Новогодняя глупость

До Нового Года месяц. Вэй Ин тихо составляет списки подарков, почти уверенный, что Лань Чжань не знает, что он прячет их за шкафом. Но это не страшно. Главный подарок для своего мужа он все равно не придумал. Он хочет подарить ему все, что только сделает его счастливым. Но что-то важное и значимое. А в итоге это превращается в большую проблему. Может быть подарить ему кроликов? Еще штук сто. Надо уточнить у Лань Сиченя, есть ли еще одна поляна под кроликов? Время утекает, как вода в реке, которая к слову уже замерзла, потому что снег лежит неделю. Всю первую неделю декабря. Вэй Ин рвет и мечет. Подарок для Цзян Чена где-то задерживается. А ему безумно хочется посмотреть на лицо брата, когда он увидит руководство по управлению своим гневом. Он еще в прошлом году хотел подарить ему эту милую книжицу. Но что-то дернуло его и он сделал очень даже приемлемый подарок. Всего-то портрет самого Цзян Чена и Сиченя, правда, они там целовались. А в реальности еще нет. Брат был очень зол, но рисунок бережно хранит. Может он с ним спит в обнимку? Он был бы не против обзавестись таким компроматом на самого главу Цзян. Не Хуайсан почему-то отказывается к ним приезжать на праздник. Он, конечно, понимает, что у него там брат и коллекция вееров, но кажется, причина в другом. Все-таки быть в эпицетре влюбленных дебилов, наверняка, не в его вкусе. Да и у него там Не Минцзюе, кто ж знает, какие они там шашни крутят - незнайка, да мужик с каменным лицом. Лань Чжань начинает что-то подозревать, когда находит длинную фиолетовую ленту, расписанную лотосами в золотом цвете и тепло улыбается, словно бы одобряя. От этого становится смешно и Ванцзи очень неудоуменно на него смотрит. Бедненький. Вэй Ин понимает, что его муж ничего не понимает. Лента, конечно, для Цзян Чена, он этого и не скрывает, но вообще-то это подарок Лань Сиченю. Но знать об этом пока что, никому не обязательно. До Нового Года две недели. Лань Чжаню он подарит кляп. Точно.. Стопроцентов! Потому что, если он продолжит его отвлекать своим горячим дыханием и томным шепотом, то он забудет все, что ему нужно сделать. Но, кажется, Лань Чжань совершенно не против. Сам он тоже не выглядит таким уж недовольным, каким пытается казаться. Зима полностью вступает в свои права. И Вэй Ин предлагает детские забавы, после, которых, их зимние плащи, с меховой подложкой, беленькие (ну теперь серенькие) можно выбрасываь. Хотя, ими можно полы мыть, влагу впитывают очень быстро. Да и кто же знал, что скатившись с самого высокого склона, который они к слову нашли с Лань Сиченем (ему видимо Цзян Чен в мозги ударил), они провалятся под лед в какой-то грязевой источник. Зато, он был теплый. А это неоспоримое смягчающее обстоятельство их маленького преступления. Лань Чжань сам так сказал, когда пытался их протащить мимо дяди. И так в меру седого в свои то годы. До Нового года неделя. План на подарок в виде кляпа аннулируется. Лань Чжань слишком хорошо стонет, чтобы затыкать этот рот, чем-то кроме своего. И Вэй Ин срывает эти томные звуки губами, слизывая выступившие капли пота на чужом лице, и плавится под горячими руками. О подарке он подумает в более трезвом рассудке. Лань Чжань ходит какой-то белый. Может снег косплеит? Хотя он и так на него похож. Вэй Ин наблюдает за ним из окна и видит, как тот размашистыми шагами мерит дорожки во дворе. Может он тоже раздумывает о новом загоне для кроликов? Время все также идет. Дни пролетают один за другим и подобно снежинкам, так же быстро тают на руках, стоит лишь их коснуться. Главное чудо этого года уже завтра и Вэй Ину не терпится ощутить праздничный прилив эмоций. Но есть кое-что, что ему безумно мешает этому ожиданию предаваться. Алкоголя то у него припрятано с лихвой. Ну подумаешь, там кувшинчик в рукаве притащил, два у Лань Чжаня припрятал, три Сичень принес, за приглашение Цзян Чена на празднование Нового Года. Не большая то и проблема, когда столько козырей имеется. Но вот о еде уже другой разговор. Вчера на кухне он чисто случайно. Да, конечно, просто с козырька крыши в сугроб свалился. Подслушал вообщем, что главным блюдом похлебка обычная будет только цвета зеленого. Вэй Ина от одного упоминания об этом тошнить начинает, не то, чтобы есть это. Поэтому под шумок, пока никто больно благочестивый не видит. Он пробирается на кухню и меняет утвержденное несколько дней назад меню на несколько видоизмененное и довольно хихикает себе под нос. В это же время в главный зал под чутким руководством Сиченя двое мелких Ланей тащат елку, естественно, пока никто не видит. Рассчет идет на следующее. Просто так ставить не разрешат, а как увидят какая красота уже есть, то и убирать не станут. Подумаешь дядя Цижень на пару волосков еще седее станет, никто и не заметит. Новый Год завтра.