7.
11 января 2025 г., 04:15
Ангелина в лучших традициях шара для боулинга вылетела в коридор, хотя конкретно в данный момент роль шара исполняла её задница. Врезавшись Диане точнёхонько в низ живота и потревожив тем самым её мочевой пузырь, девушка, опрокинув подругу, полетела с ней на пол. Слепой, стоявший за Дианой, успел отшагнуть в сторону. Только потом Табаки ему сказал, что из вежливости стоило хотя бы попытаться помочь.
Кафельная плитка встретила два упавших тела грязью, натёкшей с ботинок, и холодом. Первой мыслью, что пронеслась в голове у Дианы, было: «Ну всё. Придётся стирать куртку, а больше ходить мне не в чем». Второй — «А, я же не в своей куртке…»
— Твою мать! Я сейчас обоссусь! — просипела Диана, в то время как Ангелина, умудрившаяся приземлиться на зад, восседала на её животе и недоумённо таращилась на Слепого, вернее, на его ноги.
— Ой! — девушка тут же скатилась, оказавшись на коленях. — Изви… Стопэ-э! Ты где шароёбилась всё это время и почему… — Ангелина принюхалась, — …от тебя воняет мочой и помойкой?
Диана удручённо вздохнула, не спеша принимать сидячее положение и в приципе вставать. Почему-то ей показалось неимоверно удобным валяться на грязном полу в коридоре перед квартирой.
Ангелина тем временем встала, деловито отряхиваясь. Затем, скрестив руки на груди, она уставилась на Слепого, который равнодушно её рассматривал, отметила наличие на парне Дианиной куртки, а затем перевела не предвещающий ничего хорошего взгляд на подругу.
— Диа-а-ана… — тоном, который, как и взгляд, не сулил названной ничего радужного, протянула Ангелина. — Не объяснишься?
Диана зажмурилась. Хотелось рассказать много всего, мысли вертелись в голове, но наотрез отказывались складываться во фразы и предложения. С чего начать? Что говорить? Может, сначала стоит извиниться за долгое отсутствие и причинённое беспокойство?
— Да, я всё объясню… — обречённо произнесла девушка, садясь. — В общем…
Тут её взгляд упал на Табаки, с любопытством вытягивающим шею из прихожей. Друзей Ангелины Диана более-менее знала — по крайней мере, Якова и парочку ребят точно, но она была абсолютно уверена в том, что этого парня видит впервые.
— А… — не договорив ранее начатую фразу, осеклась девушка. — А ты... А это… Не хочешь мне… Да?
Ангелина удивлённо приподняла бровь, за эти пару минут успев совершенно позабыть о существовании Табаки. Проследив за направлением полного искреннего шока взгляда подруги, она легонько ударила себя ладонью по лбу.
— Блять! — выругалась девушка. — Ну… Я тоже всё объясню, но ты первая! Знаешь, как я тут нервничала?! Места себе не находила от волнения!
Пока Диана что-то мямлила в ответ, всё ещё порядком потрясённая, Слепой, неожиданно заинтересовавшийся тем, что находилось там, в квартире и вне поля его зрения, шагнул ближе.
— Табаки? — недоверчиво спросил он, оглядывая парня.
— Слепой! — радостно воскликнул Шакал, подпрыгнув от волнения. Ангелина и Диана быстро переглянулись.
— Какого хуя? — в один голос спросили они друг у друга изумлённо. Тут настала очередь переглядываться Слепого и Табаки. Первый посмотрел с лёгкой насмешкой, второй — с непониманием.
— Воссоединились, — хмыкнул Слепой, засунув руки в карманы куртки. — Какая прелесть. А то я успел наслушаться.
И, вновь посмотрев на Ангелину, на этот раз оценивающе, парень спросил:
— То есть ты и есть та самая подруга, которая должна была поседеть от волнения и прибить её?
Лицо Ангелины недоумённо вытянулось. Она посмотрела на Диану, мол, ничего не хочешь мне сказать?
— Я… Эм… — забормотала Диана, чувствуя, что почему-то краснеет. — Я думала, что ты вся извелась от переживаний…
— Так и было! — активно закивал Табаки. — Она пошла тебя искать, но я врезался ей в за…спину, а потом мы что-то заболтались, и она вспомнила о твоём существовании незадолго до того, как вылетела в подъезд. Диана, верно? А я Табаки!
— Я знаю… — протянула Диана, косясь на покрасневшую и пялившуюся себе под ноги Ангелину.
— Знаешь? Какое чудо! — умилился Шакал. — Ну я тебя не знал, так что теперь мы официально знакомы!
И парень, присев на корточки, схватил Диану за ладонь и с энтузиазмом потряс её.
— Заболтались, значит? — когда Табаки, встав, принялся донимать Слепого, язвительно поинтересовалась Диана, скрестив руки и снизу смотря на подругу. Вставать она по-прежнему не собиралась.
— Ну… — Ангелина перевела взгляд с пола на потолок. — Если вкратце, то я спизданула, что знаю про Дом, и он попросил всё рассказать.
— Слепой, ты что же, теперь зрячий? — удивлялся тем временем Шакал, наворачивая вокруг своего вожака небольшие круги. — Вот это да! Получается, что ты уже никакой не Слепой?
— И ты несколько часов рассказывала Табаки про Дом, учитывая, что он сам знает про него лучше всех? — Диана по-прежнему была недовольна. Она, значит, думала, что её подруга полгорода оббегала, волнуясь и переживая, а та, оказывается, всё это время сидела и общалась с Шакалом? — А если бы я по частям в пакетах валялась?
— Он попросил подробностей — я рассказала. Не думала, что это затянется надолго. И вообще — ты сама хороша! — Ангелина решила пойти в наступление. — Могла бы позвонить, сказать, что всё хорошо, но ты задержишься, а подробности расскажешь позже.
— Я проторчала на холоде дохуя времени, поэтому очевидно, что у меня сел телефон!
— Не думаю, что он вырубился сразу же, как только ты вышла из магазина.
— Но ты же не знаешь, где я была и что вообще произошло!
— Конечно, не знаю, как и ты не знаешь, что произошло со мной!
— Знаю. Мне, между прочим, только что это рассказали!
— Но ты даже не в курсе, что я чувствовала!
Девичьи голоса с каждой фразой становились выше, громче и злее. Табаки завороженно переводил взгляд с одной девушки на другую, явно наслаждаясь. Слепой, заметив это, пихнул его локтем и взглядом указал на девушек, мол, сделай с этим что-нибудь, пока на их крики весь подъезд не сбежался. Шакал удручённо вздохнул, крайне расстроенный, что его лишают такого зрелища. В конце концов, когда ещё он сможет вот так посмотреть на женские разборки?
— Ой! — Табаки подошёл к Ангелине и, чуть отодвинув её так, что девушка буквально врезалась в Слепого, встал между ней и Дианой. — А вы со Слепым одного роста почти!
Ангелина, будучи на уже на взводе от их небольшой перепалки с подругой, опешила. Диана, тоже увлёкшаяся, удивлённо икнула, увидев практически перед самым лицом задницу парня. Слепой, чуть отступив, задумчиво посмотрел на макушку Ангелины, примерно прикидывая соотношение её роста к своему. Та, в свою очередь, недоверчиво оглядела его с головы до ног.
— Разве что Слепой чу-уточку, — Шакал свёл вместе подушечки указательного и большого пальцев, оставив между ними миллиметровое расстояние, — ниже. Может, это из-за твоих ботинок, — и он похлопал Ангелину по плечу. От этого жеста девушка вздрогнула.
— А может, мыши и штукатурка не совсем пригодны для употребления в пищу и не дают организму необходимых веществ и витаминов, нужных подростку для роста, — предположила Ангелина, но довольно лениво. Пыл спал. Слепой, начавший было рассматривать стену, быстро перевёл на неё взгляд, в котором одновременно читались и интерес, и настороженность.
Табаки, довольный тем, что ему удалось успокоить подруг, пусть и на время, просиял.
— Всё, что ли?
Все четверо удивлённо повернулись в сторону голоса. Из-за перил выглядывали две головы. У одной был высокий хвост, у второй — короткая синяя стрижка. Увидев, что внимание собравшихся у квартиры направлено на них, обладатели — вернее, обладательницы, — этих голов захихикали и присели, скрываясь.
Ангелина прищурилась, найдя тех, на кого можно направить свои негативные эмоции.
— Вам тут что, представление? — рявкнула она. Кто-то из девчонок, наверно, испугавшись, вздрогнул и ударился головой о перила, которые тут же загудели. — Купите себе билет на ёлку в цирке и там пяльтесь, а здесь смотреть не на что!
И она, круто повернувшись и успев перехватить хотевшую сбежать Мону поперёк живота, зашла в квартиру, для эффектности захлопнув дверь. Для этого ей, конечно, пришлось подвинуть Дианины ноги, но всё равно уход получился эпичным.
Диана насупилась. Слепой, зевнув, почесал одну ногу о другую. Табаки восхищённо присвитстнул.
— Страсти какие… — прошептал он с явным удовольствием.
***
После ухода Ангелины было решено, что коридорно-подъездные разговоры стоит оставить на потом, и оставшаяся троица перебралась в квартиру. Мона, крайне недовольная тем, что её попытка побега снова провалилась, мяукала, удивлённая таким количеством людей. Диана, скинув пальто у самой двери, тут же отправилась отмываться, а немного погодя, она высунула руку из-за приоткрытой двери ванной и стала поочерёдно выкидывать вещи в прихожую. Ангелина, проводив подругу недовольным взглядом и точно так же наблюдая за её действиями, подождала, пока дверь закроется и раздастся шум воды, а затем закинула одежду Дианы в стиральную машину, потому как «этот запах сам не выветрится, его только отстирывать, отстирывать и ещё раз отстирывать! А то, что она попиздовала мыться — правильно, пусть натирается всем, чем только можно, а то кто знает, что было в моче бомжа, поссавшего на то пальто…». Ещё в подъезде знатно охуев от своеобразных черевичек Слепого, Ангелина тут же всучила ему тапки, которые тот проигнорировал. Девушка этому не удивилась — она сама ходила по квартире либо босиком, либо в носках. Пальто собирались выбросить при первой же возможности, поэтому Ангелина, брезгливо морщась и стараясь свести тактильный контакт с ним к минимуму, колдовала над пакетной матрёшкой. Табаки, свесившийся с балкона, предложил выкинуть пальто через окно. Ангелина возразила, сказав, что вкупе с запахом и двадцатипакетной оболочкой пальто превратилось в настоящую бомбу. Табаки худо-бедно согласился и, переключившись с пальто на Слепого, стал донимать состайника бесконечными вопросами, которые не успел задать в подъезде. Ангелина тоже хотела послушать, но решила, что сделает это позже, поэтому, не церемонясь, ввалилась в ванную, где уже во всю плескалась Диана. — Ой! — подруга, испугавшись такого неожиданного визита, по привычке прикрыла самые интересные места ладонями. — А чего ты… Без стука? — жалобно спросила она, но затем, вспомнив, что они вроде как поссорились, нахмурилась и повернулась к подруге задницей, продолжая агрессивно мыть голову. — То есть когда ты заходишь ко мне в туалет, пока я сру, чтобы показать видос со смешно уснувшим котиком — это нормально, а как только мне нужно тебя навестить, так это кошмар? — усмехнулась Ангелина, опуская крышку унитаза и с кряхтеньем садясь на неё. Диана хихикнула, но мгновенно сделала вид, что закашлялась. В тишине они просидели минут десять. Как только Диана выключила воду и стала вытираться, Ангелина потребовала от неё всех подробностей её похода в магазин со всеми вытекающими последствиями. Диана, всё ещё хмурясь, вылезла из ванной, накинула плюшевый недлинный халат и собралась было нехотя начать повествование, как вдруг Ангелина, вскинув руку, попросила не торопиться. — Чего-то не хватает… — пробормотала она. Вышла из ванной, пришла на кухню, где Табаки продолжал выпытывать у Слепого мельчайшие подробности его похождений, взяла зажигалку, импровизированную пепельницу и под удивлённые взгляды парней выудила из-под кровати пачку сиграет — наверное, Мона игралась. Выдав каждому по сигарете, Ангелина снова ретировалась в ванную и, закурив, начала слушать Диану. Рассказ подруги не занял много времени — она опускала диалоги и некоторые подробности их времяпровождения со Слепым, но зато не забыла упомянуть про пальто, вернее, о его появлении, которое так и осталось загадкой, о том, как всё же уговорила Слепого пойти с ней, о создании черевичек для него — «Нет, ну не босиком же по улице ему идти? Минус пятнадцать на дворе, или сколько там, я хуй знает…», — о косых взглядах и неприятной стычке с подростками, из которой они оба вышли сухими. Ну, и конечно же, через каждое предложение Диана каялась и клялась, что ни на миг не забывала об Ангелине и вообще переживала о том, не переживает ли она. Ангелина, в свою очередь, рассказала о том, что произошло с ней. Её повествование вышло ещё короче, так как в нём отсутствовали бомжи, их одежда, самодельная бахильная обувь и невоспитанная молодёжь, зато тоже через каждое предложение присутствовали клятвы о переживаниях и седеющих волосах. В итоге обе девушки, выговорившись, просто молча сидели и курили. Ангелина, хоть и принесла пепельницу, напрочь забыла о её существовании и стряхивала пепел в раковину. Конфликт, возникший в коридоре, исчерпался сам собой, стоило только им обеим поведать друг другу свои истории. — Какой интересный день… — пробормотала Ангелина, задумчиво смотря на сигарету, будто та могла ответить, почему же их с Дианой пятница выдалась такой насыщенной. — Угу, — Диана выпустила дым в потолок. — Но продукты из списка я купила! — Всё равно ещё раз в магазин пиздошить. Молоко кончилось. И корм Моне надо купить, не будет же она плед новый жрать. — Жрать — нет. Но она будет его сосать и мять лапками. — От сосания сыт не будешь. Хотя наверное, зависит от того, кому ты сосёшь… Девушки рассмеялись. Как будто не было этой странной беготни по заброшкам, ворчливых тёток, вонючих пальто, часовых бесед, перепалок с подростками и волнений. Как будто на кухне сейчас не сидели и не выслушивали друг друга двое несуществующих персонажей, которые им так нравились. В магазин решили идти вдвоём. — Так, смотрите, — метаясь от шкафчика к шкафчику, разглагольствовала Ангелина. — Тут чай, кофе и сахар. Молока нет. Вода только из-под крана. Есть макароны, немного гречки… — Ты как мамочка, которая уезжает и оставляет детей одних, — Слепой зевнул. — В смысле у нас есть макароны? — возмутилась тем временем Диана. — А нахуя я их тогда в магазине покупала? — Ну я не знала о их существовании, — Ангелина пожала плечами. — А ещё у нас, оказывается, было печенье, — она кивнула подбородком на Табаки, который копался в пачке с сахарным печеньем. — Печенье? — Диана удивлённо приподняла брови. — Может, у нас где-то ненароком и шоколадка завалялась? — Шоколадки нет, — Ангелина заглянула в тот самый волшебный ящик. — Зато есть гречка, рис, макароны — ну об этом я уже сказала, — раз, два… Три пакетика суповых основ, просроченная на полгода тушёнка и спагетти. — Спагетти! — Диана насмешливо возвела глаза к потолку. — У нас, блять, есть спагетти, но нет шоколадки! — Да купим мы твою шоколадку, утихомирь своего сладкоежного демона, — тут Ангелина повернулась к парням. — Вам взять что-нибудь? Табаки, пережёвывающий печенье, замер. Слепой, никак не отреагировавший, щёлкал зажигалкой, в которой закончился газ. — А фто, так мофно? — спросил Шакал с набитым ртом. — Ну да, — Ангелина пожала плечами и внезапно хихикнула. — Мы побудем вашими Летунами. Диана тоже то ли хихикнула, то ли икнула. — Хотя этого не потребуется, — призадумавшись, продолжила Ангелина. — Летуны не так часто выбирались в Наружность, а мы в магазин хоть каждый можем ходить, учитывая, что рядом с нашим домом есть круглосуточный. — Каждый день? — Диана недоверчиво покосилась на подругу. — Ой не пизди-ка! Нам до кухни бывает лень дойти, а тут — в магазин! На улицу! Каждый день! Ангелина закатила глаза. — Ладно, хуйню сказала, — признала она. — Так что, заказы будут? — Кофе, — Слепой чиркнул зажигалкой. — Три банки. У вас одна и наполовину пустая. А ещё сигареты. «Camel» или «Winston», но по большому счёту без разницы. Ангелина кивала на каждом его слове, строча в «Заметках». Затем подняла голову и посмотрела на Табаки. — Тебе? Тот призадумался, отправляя в рот печенье и методично его пережёвывая. — Конфет бы, — сглотнув, мечтательно признался он. — Шоколадных, с ореховой стружкой. — «Кофеты»… — под нос пробубнила Ангелина, сделав запись. Диана, уже одетая, торчала в прихожей и зазывала Мону, делая вид, что у неё в руках вкусняшка. Мона не велась и демонстративно вылизывалась. — Кстати! — вдруг вспомнила Диана. — Гель, ты в курсе, что Мона тебе подарочек сделала? Лежит вон около кровати и уже вроде не воняет. Табки подавился печеньем. Слепой приподнял бровь. — Как-как? — переспросил он. — Мона? — Ну да, — Ангелина нагнулась и от души похуярила Шакала по спине. — Мона Лиза. Ну, в честь любимой кошки Сфинкса. А что? В глазах Слепого мелькнула грусть. — Ничего, — ответил он, голос звучал равнодушно и даже как-то отстранённо. Зажигала зачиркала с новой силой. Табаки, наконец откашлявшийся, махнул рукой. Ангелина выпрямилась. — Окей, — она уставилась в телефон, зачитывая получившийся список. — «Молоко, мокрый корм, шоколадка»… — И рулетик! — крикнула Диана. — Так ты же не… — начала было Ангелина, но затем, махнув рукой, покорно вписала желаемое подругой. — Ладно. Так… «Шоколадка, кофе — три банки, сигареты, конфеты и рулетик». — Зажигалка, — сказал Слепой, продолжая щёлкать. — Две. Ангелина закатила глаза, но всё же вписала зажигалки. — И вафельный тортик! — снова крикнула Диана. — Или просто тортик. — Или и вафельный, и обычный, — предложил Табаки. — Точно! — Диана прищёлкнула пальцами. — Ты гений! — «Два торта, вафельный и простой…» — под нос проговорила Ангелина, дописывая сладости в свой список. — Ещё у нас туалетная бумага кончается, — вспомнила Диана. — Осталось два рулона, на четыре жопы их надолго не хватит. — «Туалетная бу…» — А ещё нужные мужские шампуни и гели для душа. Не будут же они нашими мыться. — Лично мне без разницы, — отозвался Слепой. — Хоть женский, хоть детский. Я могу и просто под водой постоять. — Пиши, пиши, не слушай его! — «Гели для душа муж…» — О, а бомбочки для ванны можно? — оживился Табаки. — Красную! Или синюю! О, нет, зелёную, тёмно-зелёную! Чтобы я словно в пруду! — Скорее на болоте, — хмыкнул Слепой. — На болоте? Ты что, Шрек? — Ангелина закатила глаза. — Ладно. «Бомбочка для ванны». Только учти, что какую-то супер-пупер и мега-дорогую я брать не буду! — Хорошо, — быстро согласился Шакал, мысленно уже плескаясь в мутной, тёмно-зелёной воде. — Расчёску, — Дина, прислонившаяся к стене, уже загибала пальцы. — Тоже две, думаю. У Слепого волосы длинные. — Не нужна мне расчёска! — Слепой раздражённо чиркнул зажигалкой. — Мне и без неё неплохо живётся. — С приходом в жизнь девушек всё меняется, старина! — Табаки утешающе похлопал друга по плечу. — А у меня, кстати, волосы густые, вьющиеся и непослушные! — О! — воскликнула Диана. — Тогда лучше и маску для волос взять, чтобы ты — ну и мы — могли их легко расчёсывать. — «Маска для…» — Кстати о масках! У нас тканевые для лица заканчиваются, так что ещё штучек десять, по пять для каждой из нас. — «Маски тканевые, десять штук»… — А я тоже маску хочу! — возразил Табаки. — Почему зачастую только девушки ими пользуются? — Значит, ещё пять, не обижай мальчика. — «Пятнадцать штук»… — Ещё две зубные щётки, мочалки, банные полотенца — тоже два, м-м-м… Носки можно посмотреть, а то они оба босиком. — Не нужны мне… — снова начал Слепой, но его перебил Табаки. — Поддерживаю! — радостно воскликнул он. — Значит, мне нужны жёлтые, красные, чёрные — ну это очевидно, — зелёные, голубые… — Может, ещё несколько резинок для Слепого купить? — Да мне… — Так, ещё газировку, как мы могли забыть про газировку? А ещё чай у нас заканчивался. Предлагаю какой-нибудь фруктовый или каркаде. — Мы со Слепым привыкли к чёрному чаю, но я бы не отказался от фруктового! — Вот! Ещё лимон — зима всё же, простуды. Мёд у нас где-то был, я помню… О, сухой корм для Моночки, конечно! А то мокрый купим, а как она без сухого? Непорядок! Так, ещё надо что-то к чаю. Думаю, печенье можно и конфеты, а то тортики быстро съедятся. Шарики шоколадные — ну эти, кроличьи какшки. С утреца бахнуть и нормально. Яйца можно, ну колбасу я уже купила… Ещё один плед, конечно! Тогда у каждого по пледу будет. — Яблоки. Я определённо хочу яблоки. А ты, Слепой? — Яблоки так яблоки! Ещё можно мандаринов — Новый год ведь скоро, надо настроение себе создавать. Гирлянду, точно, нужна гирлянда. Ароматические свечи для атмосферы или просто электрические, но к ним, скорее всего, понадобятся батарейки… — Так! — Ангелина, всё это время строчившая в заметках, как сумасшедшая, тряхнула головой. — Хватит! Сегодня только тринадцатое декабря, до Нового года ещё дожить надо, а денег у меня не так много, чтобы я половину магазина могла скупить! Диана пристыженно смолкла. — Ну потом может ничего не остаться… — попыталась возразить она. — Останется, — твёрдо сказала Ангелина, — в отличие от моих денег. Остановимся на самом необходимом, дальше посмотрим по ситуации. И она решительно запихнула телефон в карман.***
Парням был дан указ прибрать за кошкой. Сами девушки потопали в магазин, чудом не забыв прихватить пакетную матрёшку с пальто, от которой тут же избавились при виде ближайшей мусорки. Дианиного шоппера и Ангелининого рюкзака явно будет недостаточно, чтобы унести всё, что было в списке, поэтому из карманов куртки у девушки торчали два пакета. Шли молча. Обе не взяли наушники, поэтому слушали только скрип снега под ногами, гудки машин, голоса проходивших людей и музыку из припаркованного ржавого и пердящего ведра — именно такое описание подходило под повидавшую виды «девятку», которую двое парней выталкивали из сугроба. — Слушай… — прервала молчание Ангелина, когда они с Дианой, находясь уже в магазине, стояли с тележкой у стеллажа. — Как думаешь, почему они тут оказались? Диана призадумалась. Естественно, кто такие «они» и что за «тут», ей было понятно. — Слепой сказал, что он уходил на Изнанку, — вспомнила она, вертя в руках бутылку молока и изучая срок годности, — но попал на ту заброшку. Видимо, в Доме в этот момент был выпуск. — Ага, — протянула Ангелина, что-то прикидывая в уме. — Значит, по той же логике Табаки уходил на другой круг, но тоже оказался не там, где должен был. Это похоже на правду, однако не понятно, почему именно здесь и как так вообще получилось. — Можем обсудить это дома, все вместе. Они подкинут свои идеи и предположения, а то просто гадать, почему и зачем — тоже не вариант. — Справебыдло. По мере того, как заполнялась тележка, Ангелина, вписывающая все стоимости в калькулятор, становилась всё печальнее и печальнее. Конечно, как у всякого уважающего себя гражданина и потребителя, у неё была скидочная карта, но легче от этого не становилось. Аванс придёт только в понедельник, до зарплаты и того дольше… Диана, заметив это, ободряюще приобняла подругу за плечи. — Не переживай, — шепнула она ей на ухо и тут же отпрянула, пытаясь выплюнуть длинный волос девушки. — Тьфу, отрастила, блять! Че я гово… А! Мне родители пятнадцатого числа денег скинут, так что не очкуй, протянем. Эти слова Ангелину немного утешили, поэтому, спустя полчаса блуждания между рядами, при прикладывании карты к терминалу ей не было так грустно, ну разве что чуть-чуть. Всё же сумма, получившаяся по итогу, значительно отличалась от той, которая выходила у девушек ежедневно. На улице, с набитым рюкзаком и двумя пакетами наперевес, Ангелина топталась у мусорки, внимательно вчитываясь в чек. — О, яблоки дёшево вышли, — поделилась она, пока Диана, перехватывая пакет поудобнее и бесконечно поправляя спадающий с плеча шоппер, пыталась не выронить сигарету из замёрших пальцев. — На этом всё. — Да быть не может, чтобы из такого списка ни у чего не было скидок! — не поверила Диана. — Ну-ка дай! Она потянулась за чеком. Сигарета, переставшая чувствовать давление пальцев, отправилась в свободный полёт и моментально затухла. Диана с тоской посмотрела сначала на свою ладонь, а потом на неё. — Ну вот, — печально протянула она, — а я даже половину не скурила… — Да не парься! — Ангелина, засунув чек в пакет, откинула с лица волосы. — У тебя в шоппере пятнадцать пачек сигарет, пять из которых — твой любимый «Winston». Домой придём и накуришься в своё удовольствие. Однако дорога до дома оказалась далеко не простой. Несмотря на то, что идти до ворот от силы минут пять-семь (учитывая гололёд), у девушек весь путь занял больше четверти часа. Пакеты были тяжёлыми, ноги то и дело разъезжались, грозя подвести хозяяек в самый неподходящий момент, а ещё ключ, как назло, упорно не хотел доставаться из кармана, провалившись через дырку в самые недра куртки. Руки, носы, уши и щёки мёрзли, волосы под порывом неприветливого декабрьского ветра лезли в лицо. Диана, наблюдая за мучениями подруги, порадовалась, что в своё время коротко постриглась и ёжилась, так как неприкрытая сзади шея подверглась жестокому продуванию. В этом плане у длинных волос было преимущество… Наконец ключи были извлечены, ворота открыты. Ангелина обрадовалась, что ни разу не наебнулась, как тут же, взвизгнув и нелепо взмахнув рукой с пакетами, грохнулась на колени, больно ударившись. Диана, побросав покупки, хотела помочь своей старушке подняться, но сама приняла такую же участь и упала на попец, который, хоть и был мягким местом, падение не смягчил. В итоге оставшийся путь до подъезда подруги проделали, кряхтя и матеря всё, на что падал глаз, на что они упали сами и то, из-за чего это случилось — зиму и её снежно-ледовые прелести. Ангелина, хромая, нагадала себе здоровый синяк на левой коленке. В лифте девушки, бахнув пакеты на пол, выдохнули. Осталось всего лишь затащить их в квартиру, а там и дело с концом. У Дианы болело плечо, у Ангелины — спина, да еще им обеим натёрли ладони треклятые ручки от пакетов. — Я ебала, — Диана прислонилась спиной к бортику у зеркала. — В следующий раз в магазин идём вчетвером. — Поддерживаю, — Ангелина вытерла мокрый лоб и расстегнула куртку до пупка. Когда двери лифта разъехались, позволяя двум гражданочкам с пакетами наперевес бочком вывалиться из его небольшой кабинки, в коридоре стояли двое — парень и девушка, причём строяли напротив квартиры Ангелины. На писк прибывшего лифта они никак не отреагировали, продолжая настойчиво барабанить в дверь. Вернее, барабанил парень. Девушка, выпав из реальности, активно строчила что-то в телефоне, клацая по экрану длинными ногтями. Ангелина, осторожно опустив пакеты на пол, повернулась к Диане, приложила палец к губам и, скрестив руки на груди, многозначительно кашлянула. Девушка на это никак не среагировала, а вот парень резко обернулся. — Яков? — Ангелина вопросительно приподняла бровь. — Привет-привет, давно не виделись, аж с утра. А ты чего тут делаешь? — О! — Яков улыбнулся и смущённо провёл рукой по волосам. Они у него были короткие, под «ёжика». — А я тебе свитер принёс и за курткой пришёл. — А, — Ангелина кивнула. — Ладно. Тогда погоди, мне сначала нужно пакеты занести. И она, замолчав, многозначительно уставилась на спину девушки. Яков, не понявший её взгляд, недоумённо нахмурился, посмотрел сперва на свою спутницу, потом на подругу, а затем, догадавшись, что от него требуется, легонько ударил себя ладонью по лбу. — Забыл уже! — виновато произнёс он. — Помнишь, я как-то давно рассказывал, что у меня есть сестра двоюродная? — Припоминаю, — не очень уверенно ответила Ангелина, уже понявшая, к чему вопрос. — Так её родители в другой город уехали по работе, поэтому попросили моих за ней присмотреть. Ну типа, чтобы она с нами пожила. А мои родаки тоже люди занятые, так что было решено, что сестра пока поживёт со мной и дедушкой, — пояснил Яков, помахав Диане в знак приветствия. Затем он бедром пихнул сестру. — Вик, отлипни от своего телефона и поздоровайся хотя бы для приличия! Раздалось цоканье. Закатанных глаз Диана и Ангелина не увидели, зато их увидел Яков, который снова пихнул сестру. — Нахрена я вообще с тобой попёрлась… — буркнула девушка, сердито запихивая телефон в карман. Её голос показался Диане знакомым, и девушка задумалась, быстро перебирая в голове всех знакомых женского пола и мысленно примеряя голос незнакомки на них. — Вообще-то твои родители попросили меня за тобой присматривать, — напомнил Яков. Девушка надула губы. — Кринж! — прошипела она, пиная стену. — С Толей расстались, ещё и брат-нянька! Я че, малолетка какая-то, чтобы за мной следить? — Тебе шестнадцать, — устало вздохнул Яков. Судя по всему, сестра закатывала ему такую сцену не в первый раз. — И че! Не пять же! — Если тебя что-то не устраивает, то претензии высказывай родителям. — Да я им сразу же позвонила и предъяву кинула, а им пох ваще! — Ну тогда ничем помочь не могу. А сейчас прекрати меня перед друзьями позорить. — Да? А че ты меня перед друзьями позорил? Пришёл и увёл, как пиздюка с детского сада, надо мной Ника и Настя ржали, я отвечаю! — Вика! — Да че?! — Можешь хоть сейчас пиздовать обратно к своим подружкам, но сначала повернись и поздоровайся! Девушка, засопев, резко обернулась и вперила в Ангелину и Диану злой взгляд. — Здрасте! — скривившись, язвительно поздоровалась она. Ангелина поморщилась, еле найдя в себе силы, чтобы ответить «Привет». Диана же взглянула на лицо девушки. Вика. Длинные стрелки. Рассталась с Толей. Пазл сложился. — Привет… — выдохнула она, искренне надеясь, что Вика её не узнает. Нет, Диана её не боялась. Просто помнила, как девушка подначивала своего Толю и подыскивала для него причины отпиздить Слепого, и от этого желание с ней как-либо контактировать исчезло ещё тогда, на улице. Яков подошёл к Ангелине, спрашивая, не нужна ли помощь. Ангелина отшутилась, что помощь нужна была ещё на кассе, но всё же позволила Якову занести пакеты в квартиру, да не только её, но ещё и Дианин. Пока Ангелина отпирала дверь и о чём-то говорила с Яковом, Диана, стоявшая рядом, чувствовала на себе изучающий взгляд Вики. — А ты чего ещё тут? — спросил Яков, видя, что сестра стоит в стороне и почему-то не торопится убежать к подружкам. Вика, не отрывая глаз от Дианы, хмыкнула. — Я ссать хочу, — проговорила она сквозь сжатые зубы. — Можно? Яков вопросительно посмотрел на Ангелину. Та скривилась, всем своим видом показывая, что не хочет пускать эту противную девицу в свою квартиру и будет не против, если она обоссытся, но вслух сказала: — Так и быть, только быстро. У меня гости. — Гости? — Яков выглядел удивлённым. — Из наших кто-то? — Нет, — уклончиво ответила Ангелина и сосредоточилась на том, чтобы отпереть дверь. Мона встретила хозяйку мяуканьем. Табаки и Слепой не вышли, но Ангелина увидела две вспыхивающие оранжевые точки из тёмной комнаты. Разувшись, она скинула рюкзак, сняла куртку и тут же всучила её Якову, сказав, что не успела постирать. — Да ладно, — Яков махнул рукой. — Она же не была обблёвана. Диана, быстро скинув ботинки и куртку, перетаскивала пакеты на кухню. Вика топталась у порога, оглядывая прихожую и пытась рассмотреть тех, кто сидел в темноте. — Туалет вот, — сказала Ангелина, кивнув подбородком на дверь. — Надеюсь, ты знаешь, как им пользоваться. Вика скривилась. Буркнув «Спасибо», она скинула кроссовки и скрылась за нужной дверью. Яков, сверкая дыркой в носке, помогал Диане. Ангелина прошла в комнату и щёлкнула выключателем. Табаки и Слепой, который теперь тоже щурился от света, хоть это было для него непривычно, недовольно зацокали. — Ты прервала нашу душевную атмосферу! — воскликнул Табаки, когда его глаза привыкли к свету. — Кошачьи испражнения мы убрали, поэтому, дорогуша, верни темноту, пожалуйста. — Обязательно, — пообещала Ангелина, — как только вы поможете нам разобрать пакеты. А ещё… Она выглянула в коридор. Свет в туалете горел, Яков с Дианой переговаривались на кухне. Прикрыв дверь, Ангелина подошла к кровати и наклонилась к парням. — У нас гости, — шепнула она. — Не знаю, как вы могли не услышать их стуки в дверь, но всё же. Не вздумайте проболтаться, что вы из Дома и вообще не из нашего мира. Слепой хмыкнул, затушив окурок о стенки жестяной банки. — Стук мы проигнорировали, так как у вас есть ключ. А ещё мы не настолько безмозглые, чтобы каждому встречному говорить, кто мы и откуда, — сказал он, поднимая на Ангелину глаза. — Просто дружеское напоминание, — ответила та, — а то один экспонат может заболтаться и ляпнуть лишнего… Девушка многозначительно посмотрела на Табаки. Тот подавился дымом. — Я? — возмущённо протянул он. — Изволь! За всё свое существование я ни разу не говорил ничего лишнего, только по делу! — Даже не сомневаюсь, — усмехнулась Ангелина, протянув руку и легонько потрепав Шакала по волосам. Жест парню понравился, и он смолк, довольно дымя сигаретой. — Но всё же не говори о Доме. Затем она выпрямилась. — А теперь пошли на кухню! — громко сказала она. — Будем разбирать покупки и проверять, всё ли мы взяли, что нужно было. Шакал радостно спрыгнул с кровати и тут же умчался на кухню. Слепой неторопливо поставил пепельницу на табуретку и встал, потягиваясь. — Одёргивай его, если что, — тихонько попросила его Ангелина. — Расслабься. Табаки не просто болтливый дурачок, — заверил её Слепой. — Он может наговорить всякой чуши, но про Дом даже не пикнет. Ангелина облегчённо выдохнула. Вожаку четвёртой и Хозяину Дома, пусть и бывшему в нынешних реалиях, она доверяла. Кто же лучше него может знать о поведении состайника? Шакал на кухне уже увлечённо рылся в пакетах, восторженно пища при виде желанной покупки, то есть почти при каждой. На кровати, поджав ноги, сидела Вика, которая почему-то не ушла. Её коротенькая куртка лежала рядом. Девушка осматривала кухню, параллельно пытаясь подозвать Мону. — Ух ты! — прошептал восторженно Табаки, с благоговением и осторожностью извлекая из пакета коробку конфет. — Это то, что я хотел! Яков, ютившийся рядом с сестрой, глупо улыбался, внимательно изучая незнакомого парня. — Ты как будто конфет никогда не видел, — скучающе сказал Слепой, подойдя ближе. При виде трёх пакетов он присвистнул. — И как вы их дотащили? — поинтересовался парень. — С трудом, — ответила Диана, выкладывая на стол содержимое шоппера. Она покосилась на Вику, но та была слишком увлечена приманиванием кошки, чтобы обратить внимание на парня, который сломал нос её Толе и разрушил тем самым их отношения. — В следующий раз идём в магазин все вместе! — Ангелина затащила на кюхню рюкзак и с шумом поставила его на столешницу. Что-то, что находилось в рюкзаке, тихонько звякнуло, но на этот звук никто не обратил внимание. — Ладно, — Слепой пожал плечами и тоже принялся разбирать пакеты. Ему попался чек, и парень, вытащив его, принялся внимательно вчитываться. Вика, поняв, что подозвать и потискать Мону ей не удастся, раздражённо рыкнула и откинулась на кровати, облокатившись спиной на стену. Её взгляд упал на Слепого, который одновременно изучал чек и проверял работоспособность купленных зажигалок. Глаза Вики округлились. Диана, заметившая это, замерла. — Эй! — воскликнула Вика, ткнув пальцем в Слепого. — Это же ты! Слепой поднял голову, равнодушно уставившись на девушку. Табаки недоумённо посмотрел сначала на него, а потом на Якова. Тот перевёл вопросительный взгляд на Ангелину. Девушка, приподняв бровь, посмотрела на Диану, а та уставилась на Вику. Вика, почувствовав, что на неё смотрят, перевела гневный взгляд с парня на Диану, а затем вскочила. — Это вы! Диана зажмурилась. То, чего она так не хотела, произошло: Вика их узнала.
