Эффект лилового

      Сплошной лиловый. Раздражает. Но если вспомнить о предназначении отеля, всё становится на свои места. Ведь лиловый — лучший проводник энергии и аккумулятор духовных сил.       Фел аккуратно спустил куртку с плеч и передал услужливому швейцару. Из карманов заранее было извлечено всё ценное, так что риск был невелик. Аллен также избавился от верхней одежды, обвёл глазами сверкающий чистотой холл и вполголоса уточнил:       — Куда теперь?       Первые гости уже поднимались по лестнице. Фел кивнул в их сторону.       — Сначала смешаемся с толпой.       Сейчас охрана пристально следит за потоком прибывших, и отклонение от общего курса будет слишком бросаться в глаза. Станет проще, когда основная масса гостей окажется в зале. Главное не упустить момент.       — Добро пожаловать в отель «Fresh Lilac»! — раздалось от стойки администрации, когда они проходили мимо. Фел скосил глаза и моментально узнал улыбчивую светловолосую девушку по имени Джессика. Очередное «свидание» месячной давности. Разумеется, она его не помнит.       Среди обилия фиолетовых пиджаков и нежно-лавандовых платьев лазутчики нисколько не выделялись — спасибо Уилеру и его чувству стиля. Костюм практически не стеснял движений, но Фела всё равно постоянно тянуло одёрнуть рукава и поправить ремень. Непривычно.       — Лицо попроще, — шепнул Аллен, аккуратно подхватив его под локоть. — Такая напряжённая мина точно вопросы вызовет.       Трудно поспорить. Но как расслабиться в такой обстановке? Видимо, Ал догадался о дилемме по взгляду спутника и фыркнул:       — Ну ты, блин… Тебе анекдот рассказать, что ли? Заходят как-то в бар Вин Дизель и Шейн Дизель…       — Хватит.       — Вот-вот, Вин Дизель в конце сказал то же самое.       Укоризненно качнув головой, Фел отвёл глаза, но губы сами собой сжались, сдерживая ухмылку. Всё же взять с собой Аллена — правильное решение, и не только из-за его полезной связи с Винсентом.       У перил лестницы, ведущей на пятый этаж, ненавязчиво околачивался охранник. Похоже, никого не собираются пропускать выше четвёртого, даже случайно. Значит ли это, что гвоздь программы находится наверху? Или это отвлекающий манёвр? Такую возможность нельзя исключать, ведь ритуалисты не дураки и наверняка догадались, что скоро запахнет жареным. В любом случае необходимо осмотреть первый и седьмой этаж до того, как запрут двери в банкетный зал. Желательно вообще не допустить, чтобы их заперли.       Зал, на удивление, не пестрил всевозможными оттенками лилового. Основная гамма была сдержанной, уютно-кремовой, и лишь дорогие цветочные композиции из орхидей и цикламенов создавали яркий акцент. Гости болтали и смеялись, не подозревая о нависшей над ними угрозе. Не все ещё прибыли, но скоро здесь станет тесновато. Тогда будет проще улизнуть.       Аллен расслабленно подхватил со стола бокал розоватого шампанского и поднёс к губам. Фел последовал его примеру — естественно, не отпивая, на всякий случай.       — Первый или седьмой? — бросил он вполголоса, прикрывшись бокалом.       — Вопрос в том, куда легче проникнуть. Наверняка там не только охрана, но и какие-нибудь специальные ключи, — отозвался Ал.       — У персонала есть карточки от служебных помещений. Как у официантов на поясах, видишь?       — Вижу. Они универсальные, или каждый от своей комнаты?       — Помимо карты нужно знать цифровой код.       — Ты знаешь?       — Некоторые.       В конце концов, не зря же Фел вытерпел несколько десятков фальшивых свиданий. Аллен одобрительно приподнял брови и отсалютовал ему бокалом.       — Командуй, капитан. У кого же нам позаимствовать ключ?       Взгляд врезался в толпу, выискивая знакомые лица. Спустя пару секунд Фел сдержанно кивнул вправо.       — Рыжий парень, протирает столы.       Мэттью Трент, двадцать четыре года, уборщик общественных зон. Сфера ответственности более широкая, чем у официантов — соответственно, имеет доступ к большему числу помещений. Довольно крепкий орешек, пришлось приложить немало усилий, чтобы его расколоть. Сдался после третьей порции виски с вишнёвым соком.       Непринуждённо улыбаясь, Аллен двинулся боком вдоль стола. Притворившись, что увидел знакомого, он расплылся в улыбке, ускорил шаг и налетел плечом на Мэттью. Рука картинно дёрнулась, и шампанское брызнуло на воротник рубашки. Классика.       — Чёрт! Обязательно стоять посреди дороги? Здесь же люди ходят! — напустился Аллен на уборщика в лучших традициях богатых избалованных мальчиков. Он гневно оттянул воротник. — Замечательно, теперь я весь мокрый! И что прикажешь с этим делать?       Мэттью чуть заметно побледнел, но умудрился сохранить лицо.       — Прощу прощения, сэр. Идёмте, я вам помогу.       — Не надо, помог уже! — фыркнул Ал, удивительно точно копируя пренебрежительный тон Генри Уилера. — Где туалет?       — В конце коридора, направо. Мне проводить вас, сэр?       — Обойдусь. Замри и не отсвечивай больше… растяпа! — Аллен раздражённо пихнул беднягу плечом и выскользнул в коридор. Теперь Мэттью позволил себе скривиться, после чего вернулся к уборке стола. Даже не заметил, что пластиковая ключ-карта, висевшая на зажиме у бокового кармана брюк, исчезла.       Для верности Фел подождал минуты полторы и тоже покинул зал. Напарник ждал его в пустом туалете, лениво потирая мокрыми пальцами пятно на воротнике.       — Надеюсь, Уилер не станет плакать из-за испорченной рубашки, — улыбнулся он, когда Фел прикрыл за собой дверь.       — Не знаю наверняка, но думаю, не станет.       Слишком уж серьёзное у него было лицо, когда он вышел из машины, чтобы пересесть за руль.       Ал опустил руку, бросил взгляд на зеркало и горько усмехнулся.       — Дежавю.       Ещё бы. Туалет на четвёртом этаже отеля «Fresh Lilac», глухие звуки музыки из зала, лиловая рубашка. Всё это Аллен уже видел глазами покойного Винсента Синка. И сейчас их задача — сделать так, чтобы больше никто не отправился за ним следом.       Зажмурившись, Ал тряхнул головой, расправил плечи и решительно развернулся.       — Что дальше? Всё-таки первый или седьмой?       Раздумья длились долю мгновения.       — Седьмой. Пройдём сразу мимо охранника.       — Опять один из твоих ухажёров?       — Да.       — И как ты всех запомнил? У меня отложилась от силы парочка…       — Меньше надо было с Бартом сосаться.       — И то правда, — просиял Аллен и пригладил высыхающий воротник. — Ну, идём.       Они покинули туалет плечом к плечу, болтая о ерунде. Через несколько шагов Ал деланно спохватился и заозирался, якобы в поисках помощника. При виде охранника у перил он оживился и двинулся к нему.       — Простите, можно один вопрос?       Охранник — Том Симмонс, тридцать один год — напрягся, но ответил довольно вежливо:       — Слушаю.       — У вас в стоимость парковки входит очистка от снега? Я только что посмотрел прогноз — обещают кошмарный снегопад! Умоляю, скажите, что я не должен буду сам откапывать свою машину после такой классной вечеринки…       — Ну…       Из-под рукава форменной куртки Тома выступал светлый краешек браслета-иммунитета. Однако и тут пригодился опыт свиданий. Ведь смысл был не только в том, чтобы выведать нужную информацию, но и в том, чтобы прощупать психологическую почву. А это большое подспорье для борьбы с ментальным барьером.       Пока охранник отвлёкся на болтовню Аллена, Фел приблизился сбоку, из слепой зоны, тронул тыльную сторону чужого запястья двумя пальцами и обрушил на искусственный барьер всю свою мощь разом. Жёстко, грубо, ни за что не сработало бы с незнакомцем, но благодаря разведке дало ожидаемый результат. Том пошатнулся от мощного натиска, пару раз бессмысленно открыл и закрыл рот, а после застыл, глядя перед собой бессмысленным взглядом.       Кровь застучала в висках. Роговица туго, до чёрных искр, натянулась на глазных яблоках. Послышался глухой, едва различимый голос Ала:       — Ты в норме? Бледный.       — В норме, — откликнулся Фел и сделал пару глубоких вдохов. Немного отпустило. — Быстрее.       Пустой лестничный пролёт. Снова охранник и снова знакомый. К счастью, один — справиться с двумя-тремя было бы куда сложнее. Улучив момент, Фел подкрался к нему со спины и резко ухватился за шею. Ещё один сокрушительный ментальный нокаут. Парень замер, абсолютно безвредный, а у Фела нехорошо закололо в левой половине груди.       — Эй, осторожнее с этим, — нахмурился Аллен, выступая из-за угла. — Понимаю, ты у нас крутой, но перебарщивать тоже не надо. В следующий раз просто выруби кулаком, ты же можешь.       — Нет. Чем меньше внешних следов вмешательства, тем лучше.       Ал скептически прищурился, но не стал тратить время на споры.       Седьмой этаж. Пустой коридор, гораздо короче, чем предыдущие. Четыре двери по бокам, одна впереди. Никаких ковров. Не похоже на гостевые номера.       — Если это логово владельца, то едва ли у кого-то есть доступ, кроме него, — заметил Аллен.       — Для начала просто осмотримся.       Превозмогая подступающую тошноту, Фел присел на корточки и коснулся пальцами пола. Гладкий, ни пылинки, и совсем не потёртый, словно по нему практически никто не ходит. Хотя… вот небольшая царапина. И вот. Или это не царапины, а узор? Но он совершенно не соответствует расположению досок.       — Глянь, — бросил Ал и провёл вдоль линии носком ботинка. Он прав — царапина вовсе не выглядит случайной, она идёт чёткой дугой на протяжении нескольких футов, а затем разветвляется на множество других.       Фел выпрямился. Невооружённым глазом почти незаметно, но, если хорошенько присмотреться, становится ясно, что полосы на полу действительно составляют один большой узор. Вернее, часть узора.       — Ритуальный круг.       Да, он об этом читал. Особое расположение линий концентрирует потоки энергии и направляет их в нужную сторону. Если предположить, что этот круг охватывает все помещения седьмого этажа, а прямо под ним находится тот самый банкетный зал…       — Вернее сказать, ритуальный сэндвич, — буркнул он себе под нос. Аллен непонимающе нахмурился.       — В каком смысле?       — Первый этаж и седьмой. На каждом — по кругу. Между ними — четвёртый, с заранее подготовленными жертвами. Остаётся поджарить тосты, а сыр расплавится сам собой.       — Так вот как они действуют? Активируют оба круга в нужный момент и запирают двери зала, чтобы людям некуда было сбежать?       — Именно. И вся их энергия оказывается перед ними на блюдечке.       Уроды. Сгоняют гостей отеля на заклание, словно скот. Стремление Роуэна Бэрримора спасти жизнь дочери более чем понятно, но разве это оправдывает его поступки? Вытащив телефон из кармана, Фел запечатлел на камеру доказательства незаконного проведения ритуалов. Будет что показать Департаменту.       — Давай попробуем осмотреть пару комнат, — предложил Аллен и шагнул к ближайшей двери. — Вот эта похожа на служебное помещение, карта может подойти. Вряд ли они хранят черепа в каморке для швабр, но мало ли.       Он прав, попытаться стоит.       Замок пискнул, соприкоснувшись с ключ-картой. Выскочило окошко для цифр — значит, первый этап они прошли. Фел напряг память и продиктовал Алу один из кодов Мэттью. Лишь бы дополнительной ступенью защиты не стал отпечаток пальца.       Нет, не стал — дверь послушно щёлкнула и открылась. Помещение и правда походило на просторный хозяйственный склад: металлические стеллажи с банками и пачками чистящих средств, щётки, вёдра. Единственное, что выбивалось из антуража — массивная металлическая каталка, вроде тех, что они видели в морге. На ней лежало неподвижное тело человека, подсоединённого к капельнице. Фел моментально узнал этот горбатый нос и тёмно-каштановый ёжик на макушке.       Чес.       «Каждый платит за дар свою цену. Твоя — несколько загубленных спортивных карьер. Это уже не изменить и не исправить. Вопрос лишь в том, что ты будешь делать дальше», — эхом прокатился в подсознании глуховатый ворчливый голос.       Как выяснилось, он был старше всего на пять лет, но тогда, сидя напротив него на светлой кухне Миллс, Фел чувствовал себя десятилетним сопляком на допросе у школьного директора. От Департамента, само собой, не укрылись странности недавнего чемпионата по боксу, и они прислали тогдашнего сотрудника взглянуть на новичка-хэндлера своими глазами.       Чес Кроуфорд не стал строить из себя ни злого, ни доброго копа — просто, спокойно и доступно объяснил, чем чревато злоупотребление способностями. Помог освоиться. Помогал даже после ухода со службы. Можно сказать, наставил на путь истинный.       Их отношения не были достаточно тёплыми, чтобы называться хотя бы дружескими, но Фел питал безграничное уважение к прямоте и профессионализму Чеса. Одно время они даже работали вместе, помогая людям, пока Чес не отправился строить сольную карьеру. А теперь… теперь он лежит посреди пустого склада, как какой-нибудь мешок, с серым бесстрастным лицом и стеклянными глазами.       Фел коснулся его руки — еле тёплая. Очевидно, звать бесполезно, не услышит. Тогда он сжал руку Чеса ещё крепче и закрыл глаза.       «Чес, проснись. Ответь мне. Что они с тобой сделали?»       Ничего. Несмотря на отсутствие браслета или любых других видимых символов ментального барьера, мысли Фела просто проваливались в пустоту. Ни намёка на человеческое сознание.       Комната поплыла перед глазами. Горло сдавил горький спазм. Нет, нет, отставить панику. Он придумает, как помочь Чесу, но позже. Сначала нужно вытащить его отсюда.       Если, конечно, удастся.       — Ты уже понял, что это ловушка, да? — невозмутимо осведомился Ал вполголоса.       — Мгм.       Скорее всего, дверь уже заперта и так просто они не выберутся. Что ж, ожидать иного было бы наивно.       Под потолком раздался тихий скрежет. Подняв глаза, Фел наткнулся взглядом на чёрную решётку. Динамик. Предусмотрительно.       — Всё-таки явились, — процедил властный мужской голос. — Так я и думал.       — И даже не отменили вечеринку, мистер Бэрримор? — притворно удивился Аллен, вставая плечом к плечу рядом с Фелом.       — Нет нужды. Вы всё равно никак не помешаете. Мои люди уже отправились за двумя недоумками, что ждут вас снаружи.       Остаётся надеяться, что Генри среагирует быстро. И что Барт не станет сдерживать свою силу и даст противникам достойный отпор.       — А что обо всём этом думает Холли? — светски поинтересовался Ал. Отличный ход — динамик аж поперхнулся от неожиданности. С тона Бэрримора слетела вся спесь — остался лишь страх, смешанный с яростью:       — Откуда ты знаешь её?!       — Тихо, папаша. Мне интересно, что она скажет. Она ведь рядом, верно? Ты бы не оставил её одну в такой момент.       Молчание. Но если расчёты Аллена верны…       — Мы незнакомы, — вдруг послышался негромкий, нежный женский голос.       — Молчи! — гневно выпалил хозяин отеля. Ал усмехнулся.       — Ты права, лично нет. Но я знал одного парня, который познакомился с тобой на свадьбе Джона и Аманды. Помнишь Винса? Лиловая рубашка, шампанское. Он был довольно любезен.       — И что с того? — меланхолично отозвалась девушка.       — Он мёртв.       Динамики вновь смолкли. Аллен явно знал, что делал, поэтому Фел не пытался вмешиваться — лишь сосредоточенно оглядывал помещение в поисках возможного выхода, изредка задерживая взгляд на восковом лице Чеса.       — Жаль, — наконец заговорила Холли. — Но иногда такое случается. Тут ничего не поделать.       — Так тебя всё устраивает? Убивать людей, чтобы жить самой? — слегка повысил голос Ал.       — Это не убийство. Они добровольно делятся своей энергией.       — Это тебе папочка сказал?       — Холли, хватит говорить с ним! — опять вмешался Бэрримор, но последняя фраза собеседника явно встревожила девушку.       — Подожди. Что ты имеешь в виду?       — К примеру, Винс пришёл на свадьбу просто за компанию с парнем, который ему нравился. Он понятия не имел, что там происходит на самом деле. Как и большинство людей, — пожал плечами Аллен.       — Это правда?..       — Не слушай их! Присядь, тебе нужно отдохнуть…       Но Ал продолжал давить, не давая семье Бэрриморов ни малейшей передышки:       — А если это правда, Холли, что тогда? Если все люди, что погибли после проведения ваших ритуалов, на самом деле жертвы твоего отца и его сообщников, что ты будешь делать?       — Не смей говорить с моей дочерью в таком тоне! Ты… — огрызнулся владелец отеля, но его перебил тихий дрожащий голосок:       — Я… уже ничего не сделаю. Я хочу жить. Эти люди… здоровы… так почему бы им… не поделиться энергией со мной?       — Ценой жизни? — холодно уточнил Аллен.       — Я тоже хочу жить. Это не преступление.       — А вот убивать людей — преступление. И за него нужно нести ответственность.       — Замолчи. — Тон Бэрримора внезапно понизился на пару октав и наполнился ненавистью. — Ты… и вы все… понятия не имеете, каково ей. Иначе не влезли бы, куда не следует!       — Может, и так. Зато я знаю, каково было Винсенту Синку, когда он умирал, — с достоинством откликнулся Ал, но взгляд, брошенный в сторону Фела, полнился осознанием: им не дадут уйти. И в целом оба были готовы к такому исходу. А вот у Генри и Барта ещё есть шанс.       — Простите… — прерывисто выдохнула Холли, и динамик с треском отключился. Вместо него комнату наполнило густое шипение, как будто кто-то спускал большой воздушный шар.       — Газ! — коротко предупредил Фел и машинально прижал к лицу рукав. Бессмысленная мера — рано или поздно всё равно придётся вдохнуть, но так удастся выиграть хотя бы пару лишних минут. Может быть, если разогнать каталку, её веса будет достаточно, чтобы выбить дверь? Только Чеса с неё, разумеется, нужно снять.       Смаргивая пелену перед глазами, Фел указал Аллену на дверь и на каталку в надежде, что тот поймёт без слов, а затем обхватил Чеса одной рукой, попытавшись приподнять. Тяжёлый, дьявол. От нехватки кислорода кружилась голова. Фел протянул к каталке обе руки, когда почувствовал, что его грудь готова треснуть, и ноздри против воли расширились, втягивая отравленный воздух.       Хромированные ножки каталки промелькнули перед глазами серебристым росчерком. Мышцы налились непомерной тяжестью. Фел успел увидеть, как Ал бесшумно оседает на пол рядом с ним, а после свинцовые веки закрылись сами собой.