[reactfic] Canary.

Глава 8: Where it All Began (С Чего Все Началось) — Что начиналось? — спросил Каминари, потупив взгляд. — Ну, наверное, как начиналось его становление Канари? Он же, типо, на радиошоу идёт, — почесав затылок, ответил Шинсо. — А, точно. Мик же, помнив первую главу, ерзал на стуле. Час Канари? Неужели всё будет так хорошо? [— Мам? Инко удивленно подняла глаза. Изуку редко разговаривал во время еды. Когда-то было сложно заставить его есть вообще.] Пока Тоору, Киришима и ещё пару человек повторяли «мамадория», Очако нахмурилась. Заставлять есть? [— Да, Изуку? — неуверенно ответила она. — Эм… В общем, вчера я сделал, как ты сказала, — продолжил он, не поднимая взгляда от миски. — Ч-что ты сделал, дорогой? — Ну, эм, я тренировал свою причуду в школе. — он тыкал палочками в свой рис, явно нервничая из-за этого разговора. — Оу! — воскликнула она. — Ты говорил с учителем?!] — Ну да, неплохой такой разговор вышел, — ухмыльнулся Мик. Изуку слишком устал краснеть. Он покраснел. [— Я, ммм, я не хотел ни с кем говорить… Это, вроде как… случайно вышло? — И…? — Инко ободряюще подтолкнула его к ответу, по ее лицу расплылась улыбка. — Это был мой классный руководитель — Сущий Мик. — Тот мужчина с радио?! — припомнила Инко. — Ах да, помню, ты мне рассказывал — он знает JSL, так? — Эээ, ну да, — теперь он машинально помешивал рис. — Он сказал, что у меня очень крутая причуда.] Под приглушённые смешки своих друзей, Изуку пытался отмахнуться от них. Хэй, это правда смущающе, вы не знаете каково это! [— Вот видишь! Учителя в Юэй не такие, как в твоей прошлой школе! — торжествующе сказала Инко. — Ты еще будешь есть, Изуку?] А вот это уже важная информация. К слову, Незу попросил тетрадь, чтобы записывать всю важную информацию. Да, он сможет забрать её с собой, так как там нет такой информации, которая раскрыло бы то, что именно они тут делали. А небольшие пометки по психологическому состоянию его учеников совсем не помешают. [— И е-еще, мам. В общем, он сказал, что если я хорошо себя покажу на спортивном фестивале, то смогу перевестись на геройский факультет! Руки Инко застыли над раковиной, она повернулась к своему сыну и увидела на его лице дрожащую улыбку. Секунду спустя ее губы растянулись в точно такой же.] — Оу, это так мило! — завизжала Химико. Даби решил не озвучивать то как сильно ему надоели внезапные крики на ухо. [— П-правда, Изуку?! Ох, это замечательно. А пение? Ты убедился, что твоя причуда — это пение? Он уверенно кивнул. — Я научился отращивать крылья! — К-крылья?! — Да! Но… если я хочу на геройский факультет, мне придется петь на Спортивном Фестивале, на глазах у всех… Инко задумчиво помешивала воду в раковине. — Ну, никогда не поздно начать брать уроки вокала, так ведь? — Нет, мам, я… Вообще-то у Сущего Мика была другая идея.] Шота почувствовал движение рядом с собой и повернулся. Хизаши подпрыгивал на стуле от волнения. Потом, видимо, ему надоело сидеть на специально отведённых стульях для учителей и он переполз на пол, схватив подушку с дивана. Шота отвернулся с тяжёлым вздохом. [— Угу? — Он сказал, что мне нужно только немного практики и уверенности в себе… — Да, но разве уроки вокала не дадут тебе этого? — нахмурилась Инко. Она уже не смотрела на сына, а старательно натирала миски. Изуку поднялся со стула и поспешил помочь ей, вытирая уже помытую посуду. — Может быть… Но не так, — туманно объяснил он. — Как тогда? Ты скажешь мне или так и оставишь в неведении? — посмеялась она, передавая Изуку палочки. — Эээ… Он, вроде как, предложил мне пойти с ним на радиошоу… Инко застыла.] В зале взревел смех. Многие пытались остановиться, попутно извиняясь, но видя, как смеётся сам Изуку, начинали задыхаться ещё сильнее. [— На его радиошоу?! — Сегодня? Где-то в шесть тридцать? Я хотел рассказать тебе еще вчера, но ты получила то письмо о закрытии школы на день из-за атаки злодеев, и я, в общем, забыл. — он не смотрел ей в глаза, а только яростно вытирал остатки пены. — Ты ведь согласился?! Он напрягся. — Ммм… — Изуку, ты должен согласиться! — уверяла его Инко, хватая за плечи мыльными руками. — Это невероятная возможность! Даже если ты не попадешь на факультет героев, то все равно сможешь найти небольшую работу на станции! Ты ведь знаешь, она связана с геройским агентством, ох, Изуку, пожалуйста, не говори мне, что ты отказался! — Я… Я согласился! Инко прослезилась, притягивая его в объятия.] — Не плачь! — крикнул Киришима, сам еле сдерживая слезы от такой сцены. Изуку, между прочим, тоже крикнул бы, чтобы его мама не плакала, но тогда водопады, которые он пытается сдержать, прорвутся. [— Я так сильно тобой горжусь. — С-спасибо, мам, — всхлипнул Изуку. — Но я не знаю, смогу ли я! Она отстранилась и нежно обхватила ладонями лицо сына. — Это радиошоу! Ты не говоришь ни с кем лицом к лицу, кроме Мика. Вряд ли кому-то посчастливилось слышать твой голос раньше, так что никто не узнает, что это ты, пока ты не скажешь своего имени. — Я н-не скажу его. Буду использовать кодовое имя, как делают герои. — И какое же? — Канари? — Как певчая птица, — заключила она с широкой улыбкой. — Когда ты на радиостанции, ты больше не Изуку, хорошо? Ты Канари! А Канари может быть любым: и храбрым, и добрым, и уверенным! Таким, какой ты есть, и даже больше, таким, каким ты знаешь, что можешь стать. ] — Воу, это так красиво сказано, — произнес Серо. — Да, на радио ты можешь быть каким угодно! — проигнорировав его, подтвердила Урарака. — Разве разделять мои личности нормально..? — пропищал Изуку. — Конечно нормально! С Шинсо ты в любом случае станешь уверенным! — ответила она ему. Шинсо усмехнулся, подтверждая. Изуку не мог понять, во что ввязалось его другое «я». [Он замешкался на мгновение перед тем, как кивнуть с яркой улыбкой. — Я обязательно буду слушать. Так что, если будешь нервничать, просто подумай о том, что тебя слушаю только я, и никто другой.] — О, ну да, это успокоит. — монотонно произнёс Стерка. [Мидория бы солгал, сказав, что не знал заранее о том, где находится геройское агентство Сущего Мика. Он знал много агентств в районе Мусутафу, и его любовь к радиошоу Сущего Мика этому способствовала.] Взяв ближайшую подушку, он обхватил её руками и уткнулся в неё же, закричав. Сущий Мик же сиял от радости. Он не просто знал его радиошоу, а любил его! [Новости пестрили заголовками о недавнем нападении в USJ. Мысли людей были заняты только этим. Мидория, однако, был иным случаем. Когда он сошел с поезда и торопливо зашагал по улицам, его глаза скользили мимо рекламных щитов, увешанных информацией об арестованных злодеях и классе 1-А. Но он искал вывеску одного конкретного геройского агентства. Это не заняло много времени. Он опомниться не успел, как уже стоял на пороге, буквально выпрыгивая из своих ботинок от страха. Он, видимо, простоял так некоторое время, потому что стеклянные двери внезапно открылись, являя взору синекожую даму с наушниками, надетыми поверх лохматых волос, цвета индиго. Она прищурилась на мгновение и спросила: — Мидория Изуку, так?] — Вау, она такая красивая! — воскликнула Джиро, которую поддержали все остальные кивками. Изуку бубнил что-то о её причуде, что понять было крайне сложно. [Мидория отчаянно закивал. Синяя дама заулыбалась, демонстрируя ряд довольно острых жемчужно-белых зубов. — Что ж, ну здравствуй, здравствуй, Канари! Не стесняйся, проходи! Она открыла для него двери, и он неуверенно вошел внутрь. — Сущий Мик предупреждал, что ты тот еще комок нервов. Он, конечно, не так выразился, но выглядишь ты именно так. Напоминаешь мне меня в первый день, я была в ужасе — рассмеялась она. — Я Аозора, кстати. Не герой профи и не сайдкик, но свой вклад вношу!] — Она болтливая, — сказал, хотя нет, скорее простонал Хитоши. Тем не менее, по нему было видно, что Аозора ему понравилась. {Пропущено много текста с экскурсией, не хочу нагружать работу текстом, на который не будет какой-то интересной реакции. Экскурсия всё-равно будет ещё и в следующей главе, поэтому сделаем вид, что они всё посмотрели.} [Как только двери снова открылись, Аозора провела Мидорию в довольно просторную комнату, которая, видимо, была спроектирована так, чтобы быть максимально комфортной. Пол был устлан ковром, повсюду стояли диваны, на стене висел телевизор, хотя звук был постоянно выключен. Повсюду находились различные компьютеры, а также много пугающих мониторов с мигающими огоньками. В дальнем конце комнаты находилось длинное окно, закрытое бежевыми жалюзи. Перед ними на стуле сидел человек в наушниках и возился с различными кнопками и переключателями на навороченной панели.] — Воу, он знает, что делает. Прям профессионал! — крикнул Денки. В ответ он получил лишь закатывание глаз. [— Хей, Накано! — окликнула его Аозора. Потребовалась пара попыток, перед тем как он снял наушники и развернулся на своем стуле. — О, так это Канари? Мидория слабо помахал. Накано рассмеялся. — Ямада предупреждал, что ты немного нервный. Я знаю, что сказать проще, чем сделать, но постарайся не особо волноваться обо всем этом. Сущий Мик выйдет через пару секунд, он поставит песню, а затем мы приступим, — с этими словами он повернулся обратно и снова надел свои наушники.] — Это не так просто… — сказал Мидория, поникнув. — Хэй, ты на радио, расслабься! — произнесла Очако, взглянув на него. — По-моему слово «расслабься» нельзя употреблять в сторону Мидории, — с сарказмом ответил Шинсо. Тодороки лишь улыбнулся в молчаливой попытке поддержать. [— Давай присядем пока, — сказала Аозора, усаживая Мидорию на один из диванов. Она облегченно вздохнула. — Божечки, какой длинный день. Слыхал про нападения злодеев в Юэй? Оу, ну конечно, ты ж там учишься! Так или иначе, я собиралась провести тебя и по новостному этажу, но даже хорошо, что не стала, если так подумать. У всех головы посносило из-за этого! Но, знаешь, Мик не будет нам давать какой-то информации из первых рук по очевидным причинам. Мы и не давим на него, просто без надобности, правда. Мы и так получили все что нужно из других источников, но…] — Она болтливее Ашидо, — со страхом произнёс Киришима. Рядом с ним сидел Каминари, услышавший это заявление. Он был в ужасе. [Мидория довольно быстро отвлекся. Не то чтобы ему было не интересно, просто его мысли витали где-то далеко. Во-первых, боже мой, Сущий Мик говорил о нем со своими друзьями с радио, что само по себе приводило в ужас. Но еще хуже был тот факт, что он в первый раз в жизни будет выступать на радио.] — Да, ты и правда тот ещё комок нервов, — усмехнулся Хитоши, получив убийственный — ну, настолько убийственный, насколько мог послать Мидория- булочка-с-корицей-Изуку — взгляд от Мидории. [— YYYEEEAAAHHH, А ВОТ И ОН! Душа Мидории чуть не покинула тело, когда знакомый голос Сущего Мика прорезал воздух. Мидория встал и повернулся, но… Мик был не в своем геройском костюме, и то, как он выглядел, почему–то противоречило всем ожиданиям Мидории. На нем были обычные очки в проволочной оправе, совсем не такие, как привычные ярко-желтые. Его волосы были длинными, очень длинными. Это было очевидно и в его геройском образе, но без геля они бы свободно спадали на плечи, если бы не были собраны в пучок. Единственной частью его костюма, оставшейся на нем, была кожаная куртка. Она была расстёгнута, демонстрируя простую белую футболку. Мидория не знал, почему этот вид так его удивил, не думал же он, что Ямада постоянно выглядит как Сущий Мик? — ХА! — прокричала Аозора. — Я говорила, что он будет шокирован, увидев тебя без костюма!] Ну, не то чтобы многие удивились, потому что герои итак сидели без своих костюмов. Правда Ямада был одет немного по-другому. Вместо кожаной куртки был обычный бежевый свитер, волосы спереди собраны в небольшую гульку, а сзади спадали на плечи. — Боже, у вас всех такие комичные лица, когда вы удивляетесь, — через смех произнёс, Серо. Мидория же также глазел на такого Сущего Мика. Да, конечно он понимал, что он не всегда в своём костюме, но увидеть вживую – совсем другое дело. Захихикав и потерев затылок, он продолжил просмотр. [Мидория неистово раскраснелся и в панике уставился на свои ботинки. — Не пугай его больше, чем нужно, Аозора, — сказал Накано монотонным голосом, глядя на мигающие огоньки мониторов, встроенных в стену.] — Они так говорят, как будто хотят приручить дикого котёнка, — язвительно сказал Бакуго, но в его голове не было привычной злобы. Лишь немногие смогли уловить это, но те, кто смогли, выглядели гордыми собой (читай: весь Бакусквад и Изуку). [— Добро пожаловать в студию! — объявил он, закрывая за собой дверь. Студия была очень похожа на прошлую комнату, которая, похоже, была чем-то вроде зала ожидания. По центру студии находился стол, окруженный четырьмя креслами. Сущий Мик сел на своё, постучав по микрофону, висящему рядом с его лицом, и подобрал беспроводную гарнитуру. — Садись на любое кресло! — сказал он, указывая на оставшиеся места. Мидория выбрал то, которое было по диагонали от Мика, прямо рядом с дверью (Что являлось просто совпадением, а не запасным путем для побега – он был приятным бонусом), а не по правую сторону от него, где размещалась куча различных бумаг. Он так же не сел напротив, потому что так его бы закрывал монитор.] Учителя нахмурились. Это точно привычка, и очень плохая. Что такого могло случиться в прошлом, что он пытается найти выход, только зайдя в комнату? Изуку уже было неловко, что кто-то слышал его мысли, но сейчас он был в ужасе! Он панически повертел головой, натыкаясь на очень обеспокоенные взгляды, но в итоге просто опустил голову в пол. Они быстро забудут, всё будет хорошо. Хорошо. [У Мидории был свой монитор, но он ничего в нем не понимал. Он решил не трогать его, так как главная контрольная панель, похожая на панель Накано, была вне его досягаемости. — Ну как ты, юный слушатель? — спросил герой намного более спокойным голосом, чем обычно. — Н-Немного нервничаю… — признал Мидория, повторяя то, о чем говорили и Аозора, и Накано. На самом деле, удивительно, что он вообще смог что-то сказать.] — Его речь улучшается, — заметил Незу, хлопнув в ладоши (или лапы?). Айзава задумчиво кивнул. Что-то ему подсказывает, что если Мик так и останется наставником Канари, то этот ребёнок станет очень болтливым. От этой мысли у него заболела голова. К слову, между участниками реакции повисло немое согласие. Они решили называть Мидорию на экране только Канари, а своего Мидорию – Мидорией. Ну, они пытались. [— Это нормально! — ответил Мик. — И ожидаемо! Абсолютно все нервничают в первый раз на радио! У меня было много гостей, и даже герои профи трясутся здесь время от времени! — П-правда? — О ДА! Многие герои привыкли, что их снимают издали, из-за чего чувствуют себя в студии, как в ловушке. Не удивительно ли? О нет, ни капли.] Изуку усмехнулся. В своих мыслях он решил, что будет смотреть на Канари так, как будто он не является им. Не то чтобы это очень помогало, но так было немного легче. [— В любом случае, пока что я поставил песню, и она довольно длинная, не волнуйся! Глянь на экран, видишь слова «прямой эфир» в правом верхнем углу? Мидория кивнул, быстро отвлекаясь от различных уведомлений, выскакивающих по всему экрану. — О’кей, у меня тут панель управления. Где-то через минуту слова загорятся красным! Так ты узнаешь, что твой микрофон включен. Мидория просто кивал не переставая, раскачивая головой вверх и вниз, пока его мозг напряженно работал.] — Он такой милый! — завизжала Тога, зачарованно смотря на Канари. Ханта и Каминари хохотали где-то сзади. Бакуго пытался заставить их замолчать, заставляя смеяться ещё больше, а Ашидо, видимо, решила стать парикмахером, а не героем, судя по тому, какие колоски были заплетены у Эйджиро. Если кто не понял, это совершенно нормальное поведение Бакусквада, не волнуйтесь. [— Если наденешь свои наушники – только не сейчас – услышишь музыку, играющую на радио, — продолжал Сущий Мик. — Мы пробудем здесь где-то час, но без паники, специально для тебя я подготовил очень длинные песни! — он засмеялся. — Когда выйдем в эфир, я тебя представлю, и мы просто поговорим о всяком! У нас будет обычная беседа, не более! «Вот только нас еще будет слышать пара тысяч человек, вообще ерунда», — подумал Мидория, теребя наушники от напряжения.] «— Если даже Хизаши не может отвлечь ребёнка от волнения, то это действительно плохо,» — устало подумал Шота. Почему это всё так плохо? Ямада выглядел таким же обеспокоенным. Он понимал, что делал всё возможное, чтобы заставить ребёнка чувствовать себя более комфортно, но всё равно было чувство, что он делал недостаточно. Повертев головой, чтобы стряхнуть навязчивые мысли, он продолжил просмотр. [— Так про что мне можно рассказывать, парниш? — спросил Мик. — Эм, что в-вы имеете в виду? — запинаясь спросил Мидория. — Я могу описать твою причуду? Сказать, что ты ходишь в Юэй? — Я д-думаю, вам л-лучше знать…] — Он всё ещё выглядит нервным, ква, — задумчиво прохрипела Тсу. Очако энергично закивала. — Он думает о чём-то другом, и я даже знаю о чем, — тихо пробормотал Изуку, но группа всё равно услышала его. Вспомнив о правиле про спойлеры, они решили не спрашивать. [Сущий Мик одарил его какой-то сочувствующей улыбкой. Он бросил взгляд на монитор на мгновение, видимо, проверяя сколько осталось времени, и снова повернулся к Мидории. — О чем ты сейчас думаешь – помимо радио – что еще жужжит в твоем большом мозгу?] — Вау, Мик-сенсей неплохо читает людей! Так мужественно! — крикнул Киришима, подняв кулак вверх. Бакуго цокнул языком, но ничего не сказал. Это действительно странно, он стал довольно тихим… [— Я-я-я, — заикаясь, сказал он, не понимая, к чему клонит его учитель, — эм… ну… — Мидория посмотрел на закрытое жалюзи окно, он знал, что за ним стоят Аозора и Накано.— К-какая у Аозоры причуда? Сущий Мик ухмыльнулся еще шире. — Ты знаешь, она ни разу не говорила. — Правда? — Агась! Я думаю, что мог бы просто посмотреть в ее профиле, но это убивает все веселье! А ты как думаешь? — Н-ну, у нее синяя кожа и-и острые зубы… Может, есть еще какой-то более скрытый элемент? Или к-какой-то эффект основополагающей мутации…] Уши Незу навострились. Это не плохой анализ для человека, который просто увидел причуду, не спросив ни слова о ней. Конечно, он не мог ожидать меньшего от человека, набравшего 91% на экзаменах на факультет общего образования, но анализ это все-таки немного другое. Такого ребёнка даже он не против взять к себе в личные ученики… Тошинори вздрогнул, когда увидел, как на лице его босса появляется маниакальный оскал. [Он продолжал так некоторое время, разглагольствуя о всевозможных способностях причуды Аозоры, пока Сущий Мик в изумлении слушал его. Однако Мидория не мог говорить вечно (что, вообще-то, можно было поставить под сомнение), в основном из-за того, что песня, поставленная Миком, вскоре подошла к концу. — Наушники на голову, юный слушатель! — внезапно прервал он Мидорию. Моргнув, Мидория вынырнул из своих мыслей. Он помедлил, глядя на наушники, прежде чем осторожно натянуть их. Они были довольно удобные, в отличии от его собственных, от которых начинали болеть уши через некоторое время, но с ними он чувствовал себя изолированным от всего мира, если он не слушал в них радио, конечно. Он услышал окончание песни, наушники обеспечивали отличное качество. Он позволил себе на несколько секунд отвлечься от всего этого… опыта с радио, на музыку. В этот момент надпись «прямой эфир» загорелась красным, и настал тот час, о котором Мидория будет вспоминать еще долгие-долгие годы.] — Это звучит… Очень жутко? Нет, это звучит… Обнадеживающе? — неуверенно спросила Очако, повернув голову к своим друзьям, которые, видимо, тоже не нашли более подходящего слова. Они кивнули ей в ответ. [PUT YOUR HANDS UP RADIO Четверг 18:30 Радио-шоу Сущего Мика! МИК: Иии, песня ЗАКОНЧИЛАСЬ! Воу, знаете, она оказалась намного дольше, чем я думал! Это одна из тех песен, о которой ты думаешь, что она начинает кончаться где-то посередине, но потом СЮРПРИЗ! Она продолжается! В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ, сегодня четверг! И вы все знаете, что это значит… ЧТО У МЕНЯ НИЧЕГО НЕ ЗАПЛАНИРОВАНО! Четверг — это просто один из тех самых дней, понимаете, о чем я? Ты устал от прошедшей недели, но она все еще не кончается! ПРЯМО КАК ПЕСНЯ, КОТОРАЯ ИГРАЛА ТОЛЬКО ЧТО, видите, как я все продумал? Но, эта КОНКРЕТНАЯ неделя была ужасно утомительной, не так ли, соведущий?! Могу я услышать YYYEEEAAAHHH?!] Пока более молодые участники смеялись и говорили о том, насколько болтлив Мик, взрослые вздыхали. Один из взрослых, Шота, вздохнул так тяжело, что, казалось, он познал всю жестокость мира. К слову, так и было. [СОВЕДУЩИЙ: Э-ээ… й-йей? *Секундная тишина прерывается взрывом смеха* МИК: Это самое хилое YEAH, которое я когда-либо слышал! СОВЕДУЩИЙ: П-прости… МИК: КАК БОЛЬШИНСТВО ИЗ ВАС ЗНАЕТ, я учитель английского в известной геройской школе Юэй! Боже, какой же долгой была эта неделя! И мой юный соведущий – один из моих студентов! Он, может, и не на геройском факультете, но это не значит, что его неделя прошла как по маслу! СОВЕДУЩИЙ: У… у ворот т-там, эээ, ну да, у в-ворот было м-много журналистов.] — Ты вообще не в восторге от внимания, так ведь? Понимаю, — сказал Хитоши, похлопав Изуку по плечу. Мидория лишь нервно кивнул. Откуда-то сзади был слышен шёпот, владелец которого говорил о том, насколько он ненавидит СМИ. Не будем показывать пальцем, хорошо? [МИК: И ПРАВДА, ИХ БЫЛА ЦЕЛАЯ ТОЛПА! И только мы подумали, что избавились от них, как этот ужасный инцидент с классом 1-А повлек за собой кучу других неприятностей! В ОБЩЕМ, хожу я вчера по школе, проверяя, все ли разошлись по домам, и на кого же я натыкаюсь? Да ведь это же мой соведущий! И он поет своим потрясающим голосом – теперь он покраснел – не смотри на меня так, мне плохо становится! О’КЕЙ! В общем, мы поговорили – он меня обижал – и, выяснилось – дай мне закончить! И выяснилось, что у него просто невероятная причуда! Никогда раньше не видел ничего подобного! И больше я ничего не скажу, потому что он так раскраснелся, что вот-вот взорвется, остановимся на том, что он поет и это потрясающе! Все, я закончил – не поднимай руку, ты не в классе!] Последнее предложения заставило студентов и Тогу расхохотаться. Очако задыхалась от смеха, пытаясь выдавить из себя хоть что-нибудь, но смотря на смущенного и красного Изуку, разражалась смехом ещё сильнее. [СОВЕДУЩИЙ: Я-я… что? Я тебя не обижал! Я не подразумевал ничего… обижающего. (*) МИК: Здесь слишком много слова «обижал». НЕ ВАЖНО, то, что ты сказал было гениально. Короче говоря, я теперь Какаду. СОВЕДУЩИЙ: Это б-было обидно? МИК: Я чувствую как моя управляющая гогочет, пока мы тут говорим.] — Ох, это действительно смешно! Почему я не слушала радио раньше? — со смешком спросила Хагакуре. — Радио Сущего Мика смешное даже без Мидории! Обязательно посмотри! — взволнованно произнесла Мина, случайно дернув Серо за волосы. Он поморщился и застонал. Ашидо пробормотала извинения и продолжила делать… Чтобы она делала, она продолжила. [СОВЕДУЩИЙ: Я-я… МИК: ЭТО ВСЕ ВОЛОСЫ! Не знаю, как я раньше не замечал, но вот эта маленькая певчая птичка ужасно наблюдательна, иногда это немного пугает. В любом случае, я только понял, что наши слушатели, должно быть, в сильном смятении, потому что они все еще не знают, как тебя зовут! Итак, если я Какаду — то это Канари! Скажи привет! КАНАРИ: Эм, привет? МИК: Ты слишком тихий! КАНАРИ: Н-ну, мне кажется, это ты с-слишком громкий.] На последнее заявление Айзава лишь хмыкнул к знак согласия, получив взгляд, мол: «как ты мог предать меня?». Айзава закатил глаза. [МИК: МНЕ КАЖЕТСЯ, ЧТО ТЕБЕ НЕ КАЖЕТСЯ! КАНАРИ: Эм, так, я тебя уравновешиваю? МИК: …Да, неплохо подмечено. Канарейки, однако, довольно шумные! КАНАРИ: Какаду еще хуже. МИК: Да ну? Поверю тебе на слово. Ты проводил исследования о том, какая птица самая громкая? КАНАРИ: Эм… нет…? МИК: Но ты ведь знаешь, не так ли? КАНАРИ: …Возможно.] — Это звучит странно, — сказал Шинсо, потерей затылок. — О да, соглашусь с тобой, — пробормотала Урарака но не сводила взгляда с экрана. Тодороки что-то промычал. [МИК: Тогда ПРОСВЯТИ НАС! КАНАРИ: Э-это Какапо — разновидность попугаев… МИК: Вот почему, почему ты тратишь пространство в своем большом мозгу на информацию о том, какая птица самая громкая?! КАНАРИ: …П-потому что мне было интересно? Во время брачного зова, Какапо могут достигать ста тридцати децибел, когда, думаю… один из видов звонарей где-то ста? При этом звук реактивного двигателя может достигать ста сорока децибел. МИК: КАЖДЫЙ ДЕНЬ ПРЕПОДНОСИТ НОВЫЕ ОТКРЫТИЯ! Но зачем ты исследовал птиц? КАНАРИ: …Честно? МИК: Потому что тебе было интересно узнать, насколько громким я могу быть, прежде чем порву чьи-нибудь барабанные перепонки, так ведь? КАНАРИ: Может быть…?] Пока Сущий Мик весело гоготал, Мидория уткнулся лицом в ладони. Ему правда было просто интересно! Почему они смотрят на него так, как будто он открыл Америку? [МИК: КАК Я ТОЛЬКО ДОГАДАЛСЯ?! Кстати говоря об учебе, когда я вчера столкнулся с Канари, он сказал, что практикует причуду, чтобы хорошо выступить на Спортивном Фестивале Юэй в этом году! Все внимание, как всегда, будет приковано к факультету героев, но чего не замечают зрители, так это того, что остальные факультеты не менее важны, и это касается и управления, и поддержки, и общего образования! Как ежегодный комментатор, я всегда в предвкушении того, как тихие мышки повылезают из своих норок! Если они покажут себя многообещающими героями, мои коллеги из UA могут предложить им место на геройском факультете! И именно на это нацелился Канари! Есть у тебя предчувствие по этому поводу? КАНАРИ: Я, эм, ну, скорее всего, у меня не особо выйдет… У меня недостаточно практики, по сравнению с другими, да и их возможностей нет, но я буду стараться изо всех сил!] Пока многие гордо смотрели на Канари, Изуку сгорал от восторга. Он такой решительный! — Так мужественно, — в миллионный раз, наверно, прошептал Киришима. Зная, насколько много для Эйджиро значит мужественность, Мидория покрылся румянцем. [МИК: ВОТ ЭТО ДУХ! Я пригласил Канари сегодня, потому что с такой причудой ему нужна уверенность, чтобы добиться успеха! Это нелегкое дело — стоять перед зрителями и петь! НО, все мы знаем, что небольшим воодушевлением можно многого достичь! ПОЭТОМУ, Канари присоединился сегодня к нам на «Put Your Hands Up Radio»! И, если я его не спугну, могу попробовать склонить его к тому, чтобы прийти снова! Что думаешь об этом?! *Секунда тишины* МИК: Дамы и господа, он пожал плечами, и это не значит «нет»! Почему бы вам всем не помочь ему?! Пришлите нам несколько вопросов и просто ваши мысли! Но, пока что, послушайте-ка вот это – пусть заботы и стресс улетучатся, а мы вернемся сразу после окончания песни!] — Чувствую, ты задержишься там надолго, — сказал Шинсо похлопав Мидорию по плечу. С другой стороны подсел Шото: — Не волнуйся, — произнёс Тодороки, также похлопав его по плечу. Это выглядело нелепо, но заставило Изуку засмеяться. [«Прямой эфир» погас спустя миллисекунду. Мидория с облегчением выдохнул, даже не заметив, что задерживал дыхание. Сущий Мик сначала ничего не говорил. Мидория готовился к пронзительному визгу, но вместо этого Ямада широко улыбнулся ему и восторженно показал большой палец вверх.] Что уж говорить, если даже Шота был потрясён реакцией своего друга. Это вовсе не в его стиле, но, видимо, он решил не пугать и не смущать ребёнка ещё сильнее после такого напряжённого события в его жизни. Айзава заметил, что напряжения хоть и было, но к концу их беседы начало пропадать. Пока что всё очень даже хорошо. [— Вот видишь?! — начал он. — Все прошло не так уж плохо! — Правда что ли? — Мидория поежился. — Мне кажется, что все прошло ужасно! — Вовсе нет! — запротестовал Сущий Мик. — В первую очередь, ты говорил.] — Он говорил! — пропищала Химико, хлопая в ладоши. Она так им гордилась! Пока все говорили о том, как гордятся Канари, щеки Изуку горели. Хоть и формально они обращались не к нему, но зная, что они говорят это его другому «я», заставляло смущаться. [Мидория моргнул. Через мгновение на него навалилось осознание. Мик был прав — он только что говорил на радио. Беседа ощущалась так естественно, что плотина между его разумом и речью просто изжила себя. Он, конечно, и заикался, и запинался, но, все же, говорил. — Ну? — его учитель улыбнулся, увидев ошеломленное выражение лица Мидории. — Что я говорил?! УВЕРЕННОСТЬ! — Д-да… Думаю да! Сущий Мик оттолкнулся от стола, позволяя своему креслу откатить его до окна. Он поднял жалюзи. Мидория тут же перехватил взгляд Аозоры и Накано, на лицах которых сияли ослепительные улыбки.] — Посмотрите как они рады за него! — провизжала Тоору, указывая пальцем на экран. На её руках были белые кружевные перчатки, помогая ей передавать эмоции жестами. Так как они были сделаны из кружева, в них не было жарко, что очень удобно. [Накано нажал на одну из многочисленных кнопок перед собой, говоря в маленький микрофон, закрепленный перед ним. — Ты отлично справился, парень, — сказал он. — Правда. Я боялся, что ты вообще не заговоришь, но ты справился. Аозора наклонилась, отталкивая Накано, чтобы дотянуться до микрофона. — Да, Канари! Ты просто очаровашка и точно понравишься публике, поверь мне на слово. У тебя будет фан-база в кратчайшие сроки. И я собираюсь ее возглавить.] Изуку был в ужасе. Если его здесь заставляла нервничать что-то подобное, то он даже представить не мог какой это ад будет для Канари. Мысленно он молился всем Богам, чтобы ничего такого не произошло, хотя знал, что всё именно так и обернётся. Глубоко вздохнув, он вернул взгляд на экран. [— Как там называлась та птица? Кака – как там дальше? — Сущий Мик напрягся, вспоминая.] — Неплохо сменил тему, — задумчиво произнёс Шота, получив в ответ ослепляющую улыбку. Изуку лишь внутренне радовался тому, что тема сменена и его другая версия не зациклился на словах Аозоры. [— К-какапо, — нервно ответил Мидория. — Каким образом ты вообще запомнил это?! — Я-я не знаю… Просто запоминаю много случайных фактов… — признал он, пожимая плечами — Но поче… — Мик прервался. — Знаешь, нет, мы поговорим об этом в прямом эфире. Подожди секунду, дай гляну, есть ли у нас какая-то реакция в интернете… — Сущий Мик снова опустил жалюзи. Аозора продолжала махать, опуская свое кресло все ниже и ниже, по мере закрытия жалюзи. Это заставило Мидорию улыбнуться чуть шире. Вскоре песня подошла к концу, и они снова были в эфире. Этот час стал началом новой жизни для голоса Мидории – нет, для голоса Канари. Он вспомнил недавние слова матери: «Когда ты на радио станции, ты больше не Изуку, хорошо? Ты Канари! И Канари может быть любым: и храбрым, и добрым, и уверенным! Таким, какой ты есть, и даже больше, таким, каким ты знаешь, что можешь стать». Да… Он сможет привыкнуть к этому] — Мне так нравятся эти слова Мамадории! — воскликнул Денки, получив несколько кивков. И правда, очень мудро. — Неплохо, — со своего места прохрипел Айзава, залезая в свой спальный мешок. Участники стали вставать и менять свои места, кто-то ушёл в уборную, а кто-то взял закуски. В целом всё было хорошо. Но чувство беспокойства за психическое состояние своего Проблемного ребёнка не покидало его с первой главы. Им пока дали только то, что на поверхности. Всё намного глубже и хуже, так ведь?