Дубль два

      Самолёт благополучно приземлился в Майами около десяти часов вечера по местному времени. Я раздражённо повела бровями, когда во время посадки многие пассажиры стали громко хлопать, выражая благодарность и похвалу пилотам — никогда не разделяла всеобщего восторга перед этой «традицией».       Практически одиннадцатичасовой полёт с кричащими детьми на борту и смена часовых поясов между Барселоной и Майами дались мне крайне тяжело. Я устала настолько, что даже вид из иллюминатора на ночной город не произвёл на меня абсолютно никакого впечатления, хотя я — любитель таких видов и сама частенько просматриваю фото с подобной тематикой в Pinterest.       В этот момент не хочется думать ни о чём. Всё, чего я сейчас желаю — вернуться домой, принять горячий душ, чтобы смыть с себя остатки тяжёлого отпуска, и лечь спать в объятиях любимого парня.       Везя за собой шумный чемодан на колёсиках, спешно отправляюсь к стоянке такси в аэропорту. Несомненно, я знаю, что этот вариант очень дорогой, но особого выбора нет. На ходу отключаю режим «в самолёте» на своём телефоне и сразу же звоню лучшей подруге, которая отвечает сиюминутно.       — Ты уже добралась? — не церемонясь и даже не приветствуя, спрашивает Мими.       — Да-а-а, — расслабленно протягиваю я. — В аэропорту. Сейчас буду искать такси, — ненадолго останавливаюсь, чтобы иметь возможность нормально поговорить с нетерпеливой подругой.       — Вики, мы с Ади и Сэми будем ждать тебя на нашем месте, окей?       Издаю вымученный стон, услышав это заявление. «Наше место» — клуб в центре Майами-Бич, в котором проходило большинство выходных, где мы иногда могли напиться до потери памяти. Мне нравится такой отдых, но явно не сегодня.       — Давайте сегодня без меня, хорошо? Я ещё с Малем должна увидеться и, как минимум, оставить дома чемоданы.       За две недели, проведённые в Испании с отцом, я успела соскучиться по Малю, который предпочёл остаться в Америке, ссылаясь на загруженность на работе. У нас доверительные отношения, так что я с пониманием отнеслась к его отказу.       — Успеете вы ещё встретиться. Чемодан пока оставишь у меня, а на обратном пути с клуба заберёшь. Ви, мы ждали этого две недели! — Майерз не из тех, кто принимает отказы, и это нередко становится причиной для споров.       Устало вздыхаю, понимая, что деваться некуда. С Мими легче согласиться, чем перечить ей, так что, утомлённо посмотрев на чемодан и снова покатив его за собой, я плетусь искать такси. К счастью, свободных машин оказывается много, так что я без труда сажусь в одну из них.       — Тен-Мьюзиум-Парк, затем — Коллинз Авеню, 1921, — оставив чемоданы в багажнике, называю адрес, который водитель вбивает в навигатор.       — Ехать около получаса, устраивает? — спрашивает таксист, и я, вздохнув, киваю.       Я всегда была любителем вечеринок, но порой даже мне хочется отдохнуть от столь оживлённых мероприятий, а тем более сейчас, будучи уставшей после долгой дороги, однако Мими, Ади и Сэми, которые вот уже на протяжении многих лет мои лучшие друзья, не смогли позволить мне этого, ведь успели соскучиться. Впрочем, я тоже соскучилась по ним, так что, думаю, правильно поступила, что решила с ними встретиться.       Выбирая между отношениями и дружбой, я всегда выбираю дружбу. Я понимаю, что партнёр может уйти в любой момент, а друзья всегда будут рядом, несмотря ни на что.       Вставляю в уши наушники и с лёгкой улыбкой уставляюсь в открытое окно авто, виды из которого завораживают. Я, наконец, могу расслабиться и проникнуться атмосферой любимого Майами. Проносящиеся мимо пальмы, кое-как освещаемые лунным светом, и огни небоскрёбов городе всегда успокаивают меня и поднимают настроение. Плохо? Отправляйся на пляж ночью. Хочется повеселиться? Прогуляйся по Саус-Бич. В звёздах, отражающихся в лазурной воде океана, я нахожу умиротворение.       Размышляя о том, насколько хорошо снова оказаться в родном городе, даже не замечаю, как такси оказывается у дома Мими, которая доверяет мне, наверное, больше чем себе, так что без труда смогла оставить мне одни ключи от своей квартиры на случай чего. Быстро оставляю чемодан с вещами в уже знакомых апартаментах и сажусь обратно в такси, направляясь уже в клуб.       Дорога до клуба занимает около двадцати минут, и всё это время я заворожённо наблюдаю за видами из окна. Подъезжая к назначенному месту, замечаю, что друзья уже ждут меня у входа, и тепло улыбаюсь. Быстро оплачиваю таксисту названную сумму и выхожу из машины, случайно хлопнув дверью от нетерпения обнять друзей.       — Наконец-то! Приехала! — радостно пищит Мими, бросаясь на меня с объятиями, а я крепко обнимаю её в ответ.       — Мы уж думали не дождёмся! — недовольно подхватывает Ади, держа руки в карманах, но я знаю, что искренне рад моему приезду.       — Ну тише вы, напали. Она же устала с дороги, — Сэми мягко улыбается и также обнимает меня, когда Мими решает нехотя отстраниться.       — А загорела-то как! Ну, рассказывай: как Барселона? Как там папа? — Мими сразу же начинает расспрашивать меня обо всём, о чём только можно, словно все эти две недели мы совсем не общались, хотя я звонила друзьям каждый день по видеосвязи, рассказывая главные новости.       — Ви, мне тебя искренне жаль, — Сэми смеётся заинтересованности подруги, хотя сам точно очень хочет услышать всё в подробностях.       — Согласен, — Ади поддерживает Сэми, ухмыляясь. — Расспросы Мими содержат больше вопросов, чем выпускные экзамены.       — Но на них я хотя бы знаю ответы, — тихо усмехаюсь. — Давайте внутрь зайдём, а то стоим тут как неродные.

Soundtrack: Volac — Acorda Pedrinho

      Так мы и поступаем — заходим внутрь клуба, музыка из которого оглушительно громкая. Охранники с улыбкой встречают нас, потому что уже хорошо знают — мы, можно сказать, стали тут постоянными гостями.       Ади сразу же отправляется в бар за порцией алкоголя, Сэми и Мими — на танцпол, а я занимаю один из столиков. Вспомнила, что, увлёкшись поразительными видами Майами, совсем забыла предупредить Маля, что приехала. Включив смартфон, на котором практически не осталось заряда батареи, быстро открываю мессенджер и спешно печатаю парню сообщение.

Вики. привет, милый. я уже в Майами

ты дома?

      Ответ не заставляет себя долго ждать.       Маль.       привет! я не рассчитывал, что ты так рано прилетишь… сегодня ночная смена: (      извини       выходные проведём вместе, идёт?

Вики. конечно, Маль, без проблем)

удачной работы!

      Закончив переписку с Малем, отключаю телефон, чтобы больше не разряжать его, и откладываю в сумку. К этому времени Ади уже приносит каждому алкогольные напитки, в том числе и мой любимый мохито.       — Чего сидишь одна тут? — спрашивает Ади, садясь рядом со мной и делая глоток светлого пива.       — Малю писала. Он в ночной, — закидываю ногу на ногу и отпиваю немного освежающего алкоголя через пластиковую трубочку.       — Как в ночной? Он мне вчера говорил, что выходной сегодня, — Ади пытается найти глазами Мими и Сэми на танцполе, вероятно, чтобы потом позвать их.       — Не знаю, — пожимаю плечами, продолжая потягивать мохито. — Может, снова запрягли. Ты же знаешь, какой у них там график непостоянный.       Я уже давно привыкла к тому, что Маль всегда остаётся на работе допоздна, а порой его даже вызывают в выходной день. Такова уж работа врача — нужно всегда быть наготове.       Не придавая значения отсутствию парня сегодня, я решаю отдохнуть с дороги и наконец расслабиться в компании друзей.       Кое-как собрав непослушные светлые волосы в низкий хвост, — выше не позволяет длина, — закидываю ногу на ногу, из-за чего ненароком задирается белая юбка выше колена, и поправляю бежевые очки на голове. Вскоре с танцпола возвращаются уже подуставшие от танцев Мими и Сэми. Мими, поправив подол своего любимого чёрного платья с вырезом на ноге, садится рядом со мной и кладёт голову мне на плечо, отпивая свою пина коладу, а Сэми садится напротив — рядом с Ади и залпом выпивает Б-52.       — Устали? — со смехом спрашивает Ади.       — Сегодня ночью ты устанешь больше, чем мы с Мими, — Сэми пристально смотрит парню в глаза, положив свою ладонь на его колено.       — Фу, Сэми, не при нас же, — Мими громко смеётся, подавившись сладким напитком.       — Ой, да ладно тебе, — улыбаясь, говорю я. — Как будто мы не знаем, чем они там по ночам занимаются. Хуй дозвонишься!       — Мими, крошка, не завидуй, — весело тараторит Ади. — Когда-то и у тебя такое будет. А ты, Вики, должна с Малем ночью тем же заниматься.       Ади никогда не пытается задеть нас своим юмором, более того — в наше компании вполне нормально позволять себе пускать «колкие» шутки в чей-то адрес, и никто не обижается, наоборот — всем нравится, и это оценивается громким смехом.       Полностью расслабившись, я стала в подробностях пересказывать друзьям все происходящие с мной и отцом события в Барселоне.       Я никогда не была особо близка с отцом, ведь тот всегда по уши в работе — после смерти мамы он остался единственным кормильцем семьи и пытался дать мне всё, и у него это почти вышло, если бы дети не нуждался в родительском внимании. К сожалению, папа напрочь забыл об этом. Ох, как же его мне не хватало. «Папа, папа, пойдём играть!» — кричала я, будучи маленькой девочкой, а в ответ получала лишь: «Я занят, давай позже». Уже тогда я понимала, что отец работает для моего же блага, так что, даже повзрослев, я не виню его в отсутствии внимания и всегда рада встречам с ним. Поэтому, когда мне поступило предложение от отца провести ближайшие две недели вместе, я незамедлительно согласилась.       Ади, Мими и Сэми, конечно же, были рады, что я, наконец, смогу встретиться с родным человеком, но помимо этого они были расстроены, ведь уже в первый день моего отсутствия начали скучать, ведь мы почти всё время проводим вместе — даже работаем в одном отеле.       Если Мими и Ади ходят на работу нехотя и лишь ради того, чтобы заработать деньги, то для нас и Сэми отель — настоящая отдушина. Мне нравится заполнять бумаги, заселять гостей и в принципе коммуницировать с людьми, пусть некоторые из них оказываются настоящими оленями, а Сэми горячо любит свою работу повара — он находит успокоение в разделывании овощей, мяса и прочей еды; ему нравится весь процесс готовки.       — Ви, ты сегодня дома ночуешь? Или у меня останешься? — спрашивает Мими, поправляя глубокое декольте.       — Ключи у Маля остались. Нужно ему позвонить. Сейчас вернусь, — отвечаю я и встаю из-за стола, направляясь в сторону туалетов, в более тихое место, чтобы было легче говорить по телефону.       Гудки в трубке всё никак не заканчиваются, а после и вовсе сменяются десятками коротких. «Занят, наверное» — спокойно думаю, возвращаясь к друзьям, лица которых по моему возвращению уже не столь радостные, как минуту назад. Они молча сидят за столом, а после поднимают обеспокоенные взгляды на меня.       — Не берёт, — пожимаю плечами и сажусь обратно. — У вас что-то случилось? — спрашиваю я, заметив резко изменившееся настроение друзей.       — Ви, только не нервничай… — Мими кладёт руку на моё колено в попытке успокоить. По моему лицу, кажется, пробегает тень.       — Мы, кажется, знаем, почему Маль не отвечает… — мягко продолжает Сэми.       — Он здесь, Вики, — Ади поджимает губы.       — Что? Где? Что он здесь делает? — поток вопросов заканчивается, как только я перевожу взгляд за свою спину.       Увиденное подвергает меня в шок. Позади меня находится Маль, который совсем недавно сказал, что работает сегодня в ночную смену. Он страстно целует незнакомую девушку, совсем не видя того, что я сижу почти прямо перед ним. Я не расстраиваюсь, и мне совсем не больно. Я в ярости.       — Вот олень, — огрызаюсь я сквозь зубы и сжимаю кулаки, вставая с дивана.       — Мы с тобой, — говорит Ади и встаёт вслед за мной. — Иначе глупостей наделаешь.       Мими, Сэми и Ади, как самые близкие для меня люди, знают о моём импульсивном и вспыльчивом характере, так что заботливо решают помочь мне предотвратить непоправимые последствия, однако сейчас меня ничто не остановит.       — Я просто поговорю с ним, — пытаюсь заверить я. — Всё хорошо, правда.       Конечно же, друзья мне не верят. Измена для меня — самое ужасное, что может сделать человек, находясь в отношениях, и это, наверное, одна из тех вещей, которую я не смогла бы простить ни при каких условиях.       Я не тот человек, который может позволить себе страдать из-за парня, а тем более из-за того, кто сумел так нагло обмануть меня и предать, так что единственное, что я сейчас чувствую, находясь под действием алкоголя, — ненависть и унижение.       — Отпусти, — властным тоном, на который только способна, прошу я Сэми, когда он берёт меня за запястье, пытаясь огородить от неверных действий.       Парень лишь отрицательно качает головой.       — Вики, включи мозги, — Ади закатывает глаза. — Ты хочешь поступить как неуравновешенная истеричка? Мы просто пытаемся уберечь тебя от этого. Не опускайся до его уровня.       — Я сейчас очень злая. О-чень, — проговариваю я по слогам, отчеканивая каждую букву. — И если вы будете продолжать держать меня, то мой гнев выльется не на этого оленя, а на вас.       — Дайте ей прожить эти эмоции, — Мими вмешивается в разговор, поддержав меня, за что я очень её благодарна. — Пускай выплеснет всё. Только без глупостей.       Было уже поздно для раздумий, ведь, пока я пыталась высвободиться из хватки друзей, Маль, вероятно, почувствовав на себе пристальный взгляд, отвлёкся от новой темноволосой пассии, в изумлении заметив мой чуть хмельной разъярённый взгляд. В этот момент мной движут чувства и алкоголь, но далеко не разум. Если бы только я имела возможность не поддаваться влиянию навалившихся обстоятельств; если бы не была такой импульсивной, то никогда в жизни не стала бы делать то, что пришло мне в этот момент в голову.       За кучей танцующих людей, чьи движения, мягко говоря, неряшливые, я кое-как смогла разглядеть проглядывающий силуэт незнакомого парня. Я даже не успеваю рассмотреть его лицо и мигом решаю действовать. «На войне все средства хороши» — оправдываю я себя, прежде чем совершить задуманное.       Опрокинув в себя бокал только-только принесённого официантом виски для Ади, я, не говоря никому ни слова и в последний раз взглянув на Маля, направляюсь прямиком к незнакомцу, который выглядит совершенно скучающим и незаинтересованным — примерно так выглядят люди, которых заставили прийти на какое-то мероприятие по типу «день рождения рыбки бабушки по папиной линии». Парень, тёмные, почти чёрные взлохмаченные волосы которого чуть прикрывали глаза, пьёт, в отличие от остальных посетителей клуба, лишь апельсиновый сок, смотря куда-то вдаль.       Пребывая в своих мыслях, он даже не замечает подошедшую к нему меня, которая намеревается вот-вот сделать что-то, не принятое нормами общества.       Я прекрасно знаю о том, что взгляд Маля следит за мной до самого конца, поэтому и делаю то, что задумала. Друзья непонимающе смотрят на всё происходящее и уже, скорее всего, начинают догадываться о том, что я собираюсь сделать. Противостоять поздно — я даже и не думаю останавливаться, ведь меня переполняет решимость.       Незнакомец, чьи черты лица мне так и не удалось рассмотреть то ли из-за опьянения, то ли из-за плохого освещения, растерянно выгибает бровь в попытке понять, чего я от него хочу, но я не даю времени на раздумья — сразу же сажусь рядом и, надеясь не получить соком в лицо и сделав настолько очаровывающий взгляд, насколько только способна, притягиваю парня к себе за подбородок двумя пальцами, накрыв чужие напряжённые губы своими.       Я не знаю, что делаю; не понимаю, одобряет ли незнакомец это действо или нет, ведь, кажется, его руки удобно располагаются на моей талии, однако губы совершенно не отвечают взаимностью.       Как никак, какой шанс, что мы снова встретимся? Если повезёт — очень маленький. А я, несомненно, верю в свою удачу.       Я резко отстраняюсь, смотря в неестественно алого оттенка глаза парня, а потом, внезапно вскочив с дивана, на котором только что целовала первого встречного, врезаюсь в виновника сего торжества. Маль жёстко хватает меня за руку, сразу же выводя на улицу, пока я отчаянно пытаюсь вот уже второй раз за сегодняшний вечер справиться с грубой хваткой. Я не придумала ничего лучше, кроме как схватить бутылку портвейна, оставленную неизвестно кем. Не знаю, чего ожидать, так что забираю полупустую стеклянную тару лишь на тот случай, если придётся защищать себя, ведь из-за громкой музыки друзья даже не слышат мои безрезультатные попытки вырваться.       — Что это, блять, было? — нагло и бесстыдно спрашивает Маль сквозь стиснутые зубы, когда мы оказываемся на улице.       — Это я тебя спросить хочу! — кричу я и Маль, наконец, освобождает меня. — Я всё видела! Не делай из себя невинную овечку, ебучий ты олень! — я не могу и не хочу сдерживаться, и мне абсолютно всё равно на людей, что проходили рядом и косо поглядывали на нас, кричащих друг на друга.       — А сама-то! Всё время с друзьями, всё время на работе! Я заебался! — Маль пытается переложить вину и ответственность за произошедшее на меня, но я и в помине не та, кто поверит в это. — Ты слепая курица, раз не видела, что мне не хватает внимания.       Моя ярость перешла все границы. Резко замахиваюсь, давая хлёсткую пощёчину Малю и оставляя на его щеке внушительный красный след от своей ладони.       — А то, что я тебя звала с нами в Барселону, забыл? Или то, что я просыпалась в 3 часа ночи только для того, чтобы, блять, просто принести воды, потому что, видите ли: «У меня болит голова»! Да я ради тебя и наших отношений на всё была готова! — сердце болезненно сжимается от накативших эмоций, и это выдают предательски поджавшиеся губы. — Знаешь, Маль, иди-ка ты нахуй. Мы расстаёмся.       Маль хмыкает, скривив губы, а после выкрикивает:       — Ну и пожалуйста! Мне вообще не нужны эти отношения, поняла? — парень смотрит прямо в мои глаза, пока я пытаюсь переосмыслить случившееся. — Вещи свои завтра заберёшь.       С этими словами Маль оставляет меня одну, однако Мими, вышедшая вслед, не позволяет долго быть в одиночестве. Обняв меня за плечи, Майерз утыкается носом мне в шею, вдыхая приятный сладостный аромат.       — Расстались, — коротко выпаливаю я, громко выдохнув то ли от облегчения, то ли от тяжести — пока мне самой тяжело понять.       — Ты как? Порядок? — обеспокоенно спрашивает Мими, не переставая обнимать меня, словно мне стало бы лучше от этого.       — Конечно, — я лучезарно улыбаюсь, более-менее приходя в себя после бурного всплеска эмоций, а после вынимаю из заднего кармана сумки небольшой коробок, в котором осталась лишь одна сигарета, и зажигалку.       Вдыхая едкий аромат никотина, я потихоньку начинаю расслабляться и пытаться отпустить произошедшее, насколько это возможно в данный момент.       — Я поеду обратно. Вы оставайтесь, — заявляю я и делаю ещё одну затяжку, выдыхая табачный дым.       — Уверена? Может, поехать с тобой? — заботливо и даже с характерным переживанием спрашивает Мими, на что в ответ получает убедительную улыбку и лёгкий кивок.       Майерз не стала настаивать — она прекрасно знала, что, если я хочу побыть одна, значит, мне стоит предоставить такую возможность. А оттого, что кто-то будет навязывать мне свою компанию, может стать только хуже, так что лучше, если я ненадолго останусь одна.       Попрощавшись с Мими, я тушу сигарету о ближайшую урну и выбрасываю окурок, а после вынимаю свой телефон, набирая знакомый номер для вызова такси. Приятный женский голос на той стороне провода заявляет, что ждать не меньше получаса. Делать нечего — приходится соглашаться.       — Ёбаные пробки, — язвлю я, громко цокнув языком и топнув ногой.       В злосчастный клуб решаю не возвращаться, чтобы ненароком не наткнуться на свежие воспоминания об измене. В попытках придумать, чем себя развлечь, я очень кстати вспоминаю об «украденной» бутылке портвейна с одного из столиков. В ней осталось чуть меньше половины, но для меня этого было предостаточно.       Я сижу на скамье, закинув ногу на ногу и держа в руках чужой портвейн, пустым от опьянения взглядом смотрю, кажется, сквозь фонарный столб, неплохо освещающий местность, а впридачу ко всему лицо прикрывают локоны растрёпанных волос.       — Так-так-так, — кто-то вкрадчиво подходит ко мне, садясь рядом. — Кто тут у нас?       Низкий бархатный голос привлекает моё внимание, и я медленно поворачиваюсь. Увидев уже знакомого незнакомца, как бы иронично это ни звучало, громко вздыхаю, вспоминая все нецензурные слова, которые только знаю, а надежда на то, что парень всё забыл, с крахом разрушается, когда он задаёт первый вопрос:       — Бутылка — лучший друг? — саркастично спрашивает он, после с презрением посмотрев на меня. — Ну и что это было?       — Глупое стечение обстоятельств, — хмыкнув, отвечаю я и делаю глоток портвейна, полностью осушая бутылку. — Предлагаю забыть это и мирно разойтись, — протягиваю руку парню, однако не получаю взаимности и лишь пожимаю плечами.       — Мне противны пьяные люди. А тем более те, которые ведут себя подобно тебе, — ворчит парень, совсем не скрывая раздражения.       — Твои проблемы. Мне всё равно, — равнодушно отвечаю я и встаю со скамьи. Только-только подъехавшее такси спасает меня от дальнейшей перепалки.       Я даже не думаю о том, чтобы попрощаться с незнакомцем, спешно садясь в машину и называя адрес, где находится дом Мими, и машина отправляется в путь.       Громко заваливаюсь домой, чуть не снеся пол прихожей и врезавшись в туалетный столик в поисках включателя света, но, так и не найдя его, прохожу внутрь квартиры прямо в обуви. Квест «найди спальню» оказывается выполненным, однако синяки на ногах оттого, что в темноте я не различала образов мебели, явно останутся ещё надолго.       Стянув с себя кое-как обувь, плюхаюсь на кровать, даже не удосужившись переодеться, и, уткнувшись лицом в подушку, быстро засыпаю, готовая к началу новой жизни.