Зарисовки

Было холодно. Настолько, что можно было замёрзнуть насмерть. В общем, этого Банчан и хотел. Пальцы на ногах и руках давно замёрзли, он почти перестал чувствовать все ноги полностью. Сил плакать не осталось, всё давно было выплакано. Сейчас оставалось либо лечь и умереть от переохлаждения, либо ждать помощи от кого-либо. Хотя, навряд ли можно было заметить человека в позе эмбриона, сидящего под огромной ёлкой в центре города. Всем было плевать. Всегда всем было плевать. Почти. Были люди, которые хотели бы его спасти, только не знали где он. Около двух часов они непрерывно звонили ему на телефон, который сейчас вибрировал у Чана в кармане. Банчан думал, что это кто-то из его друзей, но отвечать не было сил. Он надеялся, что его не найдут, что он уйдёт тихо. Может быть, найдут весной, когда будут убирать эту чёртову ёлку, но точно не сейчас.        – Чан! - это был крик Феликса. Через минуту он с усилием открыл глаза. Перед Банчаном стояли 7 близких друзей. Чанбин, Джсон и Чонин молча стояли поодаль, волнуясь за лидера. Феликс и Хёнджин, куртка которого слегка намокала от слёз Ли, стояли слева от Чана. Прямо перед ним на коленях сидел Минхо, осторожно протягивая руку для помощи. Чуть дальше Минхо стоял Сынмин, готовый прийти на помощь, если Ли попросит.       – Пожалуйста, пойдём домой. - Тихо начал Хо, – Рождество - семейный праздник, а не день, в который можно убежать от всех.        – Не хочу... Оставьте меня здесь навсегда.        – Ребят, извините, что лезу, но нам, правда, пора домой. – Сынмин знал, что вмешиваться было плохой идеей, но ему очень хотелось смотреть на то, как Чан улыбается, а не сидит здесь с синими губами. – Пожалуйста, давайте пойдём домой, пока Феликс полностью не засох, а все остальные не потратили последние нервные клетки.        – Он прав. - Минхо повернулся к остальным, – Чанбин, Джисон, помогите нам, – повернувшись обратно, он обнаружил плачущего Банчана. – Что..       – Минхо-я, не спрашивай, молчи. – Сынмин снова вмешался, – он потом сам расскажет, если будет надо.       – Но..       – Без "но", я проходил через это, просто забудь. Джи с Бином помогли Чану встать, Ликс крутился вокруг, задавая миллион вопросов, Хёнджин шёл рядом молча, Чонин подошёл к Сынмину и Минхо и попытался отвлечь повседневными разговорами. Надо отдать ему должное, у него почти удавалось воплощать свою задумку. Получилось бы полностью, если бы не вся ситуация в целом. Эти трое шли сзади, видя всю картину, прокручивая в голове разные причины такого глупого поступка. Может быть, для Чана это был единственный осуществимый способ сбежать из реальности и жизни. Только причины для такого были всё ещё неясны. Если бы он хоть иногда рассказывал о своих проблемах и переживаниях, были бы варианты, а так... В голове была только пустота.

***

Чан…. Его проблемы не ограничивались энергозатратной работой, Точнее, это было основной причиной, из-за которой появлялась ещё куча проблем. Например, такие как: недосып, голодовка, переедание, стресс, нагрузки на тело, нагрузки на голос, переутомление. Учитывая его роль лидера, к этом прибавляется забота об участниках. Все свои силы Чан тратил на всех, кроме себя. Мемберы пытались позаботиться о нём так же, как и он о них, но Банчан постоянно отвергал их. Но недавний полёт в Австралию привёл его в чувства. Чан был счастлив находится там. В Австралии легче дышалось, там были школьные друзья и семья, там была Берри... Банчану следовало хоть иногда разговаривать хотя бы с некоторыми участниками о своих проблемах. Он сам об этом неоднократно думал. Предполагал, что Минхо его выслушает и попытается как-то помочь. Думал, что Феликс будет рад, что Чан расскажет именно ему. Чанбин будет помогать, но не будет показывать восторга, также сделали бы и Джисон, и Хенджин. А Чонин с Сынмином выслушали бы, помогли и высказались в ответ. Банчан мог бы построить такие чересчур доверительные отношения, но он не стал. Не хотел нагружать их своими проблемами, ведь «им и своих проблем хватает по горло». А они хотели узнать. Хотели, что бы он пришёл в их комнату, сел напротив и разрыдался от всех проблем, которые навалились на него с созданием группы. Но сейчас они шли домой, праздновать Рождество, мечтая поговорить по душам и высказать всё за эти несколько лет. Наконец, они были дома. Минхо, как второй по старшинству, считал нужным устроить ванну Чану. Набрал тёплой воды, спрятал все бритвы подальше и помог Банчану доковылять до ванной.       - помочь или ты хоть немного отогрелся?        - иди, я справлюсь. - Чан смотрел на отмороженные ноги и руки, представляя с какой болью он будет снимать одежду и залазить в ванну. Видимо, что-то выдало его мысли.        - нет, я всё-таки помогу тебе.        - господи, Минхо, иди, я правда справлюсь. - Банчану было неловко.       - Чан, что я там не видел? Ты по общежитию без одежды ходишь, смысл сейчас стеснться. К тому же, это вынужденная мера, смирись, я не уйду. Чан глубоко вздохнул и перестал припираться. Ли помог ему раздеться. Внезапно он улыбнулся.       - ты чего?       - да просто поймал себя на мысли, что я первый раз я забочусь о тебе, а не ты обо мне. - Минхо стал улыбаться ещё шире.       - тебя это забавляет?       - я просто счастлив. Ли встал с пола и собирался уходить, но Чан окликнул его.       - Минхо-я, не уходи, посиди здесь, пожалуйста... Сказать, что Минхо был удивлён - ничего не сказать. Если бы он не остался, то жалел бы потом всю жизнь. Так что, он сел обратно на пол и задумался о теме разговора. Но все мысли оказались напрасны. Банчан уже знал, о чём хочет поговорить.       - мне сложно справляться со всем и сразу. - Тихо начал Чан. - С самого начала я заботился о вас и делал все дела по работе. Я забывал спать и есть. Худел из-за стресса и набирал, потому что было неприятно видеть выпирающие рёбра. Мне массово писали, что я некрасивый и полный, что я ужасный лидер и человек. Желали мне смерти. - Он выдержал некоторую паузу. Видимо, думал, что сказать. - Я часто подолгу не вижу семью. Я так привык всё держать в себе, что иногда я просто взрываюсь и плачу с ничего. Однажды мы ели с Сынмином, и я расплакался. Мне было так стыдно, что передо мной был кто-то из родных людей. Мне стоило подождать немного и расплакаться дома, но я сделал это перед Минни. А сегодня... Я не знаю, что было. Я просто не хотел вставать, сил не было, Я не хотел вас так пугать, просто потерял счёт времени. - Это было ложью. Чан не умел врать, хотя очень пытался. Он знал, что достаточно долгое время провёл на улице. Знал, что сидел там около двух часов, но соврал, чтобы Минхо не волновался. - Я не хотел отвечать, потому что не хотел доставлять вам неудобства        - Чан... - Ли плакал. Посмотрел на старшего и захотел его обнять. - Ты не доставляешь нам неудобства. Ты - лучший лидер и друг. Никто из нас ни разу не думал, что ты плакса или слабак. Мы все знаем, что на твоих плечах лежит очень большой груз. Никто не будет против, если ты расплачешься перед ним, все примут это и помогут, если надо будет. Все звонили тебе, потому что волновались, а не потому, что лидера не было рядом. Ты был нам нужен, правда. - хорошо.. Буду знать... Можешь идти. - никуда я не пойду, идиот. Ты столько всего натерпелся и молчал, знаешь как было обидно временами... Ладно, забыли. Потом ещё поговорим, если захочешь. Ах, да, поговори с Феликсом. Можешь ему так же, как и мне соврать, он поверит в любую ложь, которую ты скажешь. Просто успокой его на какое-то время, а то он будет слишком подавлен. - хорошо, я поговорю с ним чуть позже. Может, завтра..