Вспомнить всё.

Студия Джоуи Дрю - в прошлом одна из самых известнейших анимационных студий тех времён. Её мультфильмы прославились благодаря незамысловатому демону-проказнику, его другу волчонку-пастуху с превосходным умением играть на кларнете и ангелу с волшебным голосом. Дети ждали каждую новую серию с неимоверным трепетом, сопереживали нарисованным героям в сложных ситуациях и радовались, когда были забавные моменты. Этот проект был успешным. Но всё это в прошлом. Сейчас же заброшенная студия пронизана опасностями. Всё, что там осталось - старое дерево, что прогнило во всех местах, в которых только можно, и бродящие по периметру монстры, единственная цель которых - убийство всех форм чернильной жизни. При том, самые сильные существа даже взяли под контроль целые этажи, установив на них свои правила выживания. Наверху студии, где располагался музыкальный отдел, в своей тайной комнате сидел чернильный человек с маской на лице, которая была копией лица маленького дорогуши дьявола. Бенди... Его Лорд... Что же Сэмми сделал не так, чтобы разозлить самого демона, которому он и поклонялся?.. Выбрал не ту жертву? Но демон ведь напал на того человека, так в чём тогда проблема?! Сэмми верил в Него, а Он предал веру музыканта. Чтобы отвлечься от не очень приятных мыслей предательства, Лоуренс решил немного навести порядок. Вновь перебирая пожелтевшие от старости листы с немного размазанными чернильными нотами, Сэмми наткнулся на предмет, который до этого никогда не видел. Откуда он здесь взялся? Это была записная книжка формата А5, с чёрной облезшей кожаной обложкой, на лицевой стороне которой красивыми золотисто-белыми буквами было написано «Записи музыканта». Аккуратно развернув блокнот, на первой странице чернильного человека встретил лист с именем владельца этого предмета, которое было выведено аккуратным и каллиграфическим почерком: «Сэмми Лоуренс. Директор музыкального департамента». -Что?... - музыкант аккуратно провёл чернильными пальцами по странице, не сводя взгляд с надписи. - Это ведь мои имя и фамилия... Да и почерк тоже... Выдохнув, Сэмми перевернул жёлтую страницу, читая самую первую запись. «Завтра я иду на собеседование в студию Джоуи Дрю. Меня должны принять на должность создателя мелодий для мультфильмов. Я без понятия, чего народу настолько сильно пришелся по душе тот бес на пару с волком. Но мне как-то всё равно. Главное, чтобы прилично платили, и проект в конечном итоге стал популярным. Не хотелось бы своё время тратить на не пойми что. Хотя сейчас мало где можно устроиться на хорошую работу, так что я не упущу этот шанс. Вот только надеюсь, что коллектив мне попадётся добросовестным и трудолюбивым.» Почерк и манера письма были точь-в-точь такими же, как и у читающего недочеловека. И почему имя того Джоуи вызвало неприятный осадок ненависти и злости? Лоуренс вновь перевернул страницу. «Всё прошло успешно, как, в принципе, и ожидалось. Джоуи признал моё умение, и уже завтра я официально выхожу на работу как руководитель музыкального департамента. Я уже познакомился со своими подчинёнными. На первый взгляд ничего необычного. Хотя вид у всех уж больно расслабленный. Ничего, исправлю. Не позволю халтурить на работе! Всё должно быть идеальным! Песня - важное составляющее мультфильмов.» Сэмми сразу перескочил на несколько страниц вперёд. «Сегодня на работу устроился новый уборщик - Уолли Френкс. Безалаберный подросток! Во имя вселенской музыки, он даже не может нормально убраться, не уронив при этом ни одной вещи! Так он ещё и сдружился с Норманом Полком, нашим новым киномехаником. Пронырливый тип. Вечно прячется в тени, и его невозможно найти до того момента, пока он сам себя не выдаст. С ним нужно быть начеку. Не хочу, чтобы кто-то следил за мой. Это банально неприятно.» Уолли Френкс и Норман Полк? Лоуренс может поклясться, что эти имена звучат так знакомо. Но почему? И хоть слова на листе пронизаны неприязнью, эти имена всё-таки вызывали отголоски приятных чувств. Ещё несколько записей вперёд. «Завтра должен объявиться новый художник. Ох, как же Джоуи его нахваливал. Мол, человек работящий, честно выполняет все свои дела, и что многим было бы неплохо взять с него пример. Не хочу судить о нём наперёд, но кажется, что он будет, возможно, высокомерным. Уж если Дрю похвалит кого-то из этих бездарей-музыкантов, то те будут ходить как павлины несколько дней, пока их на землю не спустят. Его, вроде, Генри Штейн зовут. Джоуи так много про него рассказывал, что тут даже нехотя запомнишь имя этого художника. Нет, всё-таки лучше не наговаривать. Да и мне не важно, как он будет выполнять свою работу. Главное, чтобы мне не мешался. Кстати о проблемах, снова Уолли начудил. Он вновь пролил чернила на ноты к новой песне! Да откуда у него руки растут?! В чём его проблема?! Боги... Да ещё этот наглый киномеханик за Уолли заступается. Управы на него нету! Видите ли, Френкс - подросток, ему свойственно совершать ошибки. Не в этом случае, Полк! Попробуй в следующий раз сам песню написать, а я бы её испортил, чёрт бы вас побрал... Как же хорошо, что я с лёгкостью смогу восстановить испорченный кусок. Надо бы уже и начать.» Оу, тут появилось новое имя. И снова оно звучит так знакомо... В голове композитора всплыл образ человека, который недавно объявился в студии. К чему это? Следующая страница. «Тот самый известный Генри Штейн приехал. И скажу честно, я приятно удивлен. Он - полная противоположность того человека, что я представлял. Характер у него приятный. Он и вправду усердно трудиться над своей работой. Как я услышал, Генри сделал больше, чем требуется от обычного аниматора за день. Был бы он музыкантом - стал бы моим любимчиком, это точно. Вот только одно "но". К нему в друзья Норман с Уолли нарисовались. Надеюсь, они не испортят столь прекрасного человека... Надо будет и мне его получше узнать.» Почему же при упоминании Генри становится так спокойно, но в то же самое время грустно? Даже не столь грустно, как тоскливо. «Жизнь идёт своим чередом, а наша студия делает прорыв. Новый персонаж - Алиса Ангел. Демон, волк и ангел. Странное трио, но не мне комментировать. Как сообщил Джек, Алиса должна петь, а для этого они найдут актрису озвучки. Зачем давать лишь одному персонажу голос? Хотя, думаю, ангелу он понадобится только для пения, а в остальные моменты Алиса просто-напросто будет молчать, как Бенди с Борисом. Нет, всё-таки это странно. Но мы с Джеком уже написали первую часть песни для этого ангела. Если актриса будет достаточно умелой, то это станет одним из шедевров нашей с Джеком работы.» Джек? Это ведь имя, которым себя зовёт тот Искатель с шапкой. Откуда он её вообще достал? Следующая запись. «Сегодня было прослушивание Сьюзи Кемпбелл, той самой новой актрисы озвучки Алисы. Я приятно поражён. Её голос прекрасен! Она в меру эмоциональна и отлично попадает в ноты. Что ж, Джоуи, ты наконец-то выбрал прекрасного сотрудника ко мне в команду. Такой же высокой оценки заслуживает и характер девушки. Я доволен Сьюзи. Думаю, мы хорошо сработаемся. Она - неимоверно приятный человек.» Сьюзи.. Почему у музыканта при упоминании о тебе возникает тоже чувство, что, казалось, раньше принадлежало только его лже-спасителю. В голове Лоуренса прозвучал нежный женский голос, что напевал одну из его песен. Хмм... Это же голос того сумасшедшего ангела с девятого этажа. «Ох Джоуи... Как же меня это злит! Он вечно ошивается рядом со Сьюзи! Нет, я понимаю, она - его работница, но всё же. Кроме того, Джоуи даже не даёт ей нормально насладиться свободным временем. Боги, Сэмми, чего это тебя так волнует? Это её дело, как проводить время, не тебе решать. Я что, завидую? Бред... Но ведь она та персона, с которой и вправду хочется проводить уйму времени. Неудивительно, что Дрю положил глаз на неё... Да и не только он, судя по всему. Уолли она тоже пришлась по вкусу. Хм. Мелкий ещё.» «У Джоуи вновь возникла "гениальная" идея. Плюшевые игрушки. Зачем? Ах, ну да, это же Джоуи, ему только дай дополнительную идею, которая подразумевает заработок. Хотя, учитывая что мультфильмы отлично зашли публике, игрушки тоже не останутся в тени. Ладно, это, вроде, звучит как план, но есть одно "но". Почему на должность того, кто эти игрушки будет производить, взяли подростка? Он буквально старше Уолли всего на год! Его зовут Шон Флинн. Так он этим делом должен ещё и сам заниматься. Глупо... Ладно, посмотрим, что из этого выйдет. Но я бы нанял ему хоть какую-то помощь.» «Ох, Генри. Он снова взвалил на себя лишнюю работу. Видите ли, некоторым художникам захотелось уйти пораньше, а Генри согласился им помочь. Это ничем хорошим не кончится. Его добротой уже пользуются некоторые личности. Неблагодарные. Да и Джоуи тоже начинает наглеть. Только из-за того, что Генри - его школьный лучший друг, Дрю вешает на Штейна некоторые свои обязательства, зная, что тот не сможет отказать. Художника уже начали считать негласным вторым директором студии, который с рвением пытается всем помочь. Чувствую, он однажды попадёт в серьезную беду из-за своей усталости. Сейчас закончу со своей работой и пойду заставлять Генри наконец-то отдохнуть.» «Что ж, нам не пришлось ждать слишком долго, чтобы Джоуи Дрю не совершил что-то идиотское. Картонные фигурки Бенди, которые, если добавить им сантиметров десять в высоту, сравнятся со мной. Эти странные бесы будто в душу смотрят! Жуть... И это сделано для поддержания рабочего настроя? Бред! Они его только уничтожают. И ведь надо было поставить пару таких рядом с моим кабинетом. Теперь эти чёртовы картонки пялятся на меня через чёртово окно. А ведь это ещё цветочки. Такое ощущение, будто они в состоянии перемещаться самостоятельно. Норман поведал, что он этих демонюг и на четырнадцатом этаже встречал. Хотя там, помимо Полка, никто не шастает. Так что теория про их самостоятельное перемещение не такая уж и бредовая. Нужно нафиг убрать эти картонки.» Сэмми ненадолго завис. Неужели этому человеку, предполагаемо ему же из прошлого, так мешались картонки с его... С Бенди. Кинув мимолётный взгляд на одну из них, музыкант мысленно согласился сам с собой - картонок и вправду слишком много. И снова Лоуренс перескочил на несколько страниц вперёд. «Это День Рождения было одним из лучших в моей жизни, хотя у меня в планах не было отмечать его с кем-то. Я как всегда устроился у себя в кабинете, думал, что всё пройдёт по обычаю, но не тут-то было. Не думал, что когда-то это скажу, но Уолли и Норман скрасили тот момент. Первый случайно зашёл ко мне в тот момент, когда я начинал есть торт. Да, Джек всё-таки не оставил меня без этой сладости, знает ведь насколько сильно я люблю шоколад. А после и Полк подключился. Он даже подарок преподнёс. Уверен, он расколол Джека, ведь никто, кроме него, не знает о дате моего рождения. Но вот только зачем это ему - не понимаю. Ну не очень-то и важно. Я и вправду хорошо провёл время в их компании... Да, всё-таки, я потихоньку перестаю быть столь предвзятым к другим людям. Да и Генри со Сьюзи не остались в стороне. Скажу честно, я рад, что пошёл работать сюда.» Сэмми усмехнулся. У него в голове начали всплывать нечёткие сцены, где, помимо него самого, участвовали в основном два человека. Один - высокий и темнокожий, с зелёными, как изумруд, глазами, а второй - низкий, с рыжими волосами и с лицом, которое покрывали веснушки... Норман и Уолли... «Беру все свои слова по поводу раздражительности на большую часть работников назад. В студии появилась личность, которая выводит меня из себя одним своим появлением! Джон Браун*, мать его! Так он ещё и музыкант! Этот хрен должен играть на скрипке и на том органе. Во имя музыки! Он почти нихрена не делает! Я пытался обговорить это дело с Джоуи, но он утверждал, что сложно найти людей умеющих играть на органе. Ладно, это ещё полбеды. Самый сок его раздражительной натуры в его поведении. Он - нахал! Ведёт себя как еб*ный король! Он находится в моём подчинении, но всё равно ведёт себя как директор всей, чёрт его побери, студии! Указывает, что кому делать. Нашелся, называется, профессионал. Я, в отличие от него, умею играть на всех инструментах в нашей студии, не считая того самого органа. И при том этот чёртов органист бесит не только меня. Всем сотрудникам студии с ним в одной комнате неприятно находиться. И, скажу честно, ему не повезло записать в свои враги Нормана. Меня поражает его умение без каких-либо криков и скандалов спустить этого заноска на землю. Поэтому, когда Джон к кому-то пристает, следует попытаться найти Нормана. Хотя в большинстве случаев Норман и сам появляется почти сразу. До сих пор удивляюсь, как киномеханику это удаётся.» «Студия Джоуи Дрю - место безопасное. Ага, конечно. В тот день меня позвали на этаж К. Чтобы не тратить много времени на спуск по лестнице, я решил воспользоваться лифтом. Неужели так сложно починить его? Как будто он живёт своей жизнью и потому ездит сам по себе куда захочет... Том ведь неоднократно просил полностью поменять эту хрень. И когда я доехал до нужного этажа, этот механизм не остановился. - он продолжал ехать вниз. И ладно бы лифт приехал на четырнадцатый этаж или куда-то ещё. Там не так опасно. Но нет! Он опустился к этажу S и подниматься назад не собирался! Это самый опасный и неизведанный этаж. Ниже этажа 9 нам непозволительно опускаться. Но спасибо Норману за его бесстрашие. Благодаря ему и картам, которые сам Полк и составил, я знаю, где находится лестница. Свет на том этаже почти нигде не горел. Снова спасибо Норману, без него я бы шёл в полной темноте. И вот, преодолев половину пути, я наткнулся на Джека. Похоже, он столкнулся с той же проблемой. Теперь мы шли вдвоём. И вдруг основной центр ситуации начался именно тут. Что, посреди этажа делает, мать его, бездонная пропасть?! Почему при строительстве этого места не установили нормальный мост? Ведь кто-то, как я, мог туда провалиться! Да, я упал. Доски, на которых я стоял, были слишком гнилыми, отчего и рухнули под моим весом. Чёрт, это было как в замедленной съёмке... Последнее, что я помнил перед тем как отключиться - испуганное лицо Джека, который протягивал мне руку... А после - темнота... Очнулся я от резкой боли во всём теле. Меня несли. Как позже мне рассказали, Том вытащил меня из той пропасти. К моему счастью, я упал на какой-то выступ. Как только меня достали оттуда, то сразу положили на землю. Я помню, как меня окружили Том, Норман, Уолли, Джек, Генри, Джоуи и Сьюзи. Помню крики... Ещё что-то... Почти всё было как в тумане... Болело абсолютно всё! Но особенно в районе груди... Я не помню точно почему, но Полк предположил, что у меня перелом. По словам Генри, если бы я уже не был мертвецки бледным, то точно бы стал таковым... Чёрт, было неимоверно страшно.. И меня поразило то, что обо мне так переживали. Как мне позже рассказали, аж вся студия ждала новости о моём самочувствии. Даже несмотря на то, что я могу нормально общаться лишь с Генри, Джеком и Сьюзи, а с остальными же отношения натянутые. Хотя с Норманом и Уолли всё постепенно начало налаживается. Но тут маленькая неточность. Переживали все, кроме нашего директора Дрю. Пошёл ты нах*й, Джоуи! Почему его интересует только грёбаная работа?! Всё, что он спросил в тот момент, было: «Как он сможет работать?». И как только я сообщил, что буду выполнять всё дома, он успокоился. Ах! Словами не передать, как я сейчас зол! Хотя на тот момент, мне было совсем не до этого. Со слов Генри, он не на шутку разозлился на Джоуи, что даже накричал на него. Жаль, что я это пропустил. Мне сложно было держаться, чтобы просто-напросто не отрубиться. Всё-таки не каждый день увидишь самого спокойного и доброго сотрудника этой студии в ярости. Хотя мне повезло увидеть отголоски той самой эмоции на лице Штейна во время его рассказа... Я отошёл от темы... После этого они начали решать, как перенести меня на верхние этажи. Вроде, Том притащил откуда-то столешницу. Они уложили меня на неё и понесли. К тому моменту я снова потерял сознание... Сейчас я дома. В больнице меня задерживать не стати. И, оказывается, Норман был прав - у меня перелом. Я удачливый, сломал пару рёбер, а ведь это мог быть и позвоночник. В противном случае остался бы калекой на всю оставшуюся жизнь.» В голове Лоуренса всё, что он сейчас читал, начало сопровождаться уж больно яркими картинками. Теперь у музыканта не осталось сомнений - этот дневник принадлежит ему из прошлого. Тому Сэмми Лоуренсу, который всё ещё был обычным человеком. Большая часть следующих листов была замазана чернилами. «Что-то мутное творится. Джоуи и раньше, конечно, вёл себя странно, но сейчас это уже стало очень подозрительно и перешло все границы. Почти всю свою работу он начал целиком скидывать на Генри. Поэтому я помогаю Штейну по возможности, забирая часть дополнительной работы. И чем он, Дрю, вообще занят? Да и Том вместе с несколькими другими механиками начали пропадать на нижних этажах, хотя до этого Коннор категорически отказывался спускаться туда. Единственный раз, который стал исключением, когда он спустился вниз - моё падение в пропасть. Норман пытался вынюхать, в чём же дело, но не смог далеко продвинуться. Большая часть этажа S заблокирована, и доступ имеют лишь механики. Но никто из них не спешит делиться тайной. Хотя мне удалось подслушать их разговор. Я почти ничего не услышал, но они говорили о некой чернильной машине. У меня плохое предчувствие, очень плохое.» А ведь точно, если уйти в глубь нижнего этажа, можно войти в машину. Она поистине огромная. Сэмми однажды бывал там. «Я наконец-то разобрался в своих чувствах по отношению к Сьюзи... Я влюбился, целиком и полностью! Мне уже двадцать семь, и за всю свою жизнь я ни разу не ощущал по отношению к другому человеку подобных чувств. И, как мне кажется, наша любовь взаимна. Я счастлив! Чертовски счастлив! Завтра у нас свидание. О, музыка, как же взволнован!» Так вот оно что. «Наше свидание прошло отлично! Я целый день боялся, что что-то пойдёт не так, но этого не случилось. Я вправду не знаю каким образом высказать свои чувства на бумаге. Как-никак, я - музыкант, а не писатель.» «Случилось то, чего мы все боялись - Генри потерял сознание из-за усталости. Посреди рабочего дня. Хорошо, что меня в тот момент Норман вывел прогуляться, и мы оказались рядом. За ним приехала скорая, но после его домой забрала Линда, его жена. Будет хорошо, если он отдохнёт пару дней. Мы заранее попросили Линду не отпускать его в студию, зная его тягу к работе. Джоуи уж слишком сильно загрузил Генри задачами. В конце этого дня мы пойдём его проведать.» «Всё к тому и шло. Генри уволился из студии. Мы понимаем и полностью поддерживаем его выбор. Останься бы он ещё, и тот инцидент с усталостью точно бы повторился. Хах, вся студия проводила его. В его последний рабочий день на обеденном перерыве мы устроили что-то по типу прощальной вечеринки. Как-никак, всем будет не хватать Генри, учитывая то, что он заодно переезжает в другой город. Судя по словам Штейна, он не бросит рисовать. Это его хобби, в конце-концов. И он пообещал нам время от времени писать.» Генри Штейн... Сэмми напрягся, пытаясь вспомнить, кто он... Стоп, ведь тот человек, что объявился в студии, казался до боли знакомым... Неужели он и есть Генри? «В студии появилась новая актриса озвучки Алисы Ангела... Да, Джоуи решил заменить Сьюзи. На её место встанет Эллисон Пендл. Я не понимаю, чем ему не угодила Сьюзи, которая была на этой должности с самого начала... Это событие сильно отразилось на ней... Сьюзи просто-напросто закрылась. Ходит с холодным взглядом, почти ни с кем не общается. Для всей студии это было большим потрясением, ведь все знали, что Сьюзи буквально считала себя одним целым с мультяшной Алисой. И я не знаю, как вернуть её в прежнее состояние. Но эта ситуация и Эллисон не обошла стороной. Её почти все начали ненавидеть. Видите ли, это именно она виновата в том, что случилось со Сьюзи, но никак не Джоуи. Идиоты! И я рад, что всё же есть люди, которые её поддерживают. Как я слышал, у Эллисон и Тома закрутился роман.» Следующие страницы Сэмми полностью читать не стал, а лишь бегло просмотрел. Наконец-то последняя запись. «Чернила заливают этажи, люди бегают в ужасе, проход на верхний этаж безнадёжно заблокирован... Я уверен, что умру. Возможно захлебнулась в чернилах или же сдохну от голода. Как странно, абсолютно все боятся, слышно как они кричат, но я спокоен. Наш последний момент на этаже 9 я, Норман, Сьюзи, Джек, Уолли, Том, Бертрум, Грант, Эллисон и Шон решили провести вместе... Что ж, я рад, что встретил этих прекрасных людей в этом ужасном месте. Сьюзи и Эллисон извинились друг перед другом. Хотя бы в конце они смогли поладить. Это радует. Да и если бы не происходящее сейчас, мы бы со Сьюзи поженились через месяц. Чёрт тебя побери, Джоуи. Я так и знал, что в конечном итоге случится что-то ужасное... Это все знали, но по общей глупости ничего не предприняли.» Почти что в самом конце записной книги что-то лежало... Это фото. Сэмми начал внимательно его рассматривать. Посередине, довольно улыбаясь, находился Джоуи. Недовольно фыркнув, Сэмми замазал его лицо чернилами. Рядом был Генри. Какой он тут, однако, молодой. А вот и Уолли с Шоном - они оба глупо улыбались, а между ними стоял и Норман, который положил свои руки им на плечи. Грант с Бертрумом были почти что у самого края фотографии. С другой стороны, с правой, от Дрю стоял Джек, а с ним и Эллисон с Томом. Рядом с некоторыми неизвестными людьми расположились Сьюзи и сам Сэмми. Это ещё больше нагоняло воспоминания и пробуждало чувство ностальгии. Вот, как Лоуренс выглядел раньше... Он ведь напрочь забыл свой собственный внешний вид... Перевернув страницы обратно, Лоуренс уставился на пустые строки. Что ж, время сделать новую запись. Подойдя к своему рабочему столу, композитор, усевшись и взяв чернильную ручку, начал аккуратно выводить буквы. «Прошло где-то тридцать лет с того момента, как студию залило чернилами. Тридцать лет я существовал без каких-либо воспоминаний, потихоньку сходил с ума, из-за чего стал чокнутым фанатиком, что поклоняется двухметровому подобию Бенди. И вот, спустя столь огромное время, мои воспоминания вернулись. Удивительно, как небольшой дневник смог вернуть то, что было утрачено много лет назад... Сейчас я собираюсь в глубь студии. Я уверен - Генри понадобится помощь. Как-никак, обычному человеку тут опасно находится.» Быстро спрятав дневник в ящик стола, Сэмми направился в сторону лифта, попутно прихватив вместе с собой верный топор. Надо бы приказать Искателям больше не трогать Генри**...