Моё тело тоже двигалось само по себе..

Дверь кабинета шумно захлопнулась и перед ней выросло три ссутуленых фигуры, смотрящих на юного Мидорию, словно на загнанную в угол добычу. Лопатки твёрдо уперлись в парту, когда тот машинально попятился назад от наступающих. — Что такое, Деку? Это таким героем ты хочешь стать? Убегающим с перекошеной рожей? — шикнул парень стоящий впереди всех. Чужие, горячие от пота руки, накрыли его дрожащие, до боли вдавливая измученные кисти в углы парты, изрисованной множеством каракулей. Сгорбленная фигура нависла над кудрявым юношей, который тщетно старался защититься попытками вырвать ладони из цепкой хватки. Две фигуры позади плыли размытым фоном от накативших в глаза слез. Их задорный смех заполнял класс, прокрадываясь в самые глубины ушей и с болью ударяясь о барабанные перепонки. — Ты ведь ничего не можешь! Ты беспричудный, Деку! — продолжал он свои нападки, обжигая веснушки на щеках брызгами горячей слюны. — Каччан.. — тихим писком выдавил Изуку, жмурясь от чужого клацающего над лицом оскала. — Слушай внимательно, ботан! Не смей поступать в UA, тебе там ничего не светит, а тем более заоблачный геройский курс. — чужая нога с грохотом обрушилась на парту ещё сильнее сдавив кисть, а освободившаяся рука нахально вздернула юношу за ворот рубашки, отодрав несколько мелких пуговиц. — О-отпусти. — сквозь удушье от сжавшего шею воротника пробормотал он. — Чего? — хмыкнув, Бакуго подтянул худощавого парня, отбросив к стене у окна с помощью слабой взрывной волны, словно какую-то тряпочку. — Ну отпустил. Из кармана Изуку вылетел небольшой сенсорный телефон, с поставленным на паузу интервью Всемогущего. Красные глаза издёвщика на миг проскользили по гаджету, после чего он приподнял устройство с размаху выкинув его в распахнутое настижь окно. Губы застыли, так и не издав тот душераздерающий крик, наполняющий его сердце. Подрагивающие руки кудрявого парня искали опору среди гладкого кафельного пола, дабы ринуться за телефоном, но сил подняться не было. Перепрыгнув через парту, Кацуки ухмыляюсь склонился над растекшимся у стены Изуку, положив руку тому на плечо. — Если так отчаянно хочешь стать героем, то есть быстрый способ.. — краткая пауза заставила Мидорию поднять глаза на обидчика, встретив плавный взгляд его винной радужки, — поверь что родишься с причудой в следующей жизни и прыгни с крыши школы. Громкая волна смеха выплеснулась у стоящих позади, когда Бакуго наконец встал с пола, презренно зыркнув на беспомощное тело Изуку. Томные шаги понемногу направились к двери, а его попутчики, болтнув пару колкостей, в прибавок харкнули прямо в волосы юноши, скрывшись за дверью следом. Угрюмая тишина наполнила стены класса. Было слышно лишь сиплые вздохи Мидории, склонившегося над полом и кашляющего сгустками багровой крови прямо на белую плитку. Опираясь на подоконник, он еле как поднялся на ноги, чувствуя как пульсирует глубокий ожог, оставленный на плече. Нужно было идти и он уже точно знал куда. Двор школы встретил его терпким ароматом цветущей сакуры, а в ноздри всё ещё бил металический запах его собственной крови, застывшей багровой коркой над верхней губой. Мутный взгляд скользнул на своеобразный пруд, глубиною где-то в полметра. Сквозь полупрозрачную воду виднелось блеклое свечение и можно было поглядеть очертания пресной обстановки новостной студии в видео с тем самым интервью. Он узнал свой телефон. Рука в плече больно ныла когда ожог окунулся в ледянящую суставы воду с целью вытащить гаджет. В тот раз он лишился любимой тетради, а теперь и вовсе его любезно избавили от единственного что в этой жизни могло его спасти. Хотя о чем он? Блеклый дисплей не поддавался тщетным нажатиям пальцев, а картинка со Всемогущим застыла на нём словно все те плакаты, висящие в его комнате. Перед ним, обременяясь ажурной тесьмой на верхушке, возвышались слегка приоткрытые школьные ворота. Те словно протягивали ему руку, приглашая следовать привычному пути. Но он больше не видел там руки помощи, лишь смутный туман норовящий проглотить его в рутинную пучину страданий. «Беспричудный!» Хрыплое басистое эхо раздалось по корке мозга цепляющим отголоском. Глаза метнулись направо, а вслед за ними машинально в действие обратились и ноги. Те обессилено мялись по ступеням, преодолевая десяток за десятком. Тут нет никаких ворот и дверей, нет ничего что оградит его и ничего что как либо помешает, есть лишь свободный ветер бъющий пощечинами по веснушкам на щеках. И тут лишь он — Изуку, может решать, пытается этот ветер его оттолкнуть или же наоборот гонит ближе к остроугольному краю. Стук потрепаных кед глухо отчеканил десяток шатких шагов, после чего ссутуленая фигура уселась на край, свесив ноги в бездну, словно пробуя желаную невесомость на вкус. Из кармана, что успел омокреть, со стуком о бетон выпал телефон, обернуашись дисплеем чётко к юноше. Изуку машинально провел кончиком пальца по образовавшейся трещине, что рассекла экран на две части между девушкой, ведущей интервью, и самим гостем — Всемогущим. Какого же было его удивление когда видео возобновилось, оттолкнувшись от паузы. — Скажите какое качество по вашему определяет задатки будущего героя? — милый женский голос прерывисто исказила булькающая рябь забитых водою динамиков. В ответ послышался краткий смех, от которого что-то кольнуло в груди. — Я знал многих героев, но про свои школьные годы, когда начало их пути только закладывалось, все говорили одно — «Моё тело двигалось само по себе». Дальше Изуку не разобрал, потому что динамики окончательно сдались напору воды. Глядя на вновь окоченевшую картинку, он невольно подметил как трещина разделила одаренного причудой - героя номер один, и симпатичную девушку, очевидно не имеющую никакой причуды. Судьба словно нарочисто делала акцент на этом, заставляя юношу сжать веки от новых капель обжигающих слёз. Несколько минут его задевал лишь ветер и упоительная тишина, обволакивающая всё тело в своеобразный мыльный пузырь. — Моё тело тоже движется само по себе.. — он не сразу узнал этот хриплый голос, как оказалось принадлежавший ему. Выставив перед собой багрово-синие запястья, искаженные множеством шрамов от многочисленных нападок, он позволил телу двигаться так, как оно само того пожелает. В следующий миг он не чувствовал под собой ничего, лишь тихий вздох, полный чего-то фантомно лёгкого, слетел с дрожащих губ. Продолжение начатой фразы отчеканило в голове тихим щелчком. «Но я не герой, Каччан.»