Лёгкость бытия

—Ли-эр, попробуй, —Цзинь Цзысюань поднес к губам девушки угощение. Гуань Лихуа без каких-либо раздумий съела весь десерт. На языке тут же появилась легкая прохлада и сладкая бобовая паста. Сапфировые глаза девушки тут же зажмурились в удовольствии, а ладони легли на щеки: десерт был настолько вкусным, что девушка даже не знала как совладать со своими эмоциями. —Так и знал, что тебе понравится, —Цзысюань опустил руку с мешочек цянькунь и достал оттуда еще одно угощение —В Цайи их называют «мороженными». Сначала я не знал стоит ли их покупать, но все же решил рискнуть. Цзинь Цзысюань хотел уже гордо выпятить грудь, но Гуань Бинхуа ударил Молодого господина по голове веером; янтарные глаза юноши с недовольством смотрели на юношу с киноварной точкой на лбу. Будь это кто-то другой, то Цзинь Цзысюань этого так просто не оставил бы, но близнецы Гуань не были «кем-то другими». Девушка и юноша были для него друзьями, пусть Молодой Господин Гуань и не был таким близким другом, как Гуань Лихуа, но Цзинь Цзысюань всё равно уважал того за усердия, которые тот вкладывает, чтобы сформировать золотое ядро. Будущий Наследник Ордена Ланьлин Цзинь вздохнул и отдал младшему угощение, которые он планировал скормить Гуань Лихуа. Юноша довольно кивнул и забрал десерт себе, так же, как и сестра с удовольствием съел прохладную сладость. —Сюань Сюань, как у меня будет время, давай сходим в Цайи? —девушки платком протерла свои малиновые губы и облокотилась на ровно сидящую фигуру юноши —Мне хочется купить «мороженое» для Вэй Ина и Цзян Ваньина. Думаю им понравится. При мысли о Цзян Ваньине, Гуань Лихуа не могла не вздохнуть: за последние три месяца они так ни разу не поговорили. После ее первого наказания, она хотела поговорить с юношей, но всё никак не могла собраться. В её голове тогда творился бардак, и никакой идеи о примирении не было, ведь она даже не знала, что говорить. Каждый следующий сценарий был хуже предыдущего, что не могло не огорчать. У Гуань Лихуа с эмоциями не всегда были хорошие отношения, поэтому только под конец того дня, девушка всё же села и написала письмо. Стоило кисти оказаться в её руке, как шум в голове начинал затихать; на следующий день она попросила да-гэ передать письмо Цзян Ваньину. Девушка не ожидала, что юноша ей ответит, поэтому представьте её удивление, когда да-гэ положил ей на стол маленький конверт. Так продолжалось в течение трёх месяцев, но дальше писем они не заходили. Это было не плохо, но и не хорошо. Девушке хотелось наладить их отношения в лучшую сторону, но стоило ей только подумать о разговоре с Цзян Ваньином, как весь запал пропадал. —Они не бедняки. Если надо, то купят сами, —Гуань Бинхуа легонько ударил Гуань Лихуа по лбу и облокотился на неё —Тебе вообще стоит прекратить так унижаться. —Что? —Янгуан прав, Ли-эр. Это ведь ты проявила инициативу написать. Я бы не был так раздражён, если бы он так же отвечал, как ты ему пишешь, но в ответ на твои три листа, он отправлял только один. —И даже не с двух сторон. Гуань Лихуа покачала головой и вновь легла на плечо юноши. —И что вы предлагаете? —Оставь все как есть. —Тебе не за чем так стараться, ведь этот брак по договорённости, так что в нём не нужно даже пытаться сблизиться, —голос Цзинь Цзысюаня был мрачным, словно он говорит не о браке, а о чём-то ужасном. Гуань Лихуа понимала почему её друг так недоволен. Он сам ей говорил, что его раздражает мысль о том, что его мнение ни разу не взяли во внимание и хотят использовать как инструмент для достижения глупого дружеского соглашения. В детстве, в тот день откровений юноша плакал, а Гуань Лихуа сидела рядом и гладила его по спине. В тот момент не нужны были слова, ведь они никак не помогли бы. В тот момент Цзысюаню не нужны были слова, а друг, который будет рядом и разделит его печаль. Они сидели так до позднего вечера, а потом Гуань Лихуа вытерла лицо друга холодным полотенцем и уложила спать. После этого момента Цзинь Цзысюань не плакал, но в тот день они сблизились и стали друг другу названными братом и сестрой, что радовало обе стороны. —Сюань Сюань, да-гэ, пойдем, —девушка сначала помогла брату сесть в прямое положение, а потом медленно встала —Скоро урок начнётся. Юноши переглянулись друг с другом; старший и младший знали, что Гуань Лихуа прислушалась к их словам, но не спешит с решением, ведь ей ещё нужно всё это обдумать. Цзинь Цзысюань также встал и помог с этим Гуань Бинхуа. —Вам лучше не уходить от меня, —Гуань Бинхуа веером указал на А-Ли и Цзысюаня —Не-сюн обещал мне показать кое-какую книгу. Вы не можете не присутствовать. Гуань Лихуа кивнула, а Цзинь Цзысюань попытался не давать своего ответа, ведь по слухам знал, что книги Не Хуайсана не самые невинные. Пусть он был выдающимся и горделивым Молодым Господином, но его внутреннее «я» не хотело знакомиться с жёлтыми книгами. Он с радостью бы посмотрел, если бы это была книга о самосовершенствовании или записи прошлых Глав Орденов, ведь это поможет ему подготовиться к своему будущему. Книги Не Хуайсана были не о таком, поэтому и интереса не вызывали. —Да-гэ, а с каких пор тебя интересуют жёлтые книги? —А-Ли, меня интересует не сама книга, а результат этой беседы, —Гуань Бинхуа с щелчком раскрыл веер и с прищуренными глазами смотрел на свою сестру и Цзысюаня —Там ведь будет не только Не-сюн, но также и другие Молодые Господа. Из всех них мне больше приглянулся Юй Минсэ. —Ты что-то говорил о его способностях, но я так и не понял что. —Он с выгодой смог продать книгу каким-то ученикам, что очень привлекло моё внимание. У него так же, как и у А-Ли развито убеждение. Гуань Лихуа приподняла бровь и посмотрела на Гуань Бинхуа ничего не понимающим взглядом. Она могла и дальше продолжить смотреть, но в данный момент они шли и нужно было следить за дорогой. —А кто убедительнее? — не мог не спросить Цзинь Цзысюань, который на себе испытал дар убеждения девушки. Дар — это слишком сильное слово. На самом деле если бы не красивое лицо и присутствие успокаивающих благовоний, то убедить кого-то было бы намного сложнее. Девушке было немного неловко из-за этого, но она ничего не сказала, ведь они уже подошли к месту их совместного урока: учитель Лань кое-как смогла убедить Лань Цижэня провести занятие вместе с ней, ведь тот долго отказывал ей простыми словами: «Это против правил». Гуань Лихуа до сих пор не знает как женщине удалось победить упрямство Главы Лань, но она рада, что всё сложилось таким образом. Позже девушка обязательно поблагодарит учителя Лань, но это будет позже, а сейчас она будет наслаждаться каждой минутой рядом с да-гэ и Сюань Сюанем. —Сюань Сюань, пока мы не зашли, то мне хотелось бы сказать, что у тебя бардак на голове — девушка наконец-то могла с облегчением вздохнуть: эти торчащие в разные стороны локоны мозолили ей глаза в течение этих минут. Юноша остановился и дотронулся рукой до своей макушки, которая действительно стала лохматой, и некоторые пряди свободно спадали по спине. Цзинь Цзысюань вздохнул и полностью распустил свои волосы; юноша повернулся спиной к Гуань Лихуа, для которой не нужны были слова, ведь это не первый раз, когда такое случалось. Гуань Лихуа не была слишком низкой, поэтому Цзинь Цзысюаню не нужно было приседать, чтобы подруге было удобно. Одной рукой девушка зарылась в каштановые волосы, чей цвет при солнечных лучах отдавал слегка медным оттенком; вторая рука аккуратно собирала волосы в высокий хвост. Молодой Господин Цзинь очень хорошо заботится о своих волосах, которые плавно и проходят меж пальцев, Лихуа даже казалось, что это не обычные локоны, а шелк. Девушка не могла не улыбнуться такому, ведь знала, как Цзинь Цзысюань добивается такого результата. —Заколку, —в освободившуюся руку девушки положили золотую заколку с узором цветка —Сюань Сюань, тебе все же стоит написать мне какими маслами ты пользуешься. —Ли-эр, у тебя и так хорошие волосы. —Всё равно они не такие шелковистые, —девушка надулась и вставила шпильку в заколку, тем самым закрепляя ту. Гуань Лихуа кивнула на свою работу и повернулась ко входу в павильон, на пороге которого стояли Цзян Ваньинь и Вэй Ин. Выражение лица первого девушке было немного трудно описать, оно было похоже и на повседневное, и одновременно не оно. Вэй Ин же стоял рядом, словно верный подчинённый. —Привет, Вэй Ин, —девушка кивнула юноше с красной лентой в волосах и повернулась к Цзян Ваньину —Здравствуй, Цзян Ваньинь. —Привет, Хуа Хуа! Вэй Ин с энтузиазмом ответил на приветствие, а Цзян Ваньинь только кивнул и прошёл в главный зал, чем не мог не вызвать недовольство Гуань Бинхуа. —Весь в мать, —чуть ли не выплюнул будущий Глава Гуань —Поэтому я и говорю тебе, А-Ли, что не стоит и пытаться. Гуань Бинхуа закрыл веер и теперь каждый мог видеть его поджатые губы и нахмуренный в отвращении нос. Рядом стоящий Цзинь Цзысюань повернулся к подруге, думая, что та расстроилась, но – к его радости – на лице Гуань Лихуа не было и намека на грусть. —Да-гэ, если продолжишь так часто хмуриться, то постареешь быстрее. Гуань Янгуан перевёл свой взгляд на Гуань Лихуа и морщинки меж бровей и на носу исчезли. Юноша вздохнул и раскрыл свой веер; янтарные глаза осматривали лицо сестры на наличие каких-либо признаков печали, и не найдя таковых, Молодой Господин смог расслабиться. Компания из трёх, как ни в чём не бывало, прошла в павильон, и их взору сразу же предстали группы болтающих учеников и большие фрески. Гуань Бинхуа сразу же засёк большую компанию и, схватив Гуань Лихуа за руку, повёл девушку в их сторону, оставляя Цзинь Цзысюаня наедине с направленными на него взглядами. Молодой Господин приподнял голову чуть выше и прошёл к группе заклинателей из своего Ордена, которые о чём-то оживлённо беседовали. —Я думаю, что Цзысюань-сюн разорвёт помолвку со своей невестой. Вы ведь и сами видите, что ему нравится Молодая Госпожа Гуань! —Да даже если и нравится, вряд ли Мадам Цзинь позволит такому случиться. Пусть Главы Ордена Чжэньи Гуань и Ордена Ланьлин Цзинь хорошие друзья, но для выгодного брака лучше метиться на другие Ордена. —Смысл спорить? Даже если Цзысюань-сюн женится, то это не помешает ему завести любовницу. Многие Главы так и делают, ведь бывали в такой же ситуации. —Хватит, —спокойный голос Цзинь Цзысюаня заставил говорящих замолчать и замереть на месте —В Ордене Гусу Лань запрещены сплетни и ложь, так что вам лучше замолчать. Адепты Ордена Ланьлин Цзинь решили, что им лучше закрыть свои рты и опустить свои взгляды в пол. —Для общего блага лучше не упоминать мою помолвку, —Цзинь Цзысюань хмыкнул и отвернулся от группы идиотов, которые только и знают, что говорить всякую ересь. Это очень похоже на детство, когда ему хотелось завести такого же хорошего друга, как у его матушки и отца, но каждый раз при общении с кем-то он испытывал раздражение. Глава Гуань – друг его отца – поддерживал равновесие между поддержкой Цзинь Гуаншаня и осуждением того за распутный образ жизни. Цзинь Цзысюаню очень нравился Глава Гуань, и он даже видел в нём отцовскую фигуру, поэтому при поиске друзей ему хотелось найти кого-то похожего, но каждый раз он встречал лицемеров и подхалимов. Тогда еще ребёнку нравилось, когда его хвалят учителя за его талант и отличную учебу, но когда это делали его сверстники, то это только раздражало. Маленький Цзинь Цзысюань думал, что уже не найдет себе близкого человека, который будет с ним не за его статус как наследника, а как просто хорошего и приятного человека, но в один день Глава Гуань привёл с собой ребёнка. Этим ребёнком оказалась Гуань Лихуа, которая поначалу вообще не обращала ни на что какого-либо внимания, и если бы не Глава Гуань, что просил свою дочь поиграть с Цзинь Цзысюанем, то они бы так и не стали друзьями. Гуань Лихуа пусть и была молчаливой, как и её матушка, но если она видела, что Цзинь Цзысюань делал что-то не так, то она спешила ему об этом сообщить. Поначалу Цзинь Цзысюаня это раздражало, но он всё равно прислушивался к юной леди, ведь верил в воспитание Главы Гуань, что не было ошибкой. Вспоминая те дни, Цзинь Цзысюань не смог сдержать свою улыбку. Гуань Лихуа его первый друг, к которому он пойдёт прислушиваться, а потом уже и к другим. И пока Цзинь Цзысюань стоял в сторонке, Гуань Лихуа пыталась продать другую книгу. Не Хуайсан принёс не одну жёлтую книгу, а две. И ладно если бы они были одинакового содержания, но они были совершенно разными: в первой была обычная пара, а во второй не самыми приличными делами занимались мужчины. Если бы не присутствие других, девушка давно бы пустила слезу, но сейчас под ожидающий взгляд Гуань Бинхуа, Гуань Лихуа пришлось сдержать влагу в глазах и с улыбкой на губах продолжать предлагать книгу. —Молодой Господин Юй, почему вы уверены, что ваша книга понравится им больше этой? —Молодая Госпожа Гуань, а почему и нет? —юноша с изумрудными глазами в ленивой манере сложил руки на груди —Как никак привычная пара мужчины и женщины уже не вызывает такого восторга, как это было раньше, а вот пара двух мужчин это уже другая тема. Не Хуайсан и Гуань Бинхуа с интересом наблюдали за двумя и уже давно бы начали делать ставки, но так как они находятся не в самом подходящем месте, то им приходится только разочарованно вздыхать и продолжать наблюдать. —Не спорю, что двое мужчин это что-то новое, но всё же я сомневаюсь, что рисовка книги в ваших руках хоть немного сравниться с рисовкой этой книги, —девушка открыла книгу на середине под шокированный взгляд юноши —Как вы видите художник рисовал это со всей серьёзностью. Линии тел очень плавные, а лица партнёров украшены традиционными узорами, что придаёт им больше шарма, также не забывайте про складки на одежде, которые для каждого мастера отдельная боль. Пока все другие художники стараются изображать меньше одежды, в этой книге одежда только придает загадочности и эстетичности. Голос Гуань Лихуа ни разу не дрогнул, а лицо её можно было сравнить с нефритом, что не могло не поражать. Будь это обычная книга, то данная картина никого не убедила бы, но это была жёлтая книга и многие бы другие постеснялись даже упоминать её. Не Хуайсан исключение, ведь он уже давно зарабатывает этим бизнесом в Облачных Глубинах. Юй Минсэ, чья поза до этого выражала расслабленность изменилась, и теперь он присматривался к тому, о чём говорила Гуань Лихуа. Юноша не мог не согласиться в душе со словами Юной Госпожи, и даже на короткое мгновение он рассматривал изгибы и складки ткани, поражаясь технике художника. Улыбка сформировалась на устах юноши, а в изумрудных очах появился интерес к этому представлению. —Ваши слова правдивы, —вслух согласился со словами девушки Юй Минсэ —Но всё же помимо рисовки у книги должно быть качество. Юноша последовал примеру девушки и открыл книгу. Пальцы Молодого Господина прошлись по странице, а потом он протянул книгу девушке. —Молодой Госпоже стоит потрогать страницы и убедиться в этом лично. Гуань Лихуа постаралась игнорировать сам рисунок и вместо этого сосредоточиться на качестве. Палец дотронулся до страницы, и девушка проглотила накопившуюся слюну; сапфировые глаза несколько раз моргнули, а вторая рука рукавом белоснежных одежд вытерла выступивший пот на лбу. «Всё это так унизительно. Да-гэ, тебе придётся долго выплачивать моральную компенсацию!» Палец несколько раз прошёлся по странице, и девушка кое-как сдержалась, чтобы не выругаться вслух. Эти страницы были очень гладкими! Даже не ощущалось шершавости! Гуань Лихуа поджала губу и убрала руку от книги. —Приятно, не правда ли? —тихий голос Юй Минсэ звучал особенно громко среди затихшей толпы —Будущему читателю явно будет приятно перелистывать страницы не только от самого их содержания. Юноша закрыл книгу и улыбнулся шире. Оба смотрели в глаза друг друга до тех пор, пока чей-то крик не вывел их из некого соревнования. Гуань Лихуа повернулась на звук шума и тут же побежала в сторону драки, пробегая мимо ученика, который успел выбежать из павильона; книгу она кинула Гуань Бинхуа, который даже не удосужился поймать её. Рука легла на скрытый ножнами Умин и с помощью них перенаправила удар кулака Вэй Ина в другую сторону. Тело Гуань Лихуа встало между двумя юношами и выставило Умин перед собой. —Сюань Сюань, ты как? —заклинательница не опускала меч и не сводила взгляда с Вэй Ина, чья грудная клетка часто вздымалась на Цзян Ваньина, на чьи руки опирался Вэй Ин. —В порядке, —без капли смущения за то, что ему помогла девушка, ответил Цзинь Цзысюань. Золотые глаза юноши гневно смотрели на двух людей из Ордена Юньмэн Цзян. —Сколько бы я не говорил людям из Юньмэн Цзян держаться от меня подальше, они сами приходят ко мне и ищут конфликта. —Сдался ты кому-то! —Вэй Ин вновь хотел кинуться к Цзинь Цзысюаню, но его удержал Цзян Чэн, чей взгляд просил перестать; Вэй Ин на это усмехнулся, но не стал предпринимать каких-либо попыток в сторону Цзинь Цзысюаня. —Что случилось? —Гуань Лихуа опустила Умин и повесила свой верный клинок на пояс. Как бы не старалась девушка придать своему голосу серьёзности, в нём всё же проскочили нотки тревоги. —Ничего. Этот сумасшедший напал на меня первым. —Цзысюань-сюн говорит правду! —Мы все видели, как Вэй Усянь сам подошел к Цзысюань-сюну. Гуань Лихуа не стала прислушиваться к этим людям и ждала объяснений только от сторон драки. Точку зрения Цзинь Цзысюаня она услышала, так что остался Вэй Ин. —Вэй Ин, ты просто так не стал бы бить Сюань Сюаня. Это как-то связано с Молодой Госпожой Цзян? Вэй Ин кивнул: —Он плохо отзывался о шицзе. —Да когда я о ней дурного слова сказал?! —нос Цзинь Цзысююня скривился так, словно одно упоминание о Цзян Яньли вызывало в нём отвращение, а руки сжались в кулаки из-за желания ударить этого сына слуги, но стоящая перед ним Гуань Лихуа останавливала его от опрометчивых действий. —Я спросил: «Чем я могу в ней быть довольным». Где тут хоть какое-то оскорбление? Вэй Ин так же,как и Цзинь Цзысюань хотел продолжить их начатое дело, он понимал, что и так натворил немало проблем, но он не смог себя контролировать. Цзян Яньли потрясающая шицзе и человек, и когда кто-то спрашивает такие глупые вопросы, то тут невозможно сохранить спокойствие! —То есть из-за этого вопроса и началась драка? —Естественно. Если хоть что-то затронет их «шицзе», то тут даже такой простой вопрос может повлечь за собой драку, —Цзинь Цзысюань презрительно посмотрел в сторону двух юношей, а потом подошёл к Гуань Лихуа —Ли-эр, давай отойдём от них, а то мало ли опять за простой вопрос на меня накинутся. Гуань Лихуа покачала головой на слова Цзинь Цзысюаня, и уже хотела пойти в сторону компании Не Хуайсана, как следующие слова Цзинь Цзысюаня нарушили все планы: —Знаешь, всё же мне лучше настоять на расторжении помолвки. Ради своей безопасности лучше держаться от Цзян Яньли как можно дальше. Вэй Усянь и Цзян Чэн переглянулись и вновь посмотрели на серьёзное лицо Цзинь Цзысюаня. Несмотря на некоторые болящие места, юноша стоял ровно и гордо. На лице его не дрогнул ни один мускул, а голос был серьёзен. —Сюань Сюань, у тебя сейчас язык работает быстрее мозга, —Гуань Лихуа положила руку на спину юноши, как делала это всегда — Тебе нужно сейчас в медпункт и хороший отдых. Хочешь, я схожу и куплю тебе то мороженое? Рука на спине Цзинь Цзысюаня делала медленные круговые движение, тем самым пытаясь привести его в чувства. Гуань Лихуа с тревогой смотрела на юношу, совершенно не обращая внимания на окружение. Многие начали шептаться и распространять слух о любовных отношениях между Цзинь Цзысюанем и Гуань Лихуа. Цзян Чэн же стоял и смотрел, как Гуань Лихуа с беспокойством смотрит на Цзинь Цзысюаня. Брови юноши нахмурились, а руки сжались в кулаки. Да, он ничего не знает о девушке, и единственное, что их связывает, так это соглашение их родителей о помолвке, но это не мешает ему чувствовать обиду и раздражение на такое открытое проявление заботы. В течение трёх месяцев он привык к письмам, ведь там девушка явно выражает больше, чем на словах, что немного успокаивало Цзян Чэна, ведь он сам говорил не так много, исключением является Вэй Усянь, рядом с которым просто невозможно не молчать. С правилами Гусу Лань, ему и Гуань Лихуа невозможно было встретиться, поэтому способ общения Юной Госпожи его устраивал, а эти маленькие рисунки на каждом листе были маленьким дополнением, который немного забавлял юношу. В тот день, когда Цзян Чэн и его брат подслушали Главу Лань и Лань Сичэня, Вэй Ин сказал правду: Цзян Чэн действительно ждал писем, ведь от них веяло неким комфортом и заботой. В каждом письме девушка интересовалась им, что было очень приятно. К чему всё это? Да к тому, что Цзян Чэн никак не мог предположить, что молчаливая Гуань Лихуа может быть как-то связана с Цзинь Цзысюанем романтическими отношениями. Они были слишком разные и те слухи звучали как какая-то небылица, но видя сейчас всё своими глазами, в груди Цзян Чэна образовался комок тревоги. Если у Гуань Лихуа есть любовник, то не навлечёт ли это каких-либо дурных слухов на его Орден? Не будет ли он в такой же ситуации, как и его матушка? —Гуань Лихуа, вы могли бы проявить нежности и в другом месте, где нет лишних глаз. Голос Цзян Чэна привлек внимание многих, в том числе стоящих неподалёку Гуань Лихуа и Цзинь Цзысюаня. Лицо первой выражало непонимание происходящим, в то время как Цзинь Цзысюань вновь нахмурился. Он уже хотел снова начать спор, но Гуань Лихуа положила ему руку на плечо и помотала головой. Взор её перешел с друга на жениха. —Молодой Господин Цзян, поговорим в другой раз. Сейчас не самое лучшее время. —Наконец-то вы поняли, где мы находимся. Юноша и девушка смотрели друг на друга. У одного лицо было суровым, у второй же было спокойствие, и заметная только для близких тревога и обида. Неизвестно сколько бы они играли в гляделки, если бы в зал не вошёл Глава Лань вместе с мальчиком, мимо которого совсем недавно пробежала Гуань Лихуа. Девушка тяжко вздохнула и отвела свой взгляд от Цзян Ваньина. Гуань Лихуа убрала руку с плеча друга и начала крутить бахрому на серёжке; губы девушки были поджаты, а в мыслях пробегал её недавний разговор с да-гэ и Цзинь Цзысюанем – может ей действительно стоит перестать пытаться наладить отношения с Цзян Ваньином?