Закрыть последнюю дверь

Кир, не осматриваясь по сторонам, прошёл следом за Владимиром через массивные ворота усадьбы. Она выглядела совсем ветхой и заброшенной. Адвокат ступал осторожно, будто боялся, что деревянный пол под ногами вот-вот провалится. Он спиной чувствовал на себе спокойный взгляд Кира и был уверен, что мальчишка никуда не сбежит. Владимир неловко обернулся, стараясь не встретиться взглядом с аутистом. Понять по бесстрастному бледному лицу, что чувствовал Кир, было совершенно невозможно. Леонид звонил несколько раз, пока они шли. Несколько мужчин сидели на табуретах в небольшой комнате, казавшейся более-менее уцелевшей. Телефон снова зазвонил оглушающе громко, и Владимир сбросил вызов, не глядя на экран, после чего выключил телефон. Теперь Кира надо было передать этим людям. – Удостоверение покажите, - потребовал вдруг один из мужчин. У него было худое лицо с широкими скулами и тонкие сжатые губы. Доверия он не внушал. – Зачем все эти формальности? - словно обращаясь к самому себе, спросил Владимир. Он нервничал, и руки у него подрагивали, когда он доставал свои водительские права. Скуластый мужчина не вглядывался в документ слишком долго, просто бегло просмотрел и вернул Владимиру. Он встал с табуретки и посмотрел на Кира. Мальчишка стоял позади адвоката, опустив голову и сжимая в пальцах края своей куртки. Владимир, не выдержав, обернулся тоже, и в голове у него пронеслась мысль о том, что, возможно, он видит парнишку в последний раз. Его сердце сжалось, но он заставил себя отвернуться. – Скажите, - нервно произнёс он, - моя семья теперь в безопасности? – Конечно, как и договаривались. – А… Кир? Что вы с ним сделаете? – Нас наняли, чтобы привести этого мальчишку заказчику. Что с ним будет дальше – не наше дело. - Он помолчал немного, уставившись на свои ботинки, а потом поднял взгляд на Владимира: - Вам лучше уйти. Владимир кивнул и направился к выходу, но Кир неожиданно схватил его за руку. Дыхание у адвоката перехватило от этой крепкой хватки. Будто Кир изо всех сил просил не оставлять его. Но тут парень отпустил его руку и отошёл в сторону. Владимир почувствовал у себя в руке маленькую бумажку. Сжав её в кулаке, он поспешил выйти. Адвокат смог прочитать записку, только оказавшись в машине. «Забирайте свою семью. Уезжайте». Нервы у мужчины вновь разыгрались, по виску скатилась холодная капля пота. Включив телефон, он увидел кучу пропущенных звонков от Леонида, но не стал даже перезванивать. Жена не брала трубку. Паника усилилась. Адвокат гнал машину так быстро, как только мог. Теперь он не сомневался в словах аутиста. Всё, что тот предчувствовал, оказывалось верно. Внутри у Владимира всё сжималось, нервы трещали по швам, грудь ходила ходуном. Успокоиться и взять себя в руки он не мог. Ещё не доехав до своего дома, Владимир почувствовал терпкий запах гари. Мужчина добавил газу. Толпа людей, собравшаяся около пепелища, наблюдала за происходящим. Жену и детей среди них Владимир не увидел. *** Леонид буквально ворвался в клинику, где его ждала Лариса. Женщина встретила его на пороге и поспешила проводить до комнаты директора. Леонид успел вовремя – Иосиф, директор клиники, уже собрался куда-то на ночь глядя с большим чемоданом. – Куда это вы? – Что вы тут делаете? – Вопросы тут задаю я. Думаю, вы знаете, куда подевался Кир. Лицо директора как-то сразу побелело, губы поджались, и он обессилено упал в кресло. Жалеть пожилого человека Леонид не собирался. Он присел напротив Иосифа и одарил его одним из тяжелейших своих взглядов. – Я ничего не знаю. – Отпираться бесполезно. Разве вы хотите впутывать в это дело ещё и полицию? – Полицию? – Казалось, что директора вот-вот хватит инфаркт. – Да, полицию. Вы же соучастник в похищении человека. Мужчина устало опустил голову. Казалось, он уже сдался. Леонид тяжело вздохнул. – Сколько же вам заплатили, что вы согласились так поступить со своим бывшим подопечным? Вы же двадцать лет его воспитывали, как вы на такое смогли пойти?! – Вы ничего не понимаете! – отчаянно воскликнул директор. – Мне угрожали закрытием клиники! Я не мог рисковать в своём-то положении! Леонид посмотрел на этого жалкого мужчину с отвращением. Кулаки прямо чесались врезать ему, но он сдерживался. Надо было вытянуть из директора как можно больше информации о местонахождении аутиста. – Где Кир? – Я не знаю… Я могу только догадываться! Его должны были похитить сегодня ночью по приказу Артура Генриховича. – Где его офис? – Леонид вскочил на ноги, готовый выехать, как только получит ответ. Директор откопал в своей тумбочке визитку Артура. Он протянул её мужчине и напоследок сказал: – Сомневаюсь, что он будет там. Вам лучше отправиться к нему домой, но так просто вас туда не пустят. Директор дал ему адрес. Руки его дрожали. Леонид удивился такому поступку, ведь ещё несколько минут назад этот старик не хотел ничего говорить. Видимо, директор не желал Киру зла и действительно был в отчаянии. *** Кир сидел за небольшим столом. Перед ним лежал альбомный лист, карандаши и краски. Он сидел прямо и смотрел перед собой, в одну точку. Его привели в какой-то старый дом, где не было ни души, и заперли в однокомнатном помещении, где была лишь мебель первой необходимости. Даже окон не было, и свет был очень тусклым. В комнате помимо него был и коренастый мужчина – охранник, приставленный к нему. Мужчина опасливо поглядывал на аутиста, который напоминал ему куклу не только внешностью, но и поведением. Мальчишка сидел без движения несколько часов, ни разу даже не посмотрев на альбомный лист. К еде и питью он тоже не притронулся, а на попытку завести с ним беседу никак не отреагировал. Это и казалось мужчине жутью – будто труп сидит перед ним. То, что Кир - живой человек, можно было понять лишь по его дыханию. – Эй, - охранник снова попытался завести диалог. – Я понимаю, что ты зол на нас за похищение, но ты ведь знаешь, что вреда тебе никто не причинит. Пока ты будешь делать то, что нам надо, ты будешь в безопасности. Тебя обеспечат всем, в чём ты будешь нуждаться. Скоро приедет Артур Генрихович, он-то тебе всё популярно объяснит. Чёрт, и почему я должен за тобой приглядывать… Мужчина чуть не завопил от испуга, когда Кир внезапно начал качаться на месте. Охранник схватился за сердце и подумал, что с него хватит. Если его сейчас же никто не сменит, он плюнет на всё и уйдет к чертям из этой комнаты. Однако, будто услышав его мольбу, дверь открылась, и на пороге появился его начальник – Артур Генрихович. Он был в сером костюме, руки прятал в карманах брюк. По его лицу было видно, что он пребывал не в самом радостном настроении. Он кивнул охраннику, и тот поспешил покинуть комнату. Когда мужчина ушёл, Артур запер дверь на ключ и посмотрел на аутиста. Вздохнув, он поставил стул напротив Кира и присел. – Слушай, нелюдимый ты наш. Неужели настолько сложно изобразить будущее событие? Ты же всё видишь и чувствуешь. Что тебе стоит сделать мне одолжение? Кир перестал качаться, но выражение его лица не изменилось. Артур едва сдерживал свою ярость и желание вмазать по этому красивому безжизненному личику. Он резко встал и ударил ногой по ножке стула так, что тот отлетел на другой конец комнаты. От резкого шума Кир вздрогнул. Он пытался всё это время держать свои чувства внутри, но испуг от громкого шума сдерживать не смог. Мужчина приблизился к аутисту и, резко схватив его за волосы, потянул его голову на себя. Кир сжал пальцы и попытался не закричать, понимая, что этим он спровоцирует этого человека. Было больно – слишком сильно дёргал за волосы этот пугающий мужчина. Было ощущение, что он хотел снять с него скальп. – Неужели ты никак не отреагируешь на боль? – злобно усмехнулся Артур. Кир смотрел мимо него, всё также не проявляя никаких эмоций, только слегка сощурил прослезившиеся от боли глаза. Это ещё пуще разозлило олигарха. Он поднял юношу на ноги, достал складной ножик и провёл тупой стороной лезвия по лицу аутиста. – Не хотел я тебя ранить, - сказал он тихо, - но ты вынуждаешь. Хотел бы тихо-мирно жить, делал бы всё, что тебе говорят. Кир посмотрел на дверь. Он понимал, что физически слаб, и мало что сможет сделать. Но ведь можно было попытаться сбежать. Он не мог позволить делать с собой всё, что взбредёт этим людям в голову. Кир резко оттолкнул мужчину и, когда тот расцепил руки, побежал к двери. Но та оказалась заперта. Артур рассмеялся. – Хоть что-то! – воскликнул он. – Вижу, не всё потеряно. Ты действительно пытаешься спасти свою жизнь. Кир больше не мог сдерживаться и в панике дёргал ручку двери, которая, естественно, не поддавалась. Он хотел убежать отсюда, уйти туда, где его ждали и смогли бы защитить. Единственный, кто сможет дать ему это – Леонид. Впервые он так сильно хотел его увидеть. Кир повернулся и испытал животный ужас, когда увидел, что Артур медленно приближался к нему. От страха он не перестал двигаться и с расширенными глазами ждал чего-то ужасного. Внутри всё сковывало, лоб покрылся холодным потом, а руки заледенели. Во рту было сухо, и при попытке сглотнуть ужасно жгло горло. – Несмотря на то, что ты ненормальный, ты очень упрямый человек. Не сделаешь того, чего не хочешь, даже под угрозой смерти. Если бы я схватил тебя раньше, интересно, ты бы также себя повел? В прошлом тебя защищал тот старик, а сейчас кто? Его внук? Неужели ты и к нему привязался, к этому грёбанному ублюдку, который, по сути, такой же, как и я? Он прижал Кира к двери, поднял его лицо на себя и всмотрелся в синие глаза аутиста. Мужчина долго смотрел на него, пока Кир, не выдержав зрительного контакта, не опустил взгляд. Но Артур сжал его лицо пальцами, заставляя вновь смотреть ему в глаза. Мужчина вновь вытащил нож и прижал его к шее парня. Юноша в его руках начал дрожать и слабо дёргаться в попытках освободиться, но олигарх сильнее прижал его к двери, жарко дыша ему в шею. А когда он начал касаться тела парня, паника полностью овладела им. Он начал кричать и бить мужчину кулаками. То, что к его горлу был приставлен нож, мало волновало его. Кир скорее выбрал бы смерть, нежели прикосновения чужого ненавистного ему человека. Артур же будто не обращал внимания на крики аутиста. Он схватил его и бросил на диван. После навалился на парнишку и держал его руки, не давая царапать своё лицо. Другой рукой он стягивал с него одежду. Остановился лишь тогда, когда перед ним лежал обнажённый Кир. Аутист перестал сопротивляться. Он устал и закрыл глаза. Хотелось исчезнуть из этой реальности. Парень оставлял надежду на спасение. Он осознал, что всё это время верил, что ему помогут, а сейчас пришло чёткое понимание, что этого не произойдёт. Кир мысленно ушёл в свой внутренний мир, где он мог ждать окончания этого кошмара. Это тело в данный момент ему не принадлежало. Но тут его ударили по лицу, возвращая в реальность. – Нет, парень, ты всё прочувствуешь, - услышал он голос мужчины. Внезапно открылась дверь, и вошла женщина в красном костюме. Её светлые волнистые волосы лежали на груди, губы были накрашены красной помадой, а голубые глаза презрительно осматривали помещение. Артур, увидев её, скривился и встал. Он поправил костюм и выпрямился. Женщина застала не очень приличную картину, и отвращение она не скрывала. – Ты что, насиловал мальчишку? – Просто хотел припугнуть, - пробормотал он. – Ты чего тут забыла? – Посмотреть на аутиста пришла. Но никак не ожидала увидеть его в чём мать родила. Кстати, о матери. Мы нашли её, правда, она давно заперта в дурдоме. Артур фыркнул. – Неудивительно. Итак, клиенты пришли? Женщина кивнула. – Они уже давно жаждут познакомиться с этим парнем. Присоединится к нашему Аделю. Артур повернулся к Киру. Он кинул в него его одеждой и велел: – Одевайся. Но Кир не реагировал. Он лежал и не двигался, а его безжизненный взгляд был устремлён куда-то вверх. Мужчина вздохнул и насильно посадил парня. Затем стал его одевать – не было времени разбираться с его капризами. Тот, на удивление, перестал брыкаться. – А получше одежды нет? – фыркнула женщина. – Не было времени его приодеть. Вставай, - велел Артур Киру. Тот, ожидаемо, не послушался. Тогда Артур схватил парня за руку и поднял его на ноги. Только сейчас он заметил, что аутиста била дрожь. В таком состоянии его вряд ли можно было показать другим. – Перенеси встречу. – Что? – Ты меня слышала. Мальчишке нужно успокоиться, а не то не привлечёт никого. Женщина вздохнула. – Как скажешь, ты тут босс. Она оставила их наедине. Артур тоже направился к двери. Перед выходом он бросил взгляд на аутиста. Тот всё ещё дрожал, хотя на его лице невозможно было прочесть ни одной эмоции. Как же с ними сложно! Почему нормальные люди не так талантливы, как этот парень? Тех можно было сломить по-другому, попроще. А с аутистами как действовать? Их тоже можно легко сломить, да. Только вот после этого они окончательно теряют связь с реальностью. Когда мужчина ушёл, Кир забился в угол и обнял свои колени. Он был до чёртиков напуган. Его мысли путались, дрожь не отступала. Он качался на месте и не мог пересилить свой страх. Хотелось плакать, но Кир не знал, как это делать. Было больно и тяжело дышать. Всё здесь наводило на него ужас: эти глухие стены цвета яичной скорлупы, тёмный диван, краски, альбом, узкая кровать с холодной простынёй. Хотелось вернуться туда, где были Леонид и Джуни, где тёплая постель, вкусная еда и кабинет Леонида, где осталась куча недочитанных книг. Но он сам принял решение уйти. Владимир не повёз бы его, если бы он сопротивлялся, Кир знал это наверняка. Всё, что сейчас происходило, он выбрал сам. Так что грех было жаловаться и хотеть обратно. Кир знал, на что он шёл. Только вот страх унять не мог. Чувство смирения не приходило, как это было у Аделя. Почему же Кир не мог принять эту ситуацию? Почему он так много думал о Леониде и в тайне надеялся, что тот его отсюда заберёт? Ведь самым лучшим вариантом был бы тот, в котором мужчина отпустил бы его и жил своей прежней свободной жизнью без обузы в лице Кира. Вновь эти мысли причинили боль аутисту. Стоило представить, как Леонид будет жить без него, с красивой девушкой и детьми, как ему хотелось взвыть. Кир понимал, что ему будет очень тяжело свыкнуться. Всё, что он мог сейчас – это плыть по течению. Сопротивление не даст результата и только причинит ему боль. Где-то поблизости был Адель, возможно, в этом же доме. Значит, есть шанс выжить, не так ли? Но что он мог сделать? Идей у Кира не было. В такие моменты он проклинал свой синдром, что мешал ему ясно мыслить и быстро принимать решения. С каждой минутой он лишь больше убеждался в том, что хотел жить. Жить свободно, так, как раньше.