Из дикого леса дикая тварь

      — Талана, корова!        — Прошу прощения?        Всю последнюю неделю в Анк’Хареле Таланариль занималась тем, что избегала встречи с Креваном, пыталась убедить папеньку в том, что ужасненько занята, а Аэлара уверить, что с ней все хорошо и она просто немножечко закопалась в делах. То есть, всю последнюю неделю Талана выращивала цветы в оранжерее на плоской крыше их “бара”, разукрашивала окна и вила на все той же крыше в многострадальной оранжерее собственный уголок с алхимическим столом и стеллажами с полезной литературой по экзотическим растениям. Появление Соура в разгар работы по выращиванию мединиллы и созданию подходящих для нее условий, — между прочим, работы, требующей полного погружения и гармонии, — в планы друидки не входило. Тем более в ее планы не входило появление Соура с заявлением, граничащим с оскорблением.          Впрочем, Соур и сам понял, что что-то не так.          — Нам срочно нужна была корова!        — Зачем?        — Закрыть гештальт. Ты не понимаешь, его надо закрыть. Так вот, у меня две новости. Обе хорошие.        Талана чуть нахмурилась, пытаясь припомнить, что у них с Соуром за совместный гештальт, а вспомнив, приподняла немного удивленно бровь.        — Слушаю.        — Я нашел корову! Это первая хорошая новость.        — А вторая?        — Она на все согласна, но нужна страховка, что она не умрет.          Становилось все интереснее. Тифлинг светился начищенным до нестерпимого блеска золотым, а Талана все меньше и меньше понимала в сложившейся ситуации.        Нет, она прекрасно могла воссоздать в голове момент, когда ей пришла идея в полете подхватить корову, пасущуюся на лужке, и уронить животное на Солнечный Базар. Тогда Таль, обратившись в гигантского кречета, разделяла птичьи гастрономические идеи, смешавшиеся с беспокойством, что она обещала анк’харельским воронам, ставшим ее осведомителями, хороший кусок мяса. Но момент был упущен, да и корове она не могла сейчас дать ни единой гарантии, что та шлепнется и останется жива.          — Мы все продумали!        — Я так понимаю, это третья хорошая новость?        — Да! Идем!          Идти пришлось долго. Сперва они с Соуром побывали в районе Сигил, исследуя улочки и общежития Хрустального Университета, распугав по пути стайку совсем зеленых студентиков. После дошли до района Песчаного Герольда, вызвав в очередной раз нервный тик у капитана Десниц, а потом прилив внезапного добродушия у покрытой шрамами минотаврихи в небольшом домике неподалеку от Бастиона.У последней и остановились. Ждали какое-то время кого-то, коротали минуты за чаем с пушистыми ватрушками и джекфрутом. Добродушная минотавриха рассыпала слова. Щедро, ни фразы нельзя было вставить.          — Я так рада, что хоть кто-то решил помочь Мике с ее проектом. Бедняжка совсем извелась. Ей надо проверить, работает ли формула, а ни одного добровольца она так и не смогла сыскать. Совсем извела себя, глупенькая, на суповой набор похожа больше, чем на…        — Ну ма-а-ам!        В дверях застыла… еще одна минотавриха. Что-то неуловимое сразу давало понять, что она она — дочь первой. Может, одинаково мощное телосложение, какому позавидуют завзятые тяжелоатлеты, может, характерный взгляд исподлобья, коим обладала шрамированная полуженщина. А может и то, что Мика, а это была именно она, была полной и абсолютной копией матери, словно отпочковалась от нее, а не была рождена естественным образом.          Таланариль бросила недоуменный взгляд на Соура. Нет, она еще в самом начале чаепития начала подозревать, но до последнего надеялась…        «Это и есть твоя корова?» — мысленно прокричала она жрецу. Соур только многозначительно улыбнулся. Да, в роли коровы должна была быть именно Мика. Иных вариантов не предполагалось.          — Понимаете, я бы рада не подвергать себя риску, но… — для огромного существа, коим казалась Тавромика, она же Мика, минотавриха оказалась довольно застенчива, — … но другие отказались, а от этого зависит тема дипломной работы и оценка за курс по предмету. А я не могу ударить мордой в грязь. Я на золотой диплом иду. В общем, у меня формула тут есть… она вроде как помогает левитировать и менее ресурсозатратна, нежели Падение перышком.        — Менее затратна, чем реакционное заклинание первого круга, требующее перо или пух при отсутствии фокусировки? — под удивленным взглядом Мики друидка чуть поморщилась:        — Артефактор-отец. Я знаю некоторые заклинания волшебников, но только в теории.        Выражение минотавричей морды стало снова обнадеженно-дружелюбным.        — В общем-то, да. Формула почти как заговор. Я понимаю, что может казаться бесполезной, но когда нет иного выхода, кто знает, не спасет ли кому жизнь. В смысле… она и не предполагалась для кого-то сверхученого, но ею могут пользоваться всякие домохозяйки или няни с небольшой предрасположенностью к магии, чтобы… для защиты детей от травм, если кратко. Она… не только от падений с высоты рассчитана.        — И что ты предлагаешь?          Летя с неимоверно счастливым Соуром на спине и невероятно сосредоточенной Тавромикой в лапах, более гуманоидная часть Таланариль задавалась вопросом, как она на это согласилась. Птичья же часть билась в хищном восторге.        Земля становилась все дальше, домики казались все меньше и меньше, пока не превратились в совсем мелкие шкатулочки.        — Пора, — проревела, перебивая ветер Мика.        Когти разжались. Минотавриха полетела с невероятной скоростью вниз. Талана нырнула следом в крутое пике, чтобы страховать.        Дома снова вырастали. Сперва до размера карманной книжки, через мгновение – приличной шкатулки для украшений, затем до размеров ящика с яблоками. Фигура Мики подернулась радужной пленкой, заключенная в большой, кажущийся мыльным, пузырь. Соур — Таль почувствовала, — нашарил в кармане бриллиант на случай, если придется воскрешать минотавриху.        Удар сердца.        Мыльный пузырь мягко отпружинил от брусчатки площади перед Бастионом.       Талана резко рванула вверх, чтобы не разбиться. Соур радостно заорал, воздевая к небу руки, стоило Талане выровнить ход и пойти на более деликатное приземление.            — Ты понимаешь, понимаешь, понимаешь?!        Жрец даром что не приплясывал, когда они уже твердо стояли на земле. Вместе с тифлингом так же чуть не приплясывала и Мика.        — Понимаю что?        — ТАЛАНА! КОРОВА! МЫ СБРОСИЛИ НА ГОРОД КОРОВУ!        Таль кивнула, отворачиваясь. А отвернувшись, расплылась в широкой счастливой улыбке.        Да. Они сбросили корову. И это было потрясающе.        А самое главное, гештальт закрыт и никто не погиб.