Разговор под дождём

Из-за сильной влажности Франкет никак не могла поджечь сигарету. Она уже несколько раз потрясла зажигалку, будто именно в ней была проблема. Но через несколько попыток зажигалка, наконец, заработала, и она смогла закурить. После первой затяжки она облокотилась об стену и мыслями улетела куда-то далеко. Начав перебирать события из ближайшего прошлого, решила подметить некоторые моменты, которые могли бы помочь в будущем. Например, на фестивале она впервые видела Фредерика таким.. Не злым, скорее обиженным. Интересно, что конкретно заставило его так вести себя? Очевидно, что Линда. Но если она одним видом вызывает агрессию, то должно было произойти что-то достаточно весомое для этого. Франкет услышала стук дождя об зонт. Она и не заметила, как на улице начало моросить. Да даже если бы заметила, то не побежала бы за зонтом. Та подняла глаза и увидела Фредерика, стоячего рядом и наблюдая. Помяни чёрта, а вот и он, как говорится. — Ты не замёрзла? — заботливо спросил он. Уильямс не заметила, как он появился. Её место за домом предполагалось как скрытное. Желая ещё какое-то время постоять и покурить, она помотала головой, хотя под несильным дождём она немного промокла. — Не против, если составлю компанию? Вопрос удивил Франкет. Честно, она была готова к лекции про курение, или к тому, что её попытаются отвести домой. — Не против, — ответила она. Фредерик встал рядом, чтобы встать под одним зонтом, но та отшагнула на приличный шаг в сторону. Попав под струю от зонта, она отпрыгнула, от чего почувствовала себя глупо. Готова мокнуть, лишь бы не стоять рядом. Конечно, Фред это заметил, но решил пока напрямую не спрашивать об этом. Он выпрямил руку с зонтом, чтобы укрыть её от дождя. — И как давно ты куришь? — поинтересовался Фейбер. Напряжение от ожидания реакции как рукой сняло от этого вопроса. — Если ты пришёл сюда читать лекцию, то можешь без церемонии приступать к делу, — сказала Франкет, показательно сделав затяжку. Фредерик понял, что таким способом она чётко говорит о своей позиции, что ей всё равно и она обо всём уже знает. — Я просто интересуюсь, — пояснил Фейбер, — Хотя найти тебя было нетрудно. — Поздравляю, ты хороший детектив, — саркастически и скептически сказала Франкет. Они замолчали. Неловкость сковывала каждого, вызывая острое желание чем-то закрыть эту паузу, даже пустыми словами. Только мозг играл против них и явно не планировал подкидывать бестолковые темы для этого. Уильямс снова сделала затяжку, чтобы избавиться от этого чувства. — Сигарету будешь? — предложила она. Она была готова провалиться сквозь землю от стыда, что задала такой вопрос. Такой наглости она пока ни к кому не проявляла. — Нет, спасибо. Наслаждаюсь пассивным курением, — усмехнулся Фредерик. Та не скрыла своего облегчения от такого ответа, однако неловкость не исчезла. — Могу я задать личный вопрос? — спросил Фейбер. Франкет посмотрела на него. — В пределах нормы. — Как давно ты встречаешься со своей девушкой? Та почувствовала укол ревности. — А тебе зачем такая информация? — Мне просто любопытно стало, — после небольшой паузы, он продолжил, — Убегать из дома ради свидания, обниматься и целоваться как голубки. Я бы сказал, что вы начали недавно, ведь такое поведение присуще цветочно-букетному периоду. Почему-то такие слова вызвали бурю злости. Она захотела выкинуть его за пределы личного пространства, как если бы злой сосед пинками выгонял дружелюбных соседей. — Мы достаточно давно встречаемся, — ответила Уильямс, снова затянувшись. — А с парнями ты пробовала? Вопрос будто оскорбил Франкет. — Это ты своему сыну девушку ищешь? — спросила она, потом добавила, не сумев сдержаться, — И только посмей сказать, что тебе просто любопытно. Фредерик закусил губу от осознания, что не сумел правильно подойти к такой теме. — Просто.. Я тут наблюдал за тобой- — Ты извращенец?! — воскликнула та, но быстро встрепенулась, чтобы прийти в себя, — Прости. Зачем ты это делал? Почему ты так пытаешься со мной сблизиться? И вообще, почему ты не мог взять кого-то ещё? Почему именно я? — она не смогла остановиться и продолжила, повернувшись к Фредерику всем телом и пристально смотря на него, — Обычно берут кого поменьше и до десяти лет. Когда ещё есть шанс перевоспитать, когда есть время прижиться ребёнку. А я не то, чтобы старше, мне почти восемнадцать. Зачем тебе почти взрослая девочка? Фейбер услышал где-то на заднем плане её слов «У меня вызывает ошибку твоё поведение». — Просто, как твой отец, я заинтересован в тебе. Франкет изменилась в лице. Её злость сошла на нет, а на её место встал страх. Она невольно напряглась и будто оцепенела. Она бегала по нему глазами, будто не могла поверить в какой-то факт о нём. Фреда напрягла такая реакция, пока не вспомнил формулировку слов. — Расслабься. Это не то, что ты могла подумать. Ты мне интересна как личность, потому взял к себе и сейчас пытаюсь узнать поподробнее, — пояснил он. Такие слова успокоили Уильямс. Она будто засмущалась такой реакции, но потом быстро встрепенулась и вернулась к стене, отвернувшись от него. Фред видел, как она была смущена, и нетрудно догадаться из-за каких действий. Они оба не продолжали разговор. Дождь усилился, но никто не спешил в дом, но из-за этого они встали под зонтом, чтобы точно укрыться от капель дождя. Даже в таких условиях та пыталась держаться на расстоянии. — Когда я только познакомился с мамой Аарона, — начал Фредерик, — Она мне казалась очень милой и доброй. Мы познакомились ещё во время учёбы, а потом вместе вошли в одну группу. Она.. Была будто солнышком, который освещал всем путь, — Фред невольно улыбнулся. Франкет, обратив внимание на историю, посмотрела на него и не могла не заметить улыбку, — Всегда всех заводила. Она умела добиваться целей и не видела никаких преград. Но потом.. Как это бывает, случайно забеременела. Отрицать не буду, моя вина и неосторожность. Мы оба понимали, что пока не готовы к этому.. — Аарон внебрачный ребёнок? — поинтересовалась Франкет. — Скрывать не буду, он был поводом нашей свадьбы. Но, скажу честно, я ни о чём не жалею. Линда даже во время беременности поддерживала группу и, по возможности, работала с нами. Даже на момент рождения была счастлива с ним. А потом она познакомилась с родительской ответственностью. Как я уже говорил, она умела добиваться целей и не видела никаких преград. Ничего не имею против этого, но её планы были такими грандиозными, что она забыла в них включить сына. А потому просто выкинула его из головы и сделала вид, что не знает ни меня, ни его, — Фредерик глубоко вздохнул, — Я долго не мог прийти в себя после того, как мы развелись и разошлись в разные стороны. Конечно, ты посчитаешь меня дураком, но я после этого перестал доверять женщинам. Я в каждой видел Линду, будто она каждый раз меняла свою внешность, — он посмотрел на неё, — Ты можешь мне не верить, но моё мнение поменялось, когда я случайно или специально наблюдал за тобой с Энни. Вы так нежно относились друг к другу, с заботой. Аарон проговорился, что ты могла прогулять работу, чтобы помочь своей девушке. Это меня приятно удивило и умилило. Это.. Как-то романтично с твоей стороны. Наблюдая любовную химию между вами я снова поверил в любовь с девушками, — Франкет засмущалась таких слов и отвернулась, чтобы спрятать свои покрасневшие щёки, — Поэтому.. Если у тебя есть причина недоверия ко мне, как к мужчине, то я не буду насильно заставлять тебя общаться со мной на интимные для тебя темы. Просто знай, что я тебя не обижу. Как родитель, я буду тебя только защищать и поддерживать. Уильямс закусила губу, задумавшись и посмотрев куда-то вдаль. Её сигарета уже давно догорела и намокла, но она всё ещё держала в руках, редко поднося ко рту, просто чтобы прикоснуться губами. Заметив задумчивость Франкет, Фредерик не спешил отходить от неё, хотя на улице заметно похолодало. Хоть он и пытался анализировать поведение дочери, он не мог точно сказать, в каком она сейчас настроении, или о чём она примерно думала. Но слова Фейбера её точно озадачили. — Когда я была маленькой и была в цирке, — начала Уильямс, — Папа, вместе с ещё кем-то.. Уже точно не помню. Он вызвался быть учителем по гимнастике. Нас с детства учили каким-то цирковым номерам, а успешные участвовали в шоу. Папа всегда контролировал этот процесс, а ко мне относился очень строго. Нет, в обычном общении он бы никогда, но во время занятий я была наравне с другими, даже чуть ниже. Сначала я не замечала многих.. Вещей, которые могли бы намекнуть на его сущность, — она начала мять край кофты, — Когда ребёнка нужно было посадить на шпагат, он касался таза и надавливал, а так же брал за талию, если нужно встать на мостик. Мне было всё равно, — Франкет сделала паузу, прикусив губу и оторвав немного кожицу, — Когда мне было девять лет, он предложил провести индивидуальное занятие. Я никак не могла сделать колесо, а потому решил полностью уделить время этой проблеме. Во время всего занятия он.. Меня смутил его взгляд. Тогда я не смогла подобрать слов, но сейчас я бы его описала как: «Он раздевал меня». В какой-то момент он сказал, что я якобы плохо выгляжу и предложил помочь привести меня в порядок. Он привёл меня в гримёрную. Такую.. Маленькую, чуть ли не одноместную. Не знаю, почему было так сделано, но комната всегда была открыта. Конечно, я сразу к туалетному столику кривляться перед зеркалом. И вижу через него, как папа закрыл дверь. Он подошёл ко мне, а потом аккуратно уложил спиной на стол, — Франкет заговорила тише. После небольшой паузы, она продолжила, — Он сказал, что очень любит меня. Он хотел бы показать свою любовь ко мне.. Как-то по-особенному. Он.. Сделал это ужасное дело со мной. Аккуратно, нежно. Он закрывал мой рот, чтобы я не была слишком шумной, — она снова откусила кусок кожи на губе, — Я потом сильно плакала из-за этого. Казалось, меня разорвало пополам. Папа же меня пытался успокоить. Говорил, что это нормально. Что у всех первый раз такой болезненный. Но и во второй, третий, и дальнейшие разы мне было больно. Папа будто этого не видел или не воспринимал в серьёз. Франкет на какое-то время замолчала, хотя интонацией дала знать, что она не закончила. Выкинув сигарету, она пальцами прошлась по своим губам и убедилась, что искусала их до крови. Она не смотрела на Фредерика, будто не хотела его видеть, будто боялась на него посмотреть. — В какой-то момент.. Я не знаю, как такая ситуация произошла, но.. После занятий все разошлись, кроме меня и папы. Он всё учил меня какому-то трюку.. Уже не вспомню. К нам присоединился его друг. Он был.. Я любила его называть совой, ведь его глаза были светлыми, кажется жёлтыми, и он всегда знал, где какой ребёнок. Они начали обсуждать мои успехи, а потом.. Мой папа предложил ему потрогать моё тело. Я не хотела, но меня уложили на пол и начали трогать. Я плакала, хотела, чтобы от меня отстранились, но они не слушали. А когда папин друг захотел меня изнасиловать, то папа разозлился и сказал, что он не имеет права это делать. Что я именно его девочка, — Франкет снова сделала паузу. Она вся сжалась, дрожала либо от холода, либо от темы разговора, — Папа снова меня привёл в уединённую комнату. Мне стало страшно, я начала кричать, но он меня успокаивал. Говорил, что просто хочет выразить свою любовь. Тогда.. Я просто ударила первым попавшим под руку предметом. Я ударила его вазой. Он разозлился, грозился, что точно сделает мне больно. Тогда я несколько раз ударила его острым осколком. Я не знаю, сколько именно раз, я не считала, — Уильямс зажмурилась и скривилась в лице, будто представила всё это, обняв себя руками, — В детдоме ко мне никто не приставал. Я вела себя агрессивно, чем отпугивала людей. Ранее, мне это помогло спастись от папы, и тогда мне это тоже помогало. Я видела, как один мужчина, что был у нас уборщиком, любил трогать детей. Он и меня пытался, но я громко кричала, била его и была готова откусить пальцы. В итоге, он ко мне больше не приближался. В школе тоже меня опасались, хотя никто не оставлял попыток как-то задеть меня. Конечно, это всё делали парни и мальчики. Даже на работе я вижу, как некоторые пробегаются глазами по моему телу, пытаются раздеть, а потом подходят и предлагают перепихнуться, — будто вспомнив о нём, Франкет хотела на него посмотреть, но взгляд до его головы так и не дошёл, — Когда я узнала, что ты живёшь с сыном, я сразу подумала, что ты меня взял как какую-то секс-игрушку. Я до сих пор запираю дверь на ночь, чтобы ко мне не смогли войти, — она снова сделала паузу, — А потом ты начал интересоваться по поводу моих хобби. Тебе интересны мои отношения с девушкой, моя работа.. Твоя забота, осторожность. Как-то.. Я не могу объяснить, но ты не такой. Ты и твой сын. Вы другие. Вы.. Будто адекватные. Не знаю. На этот раз Франкет закончила. Она так и не поднимала взгляда, пристально смотря куда-то сквозь. А потом засмущалась и снова скривилась в лице, явно пожалев о том, что рассказала всё. Фредерика будто резко ударили в грудь, ему перехватило дыхание. Он почувствовал всё то отвращение, тот гнев, который она распространяла на других, будто сам только что через это прошёл. У него появилось желание как-то физически избавиться от этого неприятного чувства. Либо расплакаться, либо выблевать эти ощущения. И если он так себя ощущал от рассказа, то ощущения Франкет ему было страшно представлять. — Мне.. Я должен признать, что я шокирован этим. Мне очень жаль, что ты имеешь такой опыт. И я безумно рад, что ты сумела сбежать оттуда, — заговорил Фейбер, — Я не отрицаю, что такие мужчины существуют, но не все такие, я могу быть подтверждением этого. У меня была жена, у меня сын, а потом захотел второго ребёнка. Я выбрал именно тебя, ведь.. Было много таких событий, в которых мы могли бы познакомиться друг с другом намного раньше, — заинтересовавшись этим, Франкет осмелилась поднять глаза на него, — Я видел тебя в пару кафе, на некоторых фестивалях. Ты даже заходила в музыкальную школу для занятий. Не знаю, замечала ли ты меня, но я тебя точно. Мне стало интересно узнать о тебе побольше. Я узнал твоё имя, узнал твою деятельность, твой примерный характер. Но потом ты скрылась, пока я снова не встретил тебя в кафе, совсем взрослую. Последний раз я видел тебя, когда тебе было.. Ну, максимум пятнадцать лет. А когда увидел тебя старше, то будто.. Я обрадовался, как ты выросла. Был рад, будто я твой родственник, который давно не видел тебя. А когда узнал, что ты сирота, сразу начал готовиться к твоему удочерению. У меня просто заела мысль о том, что ты не просто так мелькаешь перед глазами. Уверен, тебе не хватает нормального взрослого, который поддержит, поговорит, утешит. Тебе не хватает стабильности. Своего рода островка спокойствия. Франкет была смущена таким словам. — Ты правда заинтересован мной как отчим? — Как отец, — ответил Фредерик, — Я бы хотел о тебе позаботиться нормально и достойно, чтобы у тебя была счастливая жизнь. Ты достаточно пережила и теперь всё должно закончиться. Франкет отвернулась и закрыла рот рукой зажмурившись, а по щекам потекли слёзы. — Могу я обнять тебя? — спросил Фейбер. Та закивала, а потом сама обняла его расплакавшись. Фред обнял её и терпеливо ждал, когда она успокоится. Он понимал, что такой разговор давался ей нелегко, будто её насильно заставили выворачивать все внутренности, однако такой шаг заметно сблизил их. К сильному дождю присоединился ветер. Фредерик и Франкет совсем окоченели от холода. — Давай спрячемся в дом? А то очень холодно, — предложил Фейбер. — Я ждала, когда ты предложишь, — хихикнула Уильямс, уже успокоившись после наплыва эмоций.