Новый год с опозданием

      Полный пакет продуктов оттягивал пластиковые ручки, врезаясь в кожу даже сквозь перчатки. Кнайф хмуро глядит вперёд, выдыхая облако пара из рта, медленно спускаясь по ступеням, чтобы не навернуться на корке льда, что образовался из-за потепления, а после заморозков. На его плечах, которые защищало тёплое коричневое пальто, на его чёрную шапку с пушистым помпоном падал снег, хотя снег был везде, пушистый, белый и холодный снег. Уже давно светили фонари, снег скрипел под ногами, последней день этого года. Последний день этого ада. Из-за последних событий этого, да и прошлого года, всё надеялись, лишь бы следующий год был хотя бы чуточку лучше, хотя бы чуть-чуть. А то сезоны меняются, а депрессия с апатией всегда рядом, прямо лучшие друзья.       Каждый шаг был осторожным, но даже эта аккуратность не помогала от неожиданных подскальзываний. И сейчас, Кнайф чуть не грохнулся на спину, растянувшись во весь рост на дороге, но он смог устоять на ногах. Ну, почти. Он оперся свободной рукой о тропинку, таким образом не ломая себе позвоночник. Было бы отстойно провести новый год в больнице. Встав и отряхнув печатку от снега, Кнайф переложил пакет в другую руку и пошёл дальше. Вот и остановка, заснеженная, обклеенная объявлениями разного рода и исписанная тэгами каких-то школьников. 68 автобус, он выделялся среди всех, так что его, чаще всего, было легко заметить, он сам был белым, а на лобовом стекле был экран, на котором оранжевой бегущей строкой был текст о номере автобуса и его конечных остановках. Конечно были исключения в лице очень старых автобусов, каких-нибудь бело-зеленых или красных без бегущей строки, но чаще всё же были белые с экраном. А вон и он. Загруженный толпой людей, что ехали домой, наверняка там очень душно.       Выбора не было, двери открылись, из глубины автобуса вылезло пару пассажиров, плюс ещё один из передней, а Кнайф поспешил залезть, хватаясь за жёлтый поручень. Пока автобус остановился на светофоре, Кнайф отдал мелочь контролёру, а замен получив небольшой белый билетик. Он запихнул его в карман, тут же едва не кубарем летя на мокрый пол, благо Кнайф успел схватиться за поручень сверху, хоть рост позволял. Передвигаясь в глубь народа, Кнайф проклинал весь этот мир. Тут было душно, тут было тесно, тебя все толкают, а под ногами талая вода. Фу. Но даже если Кнайф пропустил этот автобус, следующий, скорее всего, тоже был бы таким же, перегруженным. До нового года оставалось часов 5-6, поэтому сейчас всё спешили домой, может с работы, кто их знает? Но факт остаётся фактом, без боя Кнайф врядли выберется к свежему холодному воздуху.       Как же душно, Кнайф просто не мог больше терпеть, он осторожно расстегнул несколько пуговиц на пальто, снял печатки, запихнув обе в один карман. Теперь ручки от пакета ещё сильнее давили на огрубевшую кожу рук, так что Кнайф переложил его в другую руку. Он смотрит в окно, пытаясь по виду понять, где он едет и как долго ещё до его остановки, но окна запотели. Кнайф раздражённо выдыхает, крепче сжимая поручень. Мимо проходит какая-то женщина в шубе, отодвигая всех по сторонам, едва не наступая Кнайфу на ноги.       Кнайф слегка нагнулся, чтобы посмотреть в окно, где кто-то вытер небольшое отверстие. Да, вот они только что остановились напротив универсама, значит ему на следующей уже надо выходить. Как только двери закрылись, парень двинулся к этим самым дверям. Народ уже чуть подрассосался, места было побольше, так что особых проишествий это не доставило. Автобус завернул на остановку и Кнайф вышел из автобуса, спотыкаясь о ногу какого-то мужика. Вот и че он у дверей стоит? Места там предостаточно, чтобы отойти, а он- тьфу на него! Посмотрев в след автобусу, Кнайф застегнул пуговицы на пальто, надел перчатки на руки и пошёл по посыпанному солью асфальту.       Мимо проходили люди, чаще усталые, чем весёлые. Дети с родителями проходили мимо, обсуждая, вроде бы, письмо Деду Морозу, пока их глаза сияли в ожидании чуда и прекрасной зимней сказки. В детстве новый год действительно был чем-то волшебным. Большая, украшенная ёлка стояла в гостинной, стол со вкусной едой был рядом, телевизор вещал что-то своё, салюты, а на следующий день под ёлкой всегда лежал подарок в красивой упаковке с пышным бантиком сверху. А теперь это не более чем просто праздник, после которого можно неделю-другую отдохнуть. Так же было и с днём рождения, в детстве чудный день, всё тебя поздравляют, торт, подарки, а сейчас это не более чем рутинный день, когда ты стал на год ближе к смерти. Даже тошно как-то.       Вновь выдохнув пар, Кнайф свернул с асфальта налево, направляясь к многоэтажкам. Тут тропинка была поуже, поэтому здесь было сложнее передвигаться. А вот и его подъезд, в который Кнайф тут же заходит, не желая отморозить себе руки. Первый этаж был украшен дешёвой мишурой, да вырезанными бумажными снегурочками и дедами морозами. Парень подходит к лифтам, перекладывая пакет в другую руку, и нажимает на кнопку, дожидаясь когда он спуститься вниз. От ожидания Кнайф начал слегка стучать ногой по полу, создавая тихое эхо. А вот и лифт. Из него вышел один парень, поправляя расстегнутую куртку, под который была толстовка белого цвета. Как кто-то может ходить зимой в таком виде? Неужели они вообще не мёрзнут?       Закатив глаза, Кнайф зашёл в лифт, нажимая на кнопку 6 этажа. Двери закрылись, хотя нет, не закрылись. Они вновь разъехались по сторонам и внутрь зашла она. Пшика, дери её за ногу. Её лёгкая куртка фиолетового цвета была растегнута, под ней была толстовка чёрного цвета, капюшон которой был у неё на голове, закрывая причёску под мальчика со стоящей вверх чёлкой и выбритыми висками, сами волосы были синие у корней и фиолетовые у кончиков. Она нажала на кнопку 8 этажа, слегка улыбаясь. Кнайфу стало не комфортно, эта девушка много кого подколола и много кого отправила в больницу из-за неумения осознавать, что безобидно, а что нет. Парень отодвинулся, опираясь спиной о поручень. Восьмой этаж... На этом этаже, вроде бы, живёт Замазыч и, вроде как, Стерка. Понятно, у них там своя вечеринка, поэтому она приперлась сюда.       Поездка проходила в тишине, пока резко лифт не остановился между 4 и 5 этажом, свет мигнул, а они слегка запаниковали. Кнайф поставил пакет на грязный пол, пытаясь вспомнить что надо делать. Он быстро понял, что надо нажать на ту самую кнопку с колокольчиком и вызвать помощь. Хоть бы ответили. – Да? Что нужно? – послышалось из динамика. Кнайф чуть присел, чтобы его было лучше слышно. – Здравствуйте, на проспекте Победы 15 в 3 подъезде встал лифт между 4 и 5 этажом. – отчеканил Кнайф, слыша как Пшика начала пытаться своими силами открыть дверь. – Вы один застряли? – уточнила женщина. – Нет, со мной девушка. – сказал Кнайф, быстро хватая Пшику за запястья. – Дура что-ли? Опасно же. – Ожидайте помощи в течении нескольких часов. – сказала женщина и, по видимому отключилась. Пшика выдернула свои руки, складывая их на груди. – А че, я тут киснуть должна? Ваще-т меня там ждут. – слегка гоповато сказала Пшика. – К Замазычу что-ли? Лучше не открывать самостоятельно двери лифта, иначе останешься без конечностей. – проворчал Кнайф, вновь расстегнув пару пуговиц на пальто. – Ой тоже мне, умный-заумный. – закатила глаза Пшика. – Нет, ну если ты хочешь остаться инвалидом, то пожалуйста, вперед. – сказал Кнайф, вздыхая. Он достал телефон, проверяя сеть, которой конечно же не было. Досадно. – Как ты? – с усмешкой спросила Пшика, засунув руки в карманы куртки. Кнайф, от скуки, опустил взгляд вниз и заметил, что Пшика была в обычных белых кроссовках, да и похоже в каких-то коротких носках. Вот ей-богу, заболеет когда-нибудь и всё. Ладно, они оба надеялись, что их вытащат до нового года.

***

      Уже прошло 4 часа, к ним так никто и не приехал. Кнайф стоял и стучал ногою об пол, а Пшика сидела на кортах, теперь её манера речи подходила её действиям. Конечно было удобнее сесть на пол, но он был мокрым и грязным, а пачкать штаны никому из них не хотелось. Кнайф нервничал, Лампочка пообещала прийти к нему на новый год, чтобы провести его вместе. Поэтому Кнайф поплелся за продуктами за несколько часов до праздника, в его квартире дай бог были продукты на обычное оливье. Будь Кнайф один, ему было бы достаточно, но не Лампчке. А тут он застрял в лифте и даже не может написать ей, чтобы отменить это всё. Блин, она же будет звонить в дверь, звонить ему, а ответа ноль, потому что связи - нет! Это уже начинало выводить из себя.       Уже в отчаянии Кнайф подошёл к дверям, чтобы в злости ударить по ним. Пшика отвлеклась от своего телефона и посмотрела на Кнайфа. От злобы он тяжело дышал, вновь ударив по дверям. Те не поддались. Ещё после пары ударов Кнайф тихо проворчал: "Черт побери" и отошёл к своему прежнему месту. – Чел, всё ок? – как бы странно это не звучало, но Пшика заинтересовалась этой маленькой вспышкой гнева Кнайфа. – Нет, мы застряли, ко мне должна прийти Лампчка, но меня нет, на звонки я не отвечу, поэтому я просто испорчу ей празник. – слегка взмахивая руками, сказал Кнайф, в конце сложив их на своей груди. – Да расслабься, я тоже к корешам не могу попасть, но ниче крипового не случилось. – с улыбкой сказал Пшика поднимаясь на ноги. – Кстати о Лампе, вы че, правда мутите? – Пшика уже по хитрому ухмыльнулась, приложив ладонь с выгнутым большим и указательным пальцем на подбородок. – Что ты говоришь?! Неправда это, она мне не более, чем подруга! – закричал Кнайф с красными щеками от смущения. Пшика убрала ладонь с подбородка, но не перестала ухмыляться. – Ладно, остынь. – Кнайф громко выдохнул, отводя взгляд прочь.

***

      Прошел ещё час с лишним. Кнайф то и дело смотрел на часы, на которых было уже без 36 минут полночь. Из пакета уже исчезали продукты. А что? Кушать-то хочется. Пшика жевала кусок батона с куском колбасы, а Кнайф ел кукурузу прямо из банки, тарелок-то нет. – Не так я хотел отпразновать новый год. – прожевав кукурузу, сказал Кнайф, смотря в пол. Пшика оглянула товарища по несчастью, дожевав эдакий бутерброд без ножа. – Тож самое. – облизнув губы, сказала Пшика. Кнайф вновь взял телефон, смотря на экран блокировки с часами. – Без 30 минут новый год.. – вновь сообщил Кнайф. Пшика закатила глаза. – Чел, харэ. Ты каждые 5 минут говоришь сколько осталось до полуночи. Заебал уже. – Пшика вновь полезла в пакет Кнайфа, в поисках чего ещё съестного. – Да, да, прости, это нервное. – Кнайф посмотрел на пакет, замечая как Пшика достала из пакета бутылку шампанского, поставив её на пол. Ладно уж, коли они тут заперты, хрен с этим дорогим шампанским, гребанное повышение цен, можно будет выпить ровно в полночь. Как новый год встретишь, так его и проведешь? Значит в следующий год Кнайфу лучше избегать лифтов. – Нас вообще хотят отсюда вытащить? – Походу только в следующем году. – ядовито усмехнулась Пшика. А, да, шутки про прошлогодний хлеб в новой интерпритации. Классно.       Прошло ещё 20 минут, никто так и не приехал. Похоже действительно они выйдут в свет только в следующем году. Что Кнайфу, что Пшике уже надоело стоять на ногах, поэтому они уселись прямо на грязный пол. Это будет самый странный новый год, но при этом самый.. Интересный? Обычно празднование проходило в четырёх стенах с телевизором, оливье и шампанским, редко с ним была Лампчка, а здесь... Даже приятно как-то. У Кнайфа какая-то ностальгия перед глазами. Он, Курасан, ещё несколько его друзей они гуляли на морозе, катались на коньках (Кнайф скорее обнимался с бортиками, а не катался), смотрели салюты, что пускали соседи, да и просто проводили время вместе. Даже как-то грустно стало от осознания, что это вряд ли вновь повторится.       Вздохнув, Кнайф взял бутылку шампанского за горлышко, избавляясь сперва от фольги, а после от проволки. Порывшись в карманах, парень нашел ключ от квартиры и воткнул его в пробку примерно под углом в 45°. Когда ключ скрылся на ⅔ в пробке, Кнайф начал слегка прокручивать пробку в горлышке, начиная вытягивать эту затычку. Пшика немного поразилась с находчивости Кнайфа, она думала, что бутылку придётся разбить, чтоб хоть что-то выпить. Вот это 5-minuets craft, а не эти ваши вешалки из динозавров. Достав пробку, Кнайф выкинул её, не забыв достать ключи. Закинув ключи в карман, Кнайф вновь достал телефон. – Без 5 минут полночь. – вновь сказал Кнайф, смотря на экран. – Да бля.. – тихо сказала Пшика с улыбкой. – Заебал ты уже. – Кнайф чуть улыбнулся, спрятав телефон, понимая, что он реально уже заебал с этим обратным отсчётом. Он спрятал телефон в карман, не переставая улыбаться. – Чтож, раз до нового года осталось чу-чуть, я бы хотел исполнить.. Речь? – неуверенно предложил Кнайф, а Пшика кивнула ему, мол, "Давай, тяфкни че-нить". – Обычно я провожу эту ночь один или в крайних случаях с Лампочкой, а это проишествие напомнило мне о старых временах, когда я праздновал вместе с друзьями. Спасибо за это. И за то, что не сломала мне что-нибудь. – Ну да, эт я могу, ехех. Я не спец в проздравлениях, вот нихера, поэтому передам классику. – Пшика прокашлялась и с широкой улыбкой положила руку Кнайфу на плечо. – Желаю чтоб хуй стоял и бабы были. – Пшикаа! – с улыбкой и красными щеками протянул Кнайф, пока Пшика разразилась в хохоте. Кнайф достал телефон, разблокировал его и включил часы, чтобы точно понять когда наступит новый год. Пару минут. А Пшика, которой было на это плевать, отобрала у Кнайфа шампанское, отхлебывая несколько глотков. Кисло-сладкое, приятное на вкус, мм. Кнайф, не убирая свой девайс, тоже отпил из бутылки. Да, цена на него всё ещё кусачая, но сам виноват, надо было раньше покупать, ещё в начале декабря. – Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два один, с новым годом! – в один голос отсчитали Кнайф и Пшика, посмотрев друг на друга.       Прошло ещё минут может 10, как лифт резко продолжил своё движение, доезжая до 6 этажа. Кнайф тут же встал, взял пакет за ручки, но потом на пару секунд задумался. Быстро выдохнув, он запихнул Пшике в руки бутыль. – Это подарок, ещё раз с новым годом. – кинул он на последок, перед тем, как выбежать на этаж. Вовремя же он, Лампчка уже собиралась уходить. – Кнайфичка! Боже, где ты был? – взволнованно затараторила Лампчка, подбежав к другу. Он улыбнулся ей, радуясь, что она не ушла. – Прости, в лифте застрял, а там связи нет, в общем прости, что из-за меня ты пропустила праздник. – Кнайф положил руку на шею, отводя взгляд вниз. Но его прервали объятия Лампы. – Ничего страшного, у нас же будут ещё совместные праздники. Так, может пойдём к тебе? – Да, да, конечно. – усмехнулся Кнайф, подходя к двери, чтобы открыть её. Пока Лампочка выкладывала в гостиной свои продукты, ну ещё и продукты Кнайфа, сам Кнайф сменил одежду, а то негоже как-то в мокрых штанах перед подругой щеголять. Это заняло не много времени, так что вскоре они сидели за столом, где был торт, красивые хрустальные бокалы, что, кажется, были ещё у прабабушки Кнайфа, а в них был йигроишь. Поскольку шампанское Кнайф подарил Пшике, пить им было нечего, поэтому придётся разбавлять йигроишь. – Ой, подожди пару секунд, я сейчас. – сказала Лампчка, вставая из-за стола и убегая в коридор. Кнайф вспомнил о подарке, который он подготовил заранее, он даже украсил коробку той самой красивой бумагой и тем самым пышным бантом. Надо бы тоже его взять, это было просто, коробка лежала в спальне ножа в шкафу. Он быстро сходил за ней, пряча коробку за своей спиной. Лампчка тоже вернулась, тоже держа руки с подарком за спиной. Она села на своё место и протянула Кнайфу среднего размера коробку в синей оберточной бумаге с белой лентой и бантом. – С новым годом. – И тебя. – Кнайф тоже отдал Лампчке её коробку, его была примерно такого же размера, только уже в красной бумаге с принтом новогодних ёлок, бант был голубого цвета. Было волнительно открывать подарок, но пересилив себя, Кнайф разорвал бумагу и открыл коробку. Его поприветствовал... писк? Посмотрев внутрь, Кнайф увидел маленького котёнка, которому был, возможно, месяц. Он был серым, с белыми носочками на лапах и белым пузиком. Такой очаровательный. – Знаешь, ты давно говорил, что тебе часто одиноко дома, вот я и решила, с котёнком дома будет не так грустно. Кнайф? Кнайф, ты что, плачешь? – Лампчка заглянула в глаза Кнайфа, а тот со счастливой улыбкой утëр слезы. – Прости, просто это.. Спасибо, правда, спасибо. Я очень рад, что дружу с тобой. – всё ещё плача, сказал Кнайф, пока к нему залезал котенок, продолжая пищать. Лампчка улыбнулась, крепко обнимая Кнайфа. – Ладно, теперь открой свой. – Окей. – Лампчка отстранилась, начиная аккуратно отдирать бумагу. Спустя время она открыла коробку и радостно заулыбалась, увидев там двух плюшевых игрушек, очеень похожих на нее и Кнайфа. – Ав, это так мило, Кнайфи. – Признаюсь честно, это сделал не совсем я, схему нарисовал Пикчер, а сшил её какой-то мастер из инсты. – почесав затылок, сказал Кнайф. Лампчка достала игрушки, замечая, что на руках их плюшевых версий есть липучки. Девушка слепила их вместе и игрушки будто бы держались за руку. Котенок же был отправлен на пол, чтобы исследовать квартиру. – Кнайфичка, неважно, кто это нарисовал или сшил, изначально это была идея твоей души и она очень милая. Спасибо. – Лампчка вновь полезла в объятья, оставив их плюшевые копии на коленях. Кнайф был рад, что его подруге понравился подарок, он был затратным. То есть, если эскиз ему достался бесплатно, ну почти, то работа мастера была дорогой из-за множества деталей. Ладно уж, это стоило того. Лампчка же чуть отстранилась и чувственно поцеловала его в щеку, отчего Кнайф покраснел как помидор, заставив Лампчку залиться заразительным смехом. Таким заразительным, что Кнайф тоже присоединился к ней.