Кошмарный сон

      Этим утром было почему-то необычайно тепло. Обычно, Харуто все время кутался в одеяло, стараясь согреться от фантомного холода — он был куклой и чувствовать его, как такового, просто не мог, но все равно всегда просыпался укутанным. Но сегодня одеяло почему-то в ногах… Или вообще на полу? Парень еще не до конца очнулся, чтобы быстро сориентироваться в пространстве. Хочется перевернуться в другую сторону от солнца и поспать чуть дольше, раз он так хорошо себя чувствует, но этому внезапно мешает вес на предплечье. Осознание приходит не сразу, когда Странник разлепляет глаза и первым же делом видит перед носом светлые лохматые локоны. Раз. Два. Три… До него, наконец, доходит, что в постели он совсем не один. Буквально прижавшись к юноше всем телом, Путешественница удобно уместилась на его руке. Но что еще хуже — он сам обнимает ее свободной рукой… Как будто лежал тут по своему желанию! «Что за черт? Что она, мать вашу, делает в моей постели?!» Ладонь тут же взлетает вверх, а сам Харуто старается отстраниться как можно дальше. Это происходит настолько резко, что Люмин приоткрывает сонные глаза, смеривая его непонимающим взглядом. Игра в «гляделки» длится несколько мучительно-долгих секунд, а потом юноша отодвигается на самый край кровати. — Ты что тут забыла?.. — почти рычит он угрожающим шепотом, на что заспанная девушка лишь пожимает плечами. — Скажем, тебе было бы логичнее сказать: «Что я тут забыл?». Сказанная фраза тут же сподвигает парня осмотреться: кажется, постель совсем не его… А ее. Этот факт добивает непонимание всей ситуации и заставляет Странника вонзить в чужеземку неверящий взгляд. Он вчера ничего не пил, переспать они не могли, но почему-то эта мысль все продолжает стучаться в голову. — Ха-ха, боже, не делай такое лицо, будто бы я извращенка какая-то, — девушка садится, зевая и улыбаясь. Кажется, ситуация ее совершенно не заботит. — А вполне тянешь. Отвечай, что я делаю в твоей комнате. И советую ускориться, иначе я выброшу тебя в окно прямо так, — он иронично взглянул на черные короткие топ и шорты Люмин, — ты что, притащила меня сюда ночью? — Ты совсем не меняешься, — в ответ вздыхает она, но после же медовый взгляд теплеет, — вспомни получше эту ночь. Ты сам сюда притащился. Пару мгновений Странник смотрит на девушку, как на дуру, а потом воспоминания внезапно пробиваются в помутневшей разум. И эти воспоминания, по сравнению с мыслью о сексе, заставляют юношу покраснеть до самых кончиков ушей. Как можно было так невообразимо опозориться…

***

      Эта была необычная ночь. Страннику очень давно не снились кошмары. Кажется, с того момента, как Доктор начал ставить на нем свои эксперименты. Если спать и удавалось, то это был обычный беспокойный сон без сновидений, не длящийся и нескольких часов. Сколько столетий воспоминания не приходили ему в голову в виде чертовых «сновидений»? Сегодняшний день решил исправить такую маленькую положительную вещь в жизни юноши. «Что?.. Кто это? Кацураги? Нива? Ничего не понимаю… Но, если они здесь, то все хорошо.» «Слишком много времени прошло, как Эшер зашел к Ниве… Может, стоит пойти к ним? Нет, Нива сам со всем справится. Я буду только мешаться.» «Он сбежал? Нет, Нива не мог просто «сбежать»! Это точно какой-то его план, я уверен. Он попросил меня войти в горн?.. Тогда, я должен это сделать.»

***

«Почему! Почему, почему, почему?! За что они так со мной? Почему они меня бросили? Потому что я лишь кукла без сердца? Но они же говорили, говорили, что я человек!.. «Этот ребенок один? Как странно. У человеческих детей всегда есть родители. Получается, он такой же, как и я.» «Мы оба брошены. Поэтому он должен понимать, каково оставаться одному. Он пообещал мне, что всегда будет рядом. Что мы всегда будем семьей.» «Надо выйти и поискать еды. Кажется, ему становится хуже… В любом случае, он должен сдержать свое обещание.»

***

«Лжец! Все они — чертовы лжецы! Он обещал, обещал мать твою! Так почему он умер?! Бросил меня?! Он был таким же, что и люди на Татарасуне!» «Я сожгу всё. Все свои чувства к людям и богам. Все свои эмоции к этому миру. Больше я не буду предан. Никто не посмеет меня предать.»

***

«Больно… Хочу перерезать Дотторе глотку… Хочу заставить его страдать…» «Ха, он это специально. Конечно, нужно же знать, как подопытная крыса реагирует на боль после парочки экспериментов.» «Как только стану Архонтом, тут же убью его…»

***

— Хей, как по мне, ты тоже человек.

— Черт-черт-черт! Исчезните! Руки слишком сильно тряслись, в голове было пусто и чересчур много одновременно. Слишком много эмоций, настолько много, что их будто бы нет. Странник цепляется за последние остатки разума, говоря себе, что это был лишь сон, но он вышел таким реалистичным, будто бы Кабукимоно, Сказитель, Скарамучча, Странник и Харуто пережил все свое прошлое, как в тот раз с помощью Нахиды. «Страшно. Как же страшно. Нет-нет, я больше не хочу через все это проходить…» «Хватит, я не хочу страдать!» В комнате темно. Настолько темно, что даже рук не видно. Но парень все равно на дрожащих ногах едва ли проходит к двери. Он не осознает своих действий. В голове лишь видения, давящие на все его существо весом в несколько тысяч тонн. Хочется забыть, исчезнуть… Но ноги бредут почему-то в направлении только одной комнаты. Комнаты, куда бы Странник ни за что не сунулся по своему желанию. Комнаты, где было слишком тепло и приятно, чтобы он мог там находиться. У Люмин не было так темно — на столе горела лампа. Сама девушка сидела за этим же столом, что-то усердно выводя пером в тетрадке. Скрипнувшая дверь отвлекла её — медовый взгляд метнулся через плечо, ожидая увидеть Паймон, которой опять не спится и она решила прийти поболтать или позвать поесть. Но вместо этого Путешественница видит своего «ненаглядного» спутника. Сначала она хочет съязвить и упрекнуть, какого черта он вообще заходит без стука и какого черта заходит в общем, но стоит сфокусировать взгляд на его лице, все язвительные комментарии мигом вылетают из головы. Девушка подскакивает с места, совершенно не понимая, что ей сейчас вообще надо делать. Но времени на глубокие размышления нет, учитывая, что парень, кажется, совсем не в себе: весь дрожит, кричаще-пустой взгляд, искаженное выражение лица… Люмин тут же подходит к нему и касается тыльной стороной ладони его лба. «Еще и горячий…» — Пожалуйста… — внезапно улавливает она из его бормотаний, — пожалуйста, хватит… — Эй, что «хватит»? Но парень не отвечает, лишь опускает голову и с силой прикусывает губу. Вместе с тем Путешественница тоже начинает паниковать от его подобного состояния, но сразу же отбрасывает это чувство — сейчас только этого не хватало. — Что с тобой? Тебе плохо? Что случилось? Странник все еще не отвечает на все ее вопросы, продолжает дрожать и тихо шептать себе что-то под нос. Чувствуя, что ситуация может стать хуже, Люмин отвешивает ему звонкую пощечину. Она сама с удивлением понимает, насколько спокойно ударила человека в истерике, но все же это было лучшим решением его «отвлечь» хотя бы на пару секунд. И пока парень все еще в прострации от удара, девушка аккуратно берет его за руку и отводит к кровати. Надавливает на плечи, чтобы тот сел, и только потом садится сама. На своем веку ей доводилось не раз успокаивать людей, но последнее, что Люмин ожидала — то, что она будет успокаивать Странника. Такого высокомерного, надменного и эгоистичного Странника. Звучало уже абсурдно, но даже такое создание, как он, было способно на эмоции и страдания. Как и предполагалось, все те разы, когда он кичился «отсутствием эмоций», было лишь ложью. Вероятнее, даже самому себе. Ничего не говоря, Люмин аккуратно проводит ладонями по предплечью парня, поднимаясь к плечам и мягко разминая. Эти простые действия приводят к объятьям. Они не сквозят настырностью, в любой момент можно вырваться и сбежать. Но вместо попыток ретироваться, плечи Харуто начинают подрагивать. Это перерастает в неконтролируемую дрожь и его руки тут же вцепляются в одежду девушки. Он сжимает ткань так, будто бы если отпустит её — упадет в Бездну. Возможно, так оно и было. Уткнувшись Путешественнице куда-то в плечо, Странник понимает, что плачет. Первым же делом это его удивляет. Какое право он имеет на слезы? На это сострадание? Это все расплата за его грехи. Но вырываться из теплых, таких согревающих объятий не хочется. Да, возможно, он и не заслужил. Но Люмин ведь сама его обняла, так? Странник всегда был эгоистичным. Почему он должен перестать быть таковым сейчас? Ладонь девушки скользит вверх, к его волосам. Она мягко сжимает локоны у корней, массируя голову. Путешественница всегда так делала брату после особо трудного дня и он говорил, что это расслабляет. Но вместо расслаблений Странник еще больше зашелся в рыданиях. Было бы хорошо, если Паймон сейчас спит… Спустя несколько долгих минут плечи парня, наконец, опускаются, и единственный издаваемый им звук — редкое шморганье носом. Люмин все еще гладит его по голове, прижимая к себе. Наверное, вернись он в обычное состояние, тут же оттолкнул её и начал бы сквернословить. Да, это было бы точно в его духе… Еще через некоторое время девушка хотела подняться и выключить лампу — Странника отпускать она не собирается, а глаза уже начинают слипаться. Но встать не получается — юноша вцепляется в нее, никуда не отпуская. — Я просто выключу свет и вернусь… — Не надо… Оставь. Его голос хрипит, едва ли подчиняясь своему хозяину. Девушка тихо вздыхает и вновь аккуратно проводит по темным волосам. Через пару минут они оба уже лежат: Странник, уткнувшись Люмин в ключицу, глаза не закрывает, смотрит в «никуда» пустым взглядом. Кажется, спать он совершенно не хочет. До Путешественницы тут же доходит — так вот в чем дело… Ночной кошмар. А зная его прошлое, там явно не детские страшилки. — Хочешь я расскажу тебе про звезды на моем родном небе? — спрашивает она, надеясь на то, что Харуто согласится. Он немного молчит, будто бы обдумывает этот вопрос, но потом же кивает. Девушка с облегчением выдыхает. — В Тейвате небо синее. Каждая звездочка на нем горит с голубым оттенком. В моем родном мире оно черное, словно ночная мгла. И звезды — яркие белые точки. Здесь, в Тейвате, у каждого человека есть свое собственное Созвездие. У нас же было совсем по-другому, — она вновь возвратилась к его волосам, продолжая слегка сжимать и поглаживать их. — Созвездие — это крепкая связь существ, которых связала Судьба прочными узами. Сколько бы дней и ночей не прошло, они всегда неизменно вместе. Созвездие может состоять всего из пары Звезд, а может иметь в себе целые десятки небесных светил. Иногда они исчезают с неба, но после вновь возвращаются, заявляя, что сколько бы невзгод интриганка-Судьба им не подкинула, они пройдут их вместе. Я всегда считала, что это очень красивая легенда. Но иногда случается, что Звезды расходятся. Их больше ничего не связывает. Однако никогда не бывает такого, чтобы среди неба, усыпанного Звездами, могла остаться одна одинокая Звезда, не имея никого рядом. Она может долгое время гореть на небе совсем одна, но все равно найдет свое Созвездие, сколько бы столетий не прошло. Совсем не сходится с астрономией Тейвата, да? Но каждый мир оттого и отделен от другого, чтобы показать, насколько обычная мирская жизнь может отличаться. Даже самыми обыденными вещами — небом и звездами. Люмин сделала долгую паузу, прислушиваясь к тихому размеренному дыханию парня. И, наконец, поняла, что он заснул, все еще крепко прижимаясь к ней. Веки девушки тоже уже стремительно тяжелили, потому она поддалась соблазну успокоиться и заснуть.

***

— Ну? Вспомнил? Тогда, может, перестанешь смотреть на меня таким взглядом и мы поспим еще немного? — Путешественница плюхается на матрац, устало прикрывая глаза, будто бы вообще не спала, — не знаю, выспался ты или нет, но я — точно нет. — И тебе совсем плевать? Голос Странника звучит низко, неуверенно, отчего девушка заставляет веки подняться и взглянуть на него с тем же непониманием, что и раньше. — Нет, не плевать. Настолько «не плевать», что я теперь спать не смогу спокойно, если не буду открывать глаза и видеть твою сонную физиономию, — она переворачивается на спину, прикрывая глаза тыльной стороной ладони, — ты бы знал, как я испугалась. Сказала бы «больше так не делай», но оно не так работает, к сожалению… Харуто, тебе часто снятся кошмары? Кажется, последний вопрос был лишним. Люмин думает, что парень на него отвечать не будет и просто сбежит, а потом будет делать вид, что ничего не было. Но противоположно этому она услышала тихий голос: — Нет, нечасто. Эта ночь была исключением. Ощущается, как рядом прогибается матрац, и девушка с удивлением переводит взгляд на Странника, что лег рядом. Взгляд его был спокойным, устремленным в потолок. Кажется, он смирился с фактом произошедшего… Они лежат молча. Сон не идет совсем, и почему-то Люмин становится неловко. Появляется ощущение, будто бы если сейчас обнять юношу, то неловкость пройдет, но это точно глупая мысль. Определенно точно. Вернее, до того момента, пока Странник сам ее не обнимает, прижимаясь как можно ближе, лишь бы спрятать свое лицо. Но девушка все равно видит его красные уши. — Это уже наглость, не думаешь? — хмыкает она, хотя на самом деле рада. — Я просто пользуюсь подаренной мне возможностью, в чем проблема? — Ха, ничего другого от тебя и ожидать не стоило, — и, несмотря на всю эту перебранку, Путешественница обнимает Харуто в ответ. Было бы неплохо, если он будет позволять себя обнимать, как сейчас, не только в критические моменты. Теперь точно можно поспать. Может, Странник позже все же улизнет или же сделает какую-то пакость, но это всяко лучше его вчерашнего состояния. Всяко лучше… На грани сознания Люмин слышит его слова: — …Возможно, твои слова про Созвездия имеют смысл. — Что? — Ничего, спи.

«Какой абсурд — до вчерашнего дня я еще никогда так сильно не рыдал от облегчения. Не боли.»