Никаких «если бы»

      Рабастан смотрел на спящего волшебника перед собой. Они были примерно одного возраста, и последние годы наложили на них сильный отпечаток, на каждого свой, но в остальном они были совсем не похожи.       Рабастан жил одним днём, он не заботился о планах Лорда, к которому присоединился только из-за Родольфуса. Его не страшили наказания, и он не получал удовольствия от чужих пыток, хотя многие думали иначе. Он был хорош в рунах и мог бы сделать карьеру, если бы… Если бы.       Северус был закрытым и озлобленным на весь мир. Никто не знал, что в действительности у него на уме. В один момент он мог защищать сопливого отпрыска Малфоев, с которыми никогда не был близок, а в другой – с безразличной торжественностью забирал его славу. Он убил Дамблдора прошлой ночью, и Рабастан знал, что это первое убийство Северуса.       Он нашёл его через несколько часов с начала празднования совершенно разбитым. Зельевар давно не напивался и не отдавался другим увеселениям, не теперь, когда их Лорд и худшая половина Братьев, включая самого Рабастана, впустила в себя безумие. На самом деле, Северус отдалился от активных торжеств ещё в прошлую войну.       Рабастан взял в руки тонкую чёрную прядь спящего человека и аккуратно заправил её за ухо.       Рабастан был почти уверен, что Северус рано или поздно предаст Лорда. Возможно, это уже случилось. Он не исключал, что даже довольно давно. И он наверняка унесёт свои догадки в могилу раньше, чем Северус позволит кому-нибудь знать.       Нетрезвый и очень потерянный, Северус не мог сопротивляться ласковым руками Рабастана. И Рабастан воспользовался его слабостью. Лучше он, чем Белла или оба Кэрроу.       Это была приятная ночь для них обоих. Северус хотел боли, хотел забыться, и Рабастан дал ему желаемое. Он был внимателен и аккуратен.       Когда Северус спал, он выглядел совсем не таким устрашающим и холодным, как все привыкли. На его щеках остался лёгкий румянец, на шее проступили синяки, повторяющие форму пальцев Рабастана, а тонкие губы были призывно приоткрыты. Рабастан наслаждался редким зрелищем. Сильный волшебник, каким был Северус, полностью отдался в его руки. Это было рискованно для Северуса, но он всегда был трудной задачкой для понимания.       Рабастан не хотел покидать постель. Он сомневался, что Северус вспомнит что-нибудь на утро. Всё-таки он был очень пьян.

***

      Белла умерла.       Родольфус почувствовал это даже на расстоянии.       Пока его брат истерично радовался смерти ненавистной жены, мысли Рабастана возвращались только к одному волшебнику.       Он не очень часто пересекался с Северусом весь год, у них просто не было возможности. Если бы Рабастан захотел, он мог бы прибыть в Хогвартс с какой-нибудь надуманной проверкой. Если бы. Всегда всё упиралось в это ущербное «если бы».       Был ли зельевар жив? Тёмный Лорд странно игнорировал его последние месяцы, и Рабастан боялся, что Северус просто станет бессмысленной жертвой его гнева, даже если его предательство не будет раскрыто.       О, теперь Рабастан был уверен. Он нашёл подтверждение своим домыслам.       Сначала Северус чуть не убил Мальсибера, когда тот гнался за одним из Поттеров. Никто не заметил, потому что заклятие поразило мальчишку, кем бы он ни был на самом деле, однако позже Рабастан понял.       Он бы не скучал по Мальсиберу.       Второй раз Северус раскрыл свои истинные намерения, когда не наказал детей. Это было так очевидно, что Рабастан сначала подумал, что это шутка. Но Кэрроу плевались огнём, якобы директор на зло им отправил нарушителей к егерю.       Тем же вечером, оставшись наедине с собой, Рабастан дал волю смеху. Это действительно выглядело как издёвка – послать детей к Хагриду. Старый полукровка наверняка помог им отлично провести время.       Все догадки подтвердились, когда через несколько дней после маленького неудачного проникновения в кабинет директора Рабастан сопровождал Северуса в сейф Лестрейнджей, чтобы спрятать там меч Гриффиндора.       Поддельный меч.       Рабастан понял это в тот же момент, когда прочитал руны на клинке. Они были идеально выгравированы на металле, но не несли в себе никакой магии.       Он не позволил себе даже намёка на то, что он разгадал верность Северуса. Уши были повсюду.       Рабастан не успел продолжить мысль, его рука начала гореть. Это была не боль от вызова, не жжение от злобы их Повелителя. Это было… мучительно хуже. Родольфус свалился на пол рядом с ним, и они с отчаянным желанием убедиться… просто знать, просто получить подтверждение, они уставились на свои предплечья.       Метка пропала.       Вместо неё на их плоти остались глубокие расплывчатые ожоги.       Всё было кончено.       – Мы должны спешить, – сказал Родольфус, когда восстановил способность говорить.       Их оставили вдали от битвы на случай, если потребуется поддержка на других фронтах, потому что захват Хогвартса считался почти решённым делом. Это было чёртово везение, что они избежали участия в бойне. А это определённо должно было превратиться в бойню, если ещё нет.       – Я должен кое-что забрать, – услышал себя Рабастан. Он надеялся, что Северус выжил. Он молился, что судьба даст им шанс.       Родольфус смотрел на него, пока не сдался и не отвёл глаза. Он не имел права указывать младшему брату, что делать, не в этот день.       – Райбер, Келле, – позвал Родольфус.       Мрачного вида домовые эльфы прибыли на зов хозяина. Они были облачены в тёмно-синие тоги и держались увереннее, чем иные Пожиратели Смерти.       – Райбер, сопровождай Рабастана и защищай его. Я разрешаю увести его в безопасное место, если потребуется. Не показывайся людям, – голос Родольфуса прозвучал уверенно и глухо. Рабастан кивком поблагодарил его. – Келле, собери наши вещи для долгого путешествия и жди меня в поместье.       – Куда ты, брат? – спросил Рабастан.       – Позабочусь о нашем отбытии. В доме деда можно создать международный порт-ключ. У тебя два часа.       – Два часа. Я понял.       Хотя лицо Рабастана долго украшало Косой переулок и страницы газет, никто, казалось, не узнавал его в простой магловской одежде. Лёгкие отводящие взгляд чары способствовали.       Битва уже закончилась. Оставшиеся люди искали раненых и мёртвых, другие просто предавались слезам прямо там, посреди руин и следов сражения, где их настигло отчаяние или облегчение.       Тела Братьев складывали в ряды прямо под небом.       Рабастан взглянул на них лишь затем, чтобы не найти там единственного важного для него человека.       Внимание привлекли две фигуры, спешащие куда-то по развороченной земле. Он проследил за ними глазами и удивился, когда они скрылись в корнях гремучей ивы. Толчок магии в груди потянул Рабастана за ними.       Тоннель был слишком низким, чтобы он мог двигаться быстро, и оборвался так же внезапно, как и начался, входом в обветшалый дом.       Два подростка, чьи листовки Рабастан видел чересчур часто в течение года, громко спорили и по очереди накладывали то исцеляющие чары, то диагностические заклинания. Над кем они колдовали, Рабастан не видел, но что-то подсказывало ему, что его поиски завершены.       Зрелище, которое представляла комната, было ужасным.       Кровь была повсюду, и не только она. Тошнотворный металлический запах со сладкими нотками напоминал о подземельях Малфоев и тех криках, что помнили их стены.       Рабастан быстро наложил Петрификус на детей и упал на колени перед Северусом. Тот дышал. Слава Салазару, он дышал.       Из раны больше не текла кровь, вероятно, благодаря Поттеру и Грейнджер, но этого было недостаточно.       Грязнокровка, надо отдать ей должное, была хорошо подготовлена. Возле её обездвиженного тела Рабастан нашёл обширную коллекцию флаконов.       – Райбер, помоги его стабилизировать, – прошептал Рабастан. Он слышал свой голос будто сквозь толщу воды. – Я найду зелья.       Время было их врагом, было ощущение, что минуты утекали вместе с жизнью Северуса.       – Дыши, Мордред, – второй раз запуская его сердце, умолял Рабастан.       После следующего крововосполняющего зелья кожа Северуса наконец перестала быть мертвенно бледной, хотя до здорового оттенка ей было очень далеко. Но это был долгожданный прогресс.       Рабастан не переставал размахивать палочкой и произносить заклинания, пока его не прервал эльф.       – Хозяин зовёт. Время, хозяин.       – Его можно переносить? Сколько перемещений он переживёт? – спросил Рабастан.       От ответа эльфа зависело, последует ли он за старшим братом или останется здесь. Северус всё ещё мог умереть, но Рабастан надеялся.       Как никогда за все годы – он надеялся.       – Не больше трёх, хозяин.       Этого должно было хватить даже для путешествия международным порт-ключом.       – Возьми его к Родольфусу. Потом возвращайся за мной.       Домовик молча схватился тонкой рукой за плечо Северуса. Мгновение – и они с хлопком исчезли. Осталась лишь лужа крови, два обездвиженных подростка и Рабастан.       Он вынес детей из хижины и поджёг старое чудовище. Дерево затрещало, и отблески огня на траве заплясали, как черти.       Перед тем, как эльф вернулся, Рабастан успел произнести ещё одно заклинание.       – Обливиэйт.       Так для всех умер Северус.       Не осталось никаких «если бы». Рабастан собирался об этом позаботиться.