В холодном подъезде

Дрожащими руками Андрей складывает тетради с выполненной домашней работой в портфель. С кухни уже четвертый час слышится матерная речь, громкий смех матери и ее собутыльников. Андрей чувствует приближение, прежде чем пол содрогается от тяжелых пьяных шагов. Дело многолетней практики. Он довольно хорошо «выдрессирован». Он кидается к кровати, но не успевает притвориться спящим. Один из ухажеров матери врывается к нему. — Ты что не спишь, мелочь пузатая? — мужчина по-хозяйски проходится по комнате и останавливается напротив Андрея, который сидит на кровати. Андрей часто сталкивается с подобными «субъектами». Он разделил их на несколько типов. Первый любители самоутвердиться. Жрут ту же дешевую водку, закончили в лучшем случае девять классов, но всегда и на всё имеют твердую точку зрения и непременно ее тебе навязывают. Всего лишь вечер сидишь как безмолвная кукла, киваешь на все реплики и проблем можно избежать. Второй тип «грешники». Приходили к матери поразвлечься. Приносили с собой кучу еды, иногда игрушки, а после нескольких запойных недель никогда не возвращались. Андрею было смешно от них, ибо каждого он помнил в лицо, и видя их на улице с семьей, коллегами не важно с кем. Андрей четко различал страх на их лице. И третий тип. Мужчины от которых настораживались инстинкты. Иногда слишком добрые, иногда слишком пьяные и чаще всего слишком агрессивные. Частенько любили избить или еще хуже облапать. И не всегда речь шла о матери Андрея. Именно такой тип поселился у них в квартире и хозяйничал в ней уже месяц. — К…как раз собирался… — Андрей пытается найти способ сбежать. — Да ладно… Не бойся! Дядю Вадима не нужно бояться! Ты что меня боишься? — мужчина то ли, кричит то ли смеется видя, как худенький мальчик на кровати дергается от каждого слова. «Боюсь, урод, еще как. Прошлый синяк только на днях зажил.» — Андрей мечется глазами по комнате. Бежать не куда, этот громила стоит, загородив выход. — Отстань от него… Пошли… — В комнате наконец появляется мама Андрея. Худая женщина, с редкими, плохо покрашенными волосами. Андрей видел фото матери в молодости. И каждый раз видя ее в таком скотском состоянии ужасался, тому что может сделать с человеком зависимость. Она слишком быстро постарела… Или как считал Андрей «слишком быстро умирала». Женщина проходится по сыну пренебрежительным взглядом. Андрей наблюдает как мать пытается вывести алкаша из комнаты, наблюдает как алкаш бесстыдно лапает его мать. Два воняющих перегаром тела падают на его кровать, и Андрей тут же вскакивает. Его передергивает от отвращения. — Правильно, погуляй… — Слышаться голоса вслед убегающему Андрею. В подъезде тихо. Безразличные соседи давно спят, как и весь микрорайон. В это время он особенно унылый. Но именно сейчас Андрей чувствует умиротворение, как и все одинокие, скорее всего глубоко несчастные люди, которые блуждают по дворам в поисках чуда, они как Андрей ищут теплое место переждать холодную ночь. Парнишка спускается на один пролет вниз и достав заначку из-за мусоропровода, пачку дешевеньких сигарет, он садиться на подоконник. Среди цветов здесь стоит переполненная пепельница со спичками. Андрей выглядит как маленький, болезненный мальчик хотя ему уже пятнадцать лет. У него впалые щеки, сколиоз от того что он постоянно сидит согнувшись, растрепанные волосы так отросли, что уже закрывают глаза, и «заботливая» мать не требует их отстричь. Андрей все еще не решил радоваться этому или расстроиться? Таких как он называют полупрозрачными… Он маленький Каспер и только глаза Андрея совсем не как у ребенка. Может дело в темных кругах? Может в лопнувших капиллярах от слез, побоев или прочих последствий его «рутины»? Они огромные, но всегда угрюмые и уставшие. Ожидаемо, но разве от этого не легче? Внизу хлопает дверь подъезда, и Андрей заметно воодушевляется. Вот она его минута. Его счастливое мгновение, ради которого он терпел эту бесконечную неделю. Через пару минут на лестнице показывается его сосед. — Здорова, Андрюха! — Федя, пришел как обычно на «веселе». Андрей еле заметно кивает и уводит свой взгляд обратно, на темный двор. — Чего грустим? — Интересуется парень. Андрей кусает свои губы, он отвернулся, чтобы совладать с эмоциями. Федя болтал с Андреем только в субботу, ночью. Родители, соседа, как все порядочные люди уезжали на дачу, а малолетний дебошир вовсю наслаждался свободой и молодостью. Всю субботу он где-то гулял, в воскресенье он спал, а последующую неделю, в школе, даже не смотрел на Андрея. И Андрея все устраивало. По крайней мере ночь с субботы на воскресенье всегда принадлежала ему. Федор был полной противоположностью Андрея. Он был выше на целую голову, сложен как атлет, белокурый с маленькими веселыми глазками. От него веяло «успешностью», к нему всегда липли люди, и он умело этим пользовался. Ко всему прочему этот красавец, абсолютно не умел пить, как считал Андрей. Но что еще важнее… — Замерз… — Вздыхает Андрей по привычке. Две теплые сильные руки ложатся ему на плечи, и по спине пробегает волна мурашек. — Хочешь я тебя согрею? — от Феди всегда пахнет иначе. Не спиртом, чем-то сладким и свежим. Наверняка он пил какой-то яркий, сладкий коктейль, или может энергетик с джином. Андрей тушит сигарету и откинув темные локоны поворачивается к соседу. Его худые длинные пальцы притягивают Федю ближе. — Быстрее… — Выдыхает Андрей и прикрыв глаза, тянет губы требуя поцелуя. Долго ждать не приходится, Федор нетерпеливо прижимается к нему. Руками Федя опирается на подоконник, будто боится, что Андрей может сбежать. Андрей живет неделю ради одного этого момента. Вот так глупо, но смыслом его жизни стали пятнадцать минут нежности, что дарит ему соседский пацан, который подозрительно хорошо целуется. Федя нежно сминает его губы, он никогда не спешит, а от каждого действия, поворота головы или движения горячего языка, Андрею кажется, что за спиной вырастают крылья. После долгого поцелуя Федя может целый час его обнимать, мягко перебирая запутанные волосы. А Андрей целый час пытается скрыть блаженную улыбку. Когда это произошло впервые Андрей всю ночь не мог уснуть, а встретив соседа утром, он понял, что тот ничего не запомнил. Сначала от неразделенной любви было больно, но Андрей быстро решил, что так ему будет даже легче. Нет начала не будет и конца. А значит не будет сильной боли. Так считал Андрей, хотя его подсознание точно понимало, эта интрига как опухоль будет медленно его разрушать. Раковые клетки сначала атаковали его мозг. Когда Андрей завалил контрольную, только из-за того, что весь урок пялился на одноклассника. Вторым органом стал желудок, Андрей экономил свои скудные сбережения, которые он тырил у мамы на еду и неделю незаметно оставлял сладости у Феди в рюкзаке. Он бы и продолжил баловать свою любовь этой приятной мелочью, пока не увидел, как Федя дарит его шоколадки какой-то (явно не единственной) девчонке. Третьим пострадал опорно-двигательный аппарат. Это случилось около месяца назад. Любезные одноклассники устроили Андрею внеплановую взбучку. Обычно тихий и покорный одноклассник, решил стать бунтарем. И не то что бы Андрея задевали шутки одноклассников, или в нем проснулась гордость. Побои, насмешки, всё стало настолько привычным, но один лишь Федин огорченный взгляд и Андрею захотелось перестать быть тряпкой, постоять за себя. Под тем же пристальным Фединым взглядом, он громко и грубо сказал главному задире отвалить. Андрей чувствовал себя героем, ровно до того момента как пришлось выйти из школы. Пока одноклассники втаптывали его тщедушное тело в землю, Андрей, прикрыв голову смотрел на размывающийся Федин силуэт. Били сильнее чем обычно, но Андрей плакал совсем не от боли. Горький стыд поглотил его без остатка в тот день. Ну и пускай. Зато в субботу тот же Федя, дрожащим голосом не переставая жалел Андрея. Из-за алкоголя он совсем расчувствовался, и сглатывая слезы долго обрабатывал какой-то мазью ранки на его лице, без конца извиняясь. — Всё, иди домой. — Андрей толкает Федю к двери, тот нехотя от него отрывается и медленно бредет к своей квартире, и еле разобравшись с замком ненадолго замирает. — Андрюш… Может у меня сегодня останешься? — Заметно приободрившись протянул Федя и снова к нему подошел. «Да! То есть нет нельзя. Нужно держать себя в руках. Что будет, когда он протрезвеет утром? Ну что делать то? Дома все равно до утра будет полный балаган. Да! Точно утром тихонечко уйду, как будто меня и не было.» — Андрей от счастья хочет запрыгнуть в квартиру, но каким-то чудом ему удается с собой совладать. Он небрежно поворачивает голову к Феде. — Уговорил, только не приставай. — Андрей встает с подоконника, и идет к дверям. Продрогший до костей, но сгорающий от жара, разливающегося по венам. Парни растелились на раскладном диване. Андрей снял старые спортивки и в своей длинной футболке быстро проскользнул под тяжелое, пуховое одеяло. — Андрюша… — промурлыкал Федя на ухо, ложась рядом. — Ты чего разделся?! — вскрикнул Андрей, чувствуя, как сильные руки крепко сковали его в объятиях. — Мне стало жарко. — Прошептал Федя ему на ухо. — Люблю… И запах люблю… — Был ли это всего лишь пьяный бред, а может проблеск искренности, не важно. Федя дремал крепко прижимаясь к сердцу, Андрея которое сорвалось с цепи и громко ухало в груди. «Проспал!» Андрей распахнул испуганные глаза. Грудь сдавила тяжелая Федина рука. Из окон било яркое солнце. Выдохнув Андрей приподнялся на локтях и посмотрел на спящего соседа. Федя был до ужаса красивый. Его светлые локоны сверкали под лучами, лицо казалось фарфоровым. Андрей закусил губу, рука сама по себе потянулась к Фединому лицу. Сперва Андрей провел пальцами по торчащей прядке, опустился на румяную щеку и завершил свое исследование на пухлых розовых губках. По телу прошлась волна мурашек. Он аккуратно спрыгнул с кровати, и по пути надевая штаны вышел из квартиры, тихо прикрыв двери. Чудесное утро. Стоило двери щелкнуть как Федя тут же вскочил с кровати. Лицо его покраснело, он тяжело дышал, стараясь успокоиться. «Почему я опять его отпустил?!» пронеслось в его голове. Удрученно вздохнув он лег на теплую подушку. Еле заметный любимый запах заполнил легкие. Тысячный раз он обещал себе признаться в своих чувствах и тысячный раз трусливо о них умалчивал. В голове у Феди проносились картины вчерашней ночи, грудь наполнилась теплым ароматом, а сердце невыносимо сжалось. «Нет! Так нельзя! Я точно все расскажу!» подумал Федя и твердо держался своего плана до следующей субботы. Трезвый как никогда он поднялся по лестнице. Сердце, как и щеки пылало. Волнение накатывало с такой силой, что казалось он может пробежать целый марафон не то что какие-то четыре лестничных пролета. «Простит ли он его нерешительность?» — главный вопрос, что мучал Федю уже несколько месяцев не выходил из головы. Сказать, что он был разочарован ничего не сказать. На всякий случай он пробежался по всем подоконникам в подъезде, но соседа впервые здесь не оказалось. Федя горько усмехнулся от обиды. «Получил, что заслужил, идиот!» Закон подлости во всей своей красе. Соседа не было видно ни на выходных, ни всю последующую неделю. Федя изнывал от тоски и тревоги. Андрей бывало прогуливал школу, но не их встречи и когда в очередную субботу сосед не появился на лестничной площадке Федя, собравшись с духом пошел к нему домой. Двери были открыты, а из квартиры доносились чьи-то голоса. — Андрей! Ты дома? — Неуверенно спросил Федя, толкнув дверь. Из ванны вышла хозяйка квартиры. — Здравствуйте теть Лен. А где Андрей? — Женщина пьяно улыбалась, а услышав имя своего сына вдруг разозлилась. — В комнате! — раздраженно рявкнула она. — Неделю не встает, уж что я только не делала! — проворчала женщина и кивнув в сторону двери пошла на кухню зажимая в руке бутыль. Федя неуверенно зашел внутрь. В квартире было полно мусора, повсюду валялись бутылки. Краем глаза Федор заметил на кухне пару мужчин. Вздохнув он не спеша открыл дверь в комнату Андрея. — Андрюша… — тихо позвал он и закрыл за собой дверь. Тот, повернувшись лицом к стене лежал на кровати укутанный в одеяло, а услышав Федин голос еще сильнее в нее вжался. — Привет. Чего в школу не пришел? Я ведь тебя искал… — Тихо проговорил Федя и присел на край кровати. — Тебе плохо? Пожалуйста посмотри на меня… Андрей?.. — Мягко попросил Федя и положив руку на плечо Андрея хотел его повернуть. — НЕ ТРОГАЙ! — Прогремел он вдруг и Федя испуганный одернул руку. Никогда он не слышал такой ярости, от своего спокойного соседа. — Андрей… ты чего… — заикаясь пролепетал Федя. — Не знаю что ты там надумал, просто уходи. — ответил Андрей прерывая его неуверенную речь. «Так будет правильно. От меня одни проблемы, ему этого не нужно.» — успокаивал себя Андрей сглатывая слезы. Все тело его будто стало сплошной раной, он чувствовал себя сломанной грязной игрушкой, и глупое чувство, что он не достоин чьей либо любви плотно въелось в его сердце. — Андрей прости, я хотел раньше рассказать тебе. Прости, что так долго набирался смелости, я хотел сказать… Я — Отчаянье в Федином голосе было слишком явным. — Проваливай! — уже не так громко, но с той же неприязнью говорил Андрей, не поворачивая лица. Федор не мог поверить, что все испортил. Как в тумане, он молча вышел из квартиры. По щекам лились слезы. Он совсем не понимал, что случилось. Мысль о том, что это конец разрывала его изнутри. Он хотел бы вернуться в квартиру, хотел бы выпытать у Андрея ответы, хотел бы посмотреть в его темные большие глаза, но собственная слабость не позволяла даже двинуться. Все стало странным после того дня. Андрей появлялся в школе только несколько раз в месяц. На расспросы учителей отвечал всегда одинаково: «Заболел.». Федя сотню раз просил Андрея с ним поговорить, но очередной раз увидев его пустой взгляд Федор сдался. Не было больше смущенных больших глаз, не было воздушного и полупрозрачного Андрея, перед ним стоял незнакомец и холод его сводил внутренности. Федя стал ненавидеть эту часть дня. Стало тяжело подниматься и спускаться по бесконечным ступенькам родного дома. Пару месяцев назад он не замечал вони в подъезде, не видел сожжённых кнопок в лифте, матерных слов, нацарапанных на облезлых стенах и хлипких старых перил. Всегда ли это место было таким унылым? Внезапно с лестничной площадки сквозь вонь горелого масла и кислой капусты, послышался давно забытый запах Его дешевых сигарет. Федя стараясь не сильно обнадеживаться прибавил шаг. От давно забытой картины ему захотелось расплакаться. Андрей снова сидел на подоконнике, между его тонкими пальцами была зажата медленно тлеющая сигарета. Он смотрел во двор, задумчиво и грустно. И был как прежде родной и уютный. Внезапно сверху послышались чьи-то тяжелые шаги. — Куда ушел? Я что разрешал?! — Андрей, уронив сигарету, резко вскочил с места. Испуг превратился в ужас, когда он заметил Федю, стоящего внизу ступенек. — В.вадим.! П…просто воздухом подышать. Пойдем домой, пожалуйста… — Взмолился Андрей и пошел к мужчине на встречу. Федя молча наблюдал за нервными действиями Андрея. — Кому ты врешь, засранец? — со злобой произнес мужчина, схватив Андрея за волосы. — Не надо! — крикнул Андрей, но кричал он вовсе не Вадиму. «Уходи, прошу тебя!» читалось в его умоляющем взгляде. Федя сжал челюсти готовый сорваться с места, но из-за странной безмолвной просьбы не двигался. — Специально меня доводишь? Так и хочешь, чтобы тебя наказали. — голос и речь мужчины поменяли окраску. Он отпустил черные локоны и вместо них схватил Андрея за шею. Он держал Андрея будто облезлого маленького котенка, и казалось намерен его задушить. — Ну-ка руки убрал! — Взревел Федя и в два шага достигнув мужчины вырвал Андрея из его хватки. — Ты еще кто?! Отойди я сына воспитываю! — ТЫ и пальцем его не тронешь! — с нескрываемой ненавистью процедил сквозь зубы Федя. — И кто мне помешает ты что ли? — Федя не выдержав заехал по его бордовой морде кулаком. Мужчина в приступе ярости кинулся на подростка. Они долго боролись, нанося друг другу удары. И хотя мужчина был выпившим, это ему отнюдь не мешало, если не добавило смелости. Андрей пытался помочь Феде и получив сильный удар в грудь ударился стенку и осел на пол. — Осторожней! — крикнул Федя и вдруг ухо пронзила резкая боль, следом за этим ударом последовал еще один от которого в глазах появились искры. Он полетел вниз по лестничному пролету. Прежде чем упасть на грязный пол Федя поздоровался с каждой злосчастной ступенькой, в глазах потемнело, от жуткой боли Федор не мог даже пошевелиться, но мужчина не собирался успокаиваться. Он продолжал добивать подростка и остановился только когда вспомнил про свою вторую жертву. — Теперь смотри внимательно. — произнес мужчина и поднял Федю за шкирку. Оперев его обездвиженного на стену, он поднялся по лестнице, схватил Андрея за волосы приводя в чувства. У Феди двоилось в глазах, все вокруг кружилось, а каждый вздох сопровождался резкой болью. И хотя он не все осознавал, но отчетливо мог видеть, как Андрей плачет, в ушах звенело, но Федя слышал его хрипы, кашель и глухие стоны мерзавца, тело рвалось помочь, но он не мог поднять даже ладони. — Не вздумай блевать! Клянусь я твоего дружка инвалидом оставлю! Вдоволь наигравшись Вадим поднялся в квартиру будто всего этого ужаса и не происходило. — Почему ты не ушел. Почему ты… ты… — сотый раз проговаривал Андрей, схватившись за Федину рубашку. Он мотал головой будто это могло выкинуть все воспоминания. Федя опустил голову, кровь и слезы капали Андрею на волосы, дрожащие руки старались прижать худое тело. — Прости. Прости меня, если сможешь. — голос Феди был наполнен скорбью. — Я замерз. — сглотнув слезы произносит Андрей и Федя без слов притягивает его к себе, терпя острую боль в груди.