Обычные

«Мари нравятся барабаны?» Айва зачеркивает знак вопроса и ставит жирную точку, в очередной раз слушая, как девушка очень быстро, энергично и даже излишне эмоционально рассказывает о том, чему ее научили недавно. Чуть улыбается, наблюдает за тем, как Мари пытается руками показать, как ее игра выглядит со стороны, но рукава клетчатой рубашки, которую ей недавно подарила Айва, болтаются и выглядят до нелепого глупо, но ей нравится. Очень-очень нравится. — А знаешь, что, — вдруг прерывает свою пламенную речь Мари, — ты пойдешь со мной сегодня на репетицию! И я покажу, чему там научилась! — Айва сдержанно кивает, вдруг замечая суматоху вокруг и то, как дети рассаживаются по местам. Вошел учитель. Мари прыгает рядом на стул, открывает учебник и немного болтает ногами в черных прямых спортивных брюках, начинает листать тетрадь и щелкает ручкой. Айва же делает все спокойно и тихо, закидывая ногу на ногу и поднимая взгляд на доску. Что-ж, после этого урока она познакомится с той, кто учит Мари играть на барабанах, и, честно сказать, где-то в глубине души интуиция подсказывает, что с этой «псевдо-учительницей», потому что это лишь ученица из их параллели, все не так гладко, как кажется. Предчувствие ее не обмануло. Оно никогда не ошибается. «Учительницей» оказалась невысокая брюнетка с голубыми глазами. Школьная форма, которая, кстати, совсем не обязательна к ношению у старшей школы, белые гольфы и высокий хвост со слегка накрашенным лицом. — Айва, это Эмма, она учит играть меня на барабанах. — Мари скидывает портфель около входа и подходит к установке, указывая на Айву и улыбаясь во все тридцать два, — Эмма, это Айва, моя подруга. — девочка усаживается за установку, перебирая палочки в руках. Айва обводит новую знакомую медленным, недоверчивым взглядом. Что-то в ней отталкивало. Этот змеиный прищур на лице или ехидная улыбка? — Мари, давай только не долго, у нас урок потом, — девочка кивает и начинает играть. Вышло очень даже неплохо, учитывая, что это второе или, может, третье занятие. Бьет по тарелке, подкидывая палочку и поймав ее. — Та-да! — Очень хорошо, Мари, очень хорошо, — Эмма вдруг до неприличия близко, касается чужого плеча своими длинными пальцами, украшенными черными короткими ногтями, мягко проводит вниз по предплечью и поправляет кисть, ставя ее немного ровнее, пока второй рукой, так, невзначай, перебирает рыжие локоны. — чуть-чуть вниз руку опусти, будет меньше болеть. — Ага, –улыбается, воодушевленно кивая, — Айва, как тебе? — Да, это довольно, — на секунду умолкает, поймав на себе взгляд Эммы, — клево. — смотрит на девушку, немного прищурившись, — рада знакомству, Эмма, — говорит медленно, словно через зубы, хотя могла обойтись и без этого нелепого приветствия. Эмма по-змеиному доброй улыбкой одаряет в ответ, укладывая ладонь полностью на плечо, чуть сжимая, словно присваивая. — Приятно слышать, Айва, — Мари обводит взглядом обоих, ощущая, что она что-то важное упускает, — А ты, Айва, не хочешь записаться с Мари и со мной на занятия? — звонок вдруг прерывает диалог, а Мари, быстро-быстро собираясь, хватает подружку за руку и выходит из кабинета не попрощавшись. Айва глубоко вздыхает, шагает все также уверенно и четко, но где-то внутри ощущает странное, невнятное и по стенкам скребущее чувство. Названия у него, пока что, нет. — У нас нет урока… — шепнула Мари взяв чужую руку. — Я знаю, — Айва отвечает как-то холодно, отстраненно, — почему она тебе так нравится? — Н…нравится? — Мари запинается, выискивая в вопросе подвох, — а ты, что, ревнуешь? — и смеется, но, почему то, не так, как обычно, а приглушенно, даже как-то смущенно, — она просто учит меня играть, не в моем вкусе. — девушка вздыхает, спускаясь на первый этаж. — Как скажешь, — слегка прикусывает губу, поглаживает по волосам Мари. — пойдем, машина скоро подъедет. — Айва улыбнулась, совсем еле заметно, так, чтобы лишь бестия заметила это, а после протянула ей куртку с шапкой с крючка. — Айва, а можно… я у тебя останусь? — Мари завязывает шарф вокруг шеи, прикрываем им нос и подбородок, — меня все равно не спохватятся еще долго… — Можно, но только веди себя максимально тихо. Акира недавно вернулся, а ты понимаешь, какой у него характер. — Айва поправляет черные перчатки и шагает к выходу. — Да, понимаю. — после последней встречи Мари с Акирой, второй ушел с разбитым носом, и это очень не понравилось, как и ему, так и Мари самой, ведь ей досталось не меньше. Да не только ей! Айву тоже задел тяжелый удар, пока она пыталась разнять их. Мари прошла в чужой дом, сняв куртку с шапкой, юркнула в комнату одноклассницы. Сегодня было необычайно тихо. Нет, безусловно, в этом доме никогда не бывает громко, в отличии от ее, но здесь сейчас как то, по-особенному тихо. Садится на жесткую кровать, открывая учебник, просто, никогда не делает уроки по-человечески — за столом. Или на столе. Айва приходит позже, хрустит шеей вправо и влево, а затем садится рядом с Мари, взглянув на задание. — Ты же в любом случае не будешь ничего делать, — вздыхает, потягиваясь и подложив подушку под голову, укладывается на кровать. — Конечно нет, я все, вообще-то, сделала еще в классе. — А мне казалось ты в дурака играла. — Я просто многозадачная, — Мари смеется, бросая книжку в рюкзак, — все, чего мне сейчас хочется, это нормально поесть. Так что у меня к тебе одно деловое предложение, — медленно расплывается в улыбке. — Сказали будут через пятнадцать минут, — Айва прикрывает глаза и знает — на лице Мари нескрываемое удивление, хотя это уже не первый раз, когда одноклассница просчитывает день на часы вперед. — Спасибо, — рыжая улыбнулась, погладив подругу по волосам. — я половину оплачу. — Ты здесь — этого достаточно, — Айва вздохнула, открывая глаза и взглянула на потолок, где висело парочка ламп, выключенных до самого вечера. — А я не думала, что ты такая сентиментальная, — Мари смеется, укладываясь рядом, — тебе понравилась Эмма? — Айва молчит, подбирая слова. — давай только честно — Нет, — девушка вздыхает, — она ведет себя по отношению к тебе…неподобающе. — Неподобающе? Но она не ругается, она…. — Я не про это — Айва голосом выделяет последнее слово, прикусывая немного губу. — Про то, что она руки мне на плечи кладет? Ты также делаешь же, чего в этом такого, — Мари рассуждает обо всем так непринужденно и спокойно, словно каждый второй друг так себя ведет. Безусловно, друзей у нее много, но так имеет право делать только Айва. — и, знаешь, ну она же… — Мари, — прерывает монолог-рассуждение девушка, — доставка приехала, — одноклассница вдруг откладывает все философские размышления на потом и встает с кровати, забирая вместе с Айвой два рамена и роллы. Еда богов. — Мы не договорили, кстати, — Мари, к сожалению, никогда не забывает тем для разговора. Подбирает слова, покручивая палочки в руках, но не успевает, Айва начинает первой. — Обычные друзья так себя не ведут, — а затем с невозмутимым видом принимается за лапшу, наблюдая как Мари складывает пазл в голове. — Какие такие обычные? — словно придуриваясь, Мари чуть улыбается и откладывает рамен в сторону, на стол, взглядом показав, чтобы Айва сделала также. Вторая молча выполняет негласную просьбу, и с прищуром, с каким сегодня смотрела на Эмму, разглядывает расслабленное и немного раскрасневшееся — от смущения? — лицо Мари, — а я разве сказала, что я и ты — обычные друзья? Это с Эммой мы обычные, а с тобой, — выдерживает паузу, вглядывается в эти темные, почти черные глаза. Стук сердца небольшим эхом отдавался в ушах, отчего Айва, набрав в легкие побольше воздуха, немного прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Мари, недолго думая и решив все же, не терять такой шанс, коснулась чужих губ своими. Совсем немного прикусив и проведя языком по нижней. А затем почувствовала, как инициативу у нее отбирают, углубляя поцелуй и наваливаясь сверху. Айва вдруг отстраняется, чувствуя приливающую к щекам кровь. — Все еще обычные друзья? — Мари расплывается в улыбке, чуть смеется, заправляя упавшую прядь волос подруги за ухо. — Неплохая у вас дружба, как я погляжу, — Акира, высокий парнишка с черными волосами, зализанными назад, вдруг оказывается в проеме слишком неожиданно и внезапно. — Завидуешь, что тебя никто не целует? — Мари усмехается, приподнимаясь на локтях. — Мне стоит доложить отцу? А я не знал, что моя дорогая сестра отшивается с, — он делает паузу, как вдруг Айва поднимается с кровати, в пару шагов преодолевая расстояние между ними. — Может мне стоит приложить тебя об стену? Не помнишь, что было на последней нашей тренировке? — Мари лишь закатывает глаза, слушая их разговор. — А я думала мы поебемся, а не подеремся. Давайте сначала мы доедим, а потом вы друг друга можете попиздить, — девочка берет со стола рамен, накручивая на палочки лапшу. Ни Айва, ни Акира, никак не прокомментировали этот комментарий и разошлись по разным углам ринга, оставив обиды на вечернюю тренировку. Мари откладывает еду, вдруг вновь целуя подругу. — Мы не закончили про обычных друзей, помнишь?