2 pages and only one end

      отношения лисы и дженни, мягко говоря были не очень ещё с самого начала. и, смотря глазами уже повзрослевшей девушки, лиса поняла, почему все было так.       корея не хотела принимать к себе иностранных людей, особенно на публику. к таким людям как она всегда все относились как ко второму сорту: человек, что недостоин стоять на сцене рядом с родовитыми корейцами.       и как бы все это не показывали на камеру, в хорошем и позитивном ключе, все не было хорошо и не будет никогда.       когда лиса только приехала в корею, ей казалось, что ее обсмотрел буквально каждый прохожий. от их взглядов по коже проходил табун мурашек, что не уходил до того момента, как она села в машину.       в общежитии все не слишком отличалось: все те, же косые взгляды, перешептывания, при виде ее проходящей мимо, и постоянные поддразнивания.       она не то, чтобы жаловалась… она сама это выбрала. в конце-концов, все не так плохо, и у нее есть действительно пару хороших знакомых, которые знают английский.       это было тоже проблема: очень малая часть знала английский, так что и поговорить особо было не с кем. а если и было, то тот обычно был обыкновенным снобом.       а если считать ее будущих одногруппниц, то они поголовно не знают английский. кроме одной… дженни ким.       — ты чего встала? забыла все? хотя впрочем, чего ещё ожидать о тебя. — ах, вот и она. ким дженни руби джейн, мать ее, собственной персоной.       — прости меня. — сказала она, вырученную до дыр фразу на корейском, что в последнии дни очень сильно пригождалась.       — твое жалкое «прости» мне не нужно. — все также холодно и агрессивно продолжала ким, будто ожидая ответа на свои выпады. но их не будет. лиса за время провождения в корее научилась прогибаться под людей.       — хорошо. я больше так не буду. — все также идеально зазубренные фразы, и ким, кажется, выходит из себя.       — да что с тобой блять не так? — шипит девушка и быстрыми шагами походит к манобан. после чего сильно хватает за плечи и трясет.       лиса тупо уставилась на девушку, не понимая, что от нее хотят. — все не так, видимо.       секунда, и лиса оказывается на полу. щека дико пульсирует а к горлу поднимается ком. только не сейчас.       — я тебя ненавижу, надеюсь это понимаешь. что ты здесь вообще делаешь? как тебя тут держат? ты — бездарность. — чуть ли не рычит руби джейн, возвышаясь над лалисой.       так, в свою очередь, оставалась в той же позе, что и раньше, лишь положив на ударенную щеку руку. только лишь для того, чтобы сильнее запульсировало и не заплакать.       — прости меня. мне жаль. — все что она сказала, прежде чем быстро встать и буквально пробежать между недоуменной девушкой на улицу.       лёгкий весенний ветерок подул на лицо, буквально заставляя девушку дать волю своим слезам. 2 мокрые дорожки побежали по щекам, слегка уменьшая боль.       пройдя уже кучу метров, а может даже и километров лиса с грохотом упала на колени на прохладный асфальт. девушка зарылась лицом в ладони и заплакала настолько сильно, что казалось, будто сейчас вся вода в организме выйдет из нее.       тут она почувствовала макушкой что что-то упало. она подняла голову и на кончик носа приземлилась маленькая капля воды. потом ещё. и ещё. пока это не переросло в ливень. люди вокруг быстро засуетились и побежали под разные места, в то время как лиса просто стояла на асфальте, приподняв руку, будто она собирает все капли.       а когда ливень стал настолько сильным, что слезы уже просто смешивались с дождем, та встала на ноги и медленно поплелась далее. она не так хорошо знала сеул, и все места, так что было понятно, что она заблудилась.       к сожалению, или к счастью, эта информация мало волновала манобан.       не понимая как, девушка уже стояла под козырьком подъезда. к счастью, дверь подъезда была открытой и девушка зашла внутрь. подъезд был очень старый, потрёпанный и сырой.       лиса пошла наверх, до последнего этажа. она тихо присела на лестницу, и посмотрела на свои колени. те были в засохшей крови и ссадинах. нажав на щеку, девушка слегка поморщилась от боли. видимо, на ней синяк.       повернув пару раз голову в разные стороны, девушка заметила лестницу на крышу. она заползла наверх.       ее глаза слегка раскрылись от прекрасного вида. весь сеул был будто на ладони. пройдя чуть дальше, девушка заметила, что дождь на улице закончился.       стоя на краю крыши, девушку охватило лёгкое чувство паники и адреналина. она немного приподняла левую ногу над пропастью.       после, лиса дернулась от скрипа, и поскользнулась на воде, что была у нее ногами. и не сумев удержать равновесие… полетела вниз.       как бы она не хотела такого конца, видимо, она изначальна была обречена на несчастливый финал.       и все же, последней мыслью перед падением, у нее была, что если бы она могла написать книгу, то в ней бы состояло всего 2 страницы, в которых было бы написано:       мне жаль.       прости меня.       и все же надо было послушать дженни.

***

      после услышанной информации о том, что лалиса манобан была найдена мертвой на улице дженни ким лишь многозначительно хмыкнула, и далее пошла по своим делам.