Название еще не придумала

      Я играла на гитаре, когда это случилось. Это была мелодия "House of the rising Sun". Теперь я ее ненавижу. Каждое мгновение в голове один и тот же вопрос: "Почему именно я?". Что такого плохого я сделала в нынешней или прошлой жизни, за что получила такое наказание? Ведь все было хорошо. Все произошло спонтанно. Удивительно, как один звонок может изменить тебя и всю твою жизнь навсегда. Всего лишь один звонок, одно предложение, и ты мертв внутри. – Скайлер, ты меня слушаешь? Скайлер? – Что? – я невольно отвела взгляд от однотонной стены. Меня поразило постоянство ее серого цвета: казалось, что это последнее и единственное так называемое "постоянное" в моей жизни.       Рассматривая следователя, мне удалось с легкостью понять, что он очень педантичный человек – выглядит "как с иголочки": короткая, аккуратная стрижка, красующаяся вокруг его лысины на макушке, идеально отутюженная рубашка, прекрасно подобранный галстук под цвет глаз; острые черты его лица говорят о том, что этот человек серьезно подходит к своей работе, а широко распахнутые круглые глаза цвета тумана показывают дичайшую любовь к делу, которому он, по всей видимости, посвятил большую часть жизни. – Мы говорим об Алексе. Ты знаешь номера телефонов или личные адреса людей, с кем он был на вечеринке? – агент Управления по борьбе с наркотиками (так было написано на его бейдже) Стив Харрис медленно поднялся со стула и налил стакан воды. – Я понимаю, тебе сейчас тяжело, но ты единственная, кому он звонил за несколько минут до смерти. Возможно, им была произнесена какая-то информация. – Да ни черта вы не понимаете. Я в очередной раз повторяю: он признался мне в любви и сказал, что скоро увидимся. Это все. Больше он ничего не сказал! По моим щекам вновь покатились слезы. Я не могу ни о чем думать – мне нужен свежий воздух. Шатаясь, я встала из-за стола и вышла из кабинета. Хотелось что-то сказать, но сил и ломающегося голоса хватило только на жалкое "простите".       Выйдя из здания на улицу, я увидела, что идет дождь. Как символично. Если бы это увидел Алекс, он бы тяжело вздохнул и сказал "небо плачет". Я последовала его примеру.       Присев на мокрую от дождя ступеньку, я опустила голову вниз и начала горько плакать. Это совсем не привычно для меня. Я всегда пыталась быть сильной, не смотря на серьезность ситуаций. Обычно, при какой-то появляющейся проблеме, мой разум резко становится холодным и благодаря этому мне легче пережить стресс. Но сейчас все по-другому, и я не знаю, как жить дальше. Я потеряла самого близкого человека. Я раздавлена, встревожена, и крайне смутные обстоятельства его смерти не дают мне покоя. – Сигарету? – я подняла глаза и увидела мужчину в прямоугольных очках, которые ему очень идут. Такое ощущение, будто он родился специально для того, чтобы их носить. Плотная борода, где иногда мелькали седые, чуть ли не серебристые волоски, украшали его лицо. Красивая, немного помятая клетчатая рубашка неназойливых цветов, темно-синие джинсы и белые кроссовки – образ так и кричит: "я самый крутой взрослый дядька!". – Только если я потушу ее о твою мокрую лысину, пап. – протирая глаза от слез, я словила себя на еле заметной улыбке, то-ли от своих мыслей о папином образе, то-ли от проговоренной шутки в ответ. – Ну, а я не откажусь, пожалуй, – папа вынул сигарету из красной пачки «Marlboro» и закурил. Кажется, он курит эти сигареты всю свою осознанную жизнь. Подтянув штаны немного вверх в области колен, он сел рядом со мной. – долго тут сидишь? Я разговаривал с помощником того агента, что допрашивал тебя, он очень активно пытается доказать мне, что это был суицид, и хочет, чтобы я признал это в суде. – папа закатил глаза и тяжело выдохнул дым от сигареты, устало закидывая голову назад. – Вот уроды. – Скай, – папа повернулся в мою сторону и посмотрел мне в глаза, –я не знаю, что там за темные дела происходят, но полиция сделает все для того, чтобы мы признали, что это суицид. Но ты же прекрасно понимаешь, что он не мог сам это сделать? Да, все мы балуемся травкой, особенно в молодые годы, но я никогда не поверю, чтобы мой сын захотел убить себя, тем более тяжелыми наркотиками. Я очень прошу тебя не прекращать давать показания, и ни под каким предлогом не признавать его суицид, потому что это им сыграет на руку. Я знаю всю эту кухню изнутри – они явно кого-то прикрывают. – папа закурил вторую сигарету, я вижу, как он нервничает и как ему плохо.       Мой отец работал в полицейском участке двенадцать лет. Он с детства мечтал спасать человеческие жизни и пресекать несправедливость, шёл к этому всю молодость, отдавал всего себя на работе. Позже ему предложили работать в ОБН(Отдел по борьбе с наркотиками) – он не раздумывая согласился. Но никто не знал, что в скором времени это обернётся жестокой подставой и смертью мамы. Ее взяли в заложники, чтобы шантажировать отца, когда он начал работать над делом одного из картелей, и вскоре нашу маму убили. С тех пор папа посвящает жизнь мне и моему старшему брату Алексу. Я не представляю, что он чувствует, особенно сейчас. Потеряв маму из-за ситуации, связанной с наркотиками, через десять лет теряет сына по этой же причине. Боже, как тяжело. – Я только и думаю о том, что же там могло случиться на самом деле. Иногда посещают мысли "а, может, все-таки, он сам?". Вдруг так и есть? Последние полгода брат заметно отдалился от нас, ты сам это прекрасно понимаешь. – я проговариваю эти слова опустив голову вниз, не смотря на отца. Скорее, я не верю в то, что сказала, но такой вариант допускаю где-то в глубине своей души. Папа смахнул оставшийся пепел с сигареты и выбросил ее в лужу напротив. Он молча поднялся со ступенек и завел машину.       Всю дорогу домой я только и думала о случившимся. Это неудивительно. Скорбь, печаль и ярость слились воедино. Я очень скучаю по нему, это был мой самый близкий человек. Он заменял мне всех – друзей, маму, папу, личного психолога, учителя, и этот список можно продолжать вечно. Все самое лучшее было в этом человеке. Он был для меня на первом месте. Как же так получилось, мой любимый брат?       Когда я заходила домой, мир ощущался другим: что-то непонятное, обновленное, такое серое и чужое. Мрак полностью овладел домом, в первую очередь из-за отсутствия Алекса, и только потом из-за отключенного света. Папа быстро зашел на кухню, включил маленький светильник, который еле-еле озарял ее своим теплым светом, и налил бурбона в рокс. Я знаю, что будет дальше, ведь он не выпивал уже больше четырех лет, поэтому направилась по лестнице в комнату брата, чтобы не мешать проживать ему эту грусть. Делая выводы, исходя из папиного характера, лучше не мешать ему в такие моменты.       Открыв дверь, я медленно зашла в комнату, скользя пальцами по одной из стен и рассматривая плакаты, которые были развешаны на каждом квадратном миллиметре. Проскользив пальцами до музыкального проигрывателя, я включила ту кассету, которая стояла на паузе, в попытке вернуться в прошлое, будто я сейчас с братом слушаю эту песню. Слезы льются ливнем также, как и дождь за окном. Он поставил на паузу этот трек с мыслями о том, что когда вернется, дослушает его. Но он не вернулся. Алекс даже не догадывался о том, что это последнее, что проигрывал его любимый старый магнитофон для него. Ощущение, что душа моего брата теперь здесь – в этой кассете, которая играет после его смерти для меня. Будто я проживаю его жизнь, будто я и есть мой брат Алекс. В каком-то смысле я права, ведь он продолжает быть частичкой меня. Упав спиной на кровать, я почувствовала его запах. Такой родной и любимый, от которого, казалось, все девушки мира сходили с ума. Алекс был сердцеедом, с этим никто не мог поспорить. Но вот сердце Алекса так и не смогло найти кого-то, кого оно полюбит также сильно, как меня – как бы грустно это не звучало. Всю свою любовь и время брат посвящал мне и нашей маленькой семье, состоящей из трех человек: меня, Алекса и папы. Конечно, было время и для друзей. Часто они зависали у нас дома и я вместе с ними. Иногда я удивлялась, как он все успевал. Но ответ на это удивление был один: "Это же Алекс".       Понятия не имею, как мы будем без него. Как я буду без него. Моя опора под ногами, защита, поддержка, любовь и смысл резко исчезли из этой жизни. Что мне теперь делать? Как жить? Монотонно и уныло проживать остатки жизненного времени?       Прорыдав полночи под доносившиеся из проигрывателя песни, обнимая и нюхая одеяло брата, я не заметила, как уснула.