Чёрное и белое

Хайтам вывел нас из пещеры, где ждала старейшина деревни. Она явно была довольна тем, что видела. Женщина протянула ему сверток. — Вижу, что у вас все получилось? Боги приняли ваш союз. Но вам противостоит сама тьма. С ней стоит быть осторожными. — Спасибо за помощь! — коротко кивнул Хайтам. Старейшина позвала нас за собой. Привела в небольшой дом, построенный чуть выше остальных. Вероятно это ее дом. Мы решили передохнуть и подумать, как нам отсюда добраться до ближайшей точки, где работает наша магия, а уже там Хайтам мог бы послать сигнал кому-нибудь. — Скажите, как нам добраться домой? — спросила я, когда она усадила нас обедать и хлопотала на кухне, выставляя на стол еду. Честно говоря, есть теперь хотелось жутко. Она будто знала, что мы будем голодны. — Вам нужно подождать. — Но у нас нет времени ждать. Нас наверняка ищут, — взгляд Хайтама выдержать мог не каждый, но эта бабуля была прям кремень. Женщина посмотрела на него пронзительными черными глазами, хитро прищурилась и покачала головой. — Ищут, — подтвердила она, — и даже скоро найдут. Но вам необходимо подождать. Я знаю, что время не наш союзник пока что. Однако если вы покинете пустыню сейчас, она не отпустит. Внезапно Хайтам побледнел и, тяжело дыша, схватился за грудь. Я испугалась. — Что с ним? — Женщина приложила руку к его затылку. И боль отступила, судя по лицу, которое разгладилось, испытав облегчение. Хайтам выровнял дыхание. — Да, это то, что ты подумал. Но не стоит принимать опрометчивых решений, — я ни слова не поняла, о чем говорит старейшина. Но Хайтам, похоже, понял. — Я могу провести обряд, который поможет исправить вашу ошибку молодости. — Это решать не мне, — ответил Хайтам. — Разумно. Тогда вам стоит подождать до утра. Утром вы сможете принять решение. — Хайтам согласно кивнул. Дальше мы принялись за еду. И пока мы ели, она рассказывала о деревне Аару. Я слушала и слушала её голос, пока не поймала себя на мысли, что засыпаю. Я положила голову на плечо Хайтама и закрыла глаза на минуточку. *** Едва Аврора закрыла глаза, как тут же сладко засопела. — Уснула, — констатировала старейшина. — Отнеси ее в комнату. Хайтам бережно отнес ее туда, куда указала женщина. Положил на кровать. Убрал прядь волос, упавшую на лицо и залюбовался тем, как безмятежно спит его… А кто она для него? После её спонтанной речи отступать Хайтаму было некуда. Он и сам уже давно все понял. Да еще с начала этих странных намёков Нахиды, когда эта ведьма появилась в его поле зрения. Он вспомнил их первую встречу, когда она буквально оказалась сногсшибательной женщиной и налетела на него в коридоре департамента, а его за ней как раз и отправили. Едва он взглянул в её небесные глаза, как тут же утонул в них, а ее духи буквально чуть не свели его с ума. Ему показалось это странным, что он не смог контролировать свои чувства и перебить ничем её запах не мог. Это злило парня, привыкшего все и всегда контролировать. А потом все вокруг так завертелось и раз за разом, сталкиваясь с ней, он осознавал свои чувства и злился на себя и на нее за то, что ничего не может сделать. Это оказалось выше той силы, которой наградили его боги. — Ты ведь понимаешь, что теперь навеки связан с этой девушкой, — в голосе старейшины не было упрека или вопроса, скорее утверждение. — Понимаю. — Награда богов за твою боль прошлого. Впрочем, будущее туманно для меня. Но прошлое я вижу отчетливо. Ты знаешь, что сделал твой слуга. И за вашу ошибку теперь расплачиваетесь сполна. Ты забрал у смерти то, что принадлежит ей. Она не прощает подобного вмешательства. Но я могу все исправить. Однако теперь решение будете принимать вы оба. — Он доживет до этого? — с удивлением отметил Хайтам. — Доживет. С ним рядом надежный человек. Уже скоро вы встретитесь. — Вы говорите так уверенно, будто вы… — Хайтам снова посмотрел на женщину, и внезапная догадка посетила его, — вы ведь владеете магией. Здесь, в этом месте. Кто вы? — О! — загадочно усмехнулась старая женщина, — я всего лишь скромная старейшина в деревне. — И тот источник, — Хайтам продолжал говорить. Чутье, подобное Роре, выработанное за годы работы на своей должности, научило его прислушиваться к нему. — Это не просто источник. Эта вода в пещере, она магическая, но там иная магия. Первородная. А значит вы… — его глаза широко распахнулись от страха и удивления. Перед ним явно была не женщина, не старуха, не рядовой темный маг. Это была богиня. Древняя темная богиня, которой поклонялись все темные маги, которая, согласно легендам, покинула этот мир, и лишь изредка наблюдала за происходящим. Само порождение Вселенной. Богиня Хаоса — Асмодея. — Тише, Аль-Хайтам, не так громко. Тебя могут услышать, — она улыбнулась, и облик её тут же принял иные очертания. Молодой и красивой женщины. Волосы ее были цвета снега. Глаза черные, а в зрачках красные камни. На ней струилось красивое платье из черной полупрозрачной ткани. А голову украшала диадема с самоцветами. Палка, на которую она опиралась, превратилась в посох с символом хаоса. Мужчина дар речи потерял, увидев собственным глазами великолепие уснувшей богини. Асмодея слегка приподняла уголки губ, показывая свое расположение к нему. Он упал на колено и низко склонил голову. И свет и тьма одинаково чтят первородную магию хаоса. — Встань, Аль-Хайтам, — она взмахнула рукой и их окутал плотный кокон тьмы, даже голос изменился. Стал более отстраненным, но властным, — теперь мы можем поговорить. У тебя есть ко мне вопросы, я вижу. Но не на все я в силах ответить. Хайтам медленно поднялся. Но не спешил с вопросам. Не знал, с чего начать даже. — Вижу, ты в замешательстве, что ж, это ожидаемо. Я никогда не исчезала, как все привыкли думать. Просто позволила своим детям жить собственной жизнью и отошла в сторону. Создание пустыни Сумеру было моим самым правильным решением. Никакая магия здесь работать не будет, кроме той, которой наделяю я. И найти меня здесь никто не сможет. Я же вижу все, что происходит с этим миром. Но, как я говорила, будущее мне неподвластно. Это та область запредельной силы, которая должна быть сама по себе и вмешиваться во время не стоит. Это повлечет за собой серьезные последствия. — Я знаю. Есть вещи, которые нельзя трогать даже обманом. Время и смерть. — Именно. Я рада, что ты понимаешь это. Но сам ты этому правилу не последовал. — Да. Это моя вина, — Хайтам опустил голову. — Но даже если бы мне дали шанс принять другое решение, я поступил бы так же. — Хм, — она задумчиво смотрела на парня. — Если бы тебе был дан шанс, действительно изменить свою судьбу, отказавшись от встречи с ведьмой, как бы ты поступил? Хайтам молчал. Он не понимал, это проверка, шанс или просто праздное любопытство? По выражению лица богини было сложно понять, о чем она думает. — Я не привык сожалеть о своих решениях, — хорошо подумав, ответил мужчина. Кажется, Асмодею вполне устроил этот ответ. — В знак признания твоих заслуг, я исправлю вашу ошибку. Но это все, что я смогу сделать для вас. — Уже это больше того, что можно ожидать, — он благодарно кивнул. — Тогда ты прекрасно понимаешь, что счастье приходит к тому, кто умеет ждать. А пока тебе стоит лучше присмотреться к твоей ведьме. — Я боюсь ошибиться в своих выводах, но наша связь восходит к силе первородного хаоса? Тот эффект, который случается от слияния наших сил, он похож на силу созидания и разрушения. — Ты не ошибся, юный маг, — она усмехнулась, — вы еще столь юны и неопытны в этом. Она не только может усиливать тебя, но и ты ее в равной степени. Твой свет тянется созидать, а её тьма — разрушать. Ведьма просто слишком слаба еще телом и не подстроилась под твою силу. Когда она научится впитывать излишки твоего света, она преобразует их во тьму. — Так значит вот почему моя головная боль… — Она не ворует твою силу. Она не позволяет ей уничтожить тебя. Вы еще не скоро достигнете вашего пика способностей, хотя ты, несомненно, сделаешь это раньше. Пока вы только формируете то, что я могу с гордостью назвать своим наследием и благословением. Ох, ну и Деаморис со своим капризным артефактом тоже помогла, — быстро спохватилась Асмодея, увидев изумление на лице парня. Он уже ни в чем не был уверен, но не верить богине хаоса у него оснований не было. Но чувствовать себя каким-то подопытным в божественном эксперименте был немного неприятно. Теперь он был почти на сто процентов уверен, что и Деаморис никуда не исчезла, а тоже где-то прячется. Она ведь тоже ушла в небытие, во всяком случае, так гласили легенды. — Вам нужно многое осознать для себя, и, только время поможет в этом, но его ничтожно мало. Используйте его с умом, Хайтам, и надеюсь, что наша тайна останется таковой навсегда. Мне не хотелось бы стирать тебе память. Хайтам кивнул. Есть вещи, которые лучше никому не говорить. Богиня стукнула посохом и снова перед ним стояла Старейшина деревни. — Иди отдыхать Хайтам. Силы вам скоро понадобятся. Ты быстрее восстановишься рядом с ведьмой. Утром я почувствовала себя настолько отдохнувшей, бодрой и полной сил, что хоть сейчас иди навстречу приключениям. Я потянулась и уперлась во что-то мягкое. В голове пронеслись воспоминания прошедших дней. Хайтам не спал и смотрел на меня. А я ведь такая неумытая, растрепанная, не в форме, в общем. — И все равно ты самая прекрасная девушка! — сказал он и поцеловал меня в макушку, потому что я успела спрятать лицо на груди. Опять мысли читает мои? — Мне не надо мысли читать, у тебя на лице все написано, — ответил он, — давай вставать. У нас не так много времени. О, узнаю своего начальника. Он отвел меня к умывальнику. Старейшина занесла нам чистую одежду. Мы тихо и мирно завтракали вкусными лепешками, пока не раздался звук трубы. Это что-то вроде оповещающей сирены. — Что это? — я переглянулась с Хайтамом. Он посмотрел в окно, а потом на Старейшину. Она кивнула ему. — Это за нами, идем! — он потащил меня за руку к воротам деревни. У массивных открытых деревянных ворот собралась толпа зевак. Мальчишка на смотровой башне трубил в гонг. Кандакия стояла перед распахнутыми воротами одна. Остальные не приближались к ней. Вдалеке показались две точки. Но Хайтам уже знал кто это. Он загадочно посмотрел на старейшину. Та кивнула. Он ступил в толпу зевак. Я пыталась протиснуться с ним. — Почему она стоит так? — мне не нравилась уверенная и угрожающая поза Кандакии. Волосы девушки колыхались от легкого ветра. Она ждала. Точки приобретали очертания человеческих фигур. Одна массивная и широкоплечая мужская, вторая почти такого же роста, но уже и более изящная. Интуиция зашевелилась внутри. Это были Сайно и Кавех. Я вот чувствую. Но почему Кандакия стоит так воинственно? Может, им нужна помощь! И Хайтам стоит так невозмутимо, будто не при делах. Все чего-то ожидали. Наконец-то действительно стало понятно, что это были Сайно и Кавех, причем последний хромал и шел, опираясь на Сайно. Кандакия вышла вперед навстречу им. Но что-то не похоже, что она собиралась им помочь. — Как смеешь ты, предавший родину вернуться сюда? — голос ее был подобен грому. Глаза недобро сверкнули. — Сайно! — я не выдержала и, отдернув руку Хайтама, побежала вперед. Она обернулась, и этот взгляд буквально пригвоздил меня на месте. Я буквально не могла пошевелиться! Что происходит? Это магия такая? Но Кавеху нужна помощь! Что там у них происходит? — Я рад видеть тебя живой Рора, — он нашел взглядом в толпе Хайтама. Что там за диалог у них состоялся, не знаю. Но молчание было недолгим. — Это наше дело. Прости, что тебе приходится видеть все это. — Ты не войдешь в деревню, Сайно! — Кандакия стукнула посохом о землю, и ветер слегка усилился. — Я не буду оправдывать свои поступки в прошлом, — ответил Сайно спокойно. Я уловила в его взгляде сожаление и вину. Что ж там произошло-то? Интуиция велела мне не влезать. — Зачем ты вернулся в эти земли? Сумеру больше не твой дом! Ты бросил нас, когда деревня нуждалась в своем защитнике! — это не просто слова, я чувствую некую личную обиду в этом. — Я пришел за своими друзьями. И благодарен за то, что вы помогли им. — Тогда возвращайся обратно, — приказала Кандакия. — Не могу, — он виновато развел руками. — Я устал, и моему боевому товарищу нужна помощь. Неужели ты не видишь или так обижена на меня, что… — Замолчи! Я не желаю тебя слушать! — он отвернулась. Само присутствие Сайно, похоже, причиняло ей боль. Судя по реакции Старейшины, так и было задумано. Она должна пройти через это. Хайтам и я не могли вмешаться, поскольку сами тут были гостями и не дело это настраивать против себя деревню. — Ты сама заговорила об этом, — Сайно усмехнулся. — Хочешь войти? Отлично! Тогда сразись со мной! И если ты сможешь победить меня, я позволю тебе и твоим друзьям остаться. Ой, малышка, ты же сейчас просто дернула волка за усы. Ой зря, зря, зря… Сайно и без магии находится в такой форме, что сможет победить. Но я была шокирована, когда Взгляд Сайно потемнел, тело стало испускать разряд молний. У него тут магия есть? Но как?! Я посмотрела на Старейшину. Она взмахнула рукой, и этих двоих окружил прозрачный купол, не дающий их разрушительной силе навредить жителям деревни. Откуда-то раздался вой. Натуральный такой. У меня аж мурашки побежали по коже. Я ни разу не видела Сайно в боевой трансформации. Он скинул с себя верх, оставшись в одних штанах. Над ним выросла призрачная фигура какого-то полуволка. В руках материализовалось копье — духовное оружие Сайно. Кандакия снова стукнула посохом, и песок золотым вихрем ринулся в сторону Сайно. Тот со звериной грацией уходил от атак взбесившегося песка. А затем они с Кандакией схлестнулись в схватке. Я смотрела на этот завораживающий танец. Где уж мне с моей подготовкой. Вот уж девушка прямо предугадывает его движения. От соприкосновения их оружий взметались искры. Ни одного лишнего шага. Ни одного лишнего движения. Это было красиво. Магические потоки тоже закручивались в какую-то спираль. Голубой свет исходил от магии Кандакии, а фиолетовый от Сайно. Вспышки рассеивались, едва касаясь купола. Песок летал вокруг, слегка мешая обзору. Я все еще не могла понять, откуда у Сайно есть магия. Битва между ними была напряженной. Эти двое явно выясняли что-то личное. Я не болела ни за кого, но видела, что Сайно был уставшим. Он или намеренно поддавался Кандакии, или действительно устал. Не знаю, что с ними случилось по пути, но вероятно нечто опасное и выматывающее. На Кавеха, вон, и вовсе смотреть страшно. И все же, это был Сайно. Настоящая машина. Выносливее этой скалы я не видела еще магов. Кандакия тоже вымоталась. Сражаться с Сайно то еще удовольствие, уж я-то знаю! Одни тренировки чего стоят. Поэтому мне было не удивительно, что в какой-то момент посох девушки отлетел далеко в сторону и воткнулся в песок, а Сайно поднял ее призрачной лапой волка, при этом приставил к шее копье. Победа была очевидна. Горящий ненавистью взгляд девушки я видела даже со своего места. — Довольно, — голос старейшины раздался, словно гром среди ясного неба. Сайно развеял свою магию, предварительно опустив Кандакию. — Подойди, Сайно. Он тяжело дышал, и я видела, как он медленно подходит к воротам. Он остановился в метре от Старейшины и упал перед ней на колени, опустив голову. И почему мне кажется, что он знает, кто она такая. — Вижу, Германубис верно служит тебе, — она положила руку на его голову. Где-то я встречала это имя. Германубис. Точно! Мы же в Академии проходили историю древней магии. Германубис это, кажется, древний тёмный дух. Он был слугой богини Асмодеи и черпал силу из самой материи хаоса. Его изображали в виде получеловека-полуволка с копьем. Теперь для меня сила Сайно раскрылась с иной стороны, и многое встало на свои места. Ну, кроме того, почему здесь у нас магии нет, а у Сайно есть. — Я виноват перед тобой, Старейшина, — Сайно не поднимал головы, словно он сейчас был нашкодившим щенком. — Знаю. Но сейчас мы не будем об этом говорить. Встань, генерал Сайно. — тот послушно встал. — Взгляни на меня. — Он посмотрел прямо в глаза Старейшины. — Ты снова дома, мальчик мой, с возвращением! И тут мне показалось, что все напряжение куда-то рассеялось, будто само мироздание облегченно выдохнуло. Осознав, что опасность миновала, мы с Хайтамом бросились к Кавеху, который уже потихоньку стал терять сознание. Хайтам поднял его на руки и понес в дом Старейшины. Я пошла с ним. — Кандакия, будь добра, обработай раны Сайно и отведи в его дом. Ты знаешь, где лежит ключ. — Да, Старейшина, — безжизненно отозвалась девушка, но весь ее вид говорил о том, насколько неприятно было выполнять ей это поручение. Хайтам опустил Кавеха на кровать. Старейшина провела над ним рукой. Блондин застонал, подавая признаки жизни. — Рора, тебе лучше уйти сейчас, — сказал Хайтам с непривычной для меня мягкостью в голосе. Я только взглянула в его глаза и интуиция тут же сказала мне довериться ему. Все вопросы потом. О! Он обязательно ответит мне, я вытяну с него все недомолвки и тайны. Что ж, пойду, доверюсь интуиции и погуляю по деревне.