А я сомневаюсь...

Не зря Юнги тогда не понравился взгляд малого, ничего хорошего он не предвещал. Не надо было ему ничего рассказывать, ну подумаешь залип пару раз на симпатичного парня, чего сразу панику-то поднимать, зачем в крайности-то кидаться?! Справился бы как-нибудь сам с этим, нет же проверить ещё захотел зачем-то! Чего проверять то там, всё с Юнги в норме, как и раньше было, он - натурал, железобетонно! Но нет, принесла их двоих нелёгкая в эту обитель похоти и разврата - гей-клуб… Радужная неоновая вывеска с соответствующим ей названием "rainbow friend" призывно горела в ночи, освещая тёмный переулок. Юнги уже передумал 10 раз, хотел плюнуть на всё и дать дёру отсюда куда подальше, пока они с Чонгуком стояли в очереди. Но Чонгук предугадывая его мысли, предусмотрительно вцепился ему в предплечье, пресекая все попытки к бегству на корню. - Нет, Хён. Поздно заднюю давать. - шептал ему тихонько Чонгук. -А может как раз пока не поздно нужно дать заднюю пока мне в зад кто-нибудь не дал! - злобно шипел Юнги в ответ. - Не паникуй, Хён. Никто тебя тут принуждать ни к чему не будет, всё на добровольной основе. Я что зря тебе глаза подводил, и наряд подбирал битый час? - Глаза я тебе ещё припомню! До сих пор не понимаю как я на это согласился! - Юнги злобно щурился угрожая указательным пальцем. Пока они перешёптывались и спорили, очередь продвинулась вперёд и они оказались прямо перед охранником. Юнги выдавил из себя нервную улыбку. Амбал два метра ростом окинул их взглядом, подмигнул Чонгуку и пропустил в клуб. - Расслабься, Хён. И получай удовольствие. Юнги не слышал своего друга, он под впечатлением рассматривал клуб: пёстрая публика на любой вкус отрывалась как в последний раз, диско шар, дым, иллюминация, балкон, классная музыка. Девушки в откровенных нарядах танцуют "go go", пилоны прямо на барной стойке, но они пока пустовали. - Что брать будем? Тебе "Big boy" или "20 сантиметров" - Чонгук выбирал коктейли. - Бери на свой вкус, мне только покрепче! - Юнги рассматривал разношерстную публику. - Рекомендую "Глубокий минет" - голос бармена был чертовски знаком, он заставил его обернуться. Юнги пришёл сюда проверить свои ощущения, разобраться в себе, абстрагируясь от своего соседа. Он не должен был встречать ЕГО здесь! Блондин стоял за барной стойкой натирая бокалы, с лёгкой, довольной улыбкой на лице. Сказать, что Юнги был в шоке - ничего не сказать. - Чимин? Что ты тут делаешь? - Я тут работаю, а ты что тут делаешь на-ту-рал? - он отдельно отчеканил последнее слово по слогам. - Меня друг притащил за компанию, - вроде как оправдываясь Юнги кивнул в сторону Чонгука, который с широко распахнутыми глазами переводил взгляд с одного на другого, осознавая всю абсурдность происходящего. - Чонгук, Чимин… Парни кивнули друг другу в знак приветствия. Неловкость ситуации зашкаливала, Юнги прокашлялся. -"Глубокий минет", говоришь, давай. Чимин коварно облизав губы мастерски приступил к исполнению заказа, делая из этого настоящее огненное шоу. Он жонглировал бутылками, наливал в шейкер различный алкоголь и не только, смешивая всё. Что-то поджигал, что-то разбавлял, и в итоге разлил всё это в два высоких, красивых стакана со льдом. - Для тебя и твоего друга. - он подмигнул Чонгуку, пододвинув стаканы ближе. - Вау, ты крут! - не сдержал тот восторга, осматривая его с неподдельным восхищением. - Благодарю, наслаждайтесь. - Чимин слегка склонился в поклоне, как истинный артист после выступления и отошёл обслужить мужчину впечатленного шоу, который попросил повторить то же самое, что и им. Настроение Юнги и так было под вопросом, а после неожиданной встречи и подавно, стремительно близилось к отрицательной отметке. Несмотря на располагающую обстановку и алкоголь в крови, веселиться не хотелось. Юнги задумчиво сканировал танцпол, концентрируясь на своих ощущениях. Он рассматривал какого-то парня в пёстрой шелковой рубашке на выпуск. Тот был на своей волне. Его движения в танце были плавными и расслабленными, несмотря на довольно энергичную музыку. Как будто музыка у него в голове отличалась от той что играла в клубе. - Что, Хён, понравился? - Чонгука над ухом интересовал успех эксперимента. - Нет, бред какой-то. Никто мне здесь не нравится, не привлекает. - Что совсем никто, ты уверен? - Да. - Может вон тот? - Чонгук кивнул в сторону парня с розовыми волосами, сидящего за столиком в углу, с бокалом чего-то бирюзового. - Нет, Чонгук. Всё, эксперимент объявляю успешно закрытым. Я не гей! Я по-прежнему в рядах натуралов. И это радует! - Отлично! Предлагаю за это выпить! - Чонгук с воодушевлением вновь обратился к бармену, - Чимин, зафигач по-братски ещё чёнить бомбическое! Бармен только кивнул, жестом показал ОК и принялся творить свою магию. После нескольких шотов чего-то горючего Чонгука понесло на танцпол. Его абсолютно ничего не смущало, ни окружавшие его геюги, ни то как откровенно они облизывались глядя на его задницу и не только. Юнги списал такое легкомысленное поведение на магию чиминовых коктейлей, нельзя всё-таки забываться в таком заведении, мало ли кто захочет свои яйца подкатить, а ты будешь не в состоянии внятно отказать и заткнут тебе твоё невнятное чем-нибудь большим и толстым или не очень, но это не суть. Но спустя какое-то время с удивлением обнаружил, что Чонгук сам уже подкатывает свои яйца к тому самому чуду в пёстрой рубашке, со своей музыкой в голове. Он недвусмысленно пристраивался к нему в танце и сам тянул к нему свои шаловливые ручонки. Юнги на это только и мог что охреневать с разинутым ртом. Его мелкий у него на глазах клеил "радужного друга", тут определенно надо выпить! Не успел он воплотить идею в жизнь, как музыка затихла, луч прожектора начал кружить по залу привлекая к себе внимание, а потом остановился на барной стойке. Юнги проследивший его путь, обернулся и стал истуканом, глупо моргая. Возле шеста, расставив ноги по обе стороны от него стоял бармен… Заиграла соответствующая ситуации композиция и Чимин в такт музыки начал раскачивать бедрами из стороны в сторону, толпа завизжала и одобряющие засвистела. Чимин медленно обошёл шест вокруг и сделал волну всем телом, а затем начал приседать широко разводя ноги и поглаживая, от основания и вниз, к коленям. Действия бармена заставляли Юнги забыть, что его челюсть вообще-то раньше как-то крепилась мышцами к голове. Музыка продолжается и он медленно проводит руками по своим крепким бедрам, а затем ведёт ладонью вверх и приподнимает пальцами край футболки, обнажая пресс и продолжая эффектно и чувственно танцевать. Каждое его движение пластичное и сексуальное. Он прекрасно знает, что его тело - это оружие. И сейчас он этим пользуется. В его тёмных омутах горит такой дикий огонь. Чимин зачесывает свою платину пятерней и откидывает голову назад резким движением. Встречаясь взглядом с Юнги он игриво подмигнул и усмехнулся, вызывающим движением, пройдясь большим пальцем по нижней губе, рука проследовала от приоткрытого рта к линии шеи, обогнула грудь и скользнула по плоскому животу. Юнги ничего развратнее в своей жизни не видел, его словно жаром обдало, во рту пересохло так, что необходимость опрокинуть в себя чужой напиток, бесцеремонно выхваченный из рук стоящего рядом парня, была абсолютно оправдана. Тот даже возмущаться не стал, лишь понимающе посмотрел и покивал головой. Под сексуальную мелодию Чимин продолжал водить своими ладонями с раскрытыми пальцами по телу, дерзко лаская себя. Жадный взгляд Юнги скользил по ногам, обтянутым этими чертовыми кожаными штанами, словно вторая кожа, а после по белой футболке и шее, покрытой лёгкой испариной. Ему нравились эти длинные ноги, шикарная задница, пухлые губы и то что он показал под своей футболкой. Твою мать, Пак Чимин - грёбаное искусство! Он берёт бутылку с барным гейзером и, широко разведя ноги, глубоко садится на корточки прямо перед Чонгуком, который уже успел переместиться поближе к шоу. Улыбается, берёт его за подбородок и притягивает ближе. Бармен поднимает текилу над его головой и он широко открывает рот. Алкоголь льётся тонкой струёй и Чимин полностью контролирует процесс. Он не сводит горящих глаз с него и наслаждается этой игрой, с откровенным сексуальным подтекстом. Чимин убирает напиток и берёт кусочек лайма, он не даёт его ему, а удерживает своими губами. Он игриво подзывает его пальцем и садится на барную стойку, свесив ноги. Чонгук тянется к нему и забирает дольку. И Юнги вдруг дико захотелось оттащить малого и отвесить смачный подзатыльник и не потому что считал это не правильным или недопустимым поведением, а потому что сам захотел оказаться на его месте. Теперь всё стало ясно, это не ангел, это коварный демон-искуситель!