***
День задался весьма не простым с самого его начала. Еще при подъеме многие из старших тихо жаловались на то, что метель может снова начаться, да еще и посильнее прежней. Анак было сложно сохранить прежний настрой, а так же она не могла отойти от запланированного. Другие тоже это понимали, поэтому взяв все необходимое для проверки местности, большая часть команды покинула их постоянное убежище, в котором им еще полгода придется ютиться. - Ты вчера смогла исследовать местность во время метели? - к Анак подошел один из старших. Он, так же, как и она, был весьма значимой фигурой отряда. - Зачем тебе это было нужно? - Проверяла, в каких местах есть убежища монстров, нужно было проверить, изменилось ли что с того момента, когда я делала обход в самом начале, - ответила девушка, оборачиваясь назад и проверяя, весь ли отряд идет за ней. - Для начала дойдем до нашего временного убежища, где разместимся на первый привал и обсудим дальнейшие действия. Если погода останется прежней, начнем работу, если же нет, то большинство останется в лагере, а некоторые отправятся со мной, чтобы начать разведывать местность. Нам нужно будет за эту неделю сделать первую зарисовку местности на ближайшую милю и отметить на ней все полезные ископаемые. Она говорила это на ходу, но особо не вдавалась в подробности, потому что это все будет еще раз обсуждаться во время первого привала. Анак и сама чувствовала в воздухе неладное и была уверена, что скорее всего ей придется большую часть работы взять на себя. На место они прибыли только через два часа пути и к этому времени ветер начал уже немного ускоряться, предвещая скорую метель. Именно поэтому, когда они устроили привал в небольшой пещере на возвышенности, Анак принялась за то, что сразу же усадила всех для того, чтобы объяснить дальнейший ход экспедиции. - Сейчас в вылазке участвует семь человек, пятеро остались на основной базе для того, чтобы окончить работу над изученным материалом. Нам на изучение этой местности выделена всего неделя, при чрезвычайной ситуации можно занять еще неделю, но этого лучше избежать, чтобы успеть уложиться в срок, - девушка говорила громко и четко. Она рассказывала поэтапно действия и роль каждого находящегося здесь человека. - Со мной на разведку местности и изучение ископаемых пойдет три человека, еще три останется здесь для того, чтобы следить за лагерем. При экстренной ситуации следует моментально покидать эту пещеру, даже если те, кто ушел еще не вернулись. Никаких сигнальных оповещений ни в коем случае делать нельзя, потому что эта местность с повышенной опасностью. На любой громкий звук и яркий свет или цвет сбежится свора монстров. Всем это ясно? - Можно вопрос? А если во время экстренной ситуации не будет времени и возможности покинуть пещеру? - девушка, что была поставлена оставаться в пещере, подняла руку и внимательно посмотрела на картежницу. - Сзади тебя есть углубление в пещеру, а сверху сталактиты. Если вдруг произойдет что-то угрожающее жизни снаружи и времени выбраться нет, используешь взрывчатку на сталактитах и замуровываешь себя внутри, а спустя неделю вернется моя команда. Ваша задача будет дождаться нас там, а дальше я уже вас оттуда без труда вызволю, - ответила Анак, но после улыбнулась и добавила. - Но если вы будете делать все правильно, то вам не придется бежать или же вы сможете вовремя покинуть пещеру и добраться до основного убежища. - Что касается тех, кто идет со мной на вылазку, Степан, пойдешь со мной, Аврора и Макар пойдете туда... - Анак развернула старую карту, которая была невесть когда сделана, но на данный момент была только она, поэтому пока что приходилось ориентироваться по ней. Когда девушка все объяснила, она скрутила карту обратно и заключила. - Выдвигаемся через час. За это время, приготовьте все припасы и материалы для работы.***
- Анак! - Беги вперед, живо! - Сзади!.. Голова гудела, а мысли сбились. Только что-то теплое под боком заставляло думать, что все вроде бы хорошо. С трудом разлепив глаза, Анак повернула голову, но ничего не увидела. Она точно могла сказать, что лежит на земле в обнимку с человеком, но не могла точно припомнить, с каким и при каких обстоятельствах, а так же не могла понять, почему так темно. Из губ вырвался хриплый стон, а голову пронзила неприятная резкая боль, заставившая рыжеволосую лечь обратно на землю. Кто-то под боком медленно зашевелился, а после в темноте показался проблеск света от Глаза Бога Анак и от еще одного Глаза Бога, который дал понять, что за человек находился радом. - Рора, где мы? - тихо спросила картежница, настойчиво потормошив девушку за плечо, от чего она медленно начала приходить в себя. - Анак? Анак, ты очнулась! Какое счастье! - Аврора тут же бросилась к рыжеволосой, крепко прижимая ее к себе. На шее почувствовалась влага, по которой Анак поняла, что ее спутница плакала, но пока что не могла точно понять причину слез. - Я думала, что не смогла тебя откачать... Ты совсем не реагировала... - Сколько мы здесь и что произошло? - требовательно и строго произнесла Анак, грубо отдергивая от себя красноволосую, но после хмурясь от резкого телодвижения и головной боли, пронзившей виски от такого. - Хватай Макара и Беги! - Анак! - испуганный взгляд парня, держащего своего напарника. Лоб и руки были липкими. От них пахно металлом. - Беги вперед, живо! - горло разрывает на части от холодного воздуха, пронизавшего голосовые связки. - Сзади! На этом воспоминания Анак прерывались. Дальше она помнила только то, что тело действовало машинально, но что делало, разум не зафиксировал. А попытки вспомнить, заставляли черепную коробку трещать по швам. Из груди рыжеволосой послышался гортанный стон и она повернулась на бок, сжимая виски еще сильнее, делая только больнее. - Анак, тебе не стоит перенапрягаться, пожалуйста. Ты только пришла в себя!.. - копошилась Аврора, пытаясь уложить девушку обратно. - Ты сутки пролежала без сознания, тебе нужно сначала окрепнуть. - Сутки... Не так много, значит еще осталось два дня, - задумчиво протянула Анак, все же ложась обратно и словно погружаясь в свои мысли. Молчание никто не хотел прерывать. Точнее, Рора просто боялась, что может чем-то разозлись Анак в ее нынешнем состоянии. Однако картежница первая прервала затянувшуюся паузу. - Рора, вы успели закончить свою часть работы? - Д-да... мне осталось только записать последние наблюдения... - Тогда хорошо, мы можем еще некоторое время побыть... Ох точно! - Анак постучала по каменной "тюрьме", которая их окружала и спросила. - Когда я успела нас в эту штуку запихнуть? - Ты не помнишь? - удивилась красноволосая. Анак очень сильно жалела, что сейчас при ней не было нормального освещения и она не может увидеть выражение лица девушки, но решила, что за полтора года еще успеет. - Я бы стала спрашивать, если бы помнила? - усмехнулась рыжеволосая, удобнее устраиваясь на импровизированной подушке из шапки Роры. - Ты отбросила Степу и Макара с помощью каменной плиты, а после сразу же сделала эту штуку. Как раз перед тем, как лавачурл ударил прямо по нам, - ответила Рора, укладываясь рядом и громко выдыхая. "Скорее всего она сильно вымоталась" подумала Анак, но ничего не сказала. - Ты была в сознании до того момента, пока удары по камню не прекратились и пока ты не убедилась, что больше ничего снаружи нас не атакует. А после Анак начала чувствовать, что проваливается в сон, поэтому последнее, что она успела сказать, прежде чем снова отключиться, было: "Поспи немного, ты тоже устала...". - Зачем ты так много тренируешься? - старичок, сидящий на лавочке перед тренировочным полем, смотрел на молодую девушку, что неустанно продолжала размахивать мечом, повторяя упражнение из раза в раз. На ее лбу был пот, а сама она уже тяжело дышала, но продолжала заниматься. - Я не хочу домой, все просто, - девушка остановилась и серьезно посмотрела на мужчину, что на ее слова удивленно приподнял брови. - Мой отец работает неподалеку. Если я выйду прямо сейчас, то он увидит и загонит меня в дом и запрет. Я не собираюсь просиживать дома то время, пока могу что-то делать. - Ты просто не хочешь домой, потому что отец тебя не выпустит? - удивленно спросил старик, наклонившись чуть вперед. - Или же есть еще какая-то причина? - На заходе солнца отец идет с другими пить, а потом приходит домой и ложится спать. Если за это время я не попадусь ему на глаза, то смогу избежать побоев, - девушка снова продолжила тренировку, но уже делая другое упражнение. Она совершенно не обращала внимание на усталость, словно совсем ее не чувствовала. - Ты лучшая ученица своего поколения в школе Гухуа, и все из-за того, что ты неустанно тренируешься. Неужели у твоих тренировок нет более высоких мотивов? - мужчина не часто разговаривал с девушкой, потому что был строг по своей натуре, но рыжеволосая ученица сильно привлекала его внимание своими неустанными тренировками и успехами. Анак остановилась и серьезно посмотрела на мужчину. Ее меч опустился, а сама она громко выдохнула. Она долго так просто смотрела на учителя, что ничего не говорил, лишь ожидал, а после подошла к нему и села рядом, запрокидывая голову вверх и смотря на палящее солнце. - Да нет, - совершенно просто сказала Анак, пожимая плечами и улыбаясь. - Я просто не хочу видеть своего отца, а если мне это помогает стать сильнее, то это же хорошо, разве не так? Девушка засмеялась и посмотрела на мужчину, что лишь хмуро покачал головой из стороны в сторону. - Ты не станешь действительно сильной, если твоя мотивация заключается в том, чтобы просто не приходить домой, разве нет никого, кого ты бы хотела защищать? - мужчина почему-то выглядел слишком серьезным. Анак не понимала его, поэтому и не осознавала, что же так загрузило старика. - Твои мотивы порождают тьму. - Нет? - рыжеволосая широко распахнула глаза и то ли удивлялась, то ли спрашивала, то ли вообще утверждала. Она до сих пор не понимала, что такое хочет донести ей ее учитель, но на самом деле и не пыталась этого сделать. - Тот мальчишка, Лу, ты ведь с ним постоянно проводишь время, когда солнце близится к закату. Но ты не вспомнила о нем, когда я говорил про силу. Неужели тебе совсем не хочется ничего защищать, а твое усердие идет только от того, что ты не хочешь видеть своего отца? - старик становился все более хмурым. Его редкие брови сошлись на переносице, а глаза словно потемнели. - Ненависть тоже сильное чувство, но оно заглушает все остальное. Если ты не сможешь вовремя найти причину для тренировок, то ты потеряешь себя. - Анак, просыпайся, тебе нужно поесть, иначе не сможешь восстановить силы к тому моменту, когда нам нужно будет идти, - робкий голос Авроры заставил рыжеволосую проснуться. Теперь уже не было так вырвиглазно темно, потому что посреди их небольшого убежища находился ярко сияющий Глаз Бога Роры. На нем она грела какой-то котелок, из которого весьма приятно пахло. - Я то думаю, почему все время в этом месте было так тепло, а ты оказывается носишь с собой личную телогрейку, - усмехнулась картежница, теперь уже спокойно принимая сидячее положение, без каких-либо болей в голове. - Чего ты там кашеваришь? - Фирменное блюдо Алана, называется "Отсебятина", - гордо произнесла красноволосая, поставив руки в боки. Выглядела она при этом так уморительно, что Анак даже не пыталась себя сдерживать и громко засмеялась. - Не смешно! Отсебятина всегда помогает мне в походах, когда мало припасов. Она очень сытная и вкусная! - Боже... У этого сгустка негатива оказывается есть чувство юмора, - сквозь смех произнесла Анак, снова падая на спину. - А ты попробуй лучше приготовить! Вот тогда и посмеемся! - обиженно произнесла Рора, швырнув в собеседницу каким-то мелким камушком. - Нет уж, если ты хочешь выжить в походе, то тебе никогда нельзя давать мне прикасаться к готовке, совет тебе на ближайшие полтора года, - хохотнула картежница в последний раз и приняла свою порцию из рук, вдыхая приятный аромат от приготовленного. - Так что в эту твою Отсебятину входит? Пахнет она просто замечательно, неужели у нас в припасах было что-то такое? - Секрет, - с хитрой улыбкой ответила Рора, приступая к трапезе. - Кстати, Анак, помнишь тот разговор, когда мы были последний день на главной базе. Неужели у тебя никогда не было любимого человека в твои-то годы? - Какие мои годы? Мне всего двадцать два, - пробубнила девушка, набив щеки едой. Она почему-то нахмурилась и была весьма недовольна. - Вообще-то в моем возрасте только начинаешь быть самостоятельным и понимаешь, как огромен мир и сколько всего нужно сделать... - Продолжала бубнить Анак, все больше запихивая еды, пока все не съела, а после внезапно подняла указательный палец вверх и громко сказала. - И вообще! Любимых людей не выбирают, они сами... - Так был или не был? - перебила ее красноволосая, понимая, что если она этого не сделает, то все эти россказни могут продолжаться еще очень долго. На это картежница сделала такое выражение лица, словно она совершенно не понимает о чем речь. Авроре даже захотелось ее ударить, но она сдержалась. - Ты любила когда-то? А то рассуждаешь так, словно точно понимаешь, о чем говоришь. - Ни слова не понимаю, - выпалила Анак, заставляя собеседницу поперхнуться. Рыжеволосая легла на спину и начала напевать какую-то мелодию, дожидаясь, пока Рора откашляется. - Я много читала книг и романов. Там часто так говорят. Ну и еще мне кажется, что любимый человек должен быть хотя бы похож на тебя, а это значит, что если ты музыкант, то и твоя вторая половинка должна немного хотя бы понимать в этом, если художник, то быть ну минимум ценителем искусства. Если... - Но разве ты не можешь любить человека, который совершенно не похож на тебя? - Аврора часто перебивала Анак и делала это совершенно бесстыдно. Обычно она старается так не делать, но чем дольше она общается с этой странной девушкой, тем сильнее забивала на это. - Говорят, противоположности притягиваются. - Брешут, - только и сказала картежница, делая такое выражение лица, словно она говорит очевидные вещи. Рора снова захотела ее ударить. - Ты никогда не сойдешься с совершенно противоположным для тебя человеком, либо ты разойдешься с ним в первую же неделю отношений. Либо это настолько индивидуальный случай, что мне легче будет начать встречаться с Властелином Камня, а не найти ту самую противоположность. - Почему ты так категорична? - возмутилась красноволосая. Это был их первый подобный разговор, до этого им приходилось общаться только по поводу работы. Между ними наступило молчание. Аврора ждала ответ на свой вопрос, а Анак почему-то совершенно не хотела говорить. Вот только маленькая обладательница Пиро Глаза Бога обещала себе, что если Анак переведет все в шутку, как делает обычно, она точно не сдержится и ударит ее, даже если после этого отхватит по полной. Спустя какое-то время со стороны картежницы послышался громкий выдох. - Ты от меня не отстанешь, пока я серьезно не отвечу? - спросила Анак и получив в ответ утвердительный кивок головой, цыкнула от досады. - Когда человек знакомится с другим человеком, то всегда должна быть точка соприкосновения, которые эти двое могут иметь для поддержания разговора и дальнейших отношений. - Это не значит, что я должна искать человека, который похож на меня... - Но ты это сделаешь, - сразу же перебила Анак. Она устроилась удобнее и впервые, насколько помнила Аврора, совершенно серьезно заговорила. - Ты эгоистка, я эгоистка, все в какой-то степени эгоисты, м? И мы хотим, чтобы нас слушали, поддерживали и понимали. Если ты выберешь человека, который совершенно не понимает тебя, но готов слушать тебя, тебе быстро станет некомфортно. - С чего ты взяла? По-моему ты перегибаешь палку, - красноволосая честно пыталась сохранять спокойствие и не злиться на Анак, но почему-то ее слова вызывали раздражение. Она ее не понимала от слова совсем. - Ты не понимаешь меня? - вдруг спросила Анак, серьезно посмотрев на собеседницу. - Нет, не понимаю, - честно ответила Аврора, надеясь, что ей все объяснят теперь, но в ответ ничего толком и не получила. - Тогда ничего не поделаешь, - пожимая плечами, Анак разлеглась на земле. - Через час начнем собираться и пойдем к нашему убежищу. Рора точно могла сказать, что ее терпение на исходе, но из-за того, что Анак, впервые за все время, не перевела тему в шутку стало для нее причиной не бить ее. Но что Аврора могла сказать, так это то, что просто оставлять это дело вот так она тоже не собиралась, а именно поэтому собрала всю волю в кулак и продолжила гнуть свою линию. - Ты никогда не любила? - Почему ты продолжаешь эту тему? - голос Анак никогда не звучал так раздражённо. Роре даже казалось, что что бы не происходило, Анак будет оставаться весёлой, как было всегда. Но в этот раз было иначе. Взгляд жёлтых глаз сверкнул в полумраке, а Глаз Бога на ее поясе начал сверкать чуть ярче. - Да потому что я не понимаю тогда мотив твоих действий! - не выдержала Аврора, переходя на крик, чем всё-таки немного заставила Анак опешить. - С первой нашей встречи, ещё полгода назад. Ты чуть жизни не лешилась, когда спасла меня от той кучи хиличурлов! Зачем?! А твой наставник? Ты же сама отзывалась о нём не так уж хорошо, но при этом все равно пошла собирать нужные компоненты для его лекарства. И когда спасала Степу и Макара... В чем весь смысл тогда?! - Ты сама себе противоречишь, как мне кажется, - на лице у Анак появилась уже привычная улыбка, а из уст вырвался смешок. - Ну или мне противоречишь. Потому что я никогда и не говорила, что никого не люблю и вообще, я всегда говорю правильные... Хлоп! Шлепок по щеке прозвучал весьма гулко в этом небольшом помещении. Анак не сразу поняла, что произошло, но горящая щека и рука, пролетевшая перед ее лицом, свидетельствовали о том, что прямо сейчас картёжница огребла от своей же подчиненной. От этого действия у девушки почему-то не было ни злости, ни раздражения. Только полное непонимание ситуации. - Ты меня ударила? - рыжая показала на себя указательным пальцем и хохотнула. Ее давно никто не бил с такими яркими эмоциями. Это было не просто желание подраться и доказать превосходство, это было самое настоящие выражение боли и несогласия. Девушка давно забыла, что это за чувство. - Плевать мне на последствия, но то, как ты разговариваешь просто по-ублюдски, - грубо проговорила Аврора, поражая Анак еще больше, ведь эта девчушка мало того, что была весьма молода, так еще и старалась не грубить старшим. - Ты вообще слышала хоть раз себя со стороны? - Нет, наверное? - картежница все ещё терла свою пострадавшую щеку, хотя она давно уже не болела. "А удар то крепкий у нее". Почему-то все происходящее заставляло чувствовать ее то, чего она словно не испытывала или испытывала очень давно. - Как я выгляжу и звучу со стороны? - Словно пустой сосуд. Ты говоришь и делаешь правильные вещи, но ты совершенно не отдаёшь этому никаких чувств, - на глазах у Авроры почему-то начали скапливаться слезы. Это заставило Анак по-настоящему задуматься над происходящим. Она внимательно слушала и ловила каждое движение. - Я... Я просто хочу понять, что же происходит в твоей странной голове. Ты спасаешь людей, но при этом, если они уходят из твоей жизни, не обращаешь на это внимания. Словно... Словно и не было этих людей никогда... У нас в команде сначала было семнадцать человек. Ты помнишь тех, кто ушел и по какой причине? - Ну... Нет? - честно ответила Анак, почесав затылок. - Тогда зачем ты так сильно о них заботилась? Зачем каждый раз рисковала жизнью и продолжаешь это делать? - Рора может и хотела продолжать злиться, но уже просто не могла, потому что взгляд Анак был таким, словно она и сама не знает, что делает. - Мне однажды сказали, что если я не найду причину для того, чтобы становиться сильной, то я потеряю себя, - Анак в очередной раз пожала плечами. Выглядела она уже потерянной, особенно сейчас, когда смотрела куда-то сквозь собеседницу. Красноволосой даже стало жаль Анак, хотя та, видимо, не разделяла ее чувств, потому что спустя какое-то время на ее лице появилась улыбка. - Забавно, что мне это особо не помогло. - Нифига не забавно!... - Ой, да не будь занудой... Продолжение следует...