Лёгкость бытия

Утро Юй Минсэ не было каким-то обычным. Юноша привык вставать вместе с солнцем, так что режим Гусу его устраивал. —Молодой Господин Не, вы сами расписали этот веер? Пока уроки у временного Главы Лань не начались, Юй Минсэ решил разбавить свое время разговорами, и так получилось, что Не Хуайсан идеально для этого подходит. Стоило только приемному сыну семьи Юй начать говорить про веера, как младший брат Не Минцзюэ начал рассказывать какой техникой пользовался и что его вдохновило. И Юй Минсэ еще долго мог слушать его разговоры, но их прервали его «кузены». —Приветствую Цзян-сюна и Вэй-сюна, —улыбка так и не спадала с лица разговорчивого юноши —Еще немного и вы бы опоздали! —Молодой Господин Вэй, неужели вас так сложно было разбудить? —Минсэ постарался придать своему голосу нотки удивления. Скорее всего Вэй Усянь опять шлялся ночью, и Цзян Чэну пришлось будить своего брата. Юй Минсэ старался не закатить глаза и продолжил смотреть на двух братьев, которые приводили себя в порядок, после незапланированной утренней пробежки. —Естественно его сложно разбудить. Он привык вставать в девять утра, —глаза Цзян Ваньина смотрели прямо в лицо кузена не моргая. Это было похоже на маленький поединок, в котором Юй Минсэ – так уж и быть- уступит. Все равно он привык это делать. —Как хорошо что у нас есть ты, Чэн-гэ, а то было бы неловко, если бы Да-шисюна Ордена Юньмэн Цзян наказали в самый первый день занятий. Юй Минсэ завел руки за спину и склонил голову слегка вправо, в то время как поза Цзян Ваньина была напряженной. Было такое чувство что юноша в белых одеждах Ордена Гусу Лань совсем скоро сорвется. —Кузену не за чем переживать, —Вэй Усянь положил руку на спину брата и начал успокаивающе по ней постукивать—Все равно меня никто не поймает! —Тут я бы поспорил с тобой, Вэй-сюн, —взгляды членов Ордена Юньмэн Цзян переместились на юношу с веером, которым тот непринужденно обмахивался —Я верю твоим словам, но в Гусу есть человек, которого тебе лучше не злить и не навлекать его гнев на себя. —Кого? Лань Цижэня? —Если бы, —веер с характерным щелчком захлопнулся, и взволнованное лицо Не Хуайсана теперь мог видеть каждый —Я говорю про его самую большую гордость – Лань Ванцзи. —Лань Ванцзи? —Не Хуайсан кивнул. Вэй Усянь хотел побольше узнать про эту большую гордость этого старика Ланя, но его вопрос не успел прозвучать из-за его «дражайшего кузена»: —Я думаю, что нам лучше перенести разговор о Лань Ванцзи на другое время. Сейчас лучше поспешить, ведь мы не хотим создать не самое приятное первое впечатление для уважаемого Лань Цижэня, —на лице Юй Минсэ продолжала играть натянутая улыбка, и даже когда юноша развернулся и пошел в сторону здания, улыбка продолжала украшать бледно-розовое лицо юноши. Трое переглянулись между собой и все же решили, что Юй Минсэ прав. Цзян Ваньинь и Вэй Усянь обреченно вздохнули и пошли за кузеном, в то время как на лице Не Хуайсана было сложное выражение лица. Мысли Второго Молодого Господина Ордена Цинхэ Не начали строить догадки о том, какие же все-таки отношения между братьями из Юньмэна и Господином Юй. Для юноши в таких же белых одеждах Гусу Юй Минсэ приятный человек, с которым можно поговорить про искусство; почему же тогда при разговоре Юй Минсэ со своими кузенами обстановка стала какой-то напряженной? Даже у него и да-гэ нет такого напряжения, как между этими тремя. Вздохнув, юноша пожал плечами и пошел за своими товарищами по несчастью. Компания из четырех юношей в разных одеждах уже почти подошла к зданию, как в их поле зрения попали фигуры, которые были в таких же белых одеждах, что и они. Цзян Чэн и Вэй Ин не могли сдержать приятного чувства удовлетворения при виде белого павлина. Что ж видимо правила также не обошли стороной Молодого Господина Цзинь. Чувство пусть и было приятным, но длилось недолго, ведь тот, кто стоял рядом стал причиной разных чувств у каждого из четырех юношей: для Не Хуайсана это был интерес и желание познакомиться с красивым незнакомцем; для Вэй Ина это было желание увести своего шиди подальше от Гуань Янгуана, чтобы тот не успел спровоцировать Цзян Чэна грубыми словами про их дорогую шицзе; для Юй Минсэ это было любопытство и легкое дежавю; для Цзян Чэна это скорее была настороженность, которое пробудила его интуиция. Несмотря на свои чувства, все четверо начали подходить к Цзинь Цзысюаню и Гуань Бинхуа, которые мирно разговаривали. Ну как мирно… —Как они вообще могли мне отказать? —после случая с Гуань Лихуа, Гуань Бинхуа обратился к Лань Сичэню для решения и переселении сестры в соседнюю комнату. Исходя из диалога, Лань Сичэнь отказал, так как правила запрещают женщинам и мужчинам жить вместе. Но Цзинь Цзысюань предложил приставить к своей подруге слугу до того момента, пока Гуань Лихуа привыкнет к окружению – на это Лань Сичэнь согласился. —То есть ты просто искал причину переселить Ли-эр? —на лице Цзинь Цзысюаня появилась ухмылка. Юноша стоял не так далеко от Гуань Бинхуа, но и не близко; юноша до сих пор помнит тот случай, десять лет назад. Гуань Бинхуа закатил глаза и уже собирался ответить, как Цзинь Цзысюань неожиданно повернулся и поклонился. Юноша с янтарными глазами думал, что это может быть старик Лань, поэтому не смотря последовал примеру друга своей сестры. —Молодой Господин Цзинь, это немного непривычно видеть вас в таких одеждах, —Юй Минсэ поклонился двум и выпрямился —Молодой Господин Гуань, мне очень нравится дизайн серьги. Честно, когда к нам поступила изначальная версия, я немного перенервничал, потому что никогда не делал украшений. —Спасибо за комплимент, Молодой Господин Юй, —Гуань Бинхуа взял бахрому правой сережки и начал вертеть ту между пальцами — Не забудьте потом сказать тоже самое моей сестре. Она явно скажет куда больше слов благодарности, чем я. На лице юноши играла ухмылка, а взгляд начал осматривать гостей, которые решили присоединиться к ним. Гуань Бинхуа примерно определил в юноше с веером Второго Молодого Господина Не, что значит человек рядом с Вэй Усянем может быть только Цзян Ваньинь. —Приятно встретиться с вами, Молодой Господин Цзян. —Мне тоже очень приятно с вами познакомиться, Молодой Господин Гуань. —Я рад, что наши родители решили дать нам отучиться в Гусу до самой свадьбы. —Свадьбы? —Цзинь Цзысюань перевел свой взгляд с Цзян Ваньина на Гуань Бинхуа и обратно. В его голове постепенно начал складываться пазл, разгадка которого была не такой уж и сложной. —Потом поговорим, —если при разговоре с Цзян Ваньином Гуань Бинхуа использовал нейтральный тон, то сейчас в голосе присутствовала легкая злость. —Тогда может мы пройдем? —серый взгляд Вэй Ина смотрел прямо в янтарные очи Гуань Бинхуа —Просто не хочется, чтобы в первый день занятий мы все получили наказание. Цзян Чэн прикрыл рот ладонью, чтобы сдержать чуть ли не вырвавшийся смех; Юй Минсэ же пусть и продолжил улыбаться, и единственное что может выдать его настроение – сжатые сзади кулаки. —И правда. Это будет крайне неприятно. Гуань Бинхуа развернулся и зашел в здание первым; остальные последовали за ним. Как только все зашли, то начали аккуратно раскладывать благодарственные подарки старику Ланю, который уже совсем скоро должен был прийти. Вэй Ин развернулся и собирался сесть на свое временное место, как застыл под гневным взглядом золотых глаз. Юноша в белых одеждах и с лентой на лбу смотрел прямо в лицо Вэй Усяня; у этого незнакомца лицо было подобно нефриту и только по глазам можно было понять, что скорее всего за вчерашнюю ночь Вэй Усяня явно не простили. —Что ты уже успел натворить? —голос Гуань Бинхуа раздался неожиданно, из-за чего Вэй Усянь дернулся и развернулся к юноше с янтарными глазами, тем самым прерывая контакт с красивым незнакомцем. —Просто сходил вчера в Цайи и купил выпить. Ничего серьезного, —Вэй Ин пожал плечами, и озорно улыбнулся своему «брату»—А ты переживаешь? —Еще чего, —юноша с фарфоровой кожей хмыкнул и прошел мимо надоедливого старшего —Просто думаю, что если бы здесь была твоя «умелая» шицзе, то явно бы разочаровалась в тебе, Вэй Ин, но ничего не смогла бы сделать. Роли сменились и теперь Гуань Бинхуа улыбался; губы Вэй Усяня образовали тонкую линию, а меж бровей появилась складка. Юноша с смуглой кожей никак не мог понять почему Гуань Янгуан постоянно пытается приплести Цзян Яньли в их разговор. Хотя какая разница в чем причина? И пока Вэй Усянь пытался успокоиться, Гуань Бинхуа уже сел на свое место и ждал начала занятий. —Что с тобой? —Цзян Чэн подошел к брату и положил руку на плечо—Гуань Янгуан что-то не то сказал? Стоило Вэй Усяню услышать вопрос Цзян Чэна, как юноша вернулся из своих мыслей и улыбнулся брату. —Что он может сказать? Просто место не поделили. Брови Цзян Чэна не расслабились, и Вэй Ин понял, что младший явно не купился на его обман. Вздохнув, Вэй Ин аккуратно убрал руку брата и тихо сказал: —Потом объясню. —Вэй Усянь, что ты… —Чэн Чэн, давай быстрее садиться быстрее, а то старик Лань ругаться будет. Цзян Чэн хотел остановить брата, но все же остановился и решил, что они поговорят об этом позже. Спустя какое-то время пришел Лань Цижэнь и начал зачитывать все правила Ордена Гусу. Точнее хотел зачитать все, но внезапно прервался, но потом между ним и Вэй Ином произошел некий опрос, в процессе которого юноша достойно держался. —Предположим жил на свете палач, у него были жена и дети. За всю жизнь он обезглавил больше сотни человек, а сам внезапно скончался прямо на улице, потом он восстал и начал убивать. Как ты поступишь? —Лань Цижэнь посмотрел прямо на Вэй Ина и начал поглаживать свою бороду. Вэй Усянь приложил пальцы правой руки к подбородку и задумался. Юноша какое-то время не отвечал, и Лань Цижэнь обратился к своему племяннику. —Ванцзи, объясни ему как поступить. Стоило только Вэй Ину услышать имя «Ванцзи», как его взгляд тут же начал искать эту самую большую гордость старика Ланя; какого же было удивление, когда им оказался тот самый юноша, с которым Вэй Ин виделся ночью. —Сначала следует заняться упокоением. Нужно обратиться к его родственникам и исполнить последнюю волю, чтобы он упокоился с миром. Если не поможет – усмирить его. Если преступления сильны, что темная энергия злобы не рассеялась – полностью уничтожить. Все заклинатели обязаны следовать этому порядку, —во время своего ответа Лань Ванцзи ни разу не остановился, чтобы сделать перерыв. Лань Ванцзи под одобрительный взгляд своего дяди хотел сесть, как Вэй Ин, который что-то рисовал на бумаге, задал вопрос: —У меня есть сомнения! —громкий голос Вэй Усяня привлек внимание Гуань Бинхуа, который во время ответа Лань Ванцзи смотрел прямо на Лань Цижэня чей взгляд отвечал тем же до момента окончания речи. — Упокоение всегда идет первым, но часто бывает невыполнимо. Если его желанием было убить целый клан или отомстить кому-то из ненависти, то что делать тогда? —Именно поэтому за упокоением следует усмирение, а при необходимости уничтожение, —таким же ровным голосом ответил Лань Ванцзи. —Какое расточительство, —Вэй Усянь пожал плечами —На самом деле я знал ответ, просто размышлял о четвертом способе. —Четвертым способом пользуется только Орден Чжэнъи Гуань, —Лань Цижэнь прервал Вэй Усяня; в голосе старшего мужчины было раздражение, а взгляд снова переместился на Гуань Бинхуа, который вновь перебирал в руках бахрому на сережке —Их основатель с другого конца океана пошел против системы и решил, что лучше позволить нечисти захватить тело. —Мы не позволяем им нас захватывать, —Гуань Бинхуа встал, скрестил руки на груди и слегка приподнял голову —Наш предок наоборот раскрыл потенциал золотого ядра. Тем более когда нечисть внутри, ее мысли и желания открыты для заклинателя. Благодаря этому не один убийца не смог избежать справедливости. —Этот способ опасен для разума. Гуань Бинхуа, ты сам сказал, что мысли открыты. —Верно. И если произойдет такое, что заклинатель поддается влиянию, то он просто берет шпильку и протыкает себя на цунь выше от места, где горит золотое ядро. В процессе человек не умирает, а украшение впитывает в себя всю темную энергию. —Это противоречит всем норам, —Лань Цижэнь никогда не одобрял методы Ордена Чжэнъи Гуань. Для него они были отступниками, и если бы не дружба Главы Гуань с Главой Цзинь, то вопрос о устранении этих отступников не стоило и ставить под сомнения. Гуань Янгуан ничего не сказал и сел на свое место, поставив руку на деревянную поверхность, начал придерживать ей голову: спорить с этим стариком – портить себе настроение и нервы. —Тогда я ошибся и имею ввиду пятый способ, —Вэй Ин во время спора старика Ланя и Гуань Янгуана записывал все на отдельном листке бумаги, который по окончанию спора положил в свой мешочек цянькунь. —Какой еще пятый способ? —временный Глава Лань чуть ли не шипел, вена на его височной части вздулась и казалось, что лопнет в любую минуту. —При жизни палач обезглавил более сотни человек, а умерев стал лютым мертвецом, что истекает из условий его кончины. Так почему бы заклинателю не вскрыть могилы этих ста человек и не пробудить в них жажду убийства, обратя в армию, а потом использовать их в битве против мертвеца? От такого способа глаза многих приобрели форму блюдца; у старика Ланя вена ходуном начала ходить, а глаз с бровью дергаться. Мужчина в белых одеждах взял дисциплинарную палку и ударил по руке юноши, которая держала листок с глупыми рисунками. —Упокоение суть заклинания твари, —тело Лань Цижэня начало трясти, а рука схватила на рабочем столе свиток —Мы должны дарить им покой, а ты предлагаешь повышать уровень их злобы. Даже Орден Чжэнъи Гуань со своими методами успокаивает души! Ты просто извращаешь естественный порядок вещей и отрицаешь этику с моралью! С этими словами свиток полетел в сторону наглеца, но тот успел увернуться, и теперь Не Хуайсан сидел и начал тереть место удара. —Ты так больше красноту разведешь. Тебе надо холод приложить, —Гуань Бинхуа закатил глаза на глупые действия юноши, но потом вновь вернулся к размышлению о способе Вэй Усяня. —Духовное начало это светлая энергия, —Вэй Усянь несмотря на гнев Лань Цижэня продолжил продвигать свою мысль —Затаенная злоба – темная, так почему бы нам и ее не использовать? —Тогда ответь мне на вопрос: можешь ли гарантировать, что сможешь подчинить темную энергию, и она не навредит другим, — Лань Цижэнь сжал кулаки и смотрел прямо в юные не видевшие жизни глаза Вэй Усяня. Мальчишка еще ничего не знает, а уже предлагает такие идеи, которые обычно ничем хорошим не кончаются. —Я еще не думал об этом, —разочарованно проговорил Вэй Ин. —Что ж, если подумаешь об этом – заклинатели всего мира тебе этого не позволят! Пошел вон! И с этими словами юноша выбежал из класса. Гуань Бинхуа из-под опущенных ресниц смотрел вслед своему «брату» и думал, что не такой уж он и идиот. Единственные минусы его идеи: контроль и мир заклинателей. Если с первым можно было что-то сделать с помощью иглотерапии, то вот мир заклинателей уже не шутка. А все-таки армия послушных марионеток действительно забавная идея. Но только ли темный путь может дать это? И пока все до сих пор пребывали в легком шоке после таких смелых слов, Юй Минсэ был рад, что теперь все спокойно.