О пении в ду́ше

Обычно по приходу на квартиру Оби-Ван Кеноби либо уходил в глубокую медитацию, либо в такой же глубокий сон — рыцарство и наставничество были весьма утомительны даже для столько молодого человека как он. Сегодняшний день отличился относительной лёгкостью на фоне всех остальных: и торговцы на нижних уровнях Корусанта оказались сговорчивыми, и Совет не просил подробного отчёта на десяти датападах с презентацией. Как будто сон, подумал было мужчина, но на его счастье это оказалось правдой. Джедай собирался потратить внезапно свалившееся на него свободное время на своего падавана, которому крайне не терпелось поскорее выучить все мудрости Силы. Перешагнув порог, он услышал, как шумит вода из ванной комнаты — Энакин в душе. Прожив всю жизнь на пустынной планете, где вода была ресурсом наивысшей ценности, юный Скайуокер поначалу в силу привычки старался экономить и сильно не увлекаться водными процедурами. Однако, осознав, что запасы безграничны, чуть ли не поселился в душе, посещая ему по любому удобному поводу, от протёр стол от пыли до был обрызган из лужи. Кеноби это никак не комментировал и отнёсся с пониманием. Сейчас помимо уже ставшим привычным звуком душа до уха джедая доносилось нечто новое и неизведанное. Кто-то мычал, и это был отнюдь не хаотичный набор звуков, а весьма гармоническая мелодия. Оби-Ван прислушался и обнаружил, что источник находился в ванной — Энакин пел. «А я думал, что меня уже ничем не удивить» Навострив уши, джедая старался услышать текст песни. Увы, язык был то ли хаттский то ли какой-то из диалектов татуинских форм жизни. Помня о том, что Скайуокер ребёнок, а ещё то, что этим языком тот владел на уровне разговорного, Кеноби убедил себя в том, что содержание песни, как минимум, приличное — вряд ли население Татуина, хоть и будучи абсолютно не зажатыми этическими рамками, распевало при детях похабщину. Мастер настолько увлёкся прослушиванием, что заметил, как всё закончилось, только тогда, как падаван к нему напрямую обратился: — Учитель? Оби-Ван затруднялся даже самому себе ответить, как долго он стоял рядом с ванной. Он посмотрел на ученика, одетого в пижамную тунику — мальчик явно не планировал больше сегодня никуда из квартиры не выходить. — Хорошо поёшь. Честно, Кеноби ещё не видел, как Энакин краснел настолько быстро. Юного Скайуокера насколько одолело смущение, что он ненадолго онемел. Он явно не знал, стоило ли ему за это извиняться или же поблагодарить учителя за похвалу. К счастью для него, мастер был довольно чутким человеком. — В этом нет ничего постыдного, мой юный падаван. Или, — для большего эффекта он выгнул бровь и наклонил голову, — в этой песне есть что-то… неоднозначное? — Что? Нет-нет, — мальчик поспешил развеять подозрения, — там просто сказание про путника, который помогал нуждающимся, которые встречались ему по пути. — Правда? — улыбнулся мастер, явно подтрунивая. — Да, хотя я не знаю значение некоторых слов, но кажется смысл был именно про путника по разным селениям, в котором жители рассказывали, как им хорошо здесь жить. Ты правда не сердишься? — Хм? А на что я должен сердиться? — Ну, это вроде как не положено, так ведь? Оби-Ван старался сохранить твёрдое выражение лица, но всё-таки не выдержал и засмеялся. Конечно, для Энакина в храме всё было в новинку, и он старался, порой чересчур, соответствовать тому образу джедаев, который он успел вообразить, тем более с учётом того, с каким трудом его удалось сюда пристроить. И тем не менее непосредственность юнлинга забавляло. — Вовсе нет, — Кеноби положил руки на плечи, — джедаи вольны выбирать себе хобби, которое они сочтут подходящим для себя. Если, конечно, оно не наносит вред всему окружающему. По правде говоря, мне тоже нравится петь.

It's more than I can stand

— Вау! — Энакин оказался под впечатление от небольшой демонстрации. — Если хочешь, можем, после уроков познания Силы конечно же, и эти заняться. Второй раз за вечер Скайуокер впал в замешательство, от которого потерял дар речи. Проводить время с учителем не только по долгу Ордена, но и просто так, как семья. В целом, на лице у мальчика всё было написано, что ему и не нужно было озвучиваться своё согласие. — Вот и славно, — Джедай взъерошил волосы ученику. — Давай, обсыхай, научу тебя сегодня поднимать несколько объектов в воздух. А потом петь на опоре. Энакин кивнул и засеменил в свою комнату. Оби-Ван потёр подбородок, где начинала проступать его борода. Это будет определённо весёлый вечер, и в целом очень хороший день.