Большая Игра Альбуса Дамблдора или становление Повелителя Смерти.

Часть третья. Мантия-Невидимка или мальчик, который выжил.

      Итак, Альбус Дамблдор стал директором Хогвартса, лорд Волдеморт начал действовать на территории Англии, вербуя сторонников и строя великие планы, а осенью 1971 года в Хогвартс прибывают новые студенты. Среди них примечательны Джеймс Поттер, Сириус Блэк, Питер Петтигрю, Северус Снейп и Лили Эванс, ибо их судьбы тесно переплетутся как между друг другом, так и с судьбой лорда Волдеморта. Все они, кроме Северуса, попадают на Гриффиндор.       На первом году работы в ключе директора Дамблдор столкнулся с проблемой обучения мальчика, по имени Римус Люпин. Того ещё в детстве покусал оборотень и заразил ликантропией. Другой директор отказался бы обучать столь опасного ребёнка, но никак не человек, потерявший Ариану. Для этого в Хогвартсе была посажена Гремучая Ива. Дерево охраняло тоннель, ведущий в старое здание с заколоченными окнами на окраине Хогсмида, прозванное затем Воющей Хижиной. Раз в месяц, во время полнолуния, школьный фельдшер отводила туда мальчика, где тот обращался без риска навредить кому-либо.       Так продолжалось какое-то время, пока Римус не подружился со своими однокашниками: Джеймсом, Сириусом и Питером. Он пытался скрывать от них свою болезнь, боясь, что те отвернутся от него. Однако друзья узнали, но пожелали скрасить тяжёлые дни Люпина. Для этого они стали незарегистрированными анимагами. Джеймс оборачивался оленем, Сириус – громадным чёрным псом, а Питер – крысой. В звериной форме они сопровождали своего друга, спасая его от страданий в одиночестве. Четверо друзей проводили много времени, исследуя замок и его окрестности, нанося все найденные потайные проходы на карту. Они называли себя Мародёрами, а кусок пергамента, на который нанесли территорию замка и зачаровали отслеживать людей под их истинными личинами – Картой Мародёров.       Джеймс Поттер и Сириус Блэк были одарёнными колдунами и ещё большими каверзниками. Ради своих проказ они не гнушались преступать школьные правила и, чтобы оставаться незамеченными, Джеймс использовал Мантию-Невидимку, подаренную отцом, которая передавалась по наследству в семье Поттеров, а до того в роду Певереллов. Да, это был один из артефактов из легенды о трёх братьях, дар, который Игнотус передал своему сыну.       Как бы то ни было, пока Мародёры, Северус Снейп, ставший их заклятым врагом, и Лили Эванс, которую любили и Джеймс и Северус спокойно проживали свои школьные годы, лорд Волдеморт начал действовать. Он основал или присвоил себе организацию Пожирателей Смерти, куда вошли многие чистокровные маги, желавшие править маглами и считающие себя избранными. Идеи Тёмного Лорда поддерживали Лестрейнджи, Блэки, Малфои, Кэрроу, Нотты, Розье, Роули, Селвины, Трэверсы, Эйвери и Яксли – 11 из 28 священных чистокровных семей.       Деятельность Пожирателей Смерти и их хозяина не была направлена на противостояние Министерству Магии – их акции носили больше идеологический и террористический характер. Волдеморт, как и его бывшие учителя Дамблдор и Слизнорт, не стремился к политической власти и карьере. Его больше интересовало личное могущество и влияние. Он собирал армию приспешников и тёмных тварей, натравливая их на беззащитных маглов и неугодных магов, кто осмеливался как-либо противостоять ему. Неизвестно, когда подобные террористические акции переросли в то, что стали называть войной – вероятно, уже во второй половине семидесятых годов. Подобным методом войны лорд Волдеморт запугивал магов Британии. Том Марволо Реддл оставался нарциссом, желающим личной славой. Он желал абсолютной власти, сковав общество оковами ужаса. Править не силой, но страхом перед использованием силы. И подобная тактика принесла свои результаты – люди были запуганы настолько, что боялись даже произносить имя Тёмного Лорда.       Однако нашлись люди, не побоявшиеся бросить ему вызов. Многие из них были сторонниками Дамблдора, который и собрал верных людей, желающих сражаться, в отдельную организацию, которую назвали Орден Феникса.       Вероятно, уже к тому моменту Альбус начал путешествия с целью выяснить прошлое Тома Реддла. Он нашёл феникса, у которого Олливандер взял перо для создания палочки из тиса, купленной на Диагон-аллее будущим Тёмным Лордом. Выяснил у Боба Огдена, бывшего сотрудником Министерства, подробности о крахе священного чистокровного семейства Мраксов и преступлении против магла Тома Реддла. Геллерт Гриндевальд в своём походе против маглов обходил Англию стороной, и теперь она стала оплотом сторонников идей чистоты крови и власти магов над маглами. Этот гнойник накапливался слишком долго и грозил лопнуть, окропив смрадом магический мир Британии. Маги слишком долго мнили себя превосходящими другие народы, и фонтан в холле Министерства Магии это наглядно демонстрирует. Лишь пламя войны было способно выжечь эту заразу. Поэтому Альбус Дамблдор не стал мешать началу войны, дабы убийцы, трусы, лжецы и подлецы сбросили с себя маски, явив миру гнилое нутро своих идей.       Однако, когда Пожиратели Смерти начали свою деятельность, в Министерстве нашёлся человек ставший для них врагом. Амбициозный и честолюбивый чистокровный волшебник, по имени Бартемиус Крауч. Он стал ярым противником лорда Волдеморта и его приспешников, продвигая более строгие законы против Пожирателей Смерти и стремительно двигаясь по карьерной лестнице, став главой Отдела Магического Правопорядка. Однако его методы были жестоки. Он отвечал Пожирателям их же оружием, легализовав применение непростительных заклятий против сторонников Волдеморта и расширив полномочия авроров, позволив им убивать преступников на месте.       Лили Эванс и Мародёры также хотели бороться с Волдемортом, но их не устраивали методы Министерства. Они обратились к Дамблдору, который решил упорядочить и объединить своих сторонников в единую организацию. В образованный Орден Феникса вошли также аврор Аластор Грюм, сражавшийся против многих Пожирателей Смерти и побеждавший их, опытный агент Дамблдора Дедалус Дингл, Марлин Маккинон, авроры Фрэнк и Алиса Лонгботтомы, Эммелина Вэнс, Бенджи Фенвик, могучий волшебник Эдгар Боунс, Стержис Подмор, Карадок Дирборн, Рубеус Хагрид, Элфиас Дож, братья Гидеон и Фабиан Пруэтты, Аберфорт Дамблдор и Доркас Медоуз. Это был боевой отряд, готовый сражаться против тёмных сил по приказу Дамблдора, лучшие из его агентов. Но не они единственные. Ему помогали Минерва Макгонагалл, Молли и Артур Уизли, возможно, Ксенофилиус Лавгуд и Кингсли Бруствер.       У лорда Волдеморта кроме боевых действий стоял вопрос создания крестражей. Ритуал разрыва души делает ум мага острее, но в то же время безвозвратно его повреждает. Том Марволо Реддл и до становления личем был нарциссом, упивавшемся собственным величием, бережно храня воспоминания своих триумфов и собиравшим значимые для него вещи как трофеи. Вероятно, первым сотворённым его крестражем было именно кольцо Певереллов с Камнем Воскрешения. Волдеморт решил спрятать его там, откуда забрал – в лачуге Мраксов неподалёку от Литтл-Хэнглтона, окружив её мощными чарами чёрной магии. Диадему Кондиды он уже спрятал в Хогвартсе, в комнате, сокрытой от остальных. Чашу Хельги Пуффендуй Реддл отдал своей самой фанатичной приспешнике – Беллатрисе Лестрейндж, чтобы та спрятала реликвию в сейфе её семьи в Гринготтсе. Хранилища древних чистокровных родов располагались очень глубоко и охранялись более тщательно. Это было очень надёжное место, а также место, к которому Тёмный Лорд относился с тем же трепетом, что и к Хогвартсу, пусть и в меньшей степени.       Медальон Салазара Слизерина он решил спрятать в пещере, в которой в детстве издевался над детьми из приюта, когда тех возили в деревню на берегу моря. Волдеморт выстроил в ней магическую защиту и поместил в подземное озеро кучу трупов, обращённых им в инферналов. Сам медальон он поместил внутрь чаши, доверху заполненного Изумрудным Зельем, которое, вероятно, для него сварил Северус Снейп, ещё в школе бывший невероятно умелым зельеваром и ставший Пожирателем Смерти после её окончания. Но Волдеморт хотел проверить эффективность подобной защиты, для чего ему понадобился подопытный. Тёмный Лорд попросил у сторонников предоставить ему домового эльфа, на что согласился Регулус Арктурус Блэк, младший брат Сириуса, вероятно, уже тогда разочаровавшийся в своём кумире. Ещё с детства Регулус был поклонником Волдеморта, как и его семья, а после окончания школы пожелал служить ему, вступив в ряды Пожирателей. Он приказал своему домовому эльфу Кикимеру исполнить волю Тёмного Лорда, а затем вернуться назад.       Эльф направился в пещеру вместе с Волдемортом, где испил зелье отчаянья по его приказу. Реддл был доволен эффектом и, положив в чашу медальон и наполнив её новой порцией зелья, оставил эльфа умирать. Для него домовые были жалкими и слабыми существами, которых он не во что не ставил. Это и стало одной из причин, приведших лорда Волдеморта к поражению. Кикимер, следуя приказу Регулуса вернулся обратно и рассказал хозяину о произошедшем. Он наконец полностью увидел истинную ужасающую личину своего кумира. Семья Блэков, как и многие другие чистокровные, поддерживающие идеи Тёмного Лорда, вероятно, знали многое о чёрной магии, потому спустя какое-то время Регулус разгадал тайну Волдеморта и решил похитить крестраж, чтобы затем уничтожить источник бессмертия тёмного мага. Он приказал Кикимеру отвести его к пещере, где сам выпил Зелье Отчаянья и, заменив медальон подделкой и наполнив чашу новым зельем, отдал крестраж Кикимеру и приказал его уничтожить. Кикимер, не способный ослушаться приказа покинул хозяина, которого утаскивали под воду мертвецы.       Так Регулус Арктурус Блэк восстал против воли Тёмного Лорда и погиб, желая забрать чудовище с собой. Однако храбрый слизеринец не знал о безумии Волдеморта, пожелавшего разорвать душу на семь частей и недооценил магическую защиту осквернённой реликвии. Так медальон Салазара Слизерина стал вещью, ускорившей гибель благороднейшего и древнейшего семейства Блэков.       Но Тёмному Лорду, не ведавшему об этом предательстве, требовалось ещё два сосуда для осколков своей души. И они у него были. Первым стал предмет из сиротского прошлого – ежедневник, в который юный Том Реддл записывал воспоминания о школьных годах. Дневник обладал особой ценностью, ибо хранил в себе прошлое Волдеморта, тайну, что он являлся наследником Слизерина. А также Тёмный Лорд алкал захватить Хогвартса и избавиться от своего старого преподавателя трансфигураций. Не смотря на свою браваду, Реддл осознавал мастерство Дамблдора и опасался встречи с чародеем, победившим Геллерта Гриндевальда. Для этого он придумал хитроумный план. Лорд Волдеморт поместил фрагмент своей души в дневник и, будучи искуснее прочих в тёмных искусствах, сумел оживить воспоминание, запечатанное в дневнике, дав тому минимально необходимую волю, превратив крестраж в оружие, способное очаровать волшебника, дабы затем вселиться в него. Тёмный Лорд передал дневник и рассказал своей правой руке о плане подбросить дневник, дабы тот открыл Тайную Комнату и выпустил ужас Салазара на недостойных, завершив дело великого предка, умолчав, что дневник является крестражем. Однако этот план будет осуществлён лишь спустя годы.       Использовать хранилище души в качестве оружия было невероятным безрассудством, однако этим не ограничилось безумие Лорда Волдеморта. Маг, проводивший кощунственные изыскания и раздвинувший границы чёрной магии, создал питомца из осквернённой и модифицированной тёмными искусствами змеи, которую назвал Нагайной, возможно, помня о сказке Киплинга, с которой ознакомился в детстве. Было бы глупостью поместить осколок души в смертное создание, поэтому, возможно, Реддл, неоднократно преступавший табу, сумел связать жизнь змеи со своей собственной, дабы предотвратить естественное старение. Планируя подобное безумство, Реддл, вероятно хотел развить, понравившуюся ему идею о крестражах-орудиях и в то же время использовать эффект неожиданности – ибо кто сможет подумать о крестраже-змее?       Однако Тёмный Лорд нескоро сможет сотворить шестой крестраж. Ибо в силу вступает фактор, который не могли предусмотреть в своих планах ни Дамблдор, ни его ученик.       «Это случилось шестнадцать лет назад, холодной промозглой ночью, в комнате над трактиром «Кабанья голова». Я пришел туда, чтобы познакомиться с кандидатом на должность преподавателя прорицаний, хотя в ту пору мне вообще не хотелось сохранять этот предмет в школьной программе. Однако вышеупомянутым кандидатом была праправнучка знаменитой, весьма одаренной провидицы, и я считал, что должен встретиться с нею хотя бы из простой вежливости. Меня ждало разочарование. Мне показалось, что у нее нет и следа тех способностей, которыми обладала ее прапрабабка. Я сказал ей — надеюсь, вежливо, — что не считаю ее пригодной для занятия вакантной должности. И повернулся к двери.»       «Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного Лорда рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца... и Темный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Темного Лорда, родится на исходе седьмого месяца...»       ««Кабанья голова», избранная Сивиллой за дешевизну, давно уже привлекала, мягко говоря, гораздо более разношерстную публику, нежели «Три метлы». Как убедились на свою беду вы с товарищами и как убедился той ночью я сам, в этой гостинице никогда нельзя быть уверенным, что тебя не подслушают. Конечно, отправляясь на встречу с Сивиллой Трелони, я не подозревал, что услышу там что-то ценное. Но мне — вернее, нам — повезло: тот, кто нас подслушивал, был обнаружен почти сразу, и его немедленно вытолкали оттуда взашей.»       Сивилла Трелони изрекла пророчество, которого не ожидал услышать ни Альбус Дамблдор, ни шпионящий за ним Северус Снейп и которое оказало значительное влияние на весь конфликт. Аберфорт, владевший кабаком и являвшийся членом Ордена Феникса вовремя обнаружил Снейпа, но тот уже успел услышать первую часть пророчества и увидеть, кто его произнёс. Однако Альбус быстро сообразил, как можно использовать предсказание, дабы направлять действия бывшего ученика, чтобы наконец выманить его. Дамблдор знал о сущности предсказаний, о слабостях Реддла и не мог не подозревать Снейпа в лояльности Волдеморту, потому позволяет тому передать услышанное хозяину, дабы привести Тёмного Лорда к краху.       Предсказание Сивиллы начинает сбываться и в конце июля рождаются два мальчика, в семьях, трижды бросавших вызов Волдеморту. И Реддл нацеливается на ребёнка Джеймса и Лили Поттеров, такого же полукровку, как и он сам. Так действия Северуса Снегга приводят к тому, что Тёмный Лорд открывает охоту на беззащитного младенца.       Склонный к фатализму Том привязывает разрыв души и создание крестражей к особым убийствам. Часть из них, вероятно, он создал ещё за границей, другие же через тех, кого убивал лично, как Доркас Медоуз. Желая победить Судьбу через убийство младенца, Том решает создать как крестраж Нагайну через убийство маленького Гарри.       Орден Феникса узнаёт об безжалостной охоте, развязанной Волдемортом, а потому Дамблдор решает спрятать Поттеров от взора Тёмного Лорда, используя заклятье Доверия и предлагая себя в качестве Хранителя Тайны, дабы у Тома Реддла не оставалось возможности выведать секрет без дуэли. Альбус знал, что в Ордене был шпион, и, вероятно, даже догадывался, кто из Мародёров им является. Он предупреждает Поттеров об угрозе предательства и предлагает себя в качестве Хранителя Тайны, однако Джеймс, не желающий подозревать лучших друзей, отказывается и говорит, что назначит Сириуса. Дамблдор соглашается, ибо подобный расклад также можно использовать для ловушки Волдеморту. Питер не сможет сдать Поттеров, пока не избавиться от Блэка как Хранителя. Вероятно, Альбус планирует план, как выманить бывшего ученика на личную встречу, а Поттеры тем временем останавливаются в Годриковой Впадине в месте, где был похоронен Игнотус, где покоились Кендра и Ариана. В месте, где злая судьба отняла у Альбуса столь многое и столь многому научила. В месте, где появятся ещё две могилы.       Множество неверных выборов, неразгаданных намерений, ошибок прошлого привело к этой трагедии. Джеймс Поттер никогда не сомневался в друзьях, однако не видел их истинной сути. Его лучший друг Сириус, обладающий жестоким нравом и тяжёлым характером, с подозрением относился к Римусу, который в школьные годы всегда старался останавливать Блэка, будучи своеобразной совестью Мародёров, и в то же время с пренебрежением относился к Питеру, считая его ничтожеством.       Северус Снейп с детства любил девочку, по имени Лили Эванс, и завидовал Мародёрам, в особенности мальчику, по имени Джеймс. Однако сын Эйлин Принц, взявший в школьные годы прозвище Принц-Полукровка, обладал скверным нравом и тяжёлым характером, рос в неблагополучной семье, и тянулся к тёмным искусствам, дабы обрести силу. Однако он по-прежнему продолжал любить девочку, по имени Лили, даже, когда они навсегда разошлись, а она стала Лили Поттер. Он слишком поздно осознал свою ошибку, осознал, на что обрекает её, рассказав Тёмному Лорду о пророчестве, а потому, раскаиваясь и желая спасти Лили, предаёт повелителя и становится агентом Дамблдора, жертвуя всем, что у него есть. Однако его желанию не суждено исполниться.       Сириус не боялся стать Хранителем Поттеров и в то же время главной целью для Волдеморта, однако он осознавал последствия своей смерти для заклятья Доверия. Потому он желает обмануть своих врагов и предлагает сделать Хранителем Тайны Питера, которого никто не станет подозревать.       Питер Петтигрю с детства был трусоватым мальчиком, ищущим могучих покровителей, каковыми стали для него Джеймс и Сириус. Вероятно, он хотел обрести друзей, но на деле Джеймс относился к нему скорее, как к фанату, а Сириус как к ничтожеству, трущемуся вокруг его лучшего друга. Римус же имел немало своих проблем и был слишком благодарен друзьям, чтобы критиковать их недостатки. Питер был для них больше неуклюжим и глуповатым приятелем, над которым можно посмеяться, чем настоящим другом. Не видящие в упор своих ошибок, Джеймс и Сириус сами возвели себя на эшафот. Зависть и злоба, вероятно, медленно, неспешно, капля за каплей годами копились внутри Питера и привели его к предательству. Да, он боялся Волдеморта, однако вступил в Орден вместе со всеми Мародёрами, ибо мало одного страха, чтобы так низко пасть, ведь были и другие способы, как не умереть от рук Тёмного Лорда. Тот стал для него более достойным покровителем, чем школьные друзья.       Джеймс не желал всё время сидеть дома и хотел сделать что-нибудь на благо Ордена. Он показал Дамблдору Мантию-Невидимку, с помощью которой проворачивал многие дела, и Альбус, готовящий засаду Реддлу, забрал её, не желая рисковать Джеймсом и стремясь поближе рассмотреть мантию, в которой с удивлением узнал Дар Смерти. Однако он не знал всего, не знал, что Поттеры поменяли Хранителя, не сказав ему.       Питер Петтигрю посвящает Тёмного Лорда в Тайну, и 31 октября 1981 года тот отправляется в Годрикову Впадину, дабы избавиться от годовалого Гарри.       «А потом его шрам словно взорвался, и он был Волан-де-Мортом, он промчался через зловонную спальню и вцепился в подоконник длинными белыми пальцами. У него на глазах лысенький мужичок и щуплая тетка перекувырнулись и растаяли в воздухе, и он закричал от ярости, и крик его смешался с визгом девчонки, отдаваясь далеко среди темных садов, перебивая колокола, славившие Рождество… Его крик был криком Гарри, его боль была болью Гарри… чтобы это случилось именно здесь, там же, где и прежде… в двух шагах от того, другого дома, где он вплотную приблизился к тому, чтобы познать, что значит смерть… смерть… такая чудовищная боль… вырван из собственного тела… но если у него нет тела, почему так ужасно болит голова… если он умер, отчего же ему так тошно, разве боль не кончается со смертью, разве она не уходит…       Дождливая ветреная ночь. Двое детей, наряженных тыквами, семенят через площадь, витрины разукрашены бумажными пауками — пошлые ухищрения маглов, копирующих мир, в который они не верят… Он скользит над землей, переполненный привычным ощущением силы, цели и правоты. Не гнев — это для слабых духом… торжество — о да… он долго надеялся и ждал этой минуты… — Красивый у вас костюм, мистер!       Он видел, как улыбка сползает с лица мальчишки, стоило тому заглянуть под капюшон, как страх затуманивает размалеванное личико. Ребенок бросился наутек… Он нащупал волшебную палочку под мантией… Одно небрежное движение — и сопляк никогда уже не добежит к своей мамочке… но это лишнее, совершенно лишнее…       Он скользнул в другую улицу, где темнее, и вот наконец перед ним цель его путешествия. Заклинание Доверия разбито, хоть они об этом пока еще не знают… Он движется почти бесшумно, только мертвые листья шуршат на мостовой, заглядывает через темную живую изгородь… Шторы не задернуты, и ему прекрасно видно, как они сидят в своей маленькой гостиной. Черноволосый мужчина в очках пускает клубы разноцветного дыма из волшебной палочки, чтобы позабавить черноволосого малыша в синей пижамке. Малыш хохочет и ловит ручками дым…       Открывается дверь, и входит женщина. Длинные темно-рыжие волосы падают ей налицо. Ему не слышно, что она говорит. Отец подхватывает сына на руки и передает матери, бросает волшебную палочку на диван, зевает и потягивается…       Калитка чуть скрипнула, когда он ее открывал, но Джеймс Поттер не услышал. Белая рука выхватила из-под плаща волшебную палочку, направила ее на дверь, и та послушно открылась. Когда он уже шагнул через порог, в прихожую выскочил Джеймс. Все было до того просто, чересчур просто, этот глупец даже не успел подобрать свою волшебную палочку... — Лили, хватай Гарри и беги! Беги! Быстрее! Я задержу его…       Задержать его с пустыми руками! Он смеялся, произнося заклинание… —Авада Кедавра!       Зеленая вспышка наполнила тесный коридорчик, осветила детскую коляску у стены, превратила столбики перил в сверкающие молнии… Джеймс Поттер рухнул, совеем как марионетка, у которой перерезали ниточки… Он слышал ее крики на верхнем этаже. Она в ловушке, но если будет разумно себя вести, опасаться ей нечего… Он поднимался по лестнице, посмеиваясь про себя над ее слабыми попытками загородить дверь… У нее тоже не было при себе волшебной палочки… Как они глупы, доверчивые дураки, разве можно полагаться на верность друзей, разве можно хоть на мгновение выпускать оружие из рук…       Он распахнул дверь, одним движением волшебной палочки отодвинув в сторону стул и наспех наваленные коробки… Она стояла посередине комнаты, держа ребенка на руках. Увидев его, она опустила малыша в кроватку и заслонила собой, раскинув руки, как будто это могло помочь, как будто она надеялась, что, если ребенка не будет видно, ее выберут вместо него… — Только не Гарри, пожалуйста, не надо! — Отойди прочь, глупая девчонка… Прочь… — Пожалуйста, только не Гарри… Убейте лучше меня, меня… — В последний раз предупреждаю… — Пожалуйста, только не Гарри, пощадите… Только не Гарри! Только не Гарри! Пожалуйста, я сделаю все, что угодно… — Отойди… Отойди, девчонка…       Он мог бы просто отшвырнуть ее с дороги, однако счел благоразумным покончить со всей семейкой разом… Вспыхнул зеленый свет, и она упала точно так же, как и ее муж. За все это время ребенок ни разу не запищал. Он уже умел стоять, ухватившись за прутья кроватки, и с веселым любопытством смотрел в лицо чужаку — может быть, думал, что это его отец прячется под плащом и сейчас покажет еще красивые огоньки, а мама со смехом выглянет откуда-нибудь из-за шкафа… Он тщательно прицелился, наведя волшебную палочку мальчишке прямо в лицо; он хотел увидеть, как это произойдет, своими глазами наблюдать уничтожение необъяснимой угрозы. Ребенок заплакал — похоже, понял, что перед ним не Джеймс. Плач был неприятен, еще в приюте он не переносил детского нытья. —Авада Кедавра!       И тогда он был сокрушен. Он был ничто, ничего не осталось, кроме боли и ужаса, он должен был скрыться, спрятаться, только не здесь, в руинах разрушенного дома, где надрывался от плача испуганный ребенок, а далеко, очень далеко отсюда…» «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше»       «В Отделе тайн есть комнатка, которую всегда держат запертой, в ней хранится сила, одновременно более чудесная и более ужасная, чем смерть, чем человеческий разум, чем силы природы. Пожалуй, она еще и самая загадочная из всех сокровищ, что там хранятся. Именно этой силой ты обладаешь в достатке, а Волан-де-Морт, наоборот, вовсе ее лишен. Благодаря ей ты вчера отправился спасать Сириуса. Она же уберегла тебя от полного подчинения Волан-де-Морту, поскольку он не может пребывать в теле, где обитает столько силы, глубоко ему ненавистной. В конце концов оказалось неважным даже то, что ты так и не научился изолировать свое сознание. Имя этой спасительной силы — любовь.»       Таково было окончание первой войны и падение Тёмного Лорда. Он сам загнал себя на эшафот и проиграл силе, которой был лишён с детства, и которую никогда не признавал. Однако не только Реддл ненавидел Годрикову Впадину, где два раза терпел поражения. Для Альбуса Дамблдора это место стало местом сразу двух скорбей. Вторая роковая ошибка. Питер также одним из первых пришёл на место катастрофы, желая засвидетельствовать триумф своего покровителя, однако лишь трусливо сбежал от силы, которую не способен был осознать, прихватив с собой палочку повелителя. Теперь его целью было скрыться как от членов Ордена Феникса, которых он предал, так и от сторонников Тёмного Лорда, чьих надежд он не оправдал. Питер встретился с Сириусом, который был в ярости от его преступления. Огласив посреди улицы, где находились маглы, о предательстве Блэка, Петтигрю устроил взрыв, убивший 13 человек, отрезал палец и скрылся, обернувшись крысой.       Сириус наконец осознал, что из себя представляет Питер Петтигрю, осознал, что Волдеморт исчез, а его лучший друг и его жена мертвы по его вине. Когда на место прибыли сотрудники Министерства, Сириус Блэк лишь истерично смеялся и кричал, что убил Лили и Джеймса. Дамблдор свидетельствовал, что Блэк был Хранителем Тайны Поттеров, а потому Бартемиус Крауч отправил его на пожизненный срок в Азкабан без суда.       Тёмный маг пал, пусть и ценой такой жертвы. Это должно было стать триумфом Бартемиуса Крауча и крахом Пожирателей Смерти. Многие сдавались, говоря, что были околдованы, но четверо совершили ещё одно чудовищное преступление. Беллатриса Лейстрендж, её муж Рудольф и его брат Рабастан напали на авроров, Фрэнка и Алису Лонгботтомов, дабы выяснить, где скрывается их повелитель. Неизвестно, знали ли они правду, но даже если так, то не пожелали её раскрыть. Четверо Пожирателей Смерти многократно использовали заклятье Круциатус и запытали до беспамятства супругов Лонгботтомов. Разумеется, их арестовало Министерство, а так как люди расслабились после падения Того-Кого-Нельзя-Называть и Лонгботтомы были любимы и уважаемы, это дело вызвало резонанс и общественный гнев. Однако вместе с Лейстренджами был пойман Бартемиус Крауч младший, сын главы Отдела Магического Правопорядка.       «Гробовую тишину нарушали судорожные всхлипы то­ненькой хрупкой волшебницы, сидевшей по другую сто­рону мистера Крауча. Дрожащими руками она прижима­ла ко рту носовой платок. Гарри поднял глаза на Крауча и увидел, что он выглядит еще более мрачным и изможден­ным. Лицо приняло землистый оттенок, на виске билась жилка.       — Введите их — эхом разнесся его голос в притих­шем зале. Боковая дверь снова открылась. На этот раз в зал вош­ли шесть дементоров. Они сопровождали нескольких заключенных. Многие зрители, перешептываясь, повер­нулись к мистеру Краучу. Обвиняемые опустились в кресла, стоявшие в центре зала, цепи сейчас же приковали их к подлокотникам. Их было четверо: плотный мужчина, пустыми глазами гля­девший на Крауча: худощавый — с нервно подергиваю­щимися губами; женщина с тяжелыми веками и короной блестящих, черных волос — она сидела в кресле как на королевском троне; и юноша, которому не было и двад­цати, соломенные волосы рассыпались по лицу, молочно-белая кожа в веснушках. Все его тело сотрясала дрожь. Худенькая волшебница, сидевшая рядом с Краучем, пла­кала, уткнувшись в носовой платок. Крауч поднялся и посмотрел на заключенных. Лицо его исказила лютая ненависть.       —Вас доставили в Совет по магическому законода­тельству, — громко и ясно произнес он, — чтобы вынес­ти приговор. Вы обвиняетесь в преступлении, гнуснее которого...       —Отец, — крикнул юноша, — отец... пожалуйста...       — ... этот зал еще не слышал. — Крауч повысил голос, чтобы заглушить слова сына. — Мы выслушали свидетель­ства, доказывающие вашу вину. Вы все обвиняетесь в том, что похитили мракоборца Фрэнка Долгопупса и подвер­гли его заклятию Круциатус. Вы думали, что он знает, где находится ваш исчезнувший хозяин, Тот-Кого-Нельзя-Называть...       — Отец, я в этом не участвовал! — еще громче крик­нул прикованный к креслу юноша. — Клянусь тебе! Не отправляй меня опять к дементорам...       — Вы также обвиняетесь в том, — надрывал голос ми­стер Крауч, — что, не узнав ничего от Фрэнка Долгопуп­са, вы подвергли заклятию Круциатус его жену. Вы наме­ревались вернуть власть Тому-Кого-Нельзя-Называть, чтобы продолжать сеять зло, чем вы, без сомнения, за­нимались, пока ваш хозяин был в силе. И я прошу при­сяжных...       — Мама! — воскликнул юноша. (Хрупкая маленькая волшебница, сидевшая рядом с мистером Краучем, би­лась в рыданиях.) — Мама! Останови его! Мама, это не я, клянусь, это не я!       — И я прошу присяжных, — крикнул Крауч во всю силу легких, — тех, кто как я, считают пожизненный срок в Азкабане заслуженным наказанием, поднять руки.       Присяжные единогласно поддержали обвинителя. Зрители захлопали, как в свое время хлопали Бэгмену только сейчас на их лицах застыло мрачное торжество. Юноша, срываясь на визг, крикнул:       — Мама, нет! Я не делал этого, не делал! Я ничего не знал! Не отправляйте меня туда!       Дементоры вернулись в зал. Трое взрослых узников поднялись с кресел; женщина, взглянув на Крауча из-под тяжелых век, воскликнула:       — Темный Лорд вернется, Крауч! Можете запереть нас в Азкабане! Мы и там будем ждать его! Он освободит нас и осыплет милостями! Мы одни остались ему верны! Старались найти его!       Светловолосый юноша пытался вырваться из рук де­менторов. Но весь зал, и даже Гарри, чувствовал — демен­торы высасывают из него силы. Со скамей неслись на­смешливые выкрики, многие вскочили на ноги. Женщи­на с короной волос быстрым шагом вышла из зала, а юно­ша все продолжал неравную борьбу.       — Я твой сын! — крикнул он, бросив умоляющий взгляд на Крауча. — Я же твой сын!       — У меня нет сына! — Голос Крауча перекрыл все ос­тальные звуки, глаза почти вылезли из орбит. — У меня нет сына! — повторил он. Худенькая волшебница захлебнулась рыданиями и об­мякла без чувств в кресле. Крауч, казалось, этого не заметил. —Уведите их! — крикнул он дементорам, брызжа слю­ной. — Уведите немедленно, и пусть они там сгниют!       —Отец! Отец! Я не виноват! Это все неправда!»       Бартемиус Крауч был солдатом, дисциплинированно и безжалостно сражаясь против лорда Волдеморта, он был скуп на похвалу, однако без сомнений любил сына и радовался каждому его триумфу, пусть и не выказывая вслух всех своих чувств. Он назвал сына своим именем, сын был для него будущим, он был для него всем. И Барти младший также любил отца, но ему очень не хватало отцовского тепла. В то же время он унаследовал отцовские таланты, амбициозность и честолюбие. Он желал возвысится, обратить на себя внимание отца и, возможно, поддерживал идеи чистой крови, а возможно, самолично решил стать шпионом в стане Реддла, дабы впечатлить отца победой над Тёмным Лордом. Бартемиус стал Пожирателем Смерти, получил клеймо и научился призывать Чёрную Метку, однако он не был таким же жестоким, как другие сторонники Реддла. Волею судьбы он оказался на месте военного преступления и был приговорён по законам военного времени. Однако, оставалась нерешённой судьба Гарри Поттера.       Он прибыл туда ещё до Хагрида и Сириуса Блэка. Он увидел два бездыханных тела, принадлежавшие его ученикам, его бойцам, которых не сумел спасти. Он воочию увидел чудовищность лорда Волдеморта и увидел след на лбу маленького Гарри. Уже тогда он шёл по следам Тома Реддла и искал его крестражи. И вот перед ним оказался мальчик, о котором говорило пророчество. Шестой крестраж Тёмного Лорда. «Убей Мальчишку!» — раздался в его голове ясный голос. «Убей, и этот кошмар закончится!» Чудовище развеяно силой, которую презирало, а уничтожить остальные крестражи не будет проблемой. «Это жертва во имя высшего блага!» Никто не узнает правды.       «Ты был слишком дорог мне. Твое счастье было для меня важнее, чем твое знание правды, твое душевное спокойствие — дороже моего плана, а твоя жизнь — ценнее тех жизней, которыми, возможно, пришлось бы расплатиться за провал этого плана.»       Однако он уже помнил девочку, которая не была ни в чём виновата, которая лишь оказалась жертвой обстоятельств. Он понимал, что так не будут спасены ни мальчик, с детства лишённый любви и дружбы, ни мужчина, потерявший любимую женщину, ни младенец, ради которого родители пожертвовали свои жизни. Лорд Волдеморт надёжно обезопасил себя от смерти, а потому вернётся. Можно ли спасти мальчика, который должен умереть, дабы пал Тёмный Лорд? Отчаянье. Безумный план. Надежда и шанс, который столь трудно реализовать. Однако рискнуть стоит.       «Не жалей умерших, Гарри. Жалей живых, и в особенности тех, кто живет без любви. Твое возвращение, может быть, послужит тому, чтобы стало меньше искалеченных душ, меньше разбитых семей. Если это кажется тебе достойной целью, то сейчас нам пора проститься.»       Здесь начинается история о мальчике, который выжил. Здесь Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор начинает Большую Игру. Его враг не лорд Волдеморт – его противники Судьба и Смерть, которую она приносит раз за разом. Настало время осуществить чудо, которого он не мог подарить Ариане. Альбус Дамблдор, наконец, делает выбор между лёгким и правильным.