя и фотографию сестры. Ответив на звонок, он приложил телефон к уху и лег обратно на подушку глядя в потолок и шебурша свои волосы. —Лили, что-то срочное, я пологаю? С Лукасом что-то? — Парень спросил о первом, что пришло в голову.       —Нет, с Лукасом все в порядке, он спит у себя в комнате. Я звоню по поводу Джона... Мне не спалось и эта мысль все вертеться в голове... —Встревоженный голос сестры затих. —Мы с ним разговаривали сегодня и мне кажется, что с ним что-то случилось, он был какой-то нервный, молчаливый, в общем сам не свой совсем. Вы когда последний раз виделись? И вообще когда последний раз разговаривали? Ты не знаешь в чем может быть дело? —Не извиняясь, за столь поздний звонок предъявила девушка.       —Так, Лили, успокойся и расскажи все по порядку, спокойнее, а то я ничего не понимаю. Что ты имеешь ввиду? —Парень поспешил остановил сестру, его мозг был не готов переварить такое количество информации за короткий срок, в данный момент. Ночь в конце концов.       —Ну понимаешь, Джон когда звонит, он четко и ясно дает понять, что ему требуется, а сейчас я даже не уверена в том, что это он мне звонил. —Уже менее бурно объяснила Лили.       —Лили, Джон - писатель. Это нормально, что он со странностями, это его изюминка. —Хмыкнул журналист слабо улыбнувшись, надеявшись на то, что его слова успокоят сестру. Хотя у самого в голове возникло много странных и пугающих вариантов исхода описанной сестрой картины. —«Не Джон, а кто тогда? Может его кто-то заставил позвонить? Лэмптон? Да не, чушь собачья...Он бы позвонил мне, а не Лили.» —Он отмахнулся от собственных параноидальных мыслей.       —Нет, Линч, ты не понимаешь, мне кажется это серьезно! Поговори с ним, пожалуйста! А лучше проведай его. —Строго потребовала девушка, разбудив сына. Лукас пришел к ней, таща за собой одеяло.       —Мам, что случилось? —Сонно прошептал младший, жмурясь от света лампы.       —Ох, Лукас, все в порядке, иди к себе, я сейчас приду. —Сказала Лили, погладив сына по голове. Тот послушно побрел обратно.       —Ладно Линч, я жду потом звонка, с объяснением ситуации. И нет, это не может подождать... —Перебила сестра, еще не озвученные мысли брата и окончила звонок.       —Ох, Ладно, просто позвонить и спросить: «Что случилось?»–Ничего сложного. —Вздохнул парень и открыл телефонную книгу, в поисках контакта «Джонтарро». Успешно обнаружив абонента он начал звонок. Гудки, что доносились от телефона казались ужасно громкими и уж слишком вечными, в кромешной темноте комнаты. Через некоторое количество гудков последовало - «Абонент не доступен или находится вне зоны действия сети, the subscriber is unavailable or is out of network operation.»

«Позови меня с собой, я приду сквозь злые ночи, я отправлюсь за тобой чтобы путь мне ни пророчил. Я приду туда, где ты нарисуешь в небе солнце. Где разбитые мечты обретают снова силу высоты»

      —Он же знает, что я тот еще параноик... Почему не отвечает? Может он спит? Время ночь в конце концов, да и Лили не охотно звонить теперь, раз там Лукас проснулся, она переживать будет. —Парень нервно метался в раздумиях. После еще пары неудачных звонков совесть и страх, навязанный предчувствие сестры взяли вверх. —Все-таки нужно съездить. А если он просто спит... Я тогда буду как дурак, но зато буду уверен, что все в порядке и параноик –это Лили. И мы вместе посмеемся, над этой историей. —Нервно усмехнувшись журналист поднялся и направился в ванную, после небольших водных процедур он переоделся, надел пальто и обувшись, направился на улицу, заперев дверь дома, он сел в холодную машину, холод от которой распространился по всему телу, отзываясь табуном мурашек.       —Уф.. Вот и взбодрился! Артист из меня никакой. —Голос парня звучал тихо и разочаровано. Он решил долго не ждать пока машина нагреется и отправился к дому Джона, уже через пару минут после того как сел в нее. Повезло, что на улице был не мороз.

***

      Через 20 минут Линч прибыл к месту назначения. Заглушив мотор машины, парень вышел из неё. Заблокировав двери транспорта передвижения и убрав ключи в карман, он пошел к подъезду многоэтажного здания. У него есть копия каждого из ключей, это Джон предложил «на всякий случай». Поэтому зайти в подъезд и поднятся на нужный этаж не составило больших проблем. Но позвонить в звонок парень все же посчитал нужным. Все еще пытаясь отогнать нагнетающие мысли. После нескольких попыток терпение превратилось в страх, в голове с новой силой начало появляться мерзкое до глубины души:       — «А может...?»—Парень изо всех сил пытался избавиться от всплывающих, самых страшных картин в своей голове, но кажется действие начало приобретать обратный эффект. Линч открыл дверь одним из ключей и вошел в тихую квартиру писателя. Разувшись он метнулся в комнату друга, так как в ней горела настольная лампа, а он видел её тепло-желтый свет мягко скользящий по поверхности комнаты. Какого же было разочарование журналиста когда он не нашел хозяина квартиры в ней, но страх был в раза так в три больше, он велел действовать.       —Чёрт возьми, Джон, где ты?! —Крикнул журналист и в миг затих, он слышал какой-то грохот, хотя, нет, это было больше похоже на  звон, звон разбившегося стекла, а после вскрик и всхлипы. —Джон? —Журналист побежал на звук, кажется, в ванной. Да! Он аккуратно подошел к комнате и увидел капли крови на полу из под приоткрытой двери –сердце словило дозу адреналина, журналист открыл проход.       Младший сидел на полу операясь о стиральную машину и весь он был в осколках зеркала, которое разбил. Его футболка была в крови, руки и пол тоже. Парень сидел всхлипывая, а слезы его стекали по щекам.       —Боже мой, приятель... —Линч схватился за телефон и побежал в сторону шкафа, что находился на кухне в поисках того, что могло бы помочь перекрыть кровотечение. Он набрал номер скорой медицинской помощи и поставив на громкую связь звонок, продолжал рыться по шкафам.

Диспетчер службы

ответил на вызов.

      —Алло! Скорая, парень порезался, сильное кровотечение, по адресу [...], квартира [...]. —Он нашел то, что могло замедлить кровь и побежал к пострадавшему. Разгребая стекла и складывая их в кучу чтобы не порезаться самому. Назвав адрес он закончил звонок и принялся оказывать помощь, не давая писателю при этом потерять себя.       —Джон, приятель, что случилось? Пожалуйста говори, что произошло? —Парень старался говорить и поддерживать зрительный контакт, так же старался не кричать и держать себя в руках.       —Линч, Линч прости! Я ужасный человек! —Сквозь всхлипы начал писатель, на, что получил незамедлительный ответ, полный не понимания.       —Хей, с чего вдруг такие мысли? Все в порядке... Ты совсем не такой! —Парень поднял глаза на парня и одну из кровавых рук положил на щеку писателю, сам не понимая кого он успокаивал больше, себя или Джона. Рука с раной была перевязала, но все еще кровоточила.       —Это не так, совсем не так... —Парень на секунду замолк сморщившись от боли. Линч что-то задел. —Понимаешь после того случая на перевале Дятлова, я много об этом думал, я ведь.... Я ведь мог убить тебя... Мог убить вас всех.—Сил кричать у пострадавшего уже не было, он прильнул к руке друга, перекрыв глаза.       —Эй, нет! Не смей отключаться, Джон! Слышишь! Пожалуйста! —Он похлопал его по щеке понимая, что все это может выйти в летальный исход, Линч не понимал насколько сильной была рана. Он старался уменьшить потерю крови надавливая на перебинтованную рану. —Ты не виноват, тобой управляли, помнишь? Это все влияние той СССР-овской лаборатории!       —Но руки в крови у меня! Я чуть не убил Макса! Я убил Стрелку! Я убийца, я чертов убийца... —Голос писателя сначала был слишком громким и раздался эхом в полупустой квартите, а после окончательно затих.       —Джон, прошу, послушай! —Журналист взял заплаканное лицо друга в свои руки, что были обе в крови, зрелище не из приятных. Его пальто то же было в крови, несколько капель, что упали с рук. —Джон, посмотри на меня.. Я здесь, ты не убийца, твоей вины тут нет! Сейчас приедет скорая помощь и все будет хорошо, я буду рядом... Ты не виноват и я помогу тебе, слышишь? —Сидящий напротив, чьи глаза казались настолько глубокими, как два океана в которых журналист был готов утонуть, вновь наполнились слезами, этот дождь закончится не скоро. Линч обнял писателя и услышал шаги со стороны двери, а после стук.       —Наконец-то, это скорая, сейчас тебе помогут приятель... Сейчас все будет хорошо! —Голос все сильнее дрожал от вида крови, что все никак не переставала идти. Журналист рванул к входной двери, впустил медработников, а те принялись за дело. Замедлив движение крови, один из парней подозвал Линча к себе, пока второй заканчивал в свою очередь, перебинтовывать рану.       —Рану нужно будет зашивать, она не смертельна, пока что, но так это оставлять нельзя.       —Да, конечно, делайте все, что нужно. —Быстро парировал Линч, сжав руки в кулаки, а после разместив их на груди. Он не знал куда себя деть. Перевязав руку писателя, его увезли, но Линча к сожалению не пустили, приказали привести дом в порядок и отоспаться. Ему сказали:       —Вы не в том состояние, чтобы оказывать помощь. Если возникнут осложнения мы вам позвоним, продиктуйте, пожалуйста, свой номер телефона...

«Сколько я искал тебя сквозь года, в толпе прохожих? Думал, ты будешь со мной навсегда, но ты уходишь... Ты теперь в толпе не узнаешь меня. Только как прежде любя, я отпускаю тебя...»

***

      Старший отмыл всю кровь и открыл все окна, дабы избавиться от этого пугающего, и нагоняющего табуны страшных мыслей, запаха крови. Парень лежал на кровати младшего и посматривал на телефон, в квартире стало совсем холодно и ему пришлось ходить по квартире и закрывать окна. Хотя он не понимал, что чувствует больше, холод или страх, но он точно знал, что чувствовал вину. Когда они возвращались с перевала Дятлова между ними была какая-то неясность, что вылилась во все это, а он не решился ее нарушить и заплатил сполна, только не сам, Джон часто принимал все неприятности на себя.

Страшно было представить, а как долго был Джон в таком состоянии?

      —«Мне кажется я все еще чувствую этот запах... И вижу красные пятна, время от времени.»—Линч вернулся в комнату младшего, закрыв все окна, и сел на кровать закрыв глаза руками. —Прости, пожалуйста.. Я не знал, совершенно не знал, что так будет! Наверное я не готов нести ответственность за твою жизнь, Джон... Возможно нам стоит перестать общаться, ведь я приношу в твою жизнь только страдания и кошмары, нет смысла это отрицать. И если сейчас это был несчастный случай то, что может быть дальше? —Взмолился журналист и плюхнулся на постель, смотря в окно, но там ночь и очень темно, поэтому совершенно ничего не было видно, облака из которых снег лил как из ведра, затянули небо в единое полотно уже давно. —Как только ты придёшь в себя я перестану тебе докучать, приятель...       А в тишине комнаты, вновь, раздался звук телефона, оповещающего о входящем звонке, Линч напугался в двойне. Из-за неожиданности и из-за того, что это мог быть врач, но увидев на экране знакомое «Лили». Парень выдохнул с облегчением, а потом прочистив горло, ответил на звонок, но не задумывался о том, что ему придется вновь понервничать.       —Да, Лили..?—«Ох, в голове это звучало более уверенно, нельзя заставлять ее волноваться.» —Пронеслось в голове журналиста.       —Прошло достаточно большое количество времени и ты так и не позвонил, я переживаю теперь за вас обоих, поэтому звоню.       —Аэ-м, просто все в порядке, я заехал к Джону потому что он не отвечал, а он тут спит. Вот и все. Не зачем переживать, Лили. —Выдохнув Линч взглянул на часы, что стояли на прикроватной тумбочки. —«И правда, времени почти два часа прошло... Сколько я убирался? » —Мысленно возмутился младший.       —Слава Звездам. —Выдохнула девушка с неким облегчением. —Я уже хотела сама поехать, но не могу оставить, спящего, Лукаса одного дома, ночью. —С некой успокоенной заботой сказала сестра.       —Я все понимаю, быть матерью ответственностей не оберёшься. —Голос парня предательски надломился и он сбросил звонок. Он очень не хотел чтобы она что-то поняла, не хотел показать слабость, не хотел вмешивать. Не хотел быть слабым, хотел списать все на случайность.

«Позови меня с собой, я приду сквозь злые ночи. Я отправлюсь за тобой

Что бы путь мне ни пророчил, я приду туда, где ты нарисуешь в небе звезды

Где разбитые мечты обретают снова силу высоты... »

      Слезы полелись ручьём. Он виноват, он не до смотрел, поэтому сейчас Джон в таком состоянии, поэтому сейчас его друг в больнице. Вина пронзала его словно тот осколок которым порезался Джон. Только без крови и безобразной раны, которая останется очередным шрамом на теле после их приключений.       Через двадцать с лишним минут, парень постарался успокоится. Сестра во всю названивала парню, она слышала как надломился его голос и все ее спокойствие испарилось в ту же секунду. Хотя она начала сомневаться, было ли оно вообще –спокойствие?        Линч ответил на звонок, в этот раз голос его был холоден, будто потерялся в небытие и не нуждался в любви и тепле.       —Да? —Ответил парень на выдохе, а после шмыгнул носом.       —Что произошло? Где Джон? Что с тобой?! —Протороторила девушка не узнавая голос младшего брата.       —Джон в больнице, я у него дома. —Ему было противно говорить, ему было противно от себя, от ситуации, от всего. Хотелось исчезнуть, испариться, не существовать, не так, не такой ценой, не с такими последствиями.       —Почему он в больнице? Вы подрались? —Девушка готова была кричать на брата, только бы он не молчал, ее пугала эта тишина, она разрывала душу старшей сестры на атомы.       —Когда я приехал, он случайно разбил зеркало и сильно порезался, я вызвал скорую помощь, они сказали, что рану нужно зашивать. Мы толком не поговорили... Извини, что не позвонил, я убирал осклоки и кровь. Да и надеялся, что ты спишь. —Он начал прокручивать в голове то, что произошло, все как-то не складно и гадко.       —Ясно... Ладно. —Медленно произнесла девушка обдумывая следующий ход, она никогда не любила эту игру в шахматы, младший брат все держал в себе, все эмоции, все тайны и проказы, все неудачи и все страхи.       —В какую больницу его отвезли? Его там оставят?       -Да, скорее всего оставят, думаю на пару дней, проследят чтобы швы не разошлись, потом отпустят, если не возникнет осложнений. —Линч проигнорировал вопрос сестры, он хотел поговорить с Джоном в нормальной обстановке, чтобы все точки встали над ё. Линч думал, что сестра все испортит, спугнет писателя, да в этот раз она спасла Джона, но теперь очередь Егора разгребать все это.

«Сам кашу заварил - сам и расхлебывай»

      —Ладно, после того как ты во всем разберешься, пожалуйста, позвони. Думаю Лукас тоже не будет против провести вместе время. —Девушка поняла к чему молчание парня и не решилась больше в это все лезть, хотя, очень хотела, просто потому что переживала.       —Спасибо и прости... Ты практически спасла Джона. —Признался парень и окончил звонок.       После звонка прошло еще около часа и Линч понял, что осложнений у них не возникло. Он уснул на кровати Джона, обнимая его подушку и вдыхая приятный запах оставленный хозяином квартиры. Такой родной, такой нежный запах, что пробирал на слезы, даже во сне.

***

      Долго поспать у журналиста не получилось, виной пробуждению парня, стал будильник оставленый хозяином квартиры. Он поспал от силы часов пять, несколько раз он просыпался до будильника, ночь была отвратительной. Линчу пришлось ехать домой, его пальто было в крови и в таком виде его не пустят в больницу, еще и полицию вызвать могут, а чего-чего, а шумихи он сейчас хочет меньше всего. По возвращению домой, он переоделся и закинул вещи стираться, после чего поехал в больницу, к Джону.        Заглушив мотор по прибытии, парень вышел из машины. Зимний, холодный ветер дунул в лицо, обжигая кожу. Заблокировав двери автомобиля парень направился в белое здание, с большой вертикальной надписью Красного цвета –«HOSPITAL». Пробравшись в здание и одев на обувь бахилы, парень подошел к стойке регистрации. Узнав номер палаты и дополнительную информацию в виде:       -«Ему нельзя волноваться» —парень пошел к лифту, там никого не было и он спокойно зашел, метаясь в раздумиях, из которых его вывела медсестра, встретившая его на нужном этаже.       —Все хорошо? Вы выходите? Линч опомнился и поблагодарив девушку вышел из лифта в поисках нужных цифр. Отыскав нужную палату парень тихо зашел. Джон лежал и читал какую-то книгу. Наверное кто-то из врачей оказал данную услугу, поделившись. Парень встал около двери не решаясь подать голос, сделав несколько дыхательных упражнений, Егор подал голос.       —Джон...       Обладатель имени интуитивно обернулся на зов, глаза его наполнились виной и страхом, а показали себя в виде блеска от накатывающих слез.       —Линч... Я все объясню! Я не хотел тебя пугать и перед Лили я извинюсь, обещаю! —Сердце лежавшего на больничной койке, пострадавшего, готово было распасться подобно тому зеркалу.       Линч подошел и поспешил успокоить парня. —Тише... Все в порядке, я не собираюсь тебя за что-то ругать, нет! —Писатель затих, когда журналист подошел к нему и сел рядом. —Я хочу поговорить.       —Да, я тоже хотел бы поговорить. —Поддержал идею писатель, шмыгнул носом.       —Но с твоего позволения начну я, ладно? —В комнате повисла тишина. Джон немного потупил голову и кивнул — «да».       Линч вздохнул и начал. —Мне позвонила Лили, она сказала, что что-то якобы не так и я должен с тобой поговорить, ты не отвечал и мне стало боязно за тебя, поэтому я приехал.              —И как видишь не зря. —Слабо улыбнулся Джон поправляя очки.    —Да, не зря. —Замолк парень, подбирая слова, а после задал вопрос —Почему ты решил, что ты убийца? —Вопрос был задан в лоб, журналист хотел чтобы вся эта неясность закончилась как можно быстрее, поэтому старался не колебаться.    —Я убил стрелку и чуть не убил Макса, а еще меня очень пугает мысль о том, что я мог убить тебя. —Глаза, что блеснули когда зашел журналист, стали блестеть еще больше, а в скорее по щекам парня покатились слезинки, но парень поспешил их утереть.       —Ты боялся причинить мне боль или боялся, что я не захочу больше иметь с тобой дела, если останусь в живых?  —Этот вопрос возник неожиданно и вылетел из его уст быстрее чем он хотел и понял вообще о чем подумал.       —Я боюсь и того и этого. —Прошептал парень и слезы потекли ручьём. Он действительно боялся этого больше чем чего либо. —Я так виноват... Я все время думал об этом, не мог спать и есть. Мне было так жутко от этой мысли!       —Тише, тише! —Линч снял с носа писателя очки и вытер слёзы. -Все хорошо, я сейчас с тобой, я жив и ты не причинил мне боли. —«В отличии от меня, из-за моей ошибки, ты сейчас здесь и в такой ужасном состоянии.»—Мысли о том, что он виноват так же терзали журналиста. Он положил очки на прикроватную тумбу и положил руку ему на щеку, словив флешбек и одернув руку, он опять увидел пятна крови. —Прости...       —Что случилось? —Взволнованно спросил писатель, положив свою руку на руку журналиста.       —Я вспомнил кровавые пятна.... Не то чтобы я боюсь крови... Просто я переживал за тебя, вся эта картина была достаточно жуткой.       —Извини, я не хотел чтобы так все получилось,  я даже не знал, что все так получится. —Джон отстранился от Линча, тяжело вздохнув и отвернувшись к окну.       Они помолчали еще несколько мгновений, а после Линч потянул писателя за подбородок и прильнул своими губами к его. Джон не сразу понял, что произошло, бабочки в его животе запархали, а щеки, украшенные мокрыми дорожками от слез, порозовели.       —Л-Линч, ты чего!? —Растерялся парень, когда Линч отстранился.       —Это я должен извиняться перед тобой, что не поинтересовался о том как ты. Это моя вина. Я не поговорил с тобой когда тебе это было нужно. Никто из нас не думал, что так получиться. Но знаешь, я буду с тобой всегда, даже если ты станешь зомби и захочешь съесть мой мозг.       —Я не хотел тебя нагружать, ты и так вечно работаешь. А еще я со своими загонами...       —Если ты захочешь поговорить, то позвони в любое время и я приеду. Все брошу и обязательно приеду! И не смей думать, что я не захочу говорить с тобой, в моей жизни нет ничего важнее семьи, а ты безусловно ее большая часть. В наших путешествиях я несу за тебя ответственность и после них тоже, я был глуп не замечая какое влияние оставляют на нас наши приключения. —С нотками вины произнес парень, но так же со всей искренностью.       —Хорошо. И ты тоже... Я всегда на связи, Линч. —Мягко улыбнулся парень, надев очки обратно, посмотрев на друга глазами полными доверия и прощения.

***

      Джона выписали на следующий недели, Лили и Лукас тоже приехали встречать его. Парни стояли на крыльце около больницы. Когда подъехали Лили и Лукас.       —Дядя Джон, дядя Линч! —Лукас подбежал к ним, как только вышел из машины и обнял.       —Ох, привет, малыш. —Мягко улыбнулся писатель и помахал Лили, которая только вышла из машины, а второй рукой обнял младшего.       Линч стоял рядом с Джоном и тоже обнял племянника. —Привет, Лукас. —Поздоровался старший.       —А почему мы около больнице, кто-то из вас опять пострадал? —Отлипнув от парней спросил мальчик. Лукас был чуток не по годам.       —Никто! —В два голоса сказали парни, а потом засмеялись.        Лукас посмотрел на них как на дурачков, приподняв одну бровь, он ведь серьезно к этому относиться. Лили подошла и положила на его плечо руку.       —Они были на обычном медосмотре. Не волнуйся, Лукас. —Объяснила сыну, Лили и взглянула на парней строгим взглядом. Парни перестали смеяться почувствовав этот взгляд.       —Предлагаю заехать в KFC, перекусить. —Предложил пострадавший, поправив очки.       —Вижу все и в правду наладилось, наш Джон вернулся. —Заявила девушка, с ноткой колкости, обняв парня.       —Я и не уходил. —Парень принял объятия и виновато улыбнулся. Лукас так и не понял взрослых. Линч видел его возмущенное лицо и тихо хихикнул.       —Да KFC– отличная идея. Кто последний доедет, тот платит за всех! —Заявил Линч и Лукас потянул мать в машину.       Лили посмотрела на Линча и во взгляде ее читалось: «Ах, ты подлец!» Но она все равно пошла за сыном. Когда Лили и Лукас уехали, а они очень скоро это сделали, Джон собирался было пойти в машину, но Линч, что все это время держал Джона за руку остановил его. Писатель повернулся в сторону журналиста в недоумении, Линч потянул его на себя и второй рукой обнял за талию, поцеловав в губы.       —Не говори ничего Лили, я сам с ней поговорю, окей?       —Как хочешь и прекрати так делать.... —Согласился младший, отводя взгляд.       —Отлично. Поехали, а то они подумают, что мы их кинули. —Усмехнулся Линч и они потопали в машину, а после поехали по тому же маршруту, что Лили с Лукасом.

***

      После того как они перекусили Лукас попросился в гости к Линчу, но Лили была против, мол «Рабочая неделя и тебе в школу завтра нужно, поэтому нет!» в итоге все разъехались по своим домам. Линч довез Джона до его дома.       —Спасибо, что подвёз. —Поблагодарил его младший.       —Обращайся и звони если что-то нужно будет, ладно?       —Обязательно, Линч, обязательно. —Ответил парень усмехнувшись,а после тяжело вздохнув, он не ребенок чтобы за ним ходили по пятам и огорождали от всего. Да он повел себя неправильно, но это просто эмоции, что выбрались наружу.

«Да и невозможно всю жизнь жить и не разу не удариться.»

      Когда Джон зашел в свою квартиру, он вспомнил пятна крови и испуганное лицо Линча, вспомнил как у того дрожал голос и бегали глазки, как он метался из одного угла в другой, не зная куда себя деть. Опомнившись парень начал снимать обувь вместе с верхней одеждой.       Вечер прошёл довольно спокойно, парень поужинал и даже смог немного поработать.        А на улице снег вновь валит хлопьями. Машины медленно превращаются в однообразные сугробы, дети уже иследовали поверхность площадки, даже попытались снеговика слепить, но снег оказался не слишком липким, зато смогли сделать снежных ангелов. Парень смотрел в окно и мягко улыбался.

«Каждый раз, как только спускается ночь

На спящий город и я бегу из дома бессонного прочь, в тоску и холод

Я ищу среди снов безликих тебя! Но в двери нового дня, я вновь иду без тебя...»

      —Хочу погулять. Ночью в городе красиво, а в зимнее городе еще краше. —Согласился писатель сам с собой. После чего позвонил Линчу, тот в свою очередь вновь работал над роликом, но ответил почти сразу.       —Привет, приятель, что-то случилось? —Видеоблогер не ожидал звонка от друга сегодня, ведь они поговорили и все встало на свои места. Беспокоиться по крайней мере было не очень, да?       —Да, случилась чудесная погода, я хочу погулять. Составишь мне компанию?       —Хорошо. —Линч взглянул в окно, погода и правда хорошая и оторваться от работы и от всего этого проишествия — отличная идея, поэтому старший согласился. Он приехал к писателю через 20 минут, тот уже стоял возле своего подъезда, воевал с перчатками.       —Привет. —Помахал журналист, умиляясь данной картине, когда выходил из машины.       —Помог бы лучше. —Обиженно фыркнул Джон, а Линч в принципе и не против, после недолгой возни с перчатками, они пошли гулять.       Парни гуляли по округе, свободно общаясь. Через два часа, когда стало совсем темно Джон предложил пойти к нему, погреться, выпить чаю, журналист не стал долго размышлять и согласился.       Снег вскоре превратился в метель и Линч не решился поехать домой, поэтому остался у писателя, они посмотрели какую-то передачу, еще около часа поговорили о чем-то своём, накопившемся и легли спать, Джон у себя в комнате, а Линч на диване в гостиной.

***

      Казалось бы, все наладилось, все неясности ушли на задний план, до новых приключений, что нанесут очередной удар, но кто сказал, что если человек улыбается то его ничего не тревожит? Наше подсознание сложнее чем кажется.        Примерно в три часа ночи журналист проснулся от резкого вскрика своего имени и сердце его вновь накрыла волна страха смешанная с адреналином. Он пошел в комнату писателя, тот сидел подогнув ноги к себе и опустив на колени голову.       —Что такое, Джон? —Аккуратно и тихо прошептал Линч, подходя ближе.       —Я тебя убил... —Не поднимая головы, неразборчиво проговорил Джон.       —Ты, что сделал? —Переспросил парень, кладя свою руку на кисть младшего. Тот опустил ноги, раскрылся и сел рядом на край кровати, так же свесив ноги.       —Я убил тебя. Мне приснилось как я тебя убил. Мои руки были по локоть в крови. В твоей крови, Линч! —Голос так же надломился, как у Линча в прошлый раз.       Линч сел на колени перед Джоном, что вновь закрыл глаза руками поставив их на ноги. —Эй... Приятель, я рядом, слышишь? Ну же, посмотри на меня. Я сейчас здесь, я жив... Это простой сон, он ничего не значит.       Джон убрал руки от лица и посмотрел на него, кратко кивнув.       —Ты никого не убивал, это просто кошмар. Хочешь я с тобой посижу пока ты не уснёшь?       —Да, пожалуйста.—Слова вылетели из его уст быстрее чем он осознал, что ему сказали.       Но в итоге Линч лег напротив писателя и все то время, что он засыпал шепотом успокаивал. После того как писатель уснул, Линч поцеловал его, вновь. А после уснул держа его за руку.       Он понимал, что Джон нуждается в нем поэтому даже когда писатель уснул он не ушел.       А может быть, это вовсе и не писатель нуждается в нем, а наоборот, сам журналист? Никто из них не хотел бы быть один, особенно в данный момент...

Позови меня с собой

Я приду сквозь злые ночи

Я отправлюсь за тобой

Что бы путь мне ни пророчил

Я приду туда, где ты

Нарисуешь в небе месяц

Где разбитые мечты

Обретают снова силу высоты

КОНЕЦ.