Ужасы притаившиеся в Токио.

Десятилетий Нацуо проснулся ночью от того, что почувствовал будто на него смотрит кто-то. Мальчик поворочался на футоне, стараясь уснуть снова, но неприятное зудящее чувство от чужого взгляда никуда не делось, не давая провалиться обратно в сон. Он протёр сонные глаза руками, приподнимаясь на локтях, может быть это сестре что-то нужно, или отцу. - Тут кто-то есть..? - он посмотрел вверх, внезапно натыкаясь взглядом на тёмное пространство коридора, которое виднелось через открытую выдвижную дверь. Внезапно это пространство перестало быть таким тёмным, ибо в проходе кто-то встал. Белые волосы, бледная кожа и белая хлопковая пижама. Только глаза голубые, ярко горящие в темноте. - Тойа..? Ты чего не спишь? - Нацуо без труда узнал своего старшего брата, который не смотря на возврат, ростом был даже меньше его самого, не говоря уже о ровестниках. Силуэт стоящий в дверях тоже соответственно был небольшого роста. - Не сплю. - не прошептал, а прохрипел Тойа, оставаясь неподвижным. Глаза понемногу привыкли к темноте и младший с удивлением отметил, что его брат просто стоит в дверном проёме, наполовину как бы прячась за дверь, и пялится на него. Вот именно пялится, широко открыв глаза и с высоко поднятыми бровями, при этом на лице царила, а скорее была странно натянута, ухмылочка, словно Тойа натужно старался изобразить позитивный настрой. - Иди спать, не стой в дверях... - Нацуо лёг обратно, надеясь что сейчас брат просто зайдёт, ляжет на соседний футон и благополучно уснёт, переставая будить его странными выходками. - Там холодно. - так же просипел Тойа, не двигаясь с места. - Где..? В туалете? В кровати? И... Как тебе вообще может быть холодно?.. - Тойа постоянно жаловался на то что его тело очень горячее и ему вечно жарко, так что такая внезапная претензия была совсем не в его духе. - А, плевать... Просто ложись, у меня завтра тест по математике, хочу выспаться... - Там холодно. - повторил брат, но каким-то высоким голосом, словно в предвещении скорой истерики, или как-будто пытался изо всех сил сдержать смех. - Тойа, я вообще не понимаю о чём ты... Где холодно? Что ты хочешь чтобы я с этим сделал..? - мальчик снова приподнялся на локтях, смотря в проход, понимая что уснуть ему дадут ещё не скоро. Тойа помолчал несколько секунд, просто пялясь на него с этой странной улыбочкой и тихо похрипывая. Нацуо окончательно сел, откидывая одеяло в сторону. Что-то было не так, но мальчик не мог понять что, его брат всегда был странным, и подобное поведение для него не было чем-то из ряда вон, но сейчас в небольшой комнате нагнеталось что-то неправильное и мрачное. - Под землёй холодно. - выдавливает Тойа как из последних сил, делая глубокий вдох и кажется открывая глаза ещё шире, хотя казалось бы это просто невозможно. Снова повисло молчание, Нацуо даже дыхание задержал, от неожиданного ответа. Его брат вёл себя очень странно. - Тойа, а... О чём ты?.. - тихо спросил мальчик подтягивая одеяло обратно к себе, в комнате словно становилось холоднее и ещё мрачнее, хотелось спрятаться, и чтобы брат перестал шутить такие странные шутки. - И на кладбище холодно. - Тойа внезапно перестал улыбаться, выражение лица его в ночной тьме стало очень мрачным, слегка злым, но с места он всё ещё не двигался. - Холодно и плохо пахнет, я не хочу под землю. - Тойа, перестань, мне страшно, не говори такого... - мальчик накинул одеяло на плечи, очень осторожно, боясь что если он сделает какое-то резкое движение, или издаст громкий звук, то неприменно произойдёт что-нибудь плохое. Что-нибудь страшное. Но старший брат остался неподвижен и мрачен, он словно утопал во тьме коридора, растворяясь в ней ровно до тех очертаний которые Нацуо мог видеть, словно за этим фасадом его брата, была только густая тьма и ничего больше. Мальчик лёг обратно, медленно натягивая одеяло до самых ушей, надеясь что это поможет справиться со страхом и наконец-то успокоит Тойю, который даже хрипеть перестал, но Нацуо знал что он всё ещё там, он чувствовал как голубые глаза сосредоточенно на него спорят, выжидают, пожирают злобным взглядом. - Иди спать, пожалуйста... Нацуо не знает, был ли он рад услышать движение, или нет, но Тойа прошёл в комнату, ступая аккуратно, точно по кошачьи, словно боясь привлечь к себе ненужное внимание. Тем не менее, возле футона шаги не остановились, а двинулись дальше по комнате, всё отдаляясь от младшего и приближаясь к двери ведущей во внутренний двор. Дверь тихо зашуршала, отъезжая в сторону, но Нацуо не стал спрашивать зачем его брат пошёл среди ночи во двор, он вообще больше ничего не хотел говорить, хотел просто уснуть обратно, и проснуться уже завтра, когда будет светло и Тойа будет вести себя нормально. - Я не хочу обратно под землю... - просипел уже каким-то точно не своим голосом Тойа и вышел на улицу, оставив дверь открытой. Нацуо не будет вставать из кровати чтобы её закрыть, он просто сильно зажмурил глаза, через несколько минут наконец-то засыпая. Утром, продрогший от ночного холода Нацуо, вышел из своей комнаты и побрёл на кухню, по неоправданно длинным коридорам. Он почти столкнулся со своей сестрой, и только поднял на неё глаза, собираясь пожаловаться на странное поведение старшего, как его взгляд случайно скользнул влево, ей за плечо. В пустую комнату где стоял только поминальный алтарь. Алтарь с фотографией его брата. Точно. Тойа ведь погиб несколько месяцев назад. Несколько месяцев назад Тойа сгорел до тла, оставив после себя только пепел и кусок нижней челюсти. Тойа никак не мог приходить к нему ночью, ведь он точно уже давно был мёртв.