Сон.
1 февраля 2012 г., 20:39
Девушке снился сон.
Вокруг непросветная тьма, темнее самой ночи, и одна пустота, что окружала её, словно поглощая всё хорошее в ней. Она никого не видела и поэтому нервно оглядывалась по сторонам. Ей было страшно идти во тьме, ведь в ней было жутко и холодно и это чувствовалось по всему телу. Липкий страх, пронизывая тело насквозь, заставлял бояться ещё сильней.
– Где я? – Девушка надеялась услышать ответ, но вместо этого услышала лишь свое эхо, что разнеслось по всей пустоте, словно в комнате, – Где я? – Снова задаёт златовласая глупый вопрос, догадываясь, что на него ответа скорей всего не последует.
– Сама подумай, – сказал женский голос, а потом раздалось лёгкое и тихое хихиканье с разных сторон.
Кареглазая стала оглядываться по сторонам, понимая, что над ней издеваются или же испытывают её терпение.
– Хватит играться! Покажись! – После этих слов перед Люськой появилась девушка. Волосы у неё были чёрные и длинные, почти до колен. На ее теле одето чёрное платье, которое переливалось в серебряный оттенок. На ногах не было обуви. Руки перевязаны чёрными ленточками, у которых концы спокойно колыхались в воздухе. Глаза девушки черного цвета, как цвет волос и платья...но вот её лицо...
– Это… я?! – выкрикнула Люси, испугавшись девушку, стоящую перед ней.
Она только улыбнулась насмешливой и наглой улыбкой. Ей нравилась реакция светловолосой.
– Не совсем, – ответила темноволосая совершенно спокойно и начала исчезать, словно растворяясь в воздухе, табачным дымом, который при открытом пространстве развеивался.
Темнота стала поглощать, хватаясь за ноги заклинательницы, жадно впиваясь в них и царапая когтями.
– Люси, проснись! – Прозвучал серьёзный голос над ухом девушки, что ещё не отошла от сна.
Хартфилия приоткрыла глаза, а после резко вскочила, поняв, что та тьма была всего лишь сном.
– Где я? – девушка села на кровать, как тут же почувствовала резкую боль в висках и в ногах. - Блин, голова болит.
Феликс поглаживал её по спине, успокаивая и стараясь унять дрожь в её теле, которую златовласая не замечала.
– Естественно. Ты во сне вся дрожала и покрылась потом… Что тебе снилось?
– Мне приснилось… – Люси задумалась над этим, явно не желая вспоминать, но она понимала, что никто кроме него не сможет ей помочь, – …мне снилось, что передо мной стояла девушка в чёрном платье, с чёрными, длинными по колено волосами... а ещё её глаза… они были тёмными, словно пустая ночь… но вот её лицо... – Люси замолчала вспоминая его, словно видя перед собой, – …оно было копией моего… Почему?
Феликс, присев к ней на кровать, вздохнул.
– Скорее всего, это твоя душа. Думаю, она отравляется силой Грешника.
– От-отравляется?? – От его слов ей стало как-то не по себе.
– Да. Поскольку эта сила была у тебя не с самого рождения, то она будет отравлять тебя изнутри. – Он встал, подходя к окну, всматриваясь в своё отражение, явно недолюбливая его, даже так, чувствуя отвращение.
– И… Что мне делать?
– Ты должна будешь тренироваться, чтобы победить её, – он развернулся к собеседнице, – но если ты проиграешь, то умрёшь. – В его взгляде читалась абсолютная серьёзность, которую не часто можно было встретить.
"Умру? Чёрт...почему я...за что?" – не по собственной воле Люси заплакала. Каждая слезинка падала и разбивалась вдребезги на её коленях, как падает звезда в момент отчаянья. Она наклонила голову вниз, пряча глаза от всего мира, и зажмурилась, пытаясь остановить слёзы. Может ей бы и удалось скрыть слёзы, но не от этого парня, если он захочет то всё заметит.
– Не плачь. Всё будет хорошо, – парень улыбнулся ей.
Девушка посмотрела на него и увидела не Феликса, а Нацу. Ей казалось, что перед ней вечно улыбающийся Драгнил. Тот парень, который был так добр к ней, предложил вступить в гильдию… который засел в её сердце. Слёзы сами остановили свой ход.
– Н-Нацу… – девушка коснулась его щеки дрожащей от переизбытка чувств рукой, не веря своим глазам, словно они врут, словно эта маленькая иллюзия и Люси так боялась, что это так.
Розоволосый удивился её реакции.
– Конечно я, а кто ещё? – и снова улыбка во все "32 зуба."
– Я так рада, – Хартфилия улыбнулась дрожащей улыбкой и обняла его.
Парень склонил голову к плечу и положил свои руки на её талию. Они бы долго смогли так простоять, но счастье не вечно.
– Не волнуйся...Всё хорошо...ведь...жить тебе не долго осталось... – сказал он шёпотом, злобно улыбаясь.
– Что? – глаза девушки расширились.
Казалось бы, счастье разрушилось, так же быстро, как и появилось, словно разбилось стекло, в которое ударили с силой…
Она услышала снова злобный, наглый женский смех. Люси вырвалась из объятий Нацу, оттолкнув его, и, упав, поползла задом к стене.
– Хи-хи-хи, – раздался неизвестно откуда смех, – Интересно, каково, когда тебя убивают собственные друзья и даже любимые люди? – говорил женский голос и снова засмеялся. – Наверное, очень больно…
Нацу встал с пола, а в его руках, откуда ни возьмись, появился нож. Хартфилия прижалась к стене от испуга.
Драгнил медленным шагом направился к своей жертве.
– Убей её! – сказал голос Эльзы.
– Не щади её, – проговорил голос Грея.
– Нам такие слабые в Хвосте Феи не нужны! – говорил голос Макарова.
– Да что б ты сдохла! – сказал голос её мамы.
– Ха-ха-ха – услышала она смех своих друзей из гильдии. Только злобный, а не тот весёлый и жизнерадостный.
– Нацу...прошу, не надо... – говорила Люси дрожащим голосом и со слезами на лице. Она попросила, но он словно бездушная кукла, которую тянули за верёвочки, продолжал идти на неё.
– Ааа? Ты мне что, ещё указывать будешь? Да помри уже! – он поднял руку с ножом.
Хартфилия не могла этого терпеть. Ведь ей было больно... невыносимо больно...
Она упала на колени и упёрлась руками об пол, зажмуривая глаза, дабы не видеть этого ужаса.
- Нет! Хва-а-атит! – выкрикнула Люси от бессилия и страха...
***
Девушка открыла глаза и вскочила с кровати. Её лицо было всё мокрым от слёз. У Хартфилии появилось чувство ностальгии, от чего она вновь вспомнила, как не раз просныпалась. Она хотела что-то сказать, как почувствовала боль в горле и ту же саму боль в ногах и… в сердце. Словно его выжали. – Люси, что тебе приснилось? – Обеспокоенный Феликс, взял её за плечи, – Ты орала во сне и плакала, я пытался тебя целый час разбудить! Что случилось?! Девушка не могла остановить свои слёзы, даже и слова не могла сказать. В горле будто застрял горький ком обиды, что сжимал гланды. – Что бы там не произошло, всё кончилось, – сказал Грешник и обнял её, поглаживая по спине, – Всё хорошо… Люси. Хартфилия начала успокаиваться от его объятий, чувствуя в них себя уютней, словно он её брат, который готов защищать в любой момент. – Что там тебе приснилось? – Феликс заглянул в лицо девушки, вытирая её слёзы. Люси ещё несколько минут промолчала, а потом собралась с силами и, шмыгая носом, рассказала подрагивающим временами голосом ему свой сон до самых мельчайших подробностей. Под конец истории парень вздохнул, сочувствуя всему пережитому девушкой. Не хотел бы он оказаться на её месте. – Она и вправду отравляет твою душу...тебе надо, как можно раньше убить её или же победить её в честном бою. – И как мне это сделать? – Она измученными глазами взглянула на Феликса. – Я потом объясню… Но предупреждаю, тренировки придётся отложить. Можно после этой истории начать их, а сейчас тебя ждёт бой. Она кивнула. Без слов. Девушка поняла парня. – Но знаешь, ты лучше не ложись спать, иди прими душ. Ведь сейчас ещё солнце только восходит. – Хорошо. Порой так странно… Ты спасаешь кого-то, а он внезапно тебя спасает. Ты благодарен ему и желаешь отплатить тем же, но ничем не можешь помочь. Быть может, когда-нибудь, у меня выйдет что-нибудь наиболее подходящее для признательности. Ведь, чтобы я делала, если бы он тогда умер под той дверью? Наверное, страдала бы, умирая от чувств во сне.
