Моя анальная история

Стоящий член уже покрыт, сползающими по уздечке капельками смазки. Вены вздулись под пальцами рельефным узором. Возбуждение на своём пике, но я не спешу доводить себя до оргазма — разворачивающееся в моей постели действие гораздо важнее результата. Я один. Лежу на спине. Одна рука едва-едва поглаживает, вздрагивающий хуй. Ноги согнуты в коленях и широко разведены. Я слегка расслабляюсь всем телом и там внизу, в сосредоточении моего удовольствия, в меня еще на пару сантиметров входит моя сегодняшняя любовница. Рельефная крестовая отвёртка с пластиковой ручкой толщиной сантиметра четыре, смазанная кремом для рук. Входит и тут же выталкивается наружу чуть на меньшее расстояние. И так поступательными движениями она уже минут десять погружается всё глубже и глубже. Я всё еще не могу понять, движение в какую сторону доставляет больше кайфа, распространяя предоргазменные волны по всему телу и зуд в головке члена. Да и ощущения боли и дискомфорта всё еще не отступили. Напротив моей кровати тоже идёт бой за анальные радости — на экране две блондиночки, густо обмазавшись маслом для массажа всаживают друг другу в растянутые попки огромные черные фаллоимитаторы. И вот отвёртка неожиданно для меня проваливается внутрь, оставив снаружи только узкую часть ручки и тонкий металлический стержень с крестом на конце, качественно заполняя мою попку. Вы спросите — как я до такого докатился? Однажды я, как и большинство сверстников, познал радость любви к собственной правой руке и запах своей спермы. Сначала это были неловкие пассажи ночью в постели с попыткой изобразить пальцами то, что я знал о вагине. Потом были эксперименты с различными отверстиями, колпачками от бутылей в ванной, полотенцами, губками и мало ли еще с чем. Ну и в конце концов это естественно привело к методичному сексу с полусжатым кулаком, до которого и многим зрелым женщинам, к сожалению, бывает далеко. Я дрочил где угодно, представляя что угодно и сколько угодно. Фантазии о сверсницах в белых ночнушках, закованных в цепи в нашем мальчишеском «штабе» не оставляли меня по ночам, грёзы о сестрёнке соседа Димки не давали мне внимательно читать учебники. Как-то раз, принимая ванну, я перестал фантазировать и мягко массируя член одной рукой стал просто изучать себя другой. Сначала я погладил свою грудь и соски, как это делали женщины на фотографиях в передаваемых по кругу пацанами журналах. Мне это не доставило особого удовольствия, поэтому я продолжил гладить ниже, сначала живот, потом под водой в паху, переплетая руки вокруг разгорячённого члена, потом перешел на внутреннюю часть бёдер, что мне уже понравилось чуть больше. Я стал гладить ноги, дошел до икр и понял, что ощущения пропали. Вернув руку на бедро, я стал медленно в тёплой воде водить пальцами по его внутренней стороне, всё ближе продвигаясь к основанию члена. Когда пальцы добрались до яичек, я понял, что уже близок не только к оргазму, но к чему-то большему. Немного сжав у уздечки член, я стал ласкать свои яички, а потом опустил руку ниже, прямо между ног к месту, где начинаются булочки моей попки, коснулся пальцем сфинктера и замер. Не знаю, почему я поступил именно так, но замерев, я уставился на стаканчик с зубными щётками, стоящий на полке на раковине в паре метрах от меня. Потом я вскочил в ванной, дотянулся до стаканчика, взял свою пластмассовую щётку и уселся обратно в ванну по-шире раздвинув ноги. Не отдавая себе отчета в происходящем, я начал вставлять ручку щётки в свою попку, с каждым сантиметром теряя свою прежнюю личность навсегда и приближаясь к самому сильному первому анальному оргазму. Десять толчков внутрь, примерно десять сантиметров и... и я стал резко вытаскивать щётку, параллельно извергая сперму в ванну и дергаясь от удовольствия, изо всех сил стараясь не кричать от восторга, чтобы не напугать родителей. Назад дороги не было. Или если попытаться скаламбурить — теперь дорога была только на зад... ну или в зад. Не сказать, что вся моя жизнь Ирина Комарова, 29 мая в 13:44 нь изменилась с тех пор, но я стал намного придирчивее подходить к выбору наборов маркеров и карандашей, стал чаще принимать ванну, что не могло не радовать родителей и стал закрывать дверь в свою комнату на ночь, перестав бояться темноты и одиночества. Я всё еще представлял себе девочек, дрочил на порнушные журналы, но тем не менее всё больше и изощрённее раз за разом истязал свою попку. А теперь я здоровый парень с отвёрткой в заднице, оргазмирующий под видео, где блондиночки, засунув в себя фаллоимитаторы десяти сантиметров толщиной, сквиртят на кожаный диван. Я дёргаю за отвёртку, пальцы скользят по узкой части, еле справляясь с силой сфинктера, но всё же выдёргивают её и я начинаю кончать себе на живот, заливая простынь и извиваясь от удовольствия. Что может быть самым неудобным в такой момент? Зазвонивший телефон на прикроватной тумбочке. А в придачу к нему воспоминание, что ты забыл о чём-то очень важном. А именно о том, что сегодня приезжает она... — Алло? — Привет, братик! Ты не забыл про меня? Мой поезд уже подъезжает к городу — ты ведь меня встретишь? Её голос как обычно был мягким, заигрывающим и в тоже время очень энергичным, заставляющим собеседника собраться и сосредоточиться. Поэтому я, несмотря на то, что только что вытворял со своим телом, как можно более собранно прохрипел: — Конечно помню, сестрёнка! Уже выдвигаюсь в сторону вокзала. — Вот и ладненько, целую — проворковала она и положила трубку. Убрав мобильник под подушку, я закинул отвёртку и тюбик с кремом в тумбочку, соскочил с кровати и побежал в душ. Нужно привести себя в порядок — мы ведь не виделись с Алисой уже несколько лет. Раньше мы с моей двоюродной сестрой Алисой совсем не были близки. Она была старше меня на два года, у нас были абсолютно разные интересы, поэтому, когда наши матери (сёстры) встречались и отправляли нас «пообщаться», мы просто старались не мешать друг другу и заниматься каждый своим делом. Лишь изредка мне приходилось таскаться за ней и её подружками по дворам вокруг их дома, когда нас отправляли «погулять и показать брату местные достопримечательности». Первым ярким воспоминанием о ней стала наша совместная поездка на родительскую дачу, чтобы отпраздновать мой день рождения и немного отдохнуть от городской суеты. Поскольку у отцов было много работы, мы поехали вчетвером — я, Алиса и наши мамы-сестрички. Спустя пару дней мамы отправились в город за покупками, а мы остались предоставленные сами себе и как обычно не стали друг другу докучать. Алиса, пользуясь тем, что на улице стояла солнечная июльская погода, облачилась в купальник, расстелила на газоне у дома покрывало и легла загорать. Я же поднялся на второй этаж, чтобы «порисовать». На самом деле до рисования мне не было никакого дела, ведь в последние дни у меня практически не было возможности удовлетворить себя. Поднявшись, я присел у окна стал мять через летние шорты, уже встающий член. А вставать было от чего — Алиса, совсем уже взрослая девушка, лёжа на животике, расстегнула верх купальника, чтобы не оставалось не загоревшей полоски. Но это для моего подросткового разума было ничем по сравнению с тем, что она вытворяла с трусиками. Поскольку приличной девочке не подобающе загорать в стрингах, у неё были обычные девичьи плавочки. Но так как рядом не было родителей, Алиса свернула часть лишней ткани и зажала её между булочек своей маленькой попки. От такого вида я очень быстро перевозбудился, но сдаваться сразу я не собирался. Скинув одежду, я забрался на свою кровать, достал из под матраца крем «детский» и свой любимый зелёный маркер толщиной пару сантиметров, аккуратно закруглённый с обеих концов услужливым дизайнером. Встав на колени и отклячив попку, я выдавил горошинку крема на средний палец правой руки и потянулся к заветному местечку. Холодный крем сразу начал таять, пока я размазывал его по колечку ануса. Нежно-нежно, по милилиметрику я вводил пальчик в свою попку. Добавив еще немного крема, я стал вводить пальчик увереннее и глубже, стараяс ь не задевать болтающийся без дела, но до предела напряженный член. С него уже капала смазка и казалось стоит к нему один раз прикоснуться, и я взорвусь. Взяв маркер, я приставил его к попке, расслабился и принял его в себя сразу на половину. Неопытные любители анала думают, что в нём как и в обычном сексе важны обратно-поступательные движения, но это далеко не так. Вставив в себя маркер, я стал немного изменять наклон маркера, надавливая на переднюю часть внутренностей, потом наполовину вытащил из себя игрушку. Я понимал, что долго не продержусь, глаза уже заволокло пеленой наслаждения, оргазм уже готов был накрыть меня, как вдруг я услышал шум, а если точнее скрип. Уже зная, что увижу, я обернулся в сторону лестницы. Правильно оттуда выглядывала сестрёнка, глядя на меня то ли с удивлением, то ли испугом. Мы не мигая смотрели друг на друга несколько секунд, но Алиса вышла из ступора раньше меня и произнесла: — Не останавливайся, или я всё расскажу родителям. Я хочу посмотреть... на то... чем ты занимаешься. Поднявшись в комнату, сестрёнка подошла к кровати, на которой я стоял в столь незащищённой позе, и села в полуметре от моей попки. Подталкивая меня к действию, она надавила на руку, в которой был зажат маркер. Я, одурев от происходящего, ввёл в себя почти целиком свою игрушку и буравил ей анус изо всех сил. Сестрёнка внимательно смотрела на меня, изучая, потом она прикоснулась ручкой моей попке, провела вниз по бедру, коснулась пальчиками, свисающие яички и наконец дотронулась до головки члена, сняв каплю смазки. Мир взорвался тысячами красок, меня трясло от термоядерных взрывов в мозгу, члене и попке. Кажется, я упал на кровать и отключился на несколько секунд. Очнувшись, я увидел Алису, облизывающую свой пальчик и ухмыляющуюся. — Ты ведь научишь свою сестрёнку получать такое же удовольствие? Она протянула мне неизвестно откуда взявшийся красный маркер из того же набора. — Научишь, а иначе все твои друзья будут знать, чем ты занимаешься наедине с собой. Она не угрожала, а скорее дразнила. И я не боялся. Я знал, чем это для меня закончится. — Тебе пока нельзя такие штучки — я кивнул на маркер. — Нужно начинать с тонких и лучше мягких объектов. Я всё сделаю. Сестрёнка улыбнулась, наклонилась ко мне и нежно поцеловала в губы. Затем, отстранившись, развязала верх купальника, скинула его на пол и туда же отправила плавочки. Забравшись на кровать, она легла на спину и развела ноги. — Я хочу видеть, что ты делаешь с моей попкой. Я замер, пожирая её взглядом. Маленькие холмики грудей венчают острые вершины затвердевших сосочков, между стройных загорелых ножек, покрытая пушком святая святых, вагина, о которой так много рассказывали взрослые пацаны из двора, а ниже виднеется пока еще невинное розовое колечко ануса. Я наклонился, поцеловал Алису в губы, потом проделал дорожку из поцелуев по шее, груди, животику и поцеловал её киску. Алиса дёрнулась и прикрыла её ладошкой. Подложив ей под попу подушку, я устроился снизу и поцеловал её колечко ануса. Алиса глубоко вздохнула, но не стала дёргаться или мешать мне. Теперь мягко язычком я стал кружить вокруг дырочки, добавляя всё больше слюны. Круговые же движения вверху вагины на клиторе делала Алиса, не желающая быть лишь объектом процесса. Расслабив её и подготовив к новым ощущениям, я аккуратно и крепко взялся руками за её бёдра и стал проталкивать язык внутрь попки. Алиса замерла на секунду, ускорила действия пальчиками на клиторе и расслабилась. Мой язык буквально провалился, и я начал буравить им дырочку Алисы. Она стала извиваться и стонать, шепча и повторяя «глубже, больше». Дотянувшись до тюбика с кремом, я выдавил чуть ли не половину себе на пальцы и вставил указательный палец в попку сестрёнки. Поняв, что сопротивления нет, я вытащил его, и тут же засадил указательный вместе со средним. — Глубже, больше — Алиса уже кричала, закрывая себе лицо подушкой, кусая её. Кажется, она потеряла контроль над собой. Не теряя ни секунды, я расправился, схватил еёза бёдра, рывком перевернул на животик и приставил уже готовый член к её попке. — Да — выкрикнула она, забившись в оргазме в тот же миг, как я целиком засунул свой член в её попку и затрясся в оргазме. Я кончал в свою сестрёнку, извергая в неё всё, что во мне оставалось, все мои силы. Как такое забудешь? То лето оказалось непростительно коротким. Еще пару дней мы провели вместе на даче, изучая наши тела по ночам и доставляя неземное удовольствие нашим попкам. Но потом оказалось, что Алиса с родителями переезжает в Москву. И наша близость оборвалась, оборвалась так резко, что я ничего не успел понять. Всё сложилось не так, как нам хотелось. И тем не менее... Как ни странно, я успел добраться до вокзала раньше поезда, на котором ехала Алиса и даже успел купить цветы. Я стоял на перроне с огромным букетом красных роз и ждал встречи со своей любимой сестричкой.