The Wrong Side of Reality

Слушание объяснений спортивного фестиваля от Айзавы-сенсея и наблюдение за его одноклассниками убеждают Дазая в том, что грядет настоящая катастрофа. Хотя и очень занимательная катастрофа. Если кто-то (Мидория) не травмируется серьезно вплоть до госпитализации без вмешательства Исцеляющей Девочки, то он съест свои ботинки, свои очень хорошие геройские ботинки, которые превосходят всю другую обувь, которую он когда-либо носил. Тем не менее, мысль о том, что характер Бакуго совпадает с характером Чуи, очень забавна, и чем более становится ситуация уморительной, тем больше Дазай раздражает блондина. Как только Айзава покидает комнату, Бакуго выкрикивает: – Я займу первое место, так что вам, статистам, лучше не мешаться мне под ногами. Дазай фыркает: – Ты осознаешь, что ты не единственный участник с сильной причудой, так? Черт, ты ведь даже не был первым на вступительных экзаменах. Нужно просто сказать, что он хуже в чем-то, и Бакуго сразу проиграет. Он просто просит о том, чтобы Дазай на него надавил. – Эй, ублюдок, – начинает Бакуго, – ты ждешь не дождешься того, как твой зад отпинают в прямом эфире? – Я имею ввиду, – наклоняется Дазай вперед, смотря Бакуго в глаза, – если ты думаешь, что у тебя есть шанс выиграть где-либо без причуды, давай, вперед. Бакуго краснеет, а Дазай ухмыляется. Конечно, всегда есть исключения из правил, но большинство людей с сильными причудами сосредотачиваются на развитии той причуды, и думают, что ничего без нее не могут. Получилось так, что Дазай смог воспользоваться этим маленьким недостатком Бакуго. Яойрозу посылает взгляд в его сторону. Она, скорее всего, уже уловила то, во что играет Дазай, хоть не совсем это одобряет, Дазай знает, что в какой-то степени та тоже устала от Бакуго. – Дазай прав, – вмешивается Тодороки, – никто из нас, находящихся здесь, не провел долгое время без причуды. Мидория вздрагивает, и Дазай сужает глаза. Почему он провел долгое время без причуды? – Тех из нас, у кого сильные причуды, Дазай поставит в невыгодное положение, что может быть впервые в нашей жизни. – Эй, Тодороки, – посылает Дазай парню ухмылку, – не раскрывай мой план прямо сейчас. Тодороки фыркает: – Если у тебя в рукаве нет еще чего-нибудь, то я переоценил тебя. Что ж, он прав.

— — —

Чуя любит думать, что он довольно скромный, но когда весь его класс призывает его надрать задницу 1А, трудно не стать чуть самоувереннее. Ему нравится внимание, и он достаточно осознанный, чтобы признать это. – Эй, Чуя, хочешь понаблюдать за противниками? – сквозь шум кричит Кендо. – Под наблюдением за противниками ты подразумеваешь запугивание 1А? – поднимает Чуя бровь. – Если она скажет да, ты ответишь отказом? – появляется Монома позади Чуи. Чуя должен сдерживаться, чтобы не ударить Моному, потому что в его сфере деятельности Дазай – единственный, кому Чуя позволял стоять позади себя. Чуя отбрасывает свои мрачные мысли. – Ты знаешь, что я никогда не против нагадить Дазаю, – улыбается он Кендо. – Не понимаю ваше отношение к друг другу. Совсем, – ошеломленная, качает она головой. – Дружба Шредингера. Мы симпатизируем друг другу, но по договоренности обязаны никогда об этом не упоминать и не вести себя, будто это так, – отвечает Чуя. – Спасибо, это ничего не проясняет, – вмешивается Монома. Чуя смеется: – И не должно было. Я должен каким-то образом сохранять таинственность. Кендо фыркает и показывает на толпу собирающуюся у двери 1А: – Мы не единственные. Чуя проталкивается сквозь толпу к передней части, Монома следует за ним на коротком расстоянии. У Чуи, к сожалению, выработалось шестое чувство, оповещающее его, когда один из его друзей собирается начать кого-то провоцировать, и вздыхает. – Эй, 1А! – привлекает Монома внимание темпераментного блондина, Бакуго, если опираться на описание Дазая. – Вы думаете, что вы круты только потому, что сразились с какими-то злодеями. Так уж круто! В нашем классе ученик, занявший первое место на практическом экзамене, – хвастается Монома. Бакуго рычит, а Чуя сочувственно смотрит на Кендо. – Эй, статист, – активирует Бакуго причуду, искры сверкают на его руках, – ты не сравнишься с тем дерьмом, с которым мы столкнулись в USJ. – Вы все позор, – снисходительно растягивает голос. – Прославленные ученики геройского курса, дерутся в коридоре, как дети, – острое замечание доносится от паренька с фиолетовыми волосами, отрицающими гравитацию. – Полагаю, это облегчает ученикам общего образования ваше свержение и дает возможность занять ваше место. Рядом с Чуей раздается тихий свист: – Черт, становится интересно. Чуя стонет и поднимает взгляд: – Дазай, ты это начал? Дазай улыбается. – Нет, хотя хотелось бы, – он протягивает бумажный пакет. – Попкорн? Чуя зависает. У них в квартире нет попкорна: – Где, черт возьми, ты взял попкорн? – Прости, Чуя, – произносит Дазай, изображая серьезность, – но мне разрешено иметь только одного частично близкого знакомого, а Яойрозу может в любой момент создать попкорн при помощи липидов в своих клетках. Тебя заменили. Чуя усмехается, а Дазай уходит. Кендо поворачивается к нему с широко открытыми глазами: – Я вдруг поняла. Дружба шредингера на самом деле хорошо описывает вас.

— — —

Кое галантно садится на один из стульев в кабинете Мори: – Лига Злодеев, к сожалению, залегла на дно. Я бы с удовольствием уничножила их, но чтобы эффективно избавится от них, нам нужно найти Все За Одного. Мори кивает: – Их упорство схоже с тараканьим. Если мы уберем их до Все За Одного, они просто вернутся. – Однако, – глаза Кое сверкают весельем, – я считаю, что Пятно приближается к Токио, точнее к Хосу. Если мы обыграем это правильно, то сможем использовать Пятно, чтобы выманить более раздражающих игроков. Мори наклоняется вперед, кладя подбородок на сцепленные руки: – Отлично. Тогда оставлю ситуацию с Пятном в твоих умелых руках. Кое улыбается: – Я не подведу Вас, Мори-сан.