Слепой Бэмби с энергетиком

Дунул ветер. Листья на деревьях зашуршали развевая своим шелестом тишину на улице. Данный жест природы дал ход действиям им. Секундный миг и белое пятно несётся на стоявшее в напряжении животное. Уворот. Белое нечто врезалось в охуевшею женщину, пока олень отошёл подальше от них, всё ещё следя за движением девочки. Резко повернув голову, ребёнок прищурил свои голубые, как и у матери, глазки и растопырил пальчики на маленьких ладонях. Словно ковбой она медленно повернула туловище к жертве, подогнув коленки в белых чулках. Со стороны казалось, что словно сам дьявол сидит в этих двух аквамариновых фонарях. Олень не отставал и тоже пригнулся, как и девочка, чтобы чуть что отскочить. Но она не сдвинулась с места и продолжала сверлить стёкла очков. Опять дунул ветер. Ребёнок и животное не двигались, взрослые тоже. Они отлично выполняли роль декораций, дабы не мешать детской "дуэли". По крайней мере так думали они, но не эти двое карликов. Это была реальность и дуэль в ней тоже. Оба не сводили глаз с друг друга, планируя идеальный метод достижения своей цели. Для девочки это был олень, которого она хотела потискать, а для Аристотеля – выживание его мужской гордости. Никто не хотел отступать и они решились. На фоне прозвучали завывания губной гармошки как на диком западе, а мелкая пыль поднялась от дуновения. Обоих уже не было на месте. – Пустиии!– брыкалась девочка, размахивая своими ножками в жёлтых босоножках на маленьком каблучке. Со стороны это выглядело бы даже мило, если бы один такой каблучок не попал матери по бедру. Женщина тихо вскрикнула(?) от боли и зашипела на мелкую занозу, заставляя ту заткнуться и притвориться воздухом. В это время Иза-чан держала на руках оленя, который что-то кричал на своем языке. Как понял сам Аристотель, разговаривает он на русском, но благодаря причуде рыжеволосой, она понимает его. Pov. Олень по имени Аристотель, который на самом деле Жора – Ты только посмотри на неё!! Я сейчас дам по заднице этой наглой малявке! Смотри чего удумала! Обниматься! Я не домашняя зверушка!!!– зарычал ( представим, что олени умеют рычать) Аристотель, пытаясь выбраться из крепкой хватки мадамы. Изамура на слова оленя старалась не обращать внимания, выбрав момент она схватила оленя за шкирку и встряхнула. Рогатый на это действие со стороны Кизар выпал в астрал, офигивая от наглости здешних людей. " Меня. Сейчас. Встряхнули. Как какое-то.... животное..?..– розовые бусинки за темной оправой очков недоуменно посмотрели в чужое лицо– офигеть. В Японии все такие наглые или это только в аниме так?" Кизар, словно почувствовав как он смотрит на неё,сердито глянула в ответ. В голове женщины уже пронеслось тысяча и одно проклятье себе, напоминая как именно она хотела принести в зоопарк оленя. Принесла. И теперь жалеет, что товарищ по перевозки не треснул её тогда хорошенько. А ведь хотел, но промазал. – Кхм.– привлекла внимание мать мелкой– простите её,просто недавно были на площадке вот она и неугомонная такая– мадама поклонилась, пока рыжуля размахивала руками и говорила про то, что мол это я во всём виноват и т.п. Кароче, ничего интересного они не обсуждали, поэтому я и не слушал их, а сверлил взглядом девчонку. Та тоже не отставала и доблестно приняла эстафету в гляделках. Наверно, вы можете подумать, что вот ему уже двадцатник с лишним,а играет с ребенком, да и ведёт себя как дитя малое. На что я отвечу: " Первое – она первая начала, а второе – я ещё молод и полон сил! Я вовсе не старик и до пенсии мне ещё пахать и пахать! И вообще, у меня младший брат есть как бы! Так что идите все нахрен!" Когда вообще меня начало волновать мнение окружающих? Точно! Н.и.к.о.г.д.а. Как говорила мама: " Если кто-то сказал, что у тебя отвратная рожа, то плюнь ему в ноздрю и убеги в закат." Вроде бы, она ещё говорила, что сама это проверяла и, судя по тому, что я здесь, у неё всё получилось. Вот и думаю теперь, как мне плюнуть, всё же мамкины советы хочется проверить. Но есть "но" я – олень, а не верблюд и как плеваться не знаю. То есть знаю, но это же не справедливо получится. Фишка с плевками всегда срабатывала у верблюдов, а тут я появляюсь и давай тырыть чужую изюминку. С другой же стороны, есть и другие плювуны – ламы и альпаки. Они походу тоже как и я попали в похожую ситуацию и думали. Вот и надумали, что верблюды не люди, а значит кричать потом, что " Он Плагиат!" и т.п. - не будут, то зачем париться? Чёрт, а ведь точно. Меня же теперь никто не обвинит в плагиате. Шлёпнул себя по лбу копытом, под удивлённый взгляд девочки. Окей. Допустим этот вопрос мы решили, но что делать с ноздрей? Нос то у неё не курносый, а прямой, так что фиг туда попадёшь. Можно конечно подойди и наклониться, чтобы снизу вверх харкнуть, но слишком много чести для такой вредины...хотя стоп! Я же теперь карлик! Ахах! Мне и наклоняться не надо, просто взял подошёл и плюнул. Жесть, а я тут думал, распинался! Эх! Глупый я какой-то стал. Нехорошо это, да и тело животного радости не доставляет. Мне ж теперь ухаживать за шерстью надо будет, а то блохи появятся и загрызут. Тело мелкое, потому смерть хотя б будет быстрой. Пока я примерялся к плевку, Изамура и представившееся Кёка-сан уже болтали на лавочке, обсуждая погоду, колготки, мужиков и детей. В общем, разболтались подружки, пока мы с малой сидели рядом с лавочкой на травке и гоняли балду. Точнее балду гоняла девчонка, а я пырил на неё и думал рискнуть или нет. Желание есть, а вот слюна не идёт, видимо это уже фишка оленей и они не вырабатывают слюну, либо это я что-то не так делаю. Склоняюсь ко второму. – Эй. Ты же разговариваешь.– чему-то утвердила она, смотря на меня из подлобья обиженными глазами. Маленькие пальчики мяли подол платья, а босоножки постукивали свой ритм друг об друга. Я не ответил. И не потому что я обиделся, а потому что просто не понимаю, что она говорит.Да и не нравится мне эта мелочь и всё. У неё на лице написано, я же вижу что она хочет меня погладить. Неее. Фиг тебе, я тоже личность! Отодвинулся от неё подальше и отвёл взгляд на рядом стоящее деревце. Оно поинтереснее будет, вон муравьи ползут, красота. Сзади кое-кто запыхтел от злости и яростно сжал зубы. Послышалось копошение и шуршание травы, а после тишь. Видимо тоже отвернулась от меня. Ну и ладно. Решил, пока мелкая не достаёт меня, оглядеться и понять где нас пасут. На глаза сразу попалась мягкая травка под жопой, которая шелестела от теплого ветерка с запада. Слева от меня в трёх метрах был бордюр, выкрашенный в белый цвет. Что самое страшное, так это то, что прохожие школьники не ходили по ним! Удивительное зрелище. Для человека из горной деревушки. У которого нет бордюров. БЕЛЫХ бордюров. РОВНЫХ бордюров. Ладно, допустим. Посмотрим ка вправо, а там у нас...дерево. Причем очень красивое дерево с розовой листвой. Вроде бы их называют сакурой или вишней. Точно не знаю, меня такое не интересовало. Но все равно, выглядит это деревце на зелёном фоне травы и деревьев парка очень нежно, по сравнению со зданиями за парком. Вот там я прям чувствую всю безнадёгу работающих до поздна японцев. Эти волны отчаянья прямо касаются мои пяточ..копытцев...да, копытцев... Настроение опять упало до отметки Марианской впадины, а желание убиться об этот грёбаный белый бордюр появилось снова. Кароче, я в депрессии и мне хочется кушать. Ну, чтобы заесть горе о человеческом осознании в животном теле. " Цвирк" – Хм?– скосил взгляд вниз на траву, где сидел кузнечик. Зелёный кузнечик, которого я каким то Макаром смог разглядеть. Беру на заметочку, я стал лучше видеть и главное слышать, как мелкая заноза сейчас дышит мне в затылок. А это, между прочим очень не приятно. Хорошо, что я не в душе и что я не ронял мыло. Тогда бы я уже действительно впал в каплю.( Ну вы меня понялиಡ⁠ ͜⁠ ⁠ʖ⁠ ⁠ಡ) Резко обернулся, из-за чего голубоглазка упала на пятую точку от неожиданности. – Ты чего так пугаешь!?– возмущённо крикнула она, встав на карачики и огибая меня по дуге.– Глупый олень. Я между прочим тоже посмотреть хочу.– пока она что-то лепетала на своём, я активно пытался понять зачем этот спиногрыз усаживается передо мной. Но, глянув вниз понял её интерес. Возле моих ног(?) в траве сидел кузнечик. – Кузнечик...– тихо прошептал, а после ужаснулся. Сейчас начнется. "В траве сидел кузнечик, В траве сидел кузнечик, Совсем как огуречик Зелененький он был." – Нет ...нееет – с каждым словом розовые бусинки расширялись всё больше в ужасе. "Представьте себе, представьте себе - Совсем как огуречик, Представьте себе, представьте себе - Зелененький он был!" Резко олень встал на копыта и снял очки, открывая верхнюю часть лица, особенно свой вспотевший лоб и прикованный к кузнечику глаза. Аристотель начал часто дышать, а песенка всё продолжала играть в голове: " Он ел одну лишь травку, он ел одну лишь травку, Не трогал и козявку И с мухами дружил." – НЕЕЕЕТ!!!! ИДИОТ! НЕ ДРУЖИ С НИМИ!!– в панике заревел олень, пугая птиц на деревьях и уже заплаканную от резкой смены атмосферы девочку. Но даже, когда уже были слышны быстрые шаги, которые приближались к ним, Аристотель ни как не отреагировал. Всё его внимание было приковано к зелёном кузнечику и песенке, что начала навевать больные воспоминания. .... Представьте себе, представьте себе - Не трогал и козявку. Представьте себе, представьте себе - И с мухами дружил! – радостно пропела сероволосая девушка, держа на коленях своего трёхлетнего сына. Сейчас они сидели в зале и под включенный канал новостей, читали книжку с картинками и песенкой про кузнечика. Молодая мама снова перелистнула страницу и продолжила напевать текст, под нахмурившийся взгляд детских глаз: Но вот пришла лягушка, Но вот пришла лягушка, Прожорливое брюшко И съела кузнеца.– на левой страничке был изображён кузнечик, которого обвивал язык лягушки, что была так страшно нарисована, что ребёнок испугано отпрянул от книги. Маленький Жора под весёлый голос матери уже представил в голове, как большая лягуха слопала бедного кузнечика. А мать, не заметившая резкой смены настроения продолжала читать всё тем же голосом: Представьте себе, представьте себе - Прожорливое брюшко. Представьте себе, представьте себе - И съела кузнеца! Пушистые брови свелись на переносице ребёнка, а глаза отчаянно глядели на удивлённое насекомое, которое уже было в чужом животе. Новый разворот с рисунком только сделал хуже. Жора сначала рассердился на глупую лягушку, но посмотрев на картинку, понял – ему уже не помочь. Мы потеряли его. А книжка уже закрылась, в смуглых руках и отложена в сторону. – Эй, Жор что случилось? Чего хмуришься?– серые глаза с интересом посмотрели на мальчика, который продолжал смотреть в одну точку. И тут Жору прорвало. – ...мам....– тихо прошептал он– ...мама..– уже чуть громче– ..МААААМ– глаза наполненные слезами с горем посмотрели на шокированную русовласку. – Жорчик! Что случилось, почему ты плачешь!? – Маааам!! Ты! Ты чего не плачешь?!– захлебываясь в слезах спросил её сын, сжимая синюю ткань штанишков на коленках. Обвинительный тон в голосе ребенка заставил её задуматься о причине, почему сынишка так отреагировал. Но уже через минуту завываний и неразборчивой речи Жоры девушка всё поняла. – И и, она с с съела еего! Но он жже не не виновааааат!!!– яростно оправдывал кузнечика мальчик перед внимательно слушащей его матерью. Когда пламенная речь из заиканий и сморкания в мамино платье закончилось, женщина решилась. Во-первых дать по шее малому за испачканную одежду, что она быстро сделала, во-вторых – постирать платье, а в-третьих научить своего сына не быть размазней. Так как Жору она любила, то решила пока отложить второй пункт и сразу заняться третьим. – Кавкаликиш!– серьёзным тоном обратилась по фамилии к сыну сероглазая. На неё недоуменно глянул названный, сразу сжавшись от такого обращения. В основном, именно после названия его фамилии и происходило что-то очень страшное, а именно щелбан за его оплошность. А щелбан от могучих материнских пальцев был жесток и беспощаден, оставляя покраснение и сломанную стенку за спиной. Маленькие пальчики уже отпустили ткань и приготовились защищать чистоту кожи лба и стен дома. Это движение не скрылось от металлических сканеров, от чего женщина на секунду улыбнулась от такой реакции, но вернув прежнее выражение лица продолжила: – Завтра мы идём с тобой на охоту. – Охоту?– это было последние слово маленького Жоры, перед тем как весь его мир перевернулся верх тормашками. Никто не отменял щелбана за испорченное платье Pov. испуганный Аристотель, которого флешбекнуло детскими воспоминаниями маленького Жоры Глаза начали сфокусироваться и я уже мог что-то разглядеть. Например рыжие кудряшки и испуганные сиреневые глаза. Она заметила, что я открыл глаза и что-то сказала, но я не понял из-за приглушенного звука. Было ощущение будто мой батя опять решил помочь помыть голову, а это неприятно между прочим: вас полностью окунают в тазик с водой и отходят за шампунем, спрашивая горячая ли вода. Что самое обидное так это то что как раз горячая, но ты фиг ответишь, т.к. нихрена не слышишь и вообще у тебя башка в воде, а руки скользят об бортик таза. Потом ты как всегда падаешь и тазик падает и батя. Когда видит 13 литров воды на полу. Эх...были времена. – Кхм...* плямкает*..кхм..блять..– аккуратно приподнялся и уже более-менее нормально огляделся. Окружали меня стерильно белые стены, два пустые кровати по бокам от моей и кактус на подоконнике слева от меня. В палате, как я понял, был только я и молчаливая Имузура, которая подала стакан с водой. Решил не нарушать идиллию и молча схапал спасательную жидкость. Сушняк меня накрыл знатный. – Ты в порядке? Ну, если не считать того,что я олень и сижу в аниме, то да. Всё прекрасно. Последнюю мысль я и ответил ей, на что она нахмурилась и принялась рассказывать что произошло. А было по её словам так: Сидели подружайки и общались, все же пять лет знакомы как ни как. И тут слышат рёв, ну и рыжулька по собственному опыту поняла, что пора драпать на клич. Что она и сделала, предупредив испуганную Кёку-чан. Прибежав на место преступления они выпали в осадок, увидев стоявшего оленя солдатиком и зареванную Лилит на траве. Пока мать успокаивала и расспрашивала дочь, Изамура пыталась понять что делать со мной. Так как я стоял без очков, то было видно мои закрытые глаза и тихое дыхание, было не понятно сплю я или прикалываюсь. Оказалось не прикалываюсь, а в обмороке. Ну конечно, работник зоопарка запаниковала и давай вести меня в общественную больничку, а там тётка такая: " Мисс, мы лечим людей. Здесь не ветеринарная клиника". Иза-чан же наорала со стресса на неё, тыча мою тушу и крича о том, что я человек и умираю.( Тут я сам офигел, пытаясь понять когда это я подыхал) На помощь пришла милая Кёка-сан, которая вместо того чтобы адекватно всё объяснить, начала тоже орать на медсестру. К медсестре присоединился мимо проходящий пациент и тоже принялся кричать. Когда между этим срачом появилась Лилит, то неожиданно Кёка-сан замолчала. Её голова резко повернулась вправо, на подругу и будто что-то поняв замерла. Окружающие люди тоже замерли и тут началось. Мать, вспомнив о чаде, начала кричать на Изамуру, будто она виновата, что не уследила за мной, и вообще я довёл до истерики её бедную дочурку. Сиренеглазая знатно так прихуела и давай меня защищать, что я послушный и никого никогда не обижу, крича что виновата во всём мелкая. Битва этих подружек, вывела из колеи медсестру с пациентом, от чего те просто наблюдали за новым спором. А Кёка с Изамурой всё продолжали горланить, выводя из себя других людей в больничке. Некоторые пациенты, как и первый, тоже начали выходить и смотреть сию картину. Но столь познавательную дискуссию из японских матов( они всё же дошли до них) прервала снова заплакавшая мелочь, которая из диалога услышала про мою кончину. Дамочки сразу затихли и давай её успокаивать, но та не затыкалась и продолжала орать, тряся мое копыто: " НЕЕЕЕЕЕЕЕТ!! НЕ УМИРАЙ!!". От горьких слёз маленькой девочки растрогались уже и местные пациенты, которые начали кричать на бедную медсестру, чтобы меня вылечили. Один дед даже запульнул тот самый кактус в стену рядом с испуганной тёткой, крича о бессердечных медроботниках к бедным детям. Женщина, что вчера родила на пару с младенцем также начали орать из своего конца коридора, призывая ещё больше кипиша. Двое взрослых якудза с перебинтованными конечностями, резко ворвались в больницу, затыкая сразу всех. Кёка, которая уже помирилась с Изамурой( когда успели?!) подбежала к ним и давай жаловаться, не обращая внимание на упавшие челюсти людей. Мужики, конечно тоже прифигели от жизни, но уловив слово про горе девочки, начали угрожать уже седой работнице больницы, которой не повезло сегодня остаться одной в отделении. Конечно у неё были мозги и она под аплодисменты пациентов и радостные крики отвела меня в нужный кабинет для осмотра. Не будем упоминать пистолет в лоб, чьё дуло охладило её настрой на возмущение и вызов копов. Так я и кактус и оказались в этой палате. Откинулся на подушку и прикрыл глаза копытами. – Что-то случилось? Голова болит?– взволновано спросила Иза-чан. – Слишком много экшона для моего оленьего мозга.– только и сказал я, сдерживая истерический смех от происходящего пиздеца в моей жизни.