Коктейль наивности и строгости

—Ай, блять! Громкий и явно злобный выкрик оглушил на минуту Шестого, который лежал от полученного удара на полу и не понимал, что произошло. Рядом кто-то шипел, матеря все земные и не только силы. Выйдя из забытия, Зонтик обнаружил рядом с собой Вару, он уже поднял свой упавший телефон, на котором красовалась не сильная трещина и материл напарников по команде, что те всрали. — Вару, ты в порядке? Аккуратно поинтересовался Зонтик, виновато смотря на своего товарища по несчастью. Тот, видимо, только сейчас заметил парня с голубыми глазами, как-то отдаленно махнул рукой, а затем одним движением встал и отряхнулся от невидимой пыли. Затем, скорее на автомате, чем по собственному желанию, помог встать Шестому. — Спасибо, - только и смог сказать приятно удивленный поведением своего брата клон. Вару же, выйдя из некого транса, раздраженно цокнул языком и направился на кухню. Следом за Валетом Пик мимо Зонта стремительно промчался Король этой мрачной масти. Выглядел он злее и раздраженнее, чем обычно по утрам. То и дело посматривал на часы, висевшие у всех навиду, отчего Влает Трефовой масти подумал, что Пик опаздывает куда-то. "Чтож, меня это не касается... Верно?" — размышлял парень с глазами-лазуритами. Зонт буквально ввалился в комнату, осторожно прикрывая дверь, не желая слышать громкие звуки сейчас. Затем упал на кровать, сминая раннее аккуратно заправленную простыню и плед под весом своего тела. Хотелось просто лежать и смотреть в потолок. Как там Куромаку говорил, такое состояние называется? Хандра? Да, именно она и накрыла Шестого с головой в свое путаное одеяло грусти и тоски. За окном посветлело, но солнце не решалось выглядывать из-за злых туч, отчего по всем радиостанциям, что вещали о погоде, прокатилась волна "Опять пасмурно", к которой граждане города уже привыкли. _________ Дело шло к обеду, когда в комнату к Зонтику постучали. — Да-да? - парень тут же оживился, приняв на кровати сидячее положение и ожидая незванного гостя. Дверь противно скрипнула и прижалась к стене, пропуская персону внутрь комнаты. — Здравствуй, Данте! - Шестой оживился, увидя на пороге улыбающегося клона, держащего в руках книгу, что читал ещё утром в гостиной. — Здравствуй, Зонтик. Меня попросили позвать тебя в гостиную для объявления каких-то важных новостей. Ну и для того, чтобы ты поел замечательную лазанью, приготовленную Феликсом, - Бубновый подошёл к Зонту и приобнял за плечи. Лицо валета озарила красивая улыбка и они вместе прошли на первый этаж в гостиную. В центре комнаты стоял человек, которого Зонтик уж точно не хотел бы сейчас видеть. Ведь именно он обидел лучшего друга Шестого утром. Куромаку увидел новопришедших и жестом пригласил сесть на диван. Изучающий взгляд пробежался по мальчишке, что в упор не замечал этого. — Хэй, Медный купорос, ты хоть причесался бы, - послышался слева голос Пятого, ухмыляющегося и смотрящего сквозь свои очки прямо в душу Шестого, заставляя того поежиться. Зонтик провел рукой по волосам - и правда. Локоны запутались, волосы торчат во все стороны, лезут в лицо и щекочат нос. — Ой.. Извини, Вару, - он и сам не знает, зачем извинился. Прость захотелось. Возможно тогда Пиковый опустит эту тему и прекратит орать о его плохом виде при Маку, что выгнул бровь в вопросительном жесте и неотрывно смотрит на валетов, видно ожидая, когда те, наконец, заткнуться. Комнату пронзил смех Пятого на секунду и после все стихло. Было слышно лишь сопение некоторых клонов. — Итак. Полагаю, я могу начать говорить, - окинув всех взглядом и получив в ответ неуверенные кивки со стороны большинства, Второй продолжил - Надеюсь, что каждый из вас будет внимательно слушать меня. Прошу всех вас при одиночных прогулках и прогулах, - тут взгляд говорящего упал на Вару, - впредь быть аккуратнее, поскольку недалеко от нас открывается магистраль. То есть, будет много машин и нужно следить за дорогой и переходить аккуратно. В принципе, это все на сегодня. Клон с глазами лунного цвета отошел на кухню, в то время как остальные понемногу начали расходиться, параллельно болтая о своем. Большинство, конечно, обсуждало недавние новости. Зонтик же остался сидеть на диване. Он был намерен поговорить с Королем своей масти и заставить того извиниться перед Феликсом. "Стоп, заставить? Я не хочу заставлять... Если Куромаку захочет, то, думаю, он и без моих напоминаний извинится. Он все же очень целеустремлённый," - руки Шестого дрогнули от одной мысли, что ему пару секунд назад хотелось "заставить". Откуда такая уверенность? Возможно, она связана с тем, что Трефовый очень дорожит таким другом, как Феликс. Да, скорее всего. Валет неуверенно кивнул головой, как бы подтверждая данную теорию, как вдруг над ним доносится немного хриплый голос: — Зонтик? Ты чего тут сидишь? Разве у тебя нет занятий полезней, чем тотальный осмотр ковра? Названный робко поднял голову, взглянув в серые омуты глаз Куро-сана. На подобные действия оппонент лишь хмыкнул, отходя в сторону лестницы. После недолгой напряженной паузы Короля Треф уже и след простыл. "Наверняка он закрылся у себя в кабинете и думает о чем-то...," - пронеслось в голове Зонта. Он встал и прошел на кухню, где заварил себе чай с мелиссой. Слышал от Данте, что тот успокаивает и приводит голову и мысли в порядок. — Тебе составить компанию? - неожиданно послышалось из-за плеча Голубоглазого. Тот вздрогнул и в испуге роняя чашку, обернулся. — Хей, Зонт, не нужно так пугаться. Страх опасности всегда страшнее опасности, уже наступившей, и ожидание зла в десять тысяч раз хуже самого зла, - в тему подбросил цитату Красноволосый Король Бубен. На автомате выдохнув, Шестой непроизвольно дёрнулся. Мысли от страха забились в одну кучу, и теперь только чай мог их разложить по полочкам. Не дождавшись ответа на такое мудрое высказывание, Данте сел за стол и с интересом начал смотреть за Трефовым. Тот устремился поскорее убрать осколки, пока никто не поранился и налить в, теперь уже 2 чашки, мелиссовый чай. Когда напиток достаточно настоялся, Зонтик аккуратно, дабы не обжечься и не уронить ещё одну чашку, взял емкости с чаем и поставил одну ближе к Третьему, а вторую рядом с собой. И каково же было его удивление, когда Шестой увидел, как Данте спокойно взял горячую кружку в руки и отхлебнул добрую часть напитка, не давая ни намека на то, что ему горячо. — А как тебе..., - в панике спросил Шестой, ведь вдруг Данте горячо и он повредит себе пальцы или руки? Или еще хуже - горло?! В груди все сжалось и Шестой мог лишь наблюдать за Королём Красной масти, осторожно хватая влажный кухонный воздух ртом. — «Горячая вода в холодных реках, На дне морском — сухой речной песок, И не найти, увы, в библиотеках, Романа, с тонким смыслом между строк…» - тихо произнес Данте. После 30-ти секундного молчания он добавил, заметя некий шок на лице товарища - Шикарный стих Юлии Олефир. Как нельзя лучше описывает смысл наших действий. И вечности. Пошло-поехало... Уж если расперло Данте на разговоры - это на долго. Хотя Шестой и рад был такому раскладу - не придется сидеть одному и путаться в своих мыслях и догадках. Например, почему утром Куромаку так сильно нагрубил Феликсу и совершенно ничего подобного не сказал ему, Зонтику? "А почему, собственно, меня это волнует?" - промелькнула где-то в глубине сознания мысль, которую преградила другая, давая невесомый удар по лицу Трефу. "Потому что Феликс - твой брат и лучший друг. Что за тупые вопросы?" Задумчивость Валета заметил Данте и потому немного притих. Понимая, что он здесь лишний, тот поблагодарил собеседника (хотя было больше похоже, что воздух) за чай и хорошую компанию и ретировался с кухни. Шестой же продолжил самокопание, пока не кончился чай. Только тогда омут мыслей выпустил его из своей мертвой хватки, представляя во всей красе реальность. "А? Данте уже ушел? Ну ладно...," - пронеслось в голове Зонтика, за то мгновение, пока он спаласкивал свою кружку и ставил на законное место. После он поспешил убраться в свою комнату. ______ Аккуратные пальчики ловко ухватили расческу и начали распутывать лохмы парня, когда тот еще не успел дойти до зеркала. Необходимо было привести голову в порядок. Длинные локоны были подняты вверх несмелой хваткой, и тут же, после мимолетного касания их расчески, упали, рассыпаясь чуть кудрявой волной и обволакивая плечи и часть поясницы. Подобная прическа, или как минимум ее подобие, была у Шестого всегда, потому он быстро взглянул на себя в зеркало, мысленно отмечая, что волосы в порядке. Часы, строго шагающие в ногу с временем, показывали 13.47, когда Трефовый Валет понял, что совсем ничего не ел сегодня. Он мог похвастаться только 2-мя выпитыми кружками чая, однако это так себе достижение. Пришлось возвращаться на злополучную кухню...