Fate: Broken Rules

— Ничтожество! Думает, что если он засунет голову в песок, то все проблемы его минуют! Глупец! Как он вообще мог меня призвать? Ну и пускай сидит в этих жалких комнатушках! А я заберу Грааль себе! Сейбер, чертыхаясь себе под нос, быстро шёл по ночному городу. Секретность или что-то подобное его не волновала — всё же при жизни он шёл, куда хотел, ведя за собой орды всадников, и ничто не было способно его остановить. Ни племена лесов, ни стальные легионы не могли выстоять против сынов степей. И сейчас он должен скрывать себя от всех просто потому, что кто-то это решил за него? Пускай сперва этот кто-то скажет ему это в лицо. А после переживёт удар мечом. Гордый кочевник оглянулся по сторонам, ища взглядом других Слуг. Увы, никто не попался ему на глаза. Зато он смог вновь удивиться тому, насколько люди развились с его времён — тогда даже самые развитые в этом плане цивилизации, китайцы и латины, не строили таких высоких домов, тем более массово. Для кочевников же это и вовсе казалось бы чем-то недостижимым, окажись здесь хоть пара-тройка его товарищей. Внезапно размышления Сейбера о прогрессе и способах взять такие города — опыт человека, взявшего великий Рим, не пропьёшь — прервало резкое ощущение мощной энергии. Кто-то явно вызывал всех, кто мог это засечь, на бой. И Сейбер не был бы собой, если бы не ответил на этот зов. Мечник добрался до будущего места схватки за пару прыжков по воздуху. На небольшом пустыре его ожидал смотрящий прямо на него мужчина в "мускулистой" броне и с тонким копьём. Слегка вьющиеся чёрные волосы и тип нагрудника выдавали в нём латина — подобные доспехи Сейбер видел в Риме как реликвии. По всей видимости, этот человек жил за пару сотен лет до кочевника. — Сейбер, зачем ты сражаешься? — удивил мечника вопросом Лансер сразу, стоило тому приземлиться. — Глупый вопрос — именно сражение и есть суть человека! Именно в нём он совершенствует себя, и только тем, кто достиг достойного уровня на этом пути, могут принадлежать земли и ценности! Неужели среди героических духов есть те, кто этого не понимает? — Сейбер решил подыграть копейщику. — Ясно. Значит, ты веришь в право силы. Скольких же слабых ты обездолил? Лишил дома и имущества, жизни? — Странный вопрос. Но ты не интересуешься, скольких я спас от смерти от голода и холода, пускай и ценой других. — Для тебя одни важнее других? — Неужели я должен оставить свой народ на смерть, потому что не хочу навредить чужому? — Всегда есть мирный путь. — Но вместо того, чтобы забрать половину и подвергнуть лишениям обе стороны, можно забрать всё силой! Тогда пострадает лишь одна, а не обе! — Я понял тебя. — Лансер встал в боевую стойку, держа копьё левой рукой ближе к острию. — Ты веришь в право силы, терзая невинных и слабых, и оправдываешь спасением других убийства и грабежи, забирая больше, чем нужно и продолжая оправдывать свои деяния. Такому как ты Грааль не заполучить! Я не позволю! А потому, сделай доброе дело, умри во имя моего искупления! — с этими словами копейщик ринулся вперёд, пытаясь пронзить шею противника своим копьём. — Вот так мы говорим! — воскликнул Сейбер, отбивая удар и заставляя его соскользнуть вправо, после чего подшагнув влево вперёд и ткнув копейщика в грудь. Лансер ушёл от клинка, пригнувшись и прошагнув под ним. После он вновь взмахнул своим оружием, пытаясь пустить противнику кровь, но наткнулся на блок, подкинувший острие вверх, и был вынужден слегка крутануться, подставляя под ответный удар тупую сторону оружия. И тут же пятка копья ударила в грудину кочевника, не ожидавшего такого. Лансер, воспользовавшись моментом, завершил оборот с отшагом, разорвав дистанцию и снова встал в позицию для удара. И тут же вечно окровавленное остриё разрезало воздух, встречая приближающегося врага. Легионер градом точных ударов заставил мечника отступить, уйдя в оборону. Финт, и подшагом сократив расстояние Лансер подрезал противнику правую голень, тут же отбив ответный удар копьём. Однако, чтобы сохранить пальцы, ему пришлось разжать левую руку, чем Сейбер не замедлил воспользоваться. Он обрушил на Лансера град быстрых атак на правую сторону, обходя врага с фланга и тем не позволяя тому отвлечься на вторую руку. Но мечник быстро вписал в череду скоростных взмахов по-настоящему мощный удар, заставивший удерживаемое лишь одной рукой копьё волнообразно содрогнуться, отдаваясь толчком в правую кисть. Наконечник коснулся земли, а клинок в восходящем уколе достиг груди Лансера. Прочертив путь по нагруднику, он оставил глубокую рану на правой щеке отшатнувшегося легионера, прорезав её насквозь. Развивать успех Сейбер не стал, заблокировав подхваченное наконец левой рукой копьё. — Один — один, сволочь. — бросил кочевник, выбивая время на восстановление дыхания. Лансер не ответил, лишь сделал несколько тяжёлых вдохов. Спустя пару секунд он снова перехватил древко и начал приближаться к Сейберу. И снова кочевник наступает, отбивая приближающиеся остриё копья. В этот раз у латина не удастся заставить его отступить. Очередная попытка вновь ранить его ногу не увенчалась успехом, позволяя приблизится ещё на треть шага. Лансер пытается разорвать дистанцию, но Сейбер ловит его в клинч у левого плеча. Он пересиливает латина, и кончик его клинка опускается на нагрудник. Подшаг с напряжением мышц, и он вскрывает панцирь, раня оппонента. Лезвие ушло вверх, но кочевник бьёт гардой, снова ловя Лансера в клинч. На этот раз точка соприкосновения между руками копейщика. Тот выходит из ситуации, пиная Сейбера в правую голень и отходя, заодно попытавшись зацепить его грудь. Но встретив блок, он не пытается продавить его или обойти, а просто отходит шага на три-четыре. — Какой <фуух> подлый удар! Прямо по ране! Тебе <фуух> это твоё искупление <фуух> не мешает нечестно бить? — с иронией произнёс кочевник, прерываемый своим тяжёлым дыханием. — Что ты здесь увидел нечестного?! Мы сражаемся, здесь нет бесчестных ударов! — возмущённо воскликнул в ответ Лансер. Копейщик перехватил оружие — теперь левая рука оказалась свободна. Хочет сделать захват? Надо будет внимательно следить. Или это приманка? Хах, считает меня настолько тупым, чтобы повторять один и тот же трюк дважды! Внезапно в свободной руке Лансера появился дротик с раздвоенным наконечником на длинном стальном стержне, который он мощно метнул в грудь Сейбера. Тот быстро принял защитную стойку и отбил удар, но последовавший за ним укол от бросившегося к нему Лансера достиг левого бока кочевника, пробивая его насквозь. Возвратным движением он, отшагивая, разодрал рану ещё сильнее. И тут же он режущим движением ударил опешившего Сейбера справа. Тот быстро остановил атаку блоком, но сделавший небольшой шаг влево Лансер скользнул копьём по клинку, вонзив наконечник в грудь кочевника. Пройдя между рёбрами, лезвие проткнуло лёгкое и слегка показалось со спины. Лансер резким движением вынул копьё из раны насмешливо взглянул на покачивающегося оппонента. — Как я и сказал, победы тебе не видать. Ты уже проиграл. — горделиво произнёс копейщик. — Я так не думаю. Я могу реге<кха>... регенерировать. — Сейбер сплюнул кровавую кляксу. — и пусть мне придётся... <кха-кха>... подождать пару-тройку дней... я побежу! — Ты отсюда не уйдёшь. — Уйду! А вот ты умрёшь. — Сейбер перехватил клинок. — Бич Божий! Лезвие легендарного меча вспыхнуло энергией, и Атилла нанёс удар сбоку, практически параллельно земле. Так, чтобы противник не смог уклониться. А блоком Бич не остановить. Глаза Лансера прочертили взбухшие капилляры, покрывая белок красной сеточкой, но и это не помогло увидеть путь для уклонения. И тогда он ударил в ответ. — Кровь Спасителя! — крикнул Лонгин в ответ, заставляя вечно окровавленное лезвие копья засиять красноватым сиянием. Он словно прочертил полукруг своим ударом, пытаясь пробить атаку Сейбера и вонзить копьё в плечо гунна. Клинок Бича Божьего оказался моментально разрезан, но Атилла в ужасе отклонился, отчего лезвие, наполненное волей Христа, лишь продрало кожаную куртку. Та начала обращаться прахом, начиная с места удара. Мечник в истинном ужасе перевёл наполненный неверием взгляд на свой клинок и увидел, что сияние погасло, а легендарный меч распадается в пыль. — НЕЕЕЕЕЕЕТ! — Как я и сказал... Ты не победишь. — Мастер! Мастер, мать твою! Быстро используй командное заклинание, чтобы я явился! Немедленно! Он меня убьёт! — Сейбер... Явись! — Прощай, Лансер! Ещё встретимся! — истошно прокричал Атилла, исчезающий по велению приказа. Лансер промолчал, смотря на место, где только что находился его противник. Он допустил ошибку — начал говорить с почти поверженным противником, тем позволив ему применить Фантазм. Так он загнал себя в ловушку — копьё не выдержало бы удара, а отскочить достаточно, чтобы сияние, удлинившееся подобно хлысту, не достало его, он бы не сумел. Так что ему пришлось применить Кровь Спасителя. Легионер взглянул на очистившееся от крови остриё. Оторванные от общего тела части слуг быстро растворяются, а частицы Христа на его оружии более не было. Кровь Спасителя, желающего умереть, и потому способная "убить" всё, чего коснётся, обращая это в прах, была на самом деле одноразовым козырем. Её можно было бы зарядить, сразив копьём троих слуг. Но сделать это лишь копьём будет непросто. — Что же... Значит, таково моё искупление... — произнёс Гай Кассий Лонгин, легионер, добивший Христа, переходя в призрачную форму. — Какие интересные способности! Жаль, похоже, одноразовые! Надо семпай рассказать, что эти два придурка лишились Фантазмов! Может, сделку с кем из них заключить? Не, это ждёт.