Blood cake

Почему-то он чувствовал вину за то, что так просто ушёл с вечеринки. Что о нём думают сородичи? Что думает о нём глава всея вечеринки? Думают, что он предатель, променял свою родню на какого-то парня. Он был готов провалиться сквозь землю от этих мыслей. Но был ли он счастлив среди них? Нет, не был. Но и несчастлив тоже не был. Почему-то он думал, что его могут найти, а после убить за то, что он так просто ушёл. Но это он так просто думает, не так ли?

В голове мысли не укладывались.. Да что же это такое...

***

      Кровь хлынула из неглубокой раны. Ладони постепенно окрашивались в красный, а глаза горели желанием проглотить собственную руку. Хлынуло ещё больше крови, когда сущность надавила на рану. Яркий красный цвет окрашивал жёлтую руку, капельки крови падали вниз, на тротуар. С урчащим звуком, существо наблюдало за красной жидкостью, что так манила попробовать её. Ах, как прекрасно, словно вино, кровь, капала вниз. Не было предела наслаждению. Но, всё же, оно чувствовало, что ещё не достаточно. Нужно большее количество крови. Когти начали прорезать вдоль руки полоску, а после сильно надавив на неё, из полосы потекла густая кровь. Она была красной, она была вкусной. И в ней было столько жизни. Она просто текла как сок. Это было так приятно. Но вот, всё закончилось. Существо почувствовало, что больше нет желания пить. Оно уже не хотело. Да и голод пропал. Ну, не совсем, его можно было утолить ещё немного, но не более. Тусовщик посмотрел на свои руки, испуганно ахнув. Чего ж он, дурной, натворил? Кровь капала на его "платье" , оставляя на нём небольшие узоры. Хмыкнув, жёлтая сущность оглянулась в поиске чего-то, что может впитать кровь. Не найдя ничего, тусовщик посмотрел вперёд, где без оглядки шёл его друг, который явно витал в своих мыслях. Тусовщик обеспокоено оглядывался то на свои руки, то на зануду. Если он расскажет всю сложившуюся ситуацию этому мальчику, то тот наверняка подумает, что он свихнулся, а после и вовсе пошлёт куда подальше, дабы чего-то плохого не случилось. Но если он не расскажет, то кровь крепко схватится за ткань, а после начнёт выдавать неприятные запахи, а на эти запахи сбегутся другие сущности, обитающие здесь. Тусовщик виновато опустил голову, глядя на грязное тело. Кровь закипела где-то внутри него, и ему стало неожиданно жарко. Он чувствовал, как пот стекает по его спине, а по лицу потекли слёзы. Ему было стыдно, он был в ужасе от всего этого. Но и это было не все - его тело начало дрожать. Он медленно и неуверенно похлопал зануду по плечу, и поспешил отвести взгляд, он неловко замялся. Зануда повернул свою голову в сторону тусовщика, и заметив, что это горе всё в крови остановился. Его глаза за маской забегали, оглядывая пятна крови на желтой ткани. - Ты… - он запнулся, пытаясь подобрать слова. Он на несколько секунд просто стоял, пытаясь понять всю ситуацию. Руки сами поползли к сумке, неуклюже доставая что-то из неё. - Блять… Он начал быстро-быстро рыться в своей сумке, выуживая оттуда какие-то тряпки, которые он, как казалось, не мог найти. Когда он всё же нашёл то, что искал, он быстро сунул это в руки тусовщика. Тусовщик словно маленький ребёнок хмыкнул, взяв в руки тряпки, и начал осматривать их, словно они были каким-то сокровищем. Сущность в маске оглядела жёлтокожего, пытаясь найти подвох. - Что ты делал? - переместившись взглядом на лицо тусовщика, приподняв бровь за маской, зануда, словно какая-то разочарованная мать сложил руки по бокам. Тусовщик же случайно выронил тряпку из рук, когда услышал внезапное замечание другого. Подняв её, он увидел, что та была пропитана кровью, а запах был слишком резким. Существо опустило голову. Оно не знало, что ответить, поэтому просто молчало. Да чего уж там. Он даже не нёс вины за это, он даже не знал, что он делал. Тусовщик всё ещё держал тряпку, которую он уронил, в кулаке. Он посмотрел на неё, как на ядовитую змею, и медленно протянул её зануде, на что тот отказался забирать её обратно. Тусовщик почувствовал то, как его голова заболела от сильного запаха крови, что наполнял его ноздри. Он сглотнул слюни, которые накопились во рту, а после отбросил тряпку подальше от себя. Его голова болела, а сердце стучало, словно барабан. Он долгое время чувствовал себя неважно, отмахнувшись, он предложил зануде идти дальше, не обращая на него особого внимания.       Дорога казалось бесконечной, ноги уже просят об отдыхе. Тусовщик всё заглядывался на дома, где в окнах и вовсе не было света. Пригород - это пригород, а если есть пригород, то скоро должен быть и город. Только вот города этого не видно, а улицу освещали лишь фонари. Это было умиротворяюще и.. Романтично. Он посмотрел на своего друга, который просто молча шёл, иногда оглядываясь по сторонам, будто думая, что за ним следят. В свете фонаря, на его маске плясали тени, придавая ему больший эффект таинственности. Ночные уровни и в правду были красивы, но не в том плане, что почти во всех тёмных уровнях были ужасающие до костей сущности. Тусовщик любовался тенями, что бегали по маске зануды, совсем не боясь, что его друг заметит этот странный взгляд. Возможно их связывало нечто большее, чем дружба, но это было так далеко и так интимно, что тусовщик боялся в этом признаться даже себе. А, может быть, он просто хотел, чтобы это было именно так. Да какая теперь разница. Он шёл и смотрел на него, а тот, словно почувствовав это, поднял голову и встретился с ним взглядом. Тусовщик хотел было отвести взгляд, но не смог. Он просто не мог оторваться от него глаза. Где-то был слышен лай гончих. Где-то шумели сверчки. Лицо жёлтокожего вспыхнуло, и он поспешно отвёл взгляд в темноту. Но тусовщику этого было мало. Ему хотелось смотреть на него и дальше, видеть каждую чёрточку его лица, слышать его дыхание. Или он сошёл с ума? И это чёртово чувство голода снова вернулось... На какой вкус был бы зануда? Как и всегда. Ужасного. Или всё же.. Сладкого? От этой мысли у него потекли слюни, но он их тут же вытер. Что? О чём он только думал? Его голова вновь заболела, а мысли просто лились из него ручьём. Он взглянул на руку, там где был шрам. Он и в правду чувствовал себя пьяным, чувствовал себя так. будто его долбанули гигантской арматурой. Что это? Он не мог объяснить этого. Но что-то определённо было не так. Что-то однозначно было не так. - Ты в порядке? - обеспокоенный взгляд зануды скользнул по телу желтка, вызывая мурашки. Жёлтокожий тяжко вздохнул, опустив голову. Он потёр лоб, как бы пытаясь понять, есть ли у него температура или что-то в этом роде. Но, не почувствовав чего-то паранормального он нахмурился. А может на него подействовал аркадный зал? Бред какой-то. Нет, он в порядке. Просто немного устал. Как бы то ни было, ему не хотелось рассказывать о том, что с ним происходит. Не сейчас. Слишком уж много он должен сделать. И это было бы слишком... неловко.

***

      От тёмной вокруг обстановки хотелось спать. Глаза сами по себе закрывались, а позже тяжко поднимались. Прошло возможно 2 или 3 часа, а они всё шли и шли. Хотелось просто остановиться и сказать: " Всё! Хватит! " Но никто так не сказал. Ноги шли сами по себе, а их владельцы чуть ли не засыпали. Слышались лишь вздохи и тихие разговоры между собой. - Вот доберёмся и.. И.. - Давай лучше отдохнём, а? На минуту пространство наполнила тишина, но после синелицый сдался.

Зануда всегда был целенаправленным человеком. Старался достигать своих целей, ведь он всегда говорил, что " Если поставить определённую цель в жизни, то и смысл в ней появится. " И он всегда следовал этой поговорке. Он мало разочаровывался, чаще радовался каким-нибудь мелочам. Однако, он боялся не достичь какой-либо цели. Это всегда ставило его в тупик, он начинает переживать, сомневаться в себе.

Но и слоняться по каждому уровню не было развлечением. Иногда приходилось бегать от кого-нибудь, иногда приходилось молча ходить по пустому или бесконечному уровню. А когда он вернулся на 52 уровень, он никого не заметил. Совершенно никого. Словно все умерли. Он оглядывал каждый класс, но не увидел ни одного трупа, ни одной капли крови, ни одного следа. Только пустота. Никто не стоял рядом. Никто с ним не разговаривал. Он был один. Он остался один.

      Зайдя в первый попавшийся им на глаза дом, они оба уселись на диван. Оба молчали в какой-то тоскливой тишине, или что-то на подобие этого. Зануда молчал, тусовщик молчал. Никто ничего не говорил. -Что будем делать. - наконец прервал это злосчастную тишину тусовщик. Зануда задумчиво посмотрел на него, потом на его дрожащие руки. Потом взглянул на окно, и снова на тусовщика. - Я не знаю. - он опустил взгляд на пол, снова молча задумываясь о чём-то. Ему было не по себе. То ли его мучала паранойя, то ли в голове и вовсе не укладывались мысли о прошлом. Будто его терзала какая-то вина или что-то в этом роде. Было такое чувство, будто он забыл что-то, а то и вовсе потерял. Может быть, что-нибудь очень важное. Но что же это может быть. Или кто. Тусовщик сидел, глядя в окно. Возможно, где-то там бродят другие сущности, которые в несколько раз больше самого тусовщика. Он услышал как молния на сумке зануды начала быстро раскрываться, а после ему в руки кинули бутылку миндальной. А за ней также красиво полетела уже другая и чистая тряпка. - Обмочи рану. - тихо сказал зануда, отвернувшись. Почему он решился дать это ему именно сейчас? Тусовщик взглянул на тряпку, моргая. Это что? Новый метод лечения? Вылив немного воды на белую тряпку, желток с шипением приложил её к ране на руке, слегка скорчившись от боли. Руку неприятно щипало, и было ощущение, будто бы кто-то в неё запихал целый пучок гвоздей. Тусовщика передернуло, когда он почувствовал то, как его рана медленно затягивалась. Он с ужасом наблюдал то, как мокрое пятно на тряпке постепенно уменьшалось, будто слизняк, вода пробиралась на ранку тусовщика и разлагалась там. Через несколько секунд от раны не осталось и следа. - Это очень странно. - тусовщик убрал тряпку, осматривая руку вдоль и поперёк. Раны нигде не было. Будто небольшие удары током били кожицу тусовщика, и это не было приятно. От слова совсем. Тусовщик осторожно провёл пальцами по руке. Никаких следов. Совсем никаких. Он не чувствовал сильного удивление, а лишь небольшую искру страха. Он никогда не видел чего-то подобного. Ну, если даже видел, то он этого не помнит. Обычно он использовал миндальную воду, чтобы привлечь людей, и ни разу не пробовал воспользоваться ею как медикаментом. Да и ран у него не было. Сущность в маске фыркнула, устраиваясь поудобнее. Зануда собирался задремать. Он слишком устал за это время. Он совсем не думал о всяких приключениях, монстрах и чего-то ещё. Он просто завалился на диван, и начал медленно погружаться в объятия сна. Уже через пару минут он спал, как убитый, не обращая внимания на все происходящее вокруг. Тусовщик взглянул на своего друга, удивлённый тем, как быстро уснул тот.

***

      Спать совсем не хотелось. Мысли долбили по черепушке, а глаза не моргая смотрели в окно. Он наблюдал за каждым движением за окном. Колыхнётся от лёгкого ветерка листочек - он сразу перемещает свой взгляд на него. Что-то не давало ему покоя. Будто что-то нехорошее нарастало внутри него. Это что-то было незримо и постепенно становилось всё сильнее. Он сидел в тишине. И лишь тихое сопение другой сущности нарушало её. Жёлтокожий потёр голову, что начала болеть от перенагрузки. Когда он успел влипнуть во всё это?       Встав, тусовщик тихо направился к двери, что вела на улицу. Он остановился на крыльце. Красные глаза вглядывались в темноту, пытаясь найти особые очертания, которые будут выделяться среди темноты. Он всё вглядывался и вглядывался, пока его глаза не заметили что-то круглое. Вдалеке было что-то парящее, что напоминало ему гелевый шарик. Но это был не шар, тусовщик понять не мог: что же это за штука такая? Не уж то и в правду шар...? А где шар - там и его сородичи, а это, причём, великая проблема для него. Прищурив глаза, он заметил, что вдалеке мелькает что-то синее. И наконец увидев, он понял, что это был глаз. И похоже, что он летел в его направлении. В испуге, он пулей залетел обратно в дом, заперев дверь. Его сердце бешено стучало, а дыхание, казалось, остановилось. Он стоял, не шевелясь, боясь шевельнуться. Ах, если бы его увидели его другие тусовщики, они бы со смеху умерли. Как такое опасное существо, которого все боятся, испугалось обычного парящего глаза? Пф, ничего себе обычного! А вдруг их там несколько. Он подошёл к дивану, где сидя спал зануда, и глядя на него, тусовщик мысленно просил его проснуться, ведь сам он не знал как действовать в данной ситуации. Нет, правда позор.       Вздохнув, тусовщик грустно глянул в окно, где пролетал глаз. Глазное яблоко вглядывалось в каждый двор, и даже в доме было слышно, с каким неприятным звуком перемещался хрусталик. Желток рывком зашторил окно, и притаив дыхание стал прислушиваться. Руки цепкой хваткой держались за шторы, чуть подрагивая. Вдруг что-то будто изменилось, он напрягся, но ничего не происходило. Он хотел было уже разжать руки, но вместо этого вцепился в шторы еще сильнее. Прислушивался и прислушивался. Но было тихо. Желтокожий выпрямился, глубоко вдохнув воздух в лёгкие. Дрожь всё ещё бегала по всему телу. Он раскрыл шторы, вглядываясь в окно. Тело его застыло, а в горле встал комок. Огромный глаз глядел на него. Будто окунувшая в кровь, склера глаза была ужасно красного цвета. Радужка глаза была синей, а зрачок дрожал в ожидании. Глаз был направлен прямо на желтка, но он даже не мог пошевелиться. В голове стучало так, будто кто-то колотил по ней кувалдой. Он чувствовал, что его мозг сейчас взорвется. Его руки и ноги были будто ватными, он не мог ими пошевелить. Во рту было сухо, как в пустыне. Страх сковывал его с головы до ног. По спине прошлась дрожь, а пот вступил на лбу. Ноги подкашивались, колени изгибались, готовые вот-вот рухнуть на пол. В горле что-то замешкалось, и тусовщик от испуга зарычал, думая, что рычание может отпугнуть существо. Но глаз по прежнему просто оглядывал его, казалось интересованный внешним видом тусовщика. Его зрачок слегка сузился, ведь расцветка тусовщика была очень яркой, чем окружающая их обстановка. И только сейчас тусовщик понял, как он напуган и как его трясет. Нерв, что болтался позади глаза, словно хвост вилял вверх и вниз. Тусовщик чувствовал, что его голова сейчас взорвется. Его тело начало трясти сильнее, он весь сжался, пытаясь остановить дрожь. В зрачке глаза появился блеск, и он улетел прочь, торопясь куда-то.       Наступило время облегчения. Тусовщик в шоке рухнулся на диван рядом с занудой, с застывшим выражением лица глядя в потолок. Сердце бешено колотилось, будто пытаясь вырваться из грудной клетки. Он задыхался от накопившихся внутри переживаний и страхов. Он прикусил губу, успокаиваясь. Он потёр своё лицо, уставший от всего этого. Думаю, ему бы не помешал отдых. Но вряд ли он уснёт после всего этого. У него не было сил даже закрыть глаза. Он знал, что существо ещё вернётся. И возможно не одно.