Вампир х Вампир

Снейп тяжело вздохнул, медленно идя по одному из старых коридоров в подземелья. Голова ужасно болела, и на то было сразу шесть причин! И все шесть были вполне одушевленными. Первая и самая жуткая – крестник. Драко пришел в себя и начал буйствовать по поводу своей новой родственницы, еле удерживаемый волшебными оковами. Он орал и матерился, пытаясь укусить зельевара, который то и дело хотел успокоить крестника. В итоге мужчина получил в нос кулаком, когда оковы не выдержали. Вторая причина – миссис Малфой, причитающая по поводу своего бедного сынка и ругающаяся на зельевара из-за того, что тот так и не смог защитить ее сына. Третья – Поттер. Вездесущий Гарри Поттер орал еще громче блондина, так как абсолютно не желал быть чьей-то кормушкой, а уж тем более слизеринского хорька. Четвертая – Минерва, которая пыталась успокоить студентов, но вместо этого сделала только хуже, вступив в жутко громкий спор с Нарциссой Малфой. Пятая – Дамблдор. Старик пытался говорить тихо, но то и дело срывался на грозный тон, при этом предлагая чертовы лимонные дольки, которые в скором времени были отправлены выше упомянутым Поттером прямо в лицо зельевару. А он только подумал, что его не будут трогать. Ну… И последняя – шестая причина, как раз сейчас тихо плелась чуть позади профессора зельеварения, опустив взгляд и о чем-то углубленно думая. Почему тихо идущая студентка красного факультета была причиной головной боли зельевара? Да потому, что всю предстоящую ночь ему придется приглядывать за этой самой студенткой, чтобы она не начала крушить все подряд, как недавно это делал Малфой, нынче отправленный вместе с Поттером и Нарциссой в предоставленную им Дамблдором комнату, куда никто не сможет проникнуть, а так же: никто не сможет выйти без позволения директора. Мастер зелий остановился напротив стены и посмотрел назад. Грейнджер, так и не подняв головы, остановилась рядом. Мужчина убедился в том, что их никто не преследует, и снова повернулся к стене. Прокусив до крови указательный палец, Снейп начал выводить красной жидкостью на стене какие-то символы, прежде чем начать бормотать заклинание. Когда он закончил, стена стала светиться легким бирюзовым сиянием, медленно испаряясь и открывая небольшой проход в темноту. -Идите вперед… - сказал зельевар. Девушка подняла взгляд на профессора и пару раз моргнула, прежде чем кивнуть и молча зайти в темноту. Северус прошел через сияние и, встав боком к выходу, произнес: - Блейн… Мгновение – и стена вновь закрыла проход, словно ничего и не было. Зельевар зажег огонек на конце палочки и пошел вперед по коридору. Гермиона старалась не отставать, но то и дело задумывалась все сильнее, отставая, пока мужчине не надоело вечно останавливаться, и он просто не схватил ее за локоть и не потащил вперед. -Черная кровь. – Снейп произнес пароль своих личных комнат и вошел в них вместе с гриффиндоркой. Щелчком пальцев он зажег в комнате свечи, позволяя студентке осмотреться. Просторная комната декана Слизерина была оформлено совсем не так, как представляло себе большинство студентов Хогвартса. Вместо черных обсыпающихся стен здесь были вполне обычного сероватого оттенка стены, по большей части заставленные многочисленными стеллажами с книгами и зельями. У большого заколдованного окна стоял широкий дубовый стол, на котором стопками лежали пергаменты и пара книг. Одна из них была открыта и помечена зеленой закладкой. На полу был постелен, не поверите, мягкий белый ковер, напоминающий кошачью шерсть. В противоположной стене была еще одна дверь, наверняка, ведущая в… -Не стойте столбом, мисс Грейнджер. Гермиона встряхнула головой и резко повернулась к профессору, густо покраснев. Снейп снял с себя сюртук и бросил его на спинку кресла, неслышно ступая по ковру босыми ногами… Стоп… Снейп? Босый? -Вас так удивляет то, что в моих комнатах мягкий ковер? – зельевар сложил руки на груди и в привычной манере изогнул бровь, смотря на волшебницу. Та замотала головой, отвернувшись. – Сегодня вы будете спать в моей комнате, завтра, наверняка директор уже решит, что делать со всем этим зоопарком. И снимите обувь! Этот ковер не так просто вычистить. Гриффиндорка вздрогнула, но послушно сняла обувь и мантию, аккуратно сложив это все на небольшом стуле. Тем временем Северус открыл окно, впустив в комнату свежий ночной воздух. Облокотившись о подоконник, он посмотрел на становящуюся все более яркой луну. -Прекрасная ночь… -Простите? -Вы теперь вампир, мисс Грейнджер, и должны ценить красоту этого времени. Тихая, спокойная тьма, готовая в любой момент выпустить на свет что-то страшное или наоборот – прекрасное… Луна… Именно она подпитывает всех немертвых… Оборотней, вампиров, драконов… Мерлин, всего и не перечислить… - мужчина усмехнулся, улавливая тихие шаги гриффиндорки за своей спиной. Девушка встала рядом с профессором и тоже посмотрела на небо. -Не думала, что вы любите смотреть в окно… В особенности на луну… -У всех есть свои причуды, мисс Грейнджер… К тому же… Что—то я разоткровенничался с вами! Немедленно идите спать и не бесите меня своим присутствием! Мне достаточно того, что я слышу большинство ваших мыслей! От резкой смены настроения профессора, Гермиона вздрогнула и буквально сжалась в комок, отступив на пару шагов назад. Спокойное выражение на лице мужчины сменилось недовольством и угрозой. Он наклонился к волшебнице и зло процедил: -Живо спать. – подняв руку, он указал на ту самую дверь. Гриффиндорка сорвалась с места и быстро направилась в указанном направлении, входя в освещаемую парой свеч спальню с широкой двуспальной кроватью с темно-красным балдахином. Волшебница замерла на пороге и уставилась на кровать. Она, чего доброго, на ней и заблудиться может. В конце концов это не ее узкая кровать. Мягкое прикосновение к плечу заставило ее прийти в себя и обернуться на стоящего за спиной профессора. Зельевар смотрел на нее сверху вниз, словно оценивал. Легким движением он убрал упавшую на глаза гриффиндорки прядь и всмотрелся в большие карие глаза. Вокруг зрачка стал медленно проявляться красный ободок. Северус стянул с шеи платок и расстегнул пару верхних пуговиц, прежде чем наклониться к волшебнице и положить голову ей на затылок. -Вы голодны… - скорее утверждал, чем спрашивал зельевар, пока студентка медленно кивнула в ответ. – Только не убейте… Гермиона кивнула и подняла руки. Одной – обхватывая шею профессора, другой – немного опуская его воротник, чтобы открыть бьющуюся жилку. Девушка приоткрыла рот и медленно провела по коже языком, чувствуя, как от этого ее движения мужчина задрожал, а ее сердце начало бешено биться. Колебавшись лишь мгновение, гриффиндорка резко погрузила свои клыки в шею зельевара, вызвав болезненный вздох. Прикрыв от удовольствия глаза, она стала пить горячую сладкую кровь…